Психология поведения жертвы: Виктимология. Психология поведения жертвы | Малкина-Пых Ирина Германовна

Содержание

как попадают в это состояние и что поможет выйти из него / LR4 / / Latvijas Radio

Состояние жертвы – ощущение безнадежности и беспросветности, которое для некоторых становится своего рода оправданием для бездействия и постоянных жалоб и нытья. Некоторые примеряют на себя так называемую роль жертвы осторожно, кто-то — довольно охотно, а потом либо не хотят, либо уже не могут изменить этот сценарий. Как распознать, что перед вами – жертва, или что именно вы пребываете в этом состоянии? 

“Для меня ближе понятие жертвы как динамическое состояние человека, в которое каждый из нас время от времени попадает. Каждый из нас понимает, в какой ситуации как себя реализовать — более свободно или более ограниченно. И некоторые ограничения проще перекладывать на кого-то другого: близких людей, обстоятельства жизни, социальные изменения. И тогда мы попадаем в состояние жертвы”,

считает эксперт программы, экзистенциальный психотерапевт из Литвы, преподаватель Института гуманистической и экзистенциальной психологии Юлия Абакумова-Кочунене. Она определяет понятие жертвы так:

Жертва — человек, который считает себя объектом воздействия чего-то иного, нежели он сам. 

Эксперт считает: некоторым людям более свойственно считать себя жертвой, нежели человеком, создающим свою жизнь, а некоторые более склонны создавать что-то свое, творить. И нет человека, который никогда не впадал бы в состояние жертвы. Есть люди — ипохондрики, которые склонны все время искать у себя болезни и считать их испытаниями, а также думают, что их должны вылечить.

Многие экзистенциальные философы пишут, что груз свободы — это очень тяжкий груз. Когда мы признаем ответственность за свою жизнь, то неминуемо сталкиваемся со свободой — многим проще ощущать себя частью системы, которая диктовала бы, что делать. И пользоваться свободой своей жизни кажется тяжелым испытанием. 

“Состояние жертвы — неотъемлемая черта каждого из нас, просто она может приобретать деструктивные размеры в жизни, становиться болезненным состоянием. В небольших дозах у этого состояния даже есть позитивное влияние на нашу жизнь — должен быть баланс между бунтарством и смирением”, 

считает Юлия. Иногда человек “застревает” в состоянии жертвы, и это трансформируется в клинические проявления. В таком состоянии важно вовремя обращать внимание на то, как это происходит, говорит эксперт, поскольку “Постоянная стратегия такого поведения травмирует и уничтожает его самого. И надо понять, что жизнь — это не только то, чему человек подвергается, но и то, что он создает”. 

Есть большое количество моментов, на которые мы действительно можем влиять, поэтому Юлия Абакумова-Кочунене задает нашим радиослушателям такое домашнее задание:

“Рецепта счастливой жизни нет ни в каком виде психотерапии. В жизни есть много трагических данностей. Но можно посмотреть на свою жизнь и попробовать внутри почувствовать, насколько я согласен с этим. Может, там, где я терплю, можно что-то изменить? Хотя бы какую-то мелочь. И часто от этой мелочи появляются более крупные изменения”.

Latvijas Radio aicina izteikt savu viedokli par raidījumā dzirdēto un atbalsta diskusijas klausītāju starpā, tomēr patur tiesības dzēst komentārus, kas pārkāpj cieņpilnas attieksmes un ētiskas rīcības robežas.

Виктимология — Психологос

Виктимология (лат. victima — жертва, лат. logos — учение) — раздел криминологии, учение о жертве преступления, наука о потерпевших, обладающих индивидуальной или групповой способностью стать жертвами преступного деяния.

На кого чаще бросаются собаки и насильники? Этот вопрос многих, наверное, удивит. Разве можно сравнивать рефлекторное поведение животных, не ведающих добра и зла, и психологию преступника, который намеренно причиняет страдания другим людям? Конечно, различие очень велико. Хотя не следует переоценивать интеллектуальный потенциал преступника. Благородные, тонко чувствующие бандиты нередко встречаются в книгах и кинофильмах, в жизни — почти никогда. Подавляющее большинство насильников и убийц — люди довольно неразвитые, в чем-то обделенные, страдающие множеством комплексов, крайне неуравновешенные, злобные и безнравственные. А потому сравнение их с псами, сорвавшимися с цепи, — не слишком большое преувеличение. Впрочем, речь не о них, а об их жертвах.

Неправильное поведение при опасности

Замечено, что часто, даже слишком часто, как от злых собак, так и от недобрых людей страдают дети. Почему? Во многом — потому, что сами неправильно себя ведут. Привыкнув к родительской любви и довольно ровным отношениям со сверстниками (конфликты между малышами протекают «мягко» и в буквальном смысле почти безболезненно), маленький ребенок не способен правильно реагировать на потенциальную опасность. Обращаться с собаками многие дети не умеют: они допускают жесты, которые зверь считает провокационными, сами порой причиняют собаке боль и неудобство, а то и просто дразнят. Когда разозлившаяся собака бросается на ребенка, тот чаще всего пытается убежать, тем самым подстегивая у зверя древний инстинкт преследования. В общении с незнакомым «добрым дядей» ребенок тоже по наивности не усматривает никакой опасности и поэтому рискует попасться на какую-то приманку и стать жертвой извращенца. Воспитание, в частности, и состоит в привитии ребенку разумной осторожности, страхующей от бед. Отчего же эта страховка порой не срабатывает даже у взрослых и опытных людей? Ведь несчастья случаются не только с детьми. Многие из нас знают, что, обобщенно говоря, опасно дразнить собак, но тем не менее невольно продолжают это делать, тем самым обрекая себя на роль жертвы. Поэтому так важно разобраться в особенностях своего поведения и сорвать ярмо обреченности, если оно почему-то омрачает вашу жизнь.

Характер жертвы

Криминалисты и психологи давно обратили внимание на то, что многих людей, пострадавших от насилия, объединяют некоторые общие особенности характера и поведения. Изучение этих особенностей привело к созданию виктимологии — науки о психологии потенциальной жертвы. Было установлено, что существует категория людей, особенно уязвимых для насильственных посягательств. Вероятность пострадать от рук преступников для таких людей намного выше, чем для всех прочих. Рассуждения про злой рок здесь совершенно неуместны. Как правило, тяжкий приговор человек подписывает себе сам, и только он сам волен этот приговор обжаловать и отменить.

Внутри общей и довольно неоднородной категории потенциальных жертв можно выделить два основных типа.

Первый тип жертвы

К первому относятся люди душевно слабые, робкие, склонные к преувеличенным опасениям и тревоге. Недаром говорят: когда ждешь беду — она обязательно приходит. Столкнувшись с опасностью, эти люди воспринимают ее как роковую неизбежность. Их охватывает ужас от того, что сбываются их худшие предчувствия. Это своего рода психологическая готовность к насилию, которая, однако, порождает не отпор или попытки как-то выпутаться из ситуации, а панику или шок, что делает жертву абсолютно беззащитной. Основы такого мироощущения закладываются еще в детские годы, и главную роль тут играет семейная атмосфера. Потенциальные жертвы — это, как правило, дети властных и строгих родителей исповедующих принципы авторитарного воспитания. С малых лет человек привыкает к тому, что его судьба всецело зависит от кого-то более сильного, кто волен приласкать или, наоборот, причинить страдание. Свыкнувшись с мыслью о том, что от него самого ничего не зависит, человек всю жизнь продолжает ждать, как другие распорядятся егс судьбой. С радостным волнением он ждет благодеяний и ласки, с ужасом — унижений и боли.

Поэтому так важно с юных лет воспитывать у человека уверенность в себе, чувство собственного достоинства. Одно из главных педагогических правил: по мере взросления ребенка необходимо доверять ему самостоятельно нести такой груз, какой он способен поднять. Человек должен знать, что решение большинства его жизненных проблем в первую очередь зависит от него самого, а не от чьего-то произвола.

Второй тип жертвы

Провокационное поведение жертвы чаще всего является следствием незнания элементарных психологических закономерностей. Человек наивно полагает, что в его действия другие вкладывают тот же смысл, что и он сам. Например, известно, что женщины более, чем мужчины, склонны к контакту глаз. При этом их взгляд означает, как правило, лишь весьма умеренный интерес, однако извращенный ум насильника может оценить такой взгляд как сексуальный призыв.

Вообще, очень важно не встречаться взглядом с подозрительным, выказывающим агрессивные намерения субъектом. Эту нехитрую рекомендацию дал большой знаток психологии животных Конрад Лоренц. В своей книге «Кольцо царя Соломона» он писал, что при встрече с незнакомой собакой ни в коем случае нельзя пристально смотреть ей в глаза. Животное воспринимает такой взгляд как вызов и часто спешит отреагировать агрессивно. Преступник, обуреваемый примитивными инстинктами, в чем-то подобен животному. Так что ни четвероногого, ни двуногого зверя лучше таким способом не дразнить.

Наконец, самым провоцирующим шагом выступает появление жертвы в месте, подходящем для совершения преступления. Всякий преступник — по натуре трус и не станет творить насилие прилюдно. Он выбирает возможность напасть на свою жертву там и тогда, где никто не сможет ее защитить или даже засвидетельствовать преступление. Еще Зигмунд Фрейд обратил внимание на странную привычку одной своей пациентки гулять по пустырям. Выяснилось, что дама одновременно страшилась интимной близости и стремилась к ней. Поэтому ее бессознательно влекло туда, где эта близость могла принять форму совершенно не зависящего от нее события — изнасилования. Остается только пожелать всем милым дамам не уподобляться вздорной пациентке доктора Фрейда.

Психология жертвы

В природных условиях всегда присутствует естественный отбор. Одни создания являются агрессорами, а иные – жертвами. В человеческом мире такое поведение тоже распространено, тем не менее, оно значительно сложнее, потому что это связано не с природными инстинктами, а с психикой человека.

Есть люди, которые относят себя к неудачникам, они постоянно жалуются на жизнь, требуют внимания, заботы и помощи. Они к себе быстро притягивают проблемные ситуации. Так выглядит типичный портрет жертвы.

Поведение жертвы

Определение 1

В психологии понятие жертва интерпретируется как манера поведения человека, при котором он сознательно или неосознанно склоняет других людей на ущемление его прав.

Обычно жертва привлекает тиранов и всевозможных агрессоров. Для них свойственно чувство слабости, привычки делать всех виноватыми, вызывать жалость и выпрашивать сочувствие к себе. Такие способы манипулирования обычно формируются в семье и часто проявляются во время учебы в школе. Ученики с поведением жертвы, как правило, закрыты от окружающих и ведут себя как изгои.

Позиция жертвы, исследуется всевозможными направлениями психологии, все зависит от обстановки, при которой человек использует такое поведение для себя.

В наше время многие озадачены вопросом: почему некоторые люди всегда попадают в неприятные ситуации, а у других все складывается хорошо? К примеру, есть люди, которых постоянно либо обкрадывают, либо сбивают машиной, либо с ними случаются другие несчастья.

Особенно распространены несколько характерных моделей поведения для жертв:

  • обычно жертвы проявляют себя как эгоцентричные, сомнительные и неосмотрительные личности. Эти люди чаще всего являются конфликтными, агрессивными людьми или чрезмерно употребляют алкогольные напитки;
  • психология жертв состоит в ее пассивности, психологической незрелости и безответственности. Эти люди бывают как неуверенными в себе, так и наоборот, чрезмерно эгоистичными; жертвами обманщиков обычно становятся слишком наивные люди, которые нередко религиозны, имеют денежные проблемы или чрезмерно скупые;
  • жертвы, подвергавшиеся насилию в бытовом плане или различным жестокостям, чаще всего имеют прямую подневольность от своего тирана. Сюда относятся жены и мужья, матери или дети. Обычно это люди, не обладающие личным мнением и определенными жизненными позициями. Они могут иметь безнравственный образ жизни и обладать высоким социальным статусом.

Готовые работы на аналогичную тему

Психология человека индивидуальна и события, происходящие в его жизни, отличаются от событий других жертв, но ученые нашли общие показатели в их поведении и психологическом состоянии.

Особенности характера жертвы

Несколько показателей, свойственных для жертв:

Слабая самооценка. Большая часть среди жертв – мошенников и злоумышленников мало уверенные в себе люди.

Страх выделяться. Взрослый человек, не раскрывший свою индивидуальность, чаще всего рискует превратиться в жертву. Тираны отлично чувствуют этот страх и даже по внешнему виду такого человека быстро определяют свою жертву.

Мнительность. Человека с сознанием жертвы всегда волнует, что о них говорят окружающие. Этим людям легко внушить любое поведение.

Боязнь неудачи. Подобная проблема часто встречается в семье, где муж находится в роли тирана. Жене легче быть жертвой, чем сопротивляться грубости мужа. Причиной является страх остаться никому не нужной.

Замечание 1

Все роли жертвы – это показатель слабости и безответственности за свою жизнь. Жить в роли жертвы очень утомляет и напрягает, и чтобы освободиться от этой модели поведения, нужно учиться нести полную ответственность за собственную жизнь и за собственные поступки.

Виктимное поведение жертвы. / Прокуратура (новости) / Официальный сайт городского округа Егорьевск

Психологи уже давно обратили внимание, что одни люди, как будто бы магнитом притягивают к себе несчастья, и становятся жертвами преступлений, а другие практически не сталкиваются в своей жизни с такими ситуациями. Очень часто потерпевшие сами своим поведением способствуем совершению в отношении них криминальных деяний. Существует даже целая наука, изучающая жертв преступления и потерпевших — виктимология. Зачастую человек сам провоцирует преступников в совершении правонарушений и преступлений. Происходит это либо в силу личностных характеристик жертвы, либо в результате ее ненадлежащего поведения.
Выделяют несколько основных варианта поведения, провоцирующих совершение преступления: неосторожное или самонадеянное поведение жертвы либо действия потерпевшего, вызывающие неадекватные поступки преступника. При неосторожном поведении жертва сама создает практически все условия для того чтобы в отношении неё было совершено преступление. Это и оставленные ценные вещи в салоне автомобиля или ношение кошельков в прозрачном полиэтиленовом пакете, позднее возвращение домой в коротком платье или ношение солидной суммы денег и ее явное афиширование.
Самонадеянное поведение наиболее характерно для «ярких» оптимистов, которые считают, что с ним несчастье случиться и не может. Так, часто дамы становятся жертвами изнасилования, принимая приглашение посетить жилье малознакомого мужчины. Так 30.11.2011 года в Егорьевском городском суде состоялся приговор в отношении Кашина С.В. В ходе судебного заседания было установлено, что  25.05.2011  на аллее во 2 микрорайоне гражданка П. познакомилась с ранее неизвестным ей Кашиным С.В. Он пошел провожать её домой, по дороге они распивали пиво. Гражданка П. предложила Кашину С.В. попить пива  в подъезде, на что он предложил ей пойти к нему домой, поскольку его квартира свободна. Она согласилась, т.к. Кашин С.В. внешне внушал доверие. В результате гражданка П. была изнасилована. Именно легкомысленное поведение жертвы может вызвать неадекватную реакцию со стороны преступника, не следует бравировать своим бесстрашием, пытаясь задержать преступника, а также не следует вступать с правонарушителем ни в какие дебаты, чтобы не спровоцировать его на незапланированное преступление.  В этом случае лучше всего действовать в соответствии с золотым правилом: «береженого бог бережет».     Помощник городского прокурора юрист 3 класса                                                                            Климанов А.Н.    

«Психология поведения жертвы» читать онлайн книгу 📙 автора Ириной Малкиной-Пых на MyBook.ru

Современная виктимология, т. е. «учение о жертве» (от лат. viktima – жертва и греч. logos – учение) как специальная социологическая теория осуществляет комплексный анализ феномена жертвы, исходя из теоретических представлений и моделей, первоначально разработанных в сфере иных социальных дисциплин (криминологии, политологии, теории государственного управления, психологии, социальной работы, конфликтологии, социологии отклоняющегося поведения).

В справочнике рассмотрены предмет, история и перспективы виктимологии, проанализированы соотношения понятий типов жертв и видов виктимности, а также существующие виды и формы насилия. Особое внимание уделено анализу психологических теорий, которые с различных позиций объясняют формирование повышенной виктимности личности, или «феномена жертвы».

В книге также рассматриваются различные ситуации, попадая в которые человек становится жертвой, а именно криминальные преступления и захват заложников; такие специфические виды насилия, как насилие над детьми, семейное насилие, сексуальное насилие (изнасилование), школьное насилие и моббинг (насилие на рабочем месте). Рассмотрена виктимология аддиктивного (зависимого) поведения. Описаны как подходы к индивидуальному консультированию в каждом из указанных случаев, так и групповые формы работы в виде тренингов.

Данный справочник представляет собой удобный источник, к которому смогут обратиться практики, исследователи и студенты, для того, чтобы получить всеобъемлющую информацию по техникам и инструментам коррекционной работы как с потенциальными, так и реализованными жертвами различных экстремальных ситуаций.

читайте онлайн полную версию книги «Психология поведения жертвы» автора Ирина Малкина-Пых на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Психология поведения жертвы» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация

Объем: 2023256
Год издания: 2006
ISBN (EAN): 5699145230

Виктимология. Психология поведения жертвы. — (Серия «Учебное пособие»). Малкина-Пых И. Г. ISBN 978-5-4461-1018-6

Назад к каталогу

ISBN 978-5-4461-1018-6

Авторы: 

Малкина-Пых И. Г.

Тип издания: 

Учебное пособие

Издательство: 

Санкт-Петербург: Питер

Количество страниц: 

832

Аннотация

Во втором издании книги (предыдущее вышло в 2010 г.) рассмотрены предмет, история и перспективы виктимологии, а также существующие виды и формы насилия. Особое внимание уделяется анализу формирования повышенной виктимности личности, или «феномена жертвы». Также рассмотрены различные ситуации, попадая в которые человек становится жертвой, а именно: криминальные преступления; такие специфические виды насилия, как насилие над детьми, семейное насилие, сексуальное насилие (изнасилование), школьное насилие и насилие на рабочем месте. Проанализирована виктимология аддиктивного поведения. Описаны подходы к индивидуальному консультированию в каждом из указанных случаев, а также групповые формы работы в виде тренингов.
Издание адресовано практикующим психологам и психотерапевтам, работающим с латентными или реализованными жертвами различных обстоятельств. Книга ценна прежде всего подборкой техник, которые специалист может использовать в практической работе.

Библиографическое описание Скопировать библиографическое описание

Малкина-Пых И. Г. Виктимология. Психология поведения жертвы. — (Серия «Учебное пособие»). / И.Г. Пых. — Санкт-Петербург : Питер, 2021. — 832 с. — ISBN 978-5-4461-1018-6. — URL: https://ibooks.ru/bookshelf/364147/reading (дата обращения: 14.03.2022). — Текст: электронный.

Ирина Малкина-Пых ★ Психология поведения жертвы читать книгу онлайн бесплатно

Ирина Малкина-Пых

Психология поведения жертвы

Малкина-Пых Ирина Германовна – психолог, доктор физико-математических наук по специальности «биофизика».

Рецензенты:

доктор психологических наук, профессор А.С. Захаревич;

доктор медицинских наук, профессор М.П. Захарченко.

Виктимология занимается исследованием различных аспектов психологии поведения жертвы. Виктимология в буквальном смысле означает «учение о жертве» (от лат. viktima – жертва и греч. logos – учение). Эта наука возникла в результате изучения жертв преступлений и изначально развивалась в рамках криминологии. Однако на данном этапе развития виктимологии существуют два направления. Первое направление объектом своих исследований считает только жертву преступления; второе рассматривает понятие жертвы шире – это не только жертва преступления, но и любая другая жертва (несчастного случая, стихийного бедствия и т. п.).

Предлагаемый вашему вниманию справочник рассматривает вопросы виктимологии в соответствии со вторым, широким направлением, хотя одна из глав (глава 3) специально посвящена жертве криминальных преступлений.

Центральное, стержневое понятие виктимологии – жертва, откуда и пошло название самой науки. Однако несмотря на то, что виктимология естественно представляет из себя учение о жертве преступления, центральное место среди ее концепций занимает понятие виктимность.

Виктимность или виктимогенность – физические, психические и социальные черты и признаки, которые создают предрасположенность к превращению человека в жертву (преступления, несчастного случая, деструктивного культа и т. д.). Виктимизация – процесс приобретения виктимности, или, другими словами, – это процесс превращения человека в жертву и его последствия. Виктимизация, таким образом, объединяет в себе и динамику (реализацию виктимности) и статику (реализованную виктимность) (Ривман, Устинов, 2000).

Еще в древние времена было замечено, что судьба человека в определенной мере зависит от него самого. Это нашло отражение в народном фольклоре: «Каждый человек – кузнец своего счастья», «удалому и удача в руки», «короткий меч в руках храбреца становится длинным» и др. Из истории известны люди, для которых не было слова «невозможно» и которые всегда оказывались сильнее обстоятельств.

В то же время существуют и другие категории людей: те, кому хронически не везет, у кого всегда что-то не ладится; и те, кого Н.В. Гоголь относил к «лицам историческим» – когда бы и где бы они ни появлялись, с ними всегда происходят какие-то истории.

Это положение в значительной мере учитывается в педагогике, которая разрабатывает систему подготовки молодых людей к трудным жизненным обстоятельствам. По этому поводу еще Демокрит замечал, что при помощи правильного воспитания можно окружить стеной безопасности и самих детей, и их имущество.

В начале XX века предприимчивые бизнесмены, представители страховых компаний сумели извлечь из приведенных выше теоретических положений материальную выгоду. Они установили, что вероятность оказаться жертвой какого-либо несчастного случая у разных людей различная, поэтому крайне невыгодно заключать договоры страхования с теми, кто по своим личностным характеристикам предрасположен быть жертвой.

В 1917 году Георг Клейнфеллер опубликовал в немецком научном журнале результаты своих исследований о роли потерпевшего в механизме преступления. Он отметил, что немало преступлений обусловлено поведением потерпевшего.

Однако вопросы виктимологии стали объектом научных, в первую очередь – криминологических, исследований лишь со времен Второй мировой войны. В 1945 г. на Японию были сброшены две атомные бомбы. В результате этих взрывов жертвами оказались одновременно тысячи человек. Трагедия вышла за рамки индивидуальной, превратившись в национальное бедствие, что и подтолкнуло японских ученых к рассмотрению вопросов о причинах жертвенности. В том же году появились публикации по новому научному направлению – виктимологии. Практически одновременно, хотя и с некоторой задержкой, исследования в области виктимологии начали проводиться в США и ряде европейских стран (Христенко, 2004).

Создание виктимологии связано с именами Ганса фон Гентига (1888–1974) и Бенджамина Мендельсона (1900–1998). Время рождения виктимологии, очевидно, следует отнести к 1947–1948 гг., когда были опубликованы разработанные ими ее основополагающие положения.

Читать дальше

Личность жертвы | Психология сегодня

Источник: через Pixabay

Мы все знаем этого человека. Все плохое, что с ними происходит. Они кажутся поглощенными собой, но странно негативным образом. Мир хочет их получить. Это не паранойя, но это может показаться бредом из-за того, как они постоянно интерпретируют вещи как намерение причинить им вред и наказать их. На самом деле они ни в чем не виноваты из-за всего плохого, что с ними происходит. И они не несут ответственности за то плохое, что они делают, потому что они прошли через многое, и они просто получают часть своего обратно.В 2014 году я писал о росте культуры жертвы, которая стимулирует и усиливает восприятие себя как вечной жертвы.

Исследователи опубликовали исследование, которое предполагает, что восприятие себя как жертвы на самом деле может быть отчетливым и стабильным аспектом личности. Израильские исследователи Габай, Хамейрио, Рубель-Лифшиц и Надлер провели серию из восьми отдельных исследований, чтобы выявить, протестировать и измерить личностный конструкт, который они назвали «склонностью к межличностной жертве» или TIV.

Они определяют TIV как «устойчивое чувство того, что я является жертвой различных видов межличностных отношений». Исследователи выделяют несколько основных компонентов TIV, в том числе:

  • Потребность в признании – когда люди испытывают высокий уровень потребности в том, чтобы их виктимизация была замечена и признана другими
  • Нравственный элитизм – считать себя нравственно чистым или «безупречным», а тех, кто выступает против, критикует или «виноват» себя, считать полностью и полностью аморальными и несправедливыми
  • Недостаток сочувствия — мало сочувствия или беспокойства по поводу страданий других, потому что ваша собственная жертвенность намного больше, чем страдания других.Также включает право действовать эгоистично или вредно по отношению к другим, не признавая их боль или опыт
  • Размышление — сильная склонность размышлять и оставаться чрезвычайно зацикленными на временах, путях и отношениях, когда они испытали на себе виктимизацию и использование в своих интересах

Исследователи обнаружили, что конструкция TIV воспроизводилась в разных популяциях и образцах и оставалась стабильной во времени. Кроме того, они обнаружили, что люди с высоким уровнем TIV обращали внимание на негативные аспекты межличностных отношений гораздо больше, чем другие.Они гораздо чаще приписывали негативные намерения или злонамеренность действиям других и гораздо чаще вспоминали или запоминали негативные вещи по сравнению с позитивными. Они были склонны приписывать негатив другим людям и редко себе.

В лабораторной модели, которая исследует межличностные отношения с использованием теории игр, участники играли в «Игру в диктатора» на компьютере, где они думали, что играют против другого человека, но на самом деле играли против компьютера.В одном из тестовых условий участникам сказали, что их «оппонент» поступил эгоистично, оставив почти все деньги в игре себе и лишив участника. Когда у людей был высокий TIV, они проявляли более высокие уровни мести своему противнику, забирая деньги у своего противника, даже когда они знали, что сами не «получат» деньги в игре. Чем сильнее негативные эмоции испытывали участники, тем больше вероятность того, что они будут вести себя как месть.

Источник: через Pixabay

Люди с высокой тенденцией рассматривать себя в качестве жертв сильнее чувствовали обиду, чувствовали эту боль дольше и с большей вероятностью вспоминали об этой боли позднее. Они сильнее реагировали на негативные раздражители. Люди, которые считали себя стойкими жертвами, с большей вероятностью затаивали обиды, стремились отомстить и чувствовали себя вправе совершать аморальные поступки, чтобы наказать других. Они, кажется, видят в людях, которые их «виктимизируют», «полностью плохих», что оправдывает отмеренную месть.

Люди с высоким уровнем TIV, как правило, имеют более тревожные стили привязанности, но менее склонны к избеганию в отношениях. Таким образом, они могут беспокоиться о том, что им причинят вред или будут эксплуатировать в отношениях, но не избегают отношений или межличностных связей. Связь между восприятием себя как жертвы и фактической травмой в анамнезе в этом исследовании неясна.

Клиническое применение этого исследования может быть ценным, потенциально помогая распаковать и бросить вызов основным предположениям и сосредоточить внимание на негативе, который лежит в основе и подпитывает самоидентификацию как жертвы.Позитивная психология, мотивационное интервьюирование, а также стратегии терапии принятия и приверженности — все они предлагают вмешательства, помогающие людям исследовать поведение и ценности, а также закреплять положительные моменты. Возможно, помогая людям, которые чувствуют себя жертвами, сосредоточиться на потенциальных положительных интерпретациях или даже признать их, а также сопереживать другим, негативные последствия личности жертвы могут быть опосредованы.

Изображение Facebook: Prostock-studio/Shutterstock

Менталитет жертвы стоит на пути ответственности

Мы все работали с кем-то, кто склонен привлекать драму.

«Как мне уложиться в этот срок? Я только вчера получил документы для проверки, и у меня уже есть полная тарелка.

 «Почему мне поручили эту задачу? Я всегда получаю худшую работу».

 «Она снова расстроена, что я опоздал? Автобус опоздал, и тогда мне пришлось вечно ждать лифта!»

Знакомо? Все это проявления «менталитета жертвы», который может саботировать карьеру и даже жизнь.Когда вы приходите к осознанию того, что проявляете менталитет жертвы чаще, чем вы это осознаете, это может сильно обеспокоить. Это самая распространенная обратная связь, которую мы получаем от участников нашего семинара MindMastery™ на протяжении многих лет; что они были слепы к тому, как часто они формируют события таким образом и насколько глубока эта схема.

Что такое менталитет жертвы?

Менталитет жертвы — это психологический термин, относящийся к человеку с внешним локусом контроля.Они не верят, что контролируют свои успехи или неудачи, и часто чувствуют себя беспомощными или невиновными. Ими движет пессимизм, страх и гнев. В крайних случаях они могут даже поверить, что другие намеренно хотят причинить им вред. На другом конце спектра человек с внутренним локусом контроля считает, что он контролирует свою судьбу и приписывает свои успехи и неудачи собственным действиям.

Человек с менталитетом жертвы часто ищет внимания или сочувствия.Они избегают просить о том, что им нужно, и предпринимают очень мало действий, чтобы улучшить свое положение или решить свои проблемы, потому что считают, что это будет бесполезно. Они либо чувствуют себя бессильными что-то изменить, либо это их обусловленная привычка. С таким мышлением у них всегда будет непропорциональное количество проблем, потому что они не справляются с событиями в своей жизни эффективно.

Проще говоря, менталитет жертвы означает, что вы обвиняете других людей и обстоятельства в собственных несчастьях и/или отсутствии результатов.

Как происходит самовиктимизация

Менталитет жертвы — это приобретенная черта личности, то есть реакция на собственный жизненный опыт. Хотя некоторые жертвы, к сожалению, на самом деле были жертвами в своей жизни, существует большая разница между тем, чтобы быть жертвой трагического события и жить жизнью с менталитетом жертвы. Кто-то с менталитетом жертвы имеет мировоззрение «горе мне», чувствует, что жизнь несправедлива по отношению к нему, и думает, что другие люди или события мешают ему.Они не хотят или не могут взять на себя ответственность за свое счастье, успех или благополучие.

Преимущества статуса жертвы

Причина, по которой так много людей придерживается менталитета жертвы, заключается в том, что он часто дает много преимуществ. Может быть легче идти по жизни, когда:

  • Вы ни за что не отвечаете.
  • Вы получаете много внимания.
  • Другие люди сочувствуют вам.
  • Другие менее склонны критиковать вас.
  • Вы получаете то, что хотите.
  • Люди слушают ваши истории.
  • В вашей жизни всегда происходит что-то интересное (например, какая-то драма).
  • Вы чувствуете, что имеете право жаловаться.
Работа с психологией жертвы на рабочем месте

Если вы работаете с людьми с менталитетом жертвы, вы могли заметить, что они часто ждут, пока другие не скажут им, как что-то делать. Им, как правило, не хватает инициативы, они проявляют большую нерешительность, они не вовлечены и не проявляют инициативы.Этот человек может постоянно жаловаться на свою карьеру и часто утверждает, что ему неясны его роли и обязанности. Они ждут, пока их лидер даст им разъяснения, вместо того, чтобы проявлять инициативу и искать ответы, которые им нужны.

Руководителям может быть неприятно иметь дело с коллегами и непосредственными подчиненными, считающими себя жертвами вселенной. Жертва может резко снизить производительность на рабочем месте и помешать команде или организации достичь своих целей.Доверие, моральный дух и прочные межличностные отношения в их экосистеме также могут пострадать.

Исследование Стэнфордского университета , опубликованное в Journal of Personality and Social Psychology , показало, что роль жертвы приводит к ощущению права и к нарциссическому или эгоистичному поведению.

Исследователи разделили 104 человека на две группы. Одной группе было предложено написать короткое эссе о времени, когда им было скучно. Другой группе было сказано написать о «времени, когда ваша жизнь казалась несправедливой.Возможно, вы чувствовали себя обиженным или ущемленным кем-то». После написания эссе участников опросили и спросили, не хотят ли они помочь с простым, легким заданием.

Те, кто писал о том, что их обидели, на 26% реже помогали и, по оценке исследователей, чувствовали себя на 13% более достойными.

В отдельном эксперименте участники группы несправедливости на 11% чаще выражали эгоистичные взгляды. В качестве примечания исследователи также обнаружили, что жертвы с большей вероятностью воровали ручки экспериментаторов.

Помимо кражи пера, это исследование показывает, что менталитет жертвы может проявляться в том, что все кажется личным. Допустим, коллега не отвечает на одно из ваших писем. Вы пишете снова и снова, но она не отвечает. Вместо того, чтобы пройти мимо ее стола, чтобы посмотреть, не попадает ли ваше электронное письмо в ее папку со спамом или, например, она занимается более срочным делом, которое не дает ей подойти к компьютеру, человек с менталитетом жертвы мог бы составить рассказ о ситуации это все о себе:

  • Она злится на меня.
  • Она хочет, чтобы я потерпел неудачу.
  • Она отвечает на все электронные письма, кроме моих.
  • Как она может ожидать, что я добьюсь успеха?
Быть слепым к менталитету жертвы

В JMA мы тренировали многих людей, в том числе очень успешных людей, которые даже не осознают, что демонстрируют поведение жертвы. Часто это слепое пятно или личная черта, которая может ограничивать то, как мы действуем, реагируем, ведем себя или верим, и поэтому сдерживает нас.По правде говоря, у всех нас есть немного менталитета жертвы в нашей жизни, хотим мы видеть это или нет. Хорошая новость заключается в том, что когда кто-то начинает это замечать и исправлять, он больше не испытывает этой выученной беспомощности. Как тренеры, мы называем это «в реальном времени» на сессии всякий раз, когда возникает перспектива. Когда у кого-то есть этот объектив, он часто появляется. С самосознанием, коучингом и домашними заданиями они начинают брать себя в руки, брать на себя ответственность и брать на себя ответственность.

Связанный: Почему радикальная ответственность меняет правила игры

Обучение модели подотчетности

Подотчетность — один из важнейших элементов личного и профессионального успеха, но также и один из самых недооцененных.Мы часто думаем об ответственности как об обещаниях, которые мы даем другим, но, на самом деле, она начинается с обещаний, которые вы даете себе. Осознание мыслей, которые определяют ваше настроение, влияют на ваше поведение и, в конечном итоге, на результаты, которые вы получаете, — это первый шаг к тому, чтобы стать более ответственным.

Процесс обретения ответственности также включает в себя понимание того, что, в конце концов, только вы несете ответственность за то, где вы сейчас находитесь и куда идете в своей жизни.Имея дело с клиентом с менталитетом жертвы, я часто начинаю с раскрытия фактов, необходимых для определения ситуации, а не «фактов», как они могут их воспринимать. Вот как может работать простое упражнение во время коуч-сессии:

Клиент: Я не могу назначить встречу в календаре своего босса.

Я: Что вы сделали, чтобы запросить эту встречу?

Клиент: Я сказал ей, что мне нужно встретиться.

Я: Как ты ее спросил?

Клиент: Мы уходили с очередной встречи, и я сказал ей, что мне нужно попасть в ее календарь.

Я: Что ты сделал дальше?

Клиент: Ничего. Я ничего не могу сделать, это ее ход.

Это классическая типичная история о менталитете жертвы. Как только человек понимает, что ему нужно «присвоить» результат, я обсуждаю различные стратегии и действия для достижения целей, которых он хочет достичь. В этом упражнении мы, по сути, составляем список фактов, которые им нужно знать, и вопросов, которые им нужно задать, чтобы получить на них ответы.Мы работаем над тем, чтобы клиент понял, что у него есть обязательство предпринять действия в отношении того, что он хотел бы изменить в своей жизни. Медленно и со временем они начинают обретать уверенность и чувствовать себя более уверенными; они начинают предпринимать больше действий и теряют менталитет жертвы.

Люди с менталитетом жертвы часто чувствуют, что у них на плечах постоянный груз. Вы можете научиться поднимать этот вес и стать более эффективным в жизни и работе, практикуя радикальную ответственность.Если вы управляете кем-то с менталитетом жертвы, вы можете изучить определенные методы, чтобы побудить их быть более продуктивными. Важно помнить, что никто на самом деле не «выбирает» быть жертвой; скорее, для некоторых это становится стратегией преодоления стресса и подавленности в жизни.

Семинары по лидерству

На наших семинарах по лидерству мы научим вас, как вести такие беседы и как делать эффективные просьбы. Семинар «Зеркало подотчетности» предназначен для повышения самосознания. За ним следует наш семинар «Мастерство разума», который поможет вам понять, как изменить структуру и перепрограммировать свой мозг, чтобы быть более эффективным как в профессиональной, так и в личной жизни.

 

 

6 признаков того, что у вашего ребенка менталитет жертвы

Менталитет жертвы — это нездоровое, саморазрушительное отношение, которое может развиться по разным причинам. Ребенок, над которым издеваются сверстники, может начать считать себя совершенно беспомощным. Ребенок с чувством собственного достоинства может настаивать на том, что он заслуживает большего, когда не добивается своего.

Психика жертвы непривлекательна и не поможет вашему ребенку в жизни.Важно следить за признаками того, что у вашего ребенка развивается установка «бедный я». Вот шесть предупреждающих знаков, которые могут указывать на то, что у вашего ребенка менталитет жертвы.

Действующий беспомощный

Ребенок, считающий себя жертвой, позволит, чтобы с ним случилось что-то плохое. Они могут полагать, что их усилия по созданию изменений не будут эффективными.

Ребенок может отказаться просить о помощи, если он не знает, как делать домашнее задание, или когда он не понимает указаний учителя.Они также могут оставаться пассивными, когда их сверстники относятся к ним недоброжелательно. Такое беспомощное отношение увеличивает шансы того, что ребенок станет жертвой со стороны других.

Проведение вечеринок жалости

Жалость к себе и менталитет жертвы идут рука об руку. В то время как один ребенок может сказать что-то вроде: «Я никогда не развлекаюсь», другой ребенок может сказать: «Я никому не нравлюсь».

Вместо того чтобы искать решения реальных проблем, ребенок, который чувствует себя жертвой, может направить свою энергию на то, чтобы добиться сочувствия. Они могут дуться, хандрить и жаловаться, вместо того, чтобы предпринять шаги, чтобы поднять себе настроение или улучшить свое положение.

Фокусировка на негативе

Если случится девять хороших событий и один плохой, ребенок с менталитетом жертвы сосредоточится на негативе. Даже когда происходит что-то положительное, они могут игнорировать его удачу, говоря что-то вроде: «Ну, это больше никогда не повторится» или «Он просто был мил, потому что ты была рядом».

Менталитет жертвы заставляет детей упускать из виду хорошие вещи в жизни.И чем больше они сосредотачиваются на негативе, тем хуже они себя чувствуют. Это порочный, самовоспроизводящийся цикл.

Предсказание гибели и мрака

Ребенок с менталитетом жертвы, скорее всего, будет делать катастрофические предсказания. Он может сказать что-то вроде: «Завтра я провалю этот тест» или «Все будут смеяться надо мной на экзамене по правописанию».

Ваш ребенок может бояться возлагать надежды. Даже когда им говорят, что они собираются сделать что-то веселое, они могут предсказать, что это не сработает.Их негативное мышление будет создавать ненужный стресс и мешать им делать все возможное или получать удовольствие от своего времени.

Обвинение всех остальных

Ребенок с отношением «бедный я» обвиняет всех остальных в своих неудачных обстоятельствах. Он будет настаивать на том, что все хотят его достать. они могут даже намеренно провоцировать других, чтобы вызвать негативную реакцию, которая укрепит их представление о том, что все к ним относятся плохо.

Им также может быть трудно принять на себя личную ответственность за свое поведение.Например, вместо того, чтобы признать роль, которую они сыграли в ссоре, они, скорее всего, обвинят всех остальных и будут настаивать на том, что они ничего не могли с этим поделать.

Преувеличение несчастья

Ребенок, считающий себя жертвой, вероятно, будет использовать такие слова, как «всегда» и «никогда», описывая свои обстоятельства. Вы, вероятно, услышите что-то вроде: «Я никогда не буду делать что-нибудь веселое»,   или , «Другие дети всегда значат для меня.”

Этот тип мышления по принципу «все или ничего» означает, что ребенку будет трудно распознать исключения из правил. .

Помощь ребенку с менталитетом жертвы

В то время как все дети, вероятно, иногда думают, что они жертвы жестокого мира, у некоторых детей менталитет жертвы становится всепроникающим. И без помощи взрослых они могут перенести свое отношение «бедный я» во взрослую жизнь.

Несколько небольших изменений в том, как вы реагируете, могут успешно обуздать менталитет жертвы вашего ребенка. Отвечайте благосклонно, но дайте понять, что поражение в бейсбольном матче или провал на контрольной по математике не означает, что он жертва.

Если негативное отношение вашего ребенка к миру мешает его повседневной жизни — школе, дружбе и другим занятиям — обратитесь за профессиональной помощью. Менталитет жертвы также может быть признаком проблемы психического здоровья, такой как депрессия или тревога.

Что такое «комплекс жертвы» и почему люди его испытывают?

Черта личности, заставляющая людей думать, что они постоянно становятся жертвами вредоносных действий других не по своей вине, даже если им представлены доказательства, свидетельствующие об обратном, называется «комплексом жертвы», или «комплексом жертвы». менталитет» психологов.

Хотя большинство людей испытывает жалость к себе и бессилие, особенно в трудные времена, это чувство мимолетно и временно.Но для человека с менталитетом жертвы чувства жалости к себе, беспомощности, пессимизма и отчаяния гораздо более обычны и постоянны. Однако, в то время как менталитет жертвы является постоянным состоянием для некоторых, чувство беспомощности может быть более прерывистым для других, но оно продолжает возвращаться.

Но что делает человека восприимчивым к комплексу жертвы?

Менталитет жертвы часто является результатом травмирующих переживаний, таких как жестокое обращение или тяжелое заболевание, особенно в начале жизни человека, когда он чувствует себя жертвой, а не ответственным.Эмоциональная боль, которую они испытывают в результате, помимо ощущения себя в ловушке и беспомощности, может нарушить их чувство контроля, заставляя их смириться с мыслью, что с ними случаются плохие вещи, и они беспомощны перед лицом этих переживаний.


Связано с The Swaddle:

«Эффект прожектора» — это когда вы думаете, что люди замечают ваши недостатки больше, чем они есть на самом деле


со своими партнерами или когда они растут в созависимых отношениях со своими опекунами.Нахождение в созависимых отношениях часто приводит к тому, что люди постоянно идут на жертвы ради своего партнера или зависят от него в своем счастье, заставляя их чувствовать себя разочарованными, обиженными, менее контролируемыми и более беспомощными.

Вера в то, что они бессильны и что с ними будут продолжать происходить плохие вещи, не зависящие от них, становится их механизмом выживания, позволяющим справляться со всеми трудностями, которые бросает им жизнь. «Такой лихорадкой можно разбить надежды и опустошить человека. Так почему бы просто не избежать всей этой неразберихи, просто оставаясь вечной жертвой? …[Если] кто-нибудь когда-либо предложит [им] какие-то варианты изменения этой жизни, жертва, как классически, вернется с длинным списком «да, но но»», — написала Энн Мэтьюз, когнитивный терапевт, в Psychology Today.

Психика жертвы также может развиваться как приобретаемая поведенческая черта. Во время взросления, если человек замечал, что его опекуны постоянно прибегают к самопожертвованию, или если единственным способом получить внимание и заботу опекунов было оскорбление, он часто перенимает это поведение и переносит его во взрослую жизнь.

Но, поскольку люди часто развивают менталитет жертвы как механизм выживания, они также не желают с ним расставаться, потому что он действует как их защитное одеяло.«Жизнь [им] просто тяжелее, чем другим — [они] не знают почему — но это так. [Они] могут приводить всевозможные обоснования для этого утверждения, но правда в том, что [они] должны продолжать верить в то, что жизнь тяжела, иначе она может стать намного тяжелее», — объяснил Мэтьюз.


Связано с The Swaddle:

Почему некоторые люди чрезмерно извиняются, а другие никогда не извиняются


как-то оправдывая свои действия.Это происходит из-за их всепроникающей веры в то, что они преследуемые и уязвимые — если они сами жертвы, как они могут причинить вред другим? Кроме того, комплекс жертвы может также сделать людей менее чуткими и сострадательными к страданиям других, потому что они слишком поглощены своими собственными страданиями, что, возможно, смягчает любую ответственность, которую они могут чувствовать по отношению к другим. Со временем длительное уклонение от ответственности и обвинение других может также привить им чувство морального превосходства.В целом это мешает им учиться на своих ошибках или работать над собой.

Но, помимо уклонения от ответственности за свои действия, люди с менталитетом жертвы могут также саботировать себя, даже не пытаясь достичь своих собственных целей — не только потому, что они верят, что люди будут мешать им добиться успеха, но также потому, что менталитет жертвы влияет их уверенность и убеждает их, что они недостаточно хороши.

Однако эксперты предполагают, что менталитет жертвы можно преодолеть с помощью когнитивно-поведенческой терапии, которая устраняет чувство пессимизма и последующую беспомощность посредством «выученного оптимизма».Кроме того, с помощью терапии люди также могут научиться постепенно восстанавливать чувство контроля — иногда путем обращения к травмирующим переживаниям, кульминацией которых стало менталитет жертвы, а иногда научившись отказываться от страховочного одеяла и брать на себя некоторую ответственность.

Ментальность жертвы у детей | Расширение прав и возможностей родителей

«Это несправедливо! Ты всегда кричишь на меня, даже если это не моя вина!

Знакомо? В ту минуту, когда вы говорите «нет», или устанавливаете ограничения, или пытаетесь навязать правила, ваш ребенок сразу говорит, что вы несправедливы и что вы всегда придираетесь к нему.Он постоянно остро реагирует на рутинные просьбы и не берет на себя никакой ответственности за свое поведение. Вне зависимости от обстоятельств, он всегда тот, кого обидели или несправедливо обижены, другими словами, жертва.

Если это закономерность — типичная реакция вашего ребенка, — то он демонстрирует менталитет жертвы. И она делает это, потому что это дает оправдание ее плохому поведению, которое работает на нее.

Когда дети принимают менталитет жертвы, это становится формой неповиновения, используемой для того, чтобы избежать соответствующей ответственности и привлечения к ответственности.И когда это играет на наших родительских эмоциях — заставляя нас задуматься, не были ли мы слишком жесткими или несправедливыми, или заставляя нас чувствовать себя виноватыми за любые ограничения, которые мы пытаемся установить, — правила забываются, ограничения игнорируются, и мы снижаем нашу самооценку. ожидания.

Если оставить без изменений, менталитет жертвы может в конечном итоге повлиять на способность вашего ребенка иметь здоровые отношения и адекватно функционировать во взрослой жизни. Крайне важно, чтобы ваш ребенок освоил новые навыки, чтобы справляться с ответственностью в реальном мире.Чтобы начать этот процесс, полезно взглянуть на поведение, которое приводит к менталитету жертвы.

Ошибки мышления, поддерживающие психологию жертвы

Ошибки мышления, проще говоря, представляют собой модели мышления, которые являются неточными или иррациональными; они влияют на наши чувства и поведение, часто негативным образом. Другими словами, когда ваш ребенок думает как жертва, он начнет чувствовать и действовать как жертва. Ниже приведены некоторые из распространенных ошибок мышления, которые подпитывают менталитет жертвы вашего ребенка и связанное с ним поведение.

  • Стойка жертвы звучит как: «Почему ты всегда на моей спине около газона? Я работаю на работе после школы, и у меня никогда нет времени на себя! У меня нет времени , чтобы косить газон!» Связанное с ним поведение включает:
    • Обвинение других (часто вас, родителя), когда он не выполняет свои обязанности
    • Всегда иметь наготове оправдание
    • Борьба за право быть жертвой
  • Несправедливость звучит так: «Вы никогда не заставляли моего старшего брата убирать комнату, когда он был в моем возрасте.Потому что он мальчик, а я девочка. Ты всегда обращаешься со мной хуже, чем с ним. Это нечестно!» Связанное с ним поведение включает:
    • Считать нормальные ожидания несправедливыми
    • Отказ следовать указаниям, которые считаются несправедливыми
    • Жалоба на несправедливость последствий плохого поведения
  • Уникальность звучит так: «Ты не понимаешь и никогда не поймешь, потому что ты не заботишься обо мне так, как о моей сестре! Просто потому, что я не люблю то же, что и ты!» Связанное с ним поведение включает:
    • Утверждать, что она другая и поэтому ей нужны другие правила
    • Обвинение других в непонимании ее
    • Сосредоточение внимания на этом «непонимании», а не на реальной проблеме
  • Злость под углом звучит как: » Ты начал кричать на меня без причины, так что я сошла с ума и разбила вазу.Тебе нужно перестать кричать!» Связанное с ним поведение включает:
    • Потеря контроля над поведением и утверждение, что он не может с собой поделать
    • Обучение других, чтобы не заставлять его брать на себя ответственность
    • Использование гнева для получения власти над людьми и вещами

Со временем родители слышат эти оправдания, видят такое поведение и начинают верить, что это должно быть правдой. Затем вы начинаете реагировать на нездоровое поведение вашего ребенка нездоровыми способами. Вы ходите вокруг своего ребенка на цыпочках, потому что можете предвидеть реакцию, которую получите.Вы знаете, что ваша дочь начнет кричать, как только вы напомните ей, что ей нужно присматривать за детьми. Вы задаетесь вопросом, стоит ли вам просто остаться дома; это может быть даже проще, чем большая ссора и риск того, что она выместит свой гнев на младшем брате.

Эти мыслительные ошибки также могут привести к чувству фатализма со стороны вашего ребенка: он на самом деле начинает верить, что не может измениться, что ваши ожидания выше его, и что он не может взять на себя ответственность за свои действия. Затем он перестает видеть свою роль в улучшении ситуации.Важно избегать этой фаталистической ловушки, напоминая себе, что перемены могут произойти в любой момент.

4 шага, которые вы можете предпринять, чтобы помочь вашему ребенку измениться

  1. Начните с таргетинга на одно поведение за раз. Определите что-то, что усложняет вам жизнь, но также и то, что, по вашему мнению, может действительно измениться. Например, вы можете начать с разумного времени пробуждения и утренней рутины, или выполнить работу по дому, или ожидать, что прием пищи будет цивилизованным, без криков.
  2. Сядьте и поговорите с ребенком, когда вы оба успокоитесь . Заполните их изменениями, на которых вы хотите сосредоточиться. «Я хотел бы поговорить о выполнении ваших обязанностей по дому. Это проблема для меня, так как мне нужно, чтобы ты выполнял свою часть работы по дому. У всех нас есть свои обязанности в этой семье, а мыть посуду — твоя. Если вы хотите продолжать пользоваться автомобилем, вам придется мыть посуду каждую ночь. Если вы не можете или не хотите этого делать, вам придется сесть на автобус.
  3. Будьте спокойны и практичны в своих родах, так как ваш ребенок слишком остро реагирует на любые ожидания или ограничения. Думайте о том, что вы делаете, как о бизнесе. Родительская роль с ограничением работает лучше всего, когда вы не эмоциональны. Однако не ждите, что ваш ребенок отнесется к этому с пониманием. На самом деле, они могут быть довольно стойкими, но сохранять спокойствие и сосредоточенность в начальных испытаниях.

  4. Не отказывайтесь от ожиданий и последствий — и не поддавайтесь плохому поведению .Требуется много времени, чтобы отказаться от менталитета жертвы и заменить его более ответственным образом мышления и поведения. Это стало привычкой для вашего ребенка, и родители часто развивают привычки в ответ. Легко вернуться к этим привычкам и думать, что вместо того, чтобы устанавливать этот предел и бороться с неповиновением моего ребенка, я отступлю и отпущу это. Это естественно. Мы все стараемся избегать вещей, которые кажутся работой, но в этом случае работа того стоит.
  5. Поощряйте ребенка, когда он берет на себя ответственность и делает правильный выбор. Сначала изменения могут быть незаметными, но как только ваш ребенок начинает брать на себя ответственность за свои действия, он начинает избавляться от менталитета жертвы. Ему потребуется поощрение, чтобы он продолжал менять свое мышление и приобретать более здоровые навыки решения проблем, и вы можете это обеспечить.

Помните: изменения не происходят в одночасье. Как только ваш ребенок поймет, что ожидания действительно изменятся, он постепенно начнет соответствовать этим ожиданиям. И как только изменения начнутся, можно будет заняться дополнительными моделями поведения и добавить ожидания.

Не забывайте о цели всей этой работы: воспитать наших детей ответственными взрослыми, способными действовать в жизни и решать возникающие на пути проблемы. Чувство и поведение жертвы не приведет к той взрослой жизни, которую мы хотим для наших детей. Но как только ваш ребенок научится брать на себя ответственность за свое поведение, он будет чувствовать себя лучше, сможет лучше решать проблемы и получать от жизни максимум удовольствия.

Связанное содержание:
Как создать культуру ответственности в вашем доме
Истина для родителей: вы не виноваты в поведении вашего ребенка

Исследователи определили новый личностный конструкт, описывающий склонность видеть себя жертвой

Определен новый личностный конструкт, описывающий людей, которые настойчиво считают себя жертвами в межличностных конфликтах.Исследование было опубликовано в журнале Personality and Individual Differences.

Авторы исследования Рахав Габай и его команда описывают, как социальный мир перенасыщен межличностными нарушениями, которые часто неприятны и кажутся необоснованными, например, когда их прерывают во время разговора. В то время как некоторые люди могут легко отмахнуться от этих моментов боли, другие склонны размышлять над ними и настойчиво изображать из себя жертву. Авторы представляют это чувство жертвы как новый личностный конструкт, влияющий на то, как люди воспринимают окружающий их мир.

Исследователи называют это тенденцией к межличностной жертве (TIV), которую они определяют как «постоянное ощущение себя жертвой, которое распространяется на многие виды отношений».

С помощью серии из восьми исследований среди взрослых израильтян Габай и его коллеги стремились проверить обоснованность конструкции TIV и изучить поведенческие, когнитивные и эмоциональные последствия такой черты личности.

Первые три исследования установили, что TIV является последовательной и стабильной чертой, включающей четыре аспекта: моральный элитаризм, отсутствие эмпатии, потребность в признании и размышления.Последующее исследование также показало, что эта склонность к жертве связана с тревожной привязанностью — стилем привязанности, характеризующимся чувством неуверенности в отношениях — предполагая, что эта черта личности может быть укоренена в ранних отношениях с лицами, осуществляющими уход.

Затем два исследования предложили информацию о когнитивном профиле людей с TIV. В ходе исследований участникам предлагалось рассмотреть сценарии, в которых другой человек обращался с ними неприятно — либо заставляя испытуемых читать виньетку, описывающую партнера, дающего им плохую обратную связь (Исследование 3), либо заставляя испытуемых играть в игру, которая закончилась тем, что их противник взял на себя большую долю ответственности. выигрыш (исследование 4).Интересно, что два исследования показали, что те, кто набрал более высокие баллы по показателю TIV, с большей вероятностью хотели отомстить человеку, который их обидел.

В исследовании 4 это желание отомстить также трансформировалось в поведение — те, у кого был высокий показатель TIV, с большей вероятностью забирали деньги у своего противника, когда им давался шанс, несмотря на то, что им говорили, что это решение не увеличит их собственный выигрыш. Участники с высоким уровнем TIV также сообщали о более интенсивных отрицательных эмоциях и большем праве на аморальное поведение.Посреднический анализ дал представление о том, как разворачивается этот процесс мести. «Чем выше ТИВ участников, тем больше они испытывали негативных эмоций и считали себя вправе вести себя аморально. Однако только переживание отрицательных эмоций предсказывало поведенческую месть», — сообщают авторы.

Габай и его коллеги заявляют, что их исследования показывают, что склонность к межличностной жертве является устойчивой чертой личности, которая связана с определенными поведенческими, когнитивными и эмоциональными характеристиками.«Глубоко укоренившаяся в отношениях с основными опекунами, — описывают исследователи, — эта тенденция влияет на то, как люди чувствуют, думают и ведут себя в том, что они считают болезненными ситуациями на протяжении всей своей жизни».

Исследователи предполагают, что TIV как конструкт предлагает основу для понимания того, как интерпретация человеком социальных нарушений может формировать чувство жертвы и вести к поведению мести. Эти идеи могут послужить основой для терапевтических методов лечения таких когнитивных искажений.

Авторы предполагают, что для будущих исследований было бы особенно интересно изучить, что происходит, когда люди с высоким уровнем TIV занимают руководящие должности. Исследователи задаются вопросом, могут ли лидеры с этой устойчивой тенденцией рассматривать себя в качестве жертвы быть более склонными вести себя «мстительно».

Авторами исследования «Склонность к межличностной жертве: личностный конструкт и ее последствия» являются Рахав Габай, Боаз Хамейри, Тэмми Рубель-Лифшиц и Арье Надлер.

(Изображение Pexels с сайта Pixabay)

Общество жертв

Во время моего одиночного кругосветного плавания я посетил Шри-Ланку, очень красивую, но неспокойную страну недалеко от Индии. Несмотря на, казалось бы, непрекращающуюся гражданскую войну и повсеместную бедность, я обнаружил, что большинство жителей Шри-Ланки жизнестойки и миролюбивы. Но я помню одного человека, который окольными путями стал стимулом для этой статьи. Однажды, посещая рыночную площадь в Галле, я увидел человека, перевязанного явно окровавленными бинтами, который шатался и скулил про себя.При приближении европейского туриста этот человек устраивал столкновение, после чего с криком падал на землю. Затем, в зависимости от наивности туриста, часть денег может перейти из рук в руки — компенсация на месте жертве неуклюжести туриста. На следующий день я видел, как разыгрывалась та же самая драма, и жертва пыталась избегать столкновений с одними и теми же людьми в последующие дни. Это было не так уж сложно — после одной встречи с фальшивой жертвой люди переходили улицу, чтобы избежать его.После того, как я уплыл со Шри-Ланки, временами я думал о жертве. Я понял, что он представлял жалкий, но правдоподобный способ зарабатывать на жизнь, наживаясь на щедрости (и невежестве) нормальных людей. И, как и во многих других моих опытах в третьем мире, я обнаружил, что его хищническое поведение является прозрачным архетипом для более утонченных версий того же поведения в первом мире. Ничто в этой статье не должно указывать на то, что все жертвы — фальшивки — есть настоящие жертвы, и цивилизованные общества должны учитывать их нужды.Но в этой статье анализируется развивающаяся тенденция к фальшивой виктимизации, когда людей учат и поощряют использовать слабости наших социальных служб и пробелы в проверке и логике, факторы, которые создали новый трагический социальный класс: профессиональные жертвы. Маятник моды психологии Современная психология играет центральную роль в воспитании профессиональных жертв. Поскольку психология не является наукой (по причинам, изложенным здесь), вместо этого она стала своего рода маятником мнений, качающимся в ногу с популярными модами и убеждениями.За относительно короткую историю психологии большинство верований и практик, господствовавших над мышлением клиницистов, были отвергнуты ради причины и заменены новыми, столь же сомнительными понятиями. Например, в 1960-х годах психоаналитик Бруно Беттельхейм заявил, что аутичных детей рождают «мамы-холодильники», матери, которые, согласно Беттельхейму, не способны эмоционально сблизиться со своими детьми, что в конечном итоге приводит к полной неспособности к эмоциональной привязанности в семье. дети.Едва ли нужно добавлять, что позиция Беттельгейма не имела никаких подтверждающих доказательств, что вовсе не мешало ее принятию, являясь скорее правилом, чем исключением в психологии. Помимо отсутствия доказательств, идея «мамы-холодильника» имела серьезные практические недостатки. Демонизируя материнство, эта идея привела к тому, что множество совершенно хороших клиентов отказались от услуг, предлагаемых психологами. В конечном счете, психология — это бизнес, а бизнес не процветает, отталкивая клиентов (подробнее об этом ниже).Кроме того, никакие разговорные терапии, поведенческие модификации или лекарства, применяемые ни к матерям, ни к детям, казалось, не улучшали состояние больных аутизмом. Очевидно, что если бы аутизм был результатом определенного родительского поведения, изменение родительского поведения должно было изменить состояние, но это не то, что наблюдалось. По этим и другим причинам в последнее время маятник моды в психологии качнулся в сторону от сурового обвинения Беттельгейма в отношении материнства и яблочного пирога. Но из всех факторов, работающих на изменение мировоззрения психологии, нет более важного, чем широкомасштабные изменения в обществе за дверями клиники.Исходя из исходной позиции, согласно которой люди должны нести личную ответственность за свои действия, — идеи, которая постепенно исчезает в наше время, — мы находимся на пороге объявления всех жертвами чего-то — родителей, общества, генов, стихийных бедствий — и любые возвраты, предполагающие, что люди несут ответственность за свои судьбы и действия, обвиняются в «обвинении жертвы» — вдохновенная фраза, идеально соответствующая современности. Продолжая метафору маятника и ее нынешний отказ от привлечения людей к ответственности за свои личные обстоятельства, представление о том, что каждый является жертвой, кажется, достигло своего апогея в 1990-е годы, когда был принят ряд сомнительных практик, даже временно в суды.Одним из примеров была «восстановленная терапия памяти», идея о том, что у людей могут быть полностью подавленные воспоминания об ужасных преступлениях, которые были совершены против них, как правило, в детстве. На первом этапе этой практики терапевт поощрял вспоминание этих воспоминаний, клиент вспоминал ужасные преступления, а обвиняемые отправлялись в тюрьму. На второй фазе клиент осознает, что ее (эти люди почти всегда женщины) обманули, заключенные освобождаются, а ложно обвиненный, а иногда и клиент предъявляет иск терапевту.Преимущества такой схемы должны быть очевидны — клиент сможет претендовать на статус жертвы дважды: сначала со стороны детских злодеев, а затем со стороны терапевта. Вот пример истории болезни. Женщина по имени Холли Рамона прошла терапию восстановления памяти и быстро «вспомнила», что много лет назад ее изнасиловал отец. Отец быстро потерял работу и развелся с женой, которая решила, что обвинения справедливы, основываясь на материнской интуиции (похоже, никто не задавался вопросом, где была ее интуиция во время предполагаемого преступления).Затем отец яростно отверг обвинение и успешно подал в суд на терапевта, консультанта по вопросам брака и больницу за их роль в этом деле, выиграв 500 000 долларов. В этот момент думающий читатель мог бы взглянуть на эту историю как на случай «Он сказал, она сказала» — в конце концов, ни одна из сторон, похоже, не имеет конкретных доказательств. Но, как оказалось, дочь была девственницей в то время, когда она выдвинула свое обвинение, что психологам (и закону) удалось не заметить.В другом подобном случае, во время терапии в формальных клинических условиях, психологи использовали «восстановленные» воспоминания, чтобы убедить Патрицию Бургус в том, что она была частью сатанинского культа и занималась каннибализмом. Это мошенничество было настолько убедительным, что, когда однажды муж Бургус принес гамбургер, терапевты взяли гамбургер под стражу и проанализировали его на наличие человеческой плоти. Наконец г-жа Бургус поняла, что ее обманывают, и на втором этапе этой истории ей было присуждено 10 долларов.6 миллионов в гражданских убытках. Эти две истории типичны для большого класса подобных случаев, которые, по-видимому, имеют общее отчаянное желание стать жертвой чего-то, чего угодно, даже если это воображаемое, и преследовать некоторых воображаемых злодеев для ровного счета. Как оказалось, в результате увлечения «восстановленной памятью» сотни обвинителей отказались от своих заявлений о «восстановлении памяти», и многие переключились с подачи исков на родителей на иски к своим терапевтам (как обычно, никто не судится с адвокатами). ).Еще одним следствием этой причуды является то, что, основываясь на ужасных прецедентах, многие суды больше не будут рассматривать дела, в которых «восстановленные воспоминания» являются основным доказательством. В этом месте я прошу моих читателей подумать о колебаниях психологического маятника моды, как описано выше. Мы слышали известное утверждение Бруно Беттельхейма о том, что аутизм возникает из-за «матерей-холодильников», неполноценных матерей, не способных эмоционально сблизиться со своими детьми. Проблемы с этим убеждением должны были быть очевидны в то время, и представления Беттельхейма можно было легко проверить на предмет реальности, но это не так.В результате многие самоотверженные, компетентные матери были несправедливо демонизированы. Мы слышали, что «терапия восстановления памяти» тогда вошла в моду, и многие люди были ложно обвинены, некоторые даже заключены в тюрьму за несуществующие преступления на основании поддельных «экспертных» психологических показаний в судах. Опять же, простые тесты могли бы показать, что многие из этих утверждений были простой фантазией, например, открытием того, что женщина, обвинившая своего отца в изнасиловании, была девственницей на момент обвинения.Но, как и в случае с убеждением «мамы-холодильники» 1960-х годов, даже простейшие проверки реальностью не проводились. В результате распались многие семьи, загублены карьеры. Как это может произойти? Разве психология не наука? Разве основные психологические исследования не определяют то, что происходит в психологических клиниках? Так случилось, что современную психологию можно сравнить с медицинской практикой конца 19 века — горстка серьезных, ответственных практиков, много шарлатанов, очень плохой контроль, небольшая ответственность, почти полное отсутствие науки.Только медленное накопление болезненного опыта привело к тому, что медицина, брыкаясь и крича, была втянута в мир научной проверки и подотчетности. В психологии этот процесс даже не начался. Многие психологи откликнулись на серию моих статей о текущем состоянии их области. Одни утверждают, что в области психологии ведутся серьезные исследования, и на первый взгляд это кажется правдой. При ближайшем рассмотрении качество науки кажется очень низким, и, что наиболее важно, проводимые исследования мало влияют на клиническую практику.Когда современный врач применяет лечение в клинических условиях, он может просто изучить опубликованную литературу в поисках проверенных средств, средств, которые обычно подтверждаются исчерпывающими научными исследованиями. Если одно из этих проверенных средств оказывает непредвиденные побочные эффекты в клинических условиях, звучит сигнал тревоги, и вся практика подвергается переоценке сверху донизу. Кроме того, перед применением того или иного медицинского средства клиент должен быть осведомлен (или должен быть ознакомлен) с назначением и качеством средства — степенью его эффективности и возможными побочными эффектами.Затем клиент дает так называемое «информированное согласие» на лечение. В традиционной медицине исследователи проводят эксперименты в соответствии со строгими протоколами, эти исследования повторяются другими лабораториями, и только после сложного процесса проверки клиникам разрешается применять лечение. Клиники сообщают исследователям о любых неожиданных результатах, а исследователи информируют клиницистов о новых результатах. И клиницисты никогда не осмеливаются применять методы лечения, эффективность которых не доказана, по крайней мере, если они рассчитывают заниматься медициной более нескольких недель.Вышеизложенное обобщает текущую практику медицины, но, вопреки распространенному мнению, эта модель даже отдаленно не применима к психологии. В современной психологии клиницисты могут делать практически все, что им заблагорассудится, и между мирами психологических исследований и практикой существует мало связи. Вкратце можно сказать, что психология — это далеко не наука, а психологи — не врачи. К сожалению, большинство людей этого не осознают — обычно психологи придерживаются более высоких стандартов, чем они могут соответствовать (подробнее о том, почему это так, читайте в этой статье).Вот почему современной психологией правит маятник моды, который качается в соответствии с народными вкусами и предрассудками. Вот почему суды, впечатленные очевидным профессиональным статусом психологических «экспертов», иногда придают их показаниям незаслуженный вес, вплоть до того, что людей иногда лишают свободы на основании фантазий. В лучшем случае психология предлагает услуги, которые, строго говоря, нельзя достоверно отличить от болтовни на крыльце с вашей тетей Хильдой.В худшем случае психология настраивает свои «теории» так, чтобы они удобно согласовывались с популярными социальными причудами, такими как идея о том, что каждый является жертвой. Активно поощряя поведение людей, усугубляющее их психические трудности, клиническая психологическая практика становится частью проблемы, которую она должна решать. Повторюсь, психология — это бизнес. Он тонет или плавает в зависимости от своей способности привлекать клиентов, а покупатель всегда прав. Если клиенты верят, что они жертвы, если они верят, что могут «вспомнить» ужасные преступления и, «вспоминая», поставить себя в положение жертв, заслуживающих сочувствия, мести и денежного вознаграждения, то какой-то психолог где-то готов подкрепить и поощрить это. убеждение, за разумную плату, конечно.И наука не будет препятствовать этому процессу. Я ожидаю ответов от психологов, которые не согласятся с тем, что психология настолько малодушна, что корректирует свои стандарты, чтобы они соответствовали любым убеждениям, которые могут быть у потенциальной группы клиентов. Но это действительно так. Помимо необъяснимой популярности «терапии подавленной памяти» и «облегченной коммуникации», обе идеи теперь дискредитированы по причине, рассмотрим карьеру покойного профессора Гарвардской медицинской школы Джона Мака, который решил принять рассказы о похищениях инопланетянами за чистую монету.Он сформулировал свою веру в то, что НЛО реальны, что похищения инопланетянами были реальны, и тем самым привлек большое количество встревоженных людей, которые в противном случае могли бы обратиться за квалифицированной помощью. Его игнорирование нормальных стандартов доказывания не казалось ужасно неуместным в области психологии. Если бы мы жили во времена, когда личная ответственность и личная ответственность высоко ценились, время, когда выбор жертвы из списка социальных вариантов казался бы совершенно глупым, было бы достаточно сказать, что успешных людей не являются жертвами. Но мы живем не в те времена, и некоторым людям вечная жертва в том или ином виде кажется привлекательным вариантом. Когда кто-то исследует жизнь успешных людей, он впечатляется отсутствием у них общих черт (именно поэтому книги по самопомощи, которые обещают сделать вас успешными, на самом деле не работают). Но есть одна черта, которая объединяет всех успешных людей — они не жертвы. Жертвы не внушают доверия, они вызывают жалость.Опытные инвесторы не покупаются на роль жертвы, потому что это проигрышное предложение. Успешные люди не становятся жертвами по другой причине — они знают, что если они не возьмут на себя ответственность, когда что-то пойдет не так, они потеряют право приписывать себе заслуги, когда все идет хорошо. Это утверждение, одно из многих, принципа симметрии . Вечные жертвы также подчиняются принципу симметрии, но из-за своего крайне негативного взгляда на жизнь они не ожидают, что что-то когда-либо пойдет как надо, поэтому у жертвы нет недостатков.Успешные люди умеют видеть позитивные знаки в мрачном ландшафте и могут действовать в соответствии с тем, что видят, творчески и конструктивно. Жертвы, напротив, смотрят на тот же пейзаж и видят только возможности для дальнейшей жертвы. И успешные люди, и жертвы создают самореализующиеся нарративы. Вот история успеха. У молодого человека диагностирован синдром Аспергера, который считается довольно серьезным заболеванием, но также и очень спорным, как в отношении решения, у кого есть это состояние, так и в отношении того, как действовать (подробнее о синдроме Аспергера здесь).В отношении синдрома Аспергера существует большая свобода действий, и более ответственные исследователи советуют скептически относиться как к диагностике, так и к лечению. Человек может принять этот диагноз и использовать его как предлог для того, чтобы оставаться жертвой на всю жизнь (некоторые именно так и поступали). Или, поскольку люди, у которых диагностирован синдром Аспергера, как правило, умны, можно принять это за признак превосходных способностей. Что сделал наш молодой человек? Пытался ли он вызвать сочувствие и запустил модель самопожертвования, которая могла длиться всю его жизнь? Или он принял карты, которые ему сдали, и нашел свое место в мире? Ну, он сделал последнее.Он стал самым богатым человеком в мире: Билл Гейтс. Большинство успешных людей учатся тому, как быть успешными, они не рождаются с инстинктом успеха. Точно так же постоянные профессиональные жертвы тренируются, а не рождаются. Где они проходят это обучение?

Этот раздел в целом основан на реальных событиях, но был представлен как вымысел, чтобы защитить личности участников. Любое сходство с реальными людьми, местами и событиями является случайным и непреднамеренным.

Я знаю анекдот, и он кажется уместным, так что вот. Мать и сын на пляже. Мальчик попадает в беду во время прибоя, затем мама приходит в ярость, кричит, машет руками. Спасатель спасает ее сына и доставляет его маме. — Вот ваш сын, мэм. Но мама, будучи человеком, о котором эта статья, говорит: «Вы спасли моего сына, вы не могли спасти его кепку?» Когда я впервые услышал эту шутку, она показалась мне смешной, но я также подумал, что она не о реальности.Я передумал по этому поводу. В истории, рассказанной здесь более подробно, несколько лет назад родители попросили меня наставлять умного молодого человека в семейной ситуации, которая в свое время оказалась прототипом тренировочной площадки жертвы. На первый взгляд задача, которую поставили передо мной родители, казалась тривиальной — все, что мне нужно было сделать, это побудить молодого человека уважать и развивать его существенные интеллектуальные способности. Я думал, что это будет легко — в отличие от родителей, которых я понимал и разделял его интересы, я чувствовал, что он заслуживает большего внимания к своим способностям и своему будущему, чем он, и он был в том возрасте, когда мальчики начинают применять свои интеллектуальные способности к мир по-новому.Когда я подружился с этим молодым человеком, и по мере того, как его мировоззрение улучшилось, я заметил, что мама общается с одним из своих детей таким образом, который мне показался тревожным — мама рассказывала текущие события таким образом, который, по-видимому, был рассчитан на то, чтобы вызвать ужас, и в результате был ужас. . Текущие события были представлены так, как будто ребенок был непосредственной жертвой этих событий, и термин «жертва» широко использовался, например, «мы все жертвы». Я наблюдал, как естественная стойкость и оптимизм этого ребенка были лишены его, и то, что должно было быть радостным, становилось все более мрачным и все более пугающим.Затем я (очень глупо) попытался отговорить маму от ее терроризирующего поведения, решение, которое может только показать мою наивность и отсутствие родительской проницательности. Я должен был понять, что поведение, свидетелем которого я был, могло означать только то, что мама была серьезно дисфункциональна и вряд ли отреагировала бы на призыв здравого смысла относиться к своим детям полегче, позволить им влюбиться в жизнь, прежде чем подвергать их чьему-то тщательно отфильтрованному представление о реальности. Мама ответила, что родители всегда терроризировали своих детей.Она добавила, что ребенок, которого она терроризировала, находится на терапии, так что «все будет в порядке». Я на секунду перестал дышать. Я понял, что являюсь свидетелем рождения жертвы, обученной на коленях профессионала. Но на тот момент мама не добилась подобного «прогресса» с моим юным другом, отчасти потому, что я смогла поднять ему настроение своим позитивным взглядом и точным описанием его и мира, в котором он жил. Мама вскоре поняла, что я дал ее сыну более позитивный настрой за несколько часов в неделю, чем она могла рассчитывать на полный рабочий день.И нет, дорогой читатель, хотя и должен был бы, я не видел, какой плод принесет это дерево.

Прогулка в парке?

Тогда отец предложил поход. «Отлично, — подумал я, — эти дети почти не выходят из дома, потому что бдительные усилия их матерей заставили их бояться внешнего мира». Но я заранее посетил место похода и обнаружил, что на самом деле это был технический, почти вертикальный подъем по скале, настолько крутой, что для подъема и спуска требовалась веревка.Я сделал несколько снимков, один из которых представлен на этой странице, и обратился к родителям — это была не семейная прогулка, она подходила только для опытных взрослых альпинистов, а не для этих защищенных детей, это могло только усилить их страх перед внешним миром. Это было опасно. Родители, казалось, не понимали, что я говорю, опыт, с которым я знакомился, и прогулка прошла, как и планировалось. Я подумывал не идти в поход, но уже высказал свои опасения безрезультатно, и, пойдя, я понял, что могу быть в состоянии поймать падающих детей, опасность, которую родители явно не приняли во внимание.И это именно то, что произошло. Восхождение прошло без происшествий, но я знал, что большинство несчастных случаев при восхождении происходит на спуске, поэтому я обогнал других альпинистов, спустился и приготовился. Вскоре мой юный друг потерял контроль над веревкой и упал, соскользнув с очень крутого обрыва, быстро двигаясь к вертикальному обрыву, который мог убить его. Я схватился за веревку, перелетел через пропасть и свободной рукой остановил его, когда он проплыл мимо. У этого мальчика было мало опыта на свежем воздухе, поэтому он не мог помочь в своем собственном спасении — он не знал, как взять меня за руку, поэтому вместо этого я схватил его пальто.К счастью, пальто не порвалось, когда я остановил его падение. Я не был во многих случаях, когда на карту была поставлена ​​​​жизнь (кроме моей собственной жизни во время моего одиночного кругосветного плавания), и я считаю привилегией иметь возможность кого-то спасти. Я был рад, что решился на выезд, я знал, какие риски присутствуют, родители явно не знали, кто-то должен был иметь дело с реальностью так, чтобы результат был положительным. Чтобы понять следующую часть, читатели должны вспомнить, что я заранее предупредил родителей, что восхождение опасно, я шел вперед, ожидая поймать падающих детей, а затем поймал своего друга, когда он падал.Те читатели, которые думают, что простое «спасибо» было бы уместным ответом, должны помнить, что мама была профессиональной жертвой, которая считала себя безупречным защитником детей, которым суждено стать жертвами безымянных злых сил. После спасения, не обращая внимания на то, что спасение ее сына бросило тень на личную драму мамы, я попытался научить свою юную подругу, как хватать кого-то за руку в экстренной ситуации, используя то, что обычно называют «хваткой бойскаута». , на случай, если родители запланируют еще какие-нибудь «семейные прогулки».» Тем временем мама пыталась придумать способ раскрутить это спасение, чтобы она и ее дети могли показаться жертвами. Я думаю, что некоторые читатели теперь увидят, к чему все идет, но должен признаться, что в то время я этого не понимал. , наивно полагая, что родители увидят мою дружбу такой, какая она есть, простой и ясной. Прежде чем читать дальше, я прошу моих читателей подумать, как профессиональная жертва. Друг семьи буквально схватил вашего сына с воздуха, предотвратив опасное падение, которое могло его убить.Как это делает вас или вашего сына жертвой? Наверняка есть какой-то способ раскрутить это. Я думаю, только самые циничные читатели догадаются, что мама, отказавшись от мысли поблагодарить меня за спасение ее сына и продолжение ее жизни, вместо этого потратила месяцы, пытаясь придумать подходящую гнусную интерпретацию, которая сохранила бы ее статус жертвы. В конце концов мама оживилась и стала утверждать, что я прикасался к ее ребенку «неуместно», используя термины, которые я оставлю воображению читателей. Несмотря на свой возраст, в тот день я узнал кое-что новое: есть люди, настолько полностью захваченные фиксированными убеждениями, настолько недееспособные, что они сделают или скажут абсолютно все, что угодно, лишь бы не проверять реальность с помощью здравого смысла.Услышав рассказ маминых фантазий, поняв, что она придумала способ одновременно считать спасение злым поступком и напугать своего неопытного сына, я неохотно, но быстро прекратил свою дружбу. Я понял, что был слишком оптимистичен в отношении очень неблагополучной семейной ситуации. Но в этой запутанной истории есть еще несколько поворотов. Узнав, что я решил разорвать дружбу, мама быстро обернулась и настояла, чтобы я продолжал участвовать в жизни ее сына.Но, понимая ее в тот момент лучше, чем она понимала себя, я отказался. Я видел, на что она была способна, даже если она этого не делала. Два месяца спустя, огорченная результатом и явно не обращая внимания на то, что она сказала и написала ранее, мама попыталась изложить в зале суда свою «неуместную трогательную» фантазию с предсказуемыми результатами (ее быстро погубили внутренние противоречия и иррациональность). Затем проверка биографических данных показала, что она делала аналогичные заявления против других, которые вступали в контакт с ее детьми, так что, возможно, с ее стороны не было ничего необычного в том, чтобы интерпретировать спасение таким извращенным образом или ожидать, что власти прислушаются к ней.Мой оптимизм не уменьшился. Мой юный друг со всем этим разберется, он поймет, как не думать как жертва, несмотря на некоторую профессиональную подготовку, и обеспечит себе место в мире, соответствующее его существенным дарованиям. Самое главное, он узнает, что он не жертва, а получатель даров природы. Что касается меня, то я получил ценный урок в поле искажения реальности профессиональной жертвы. По правде говоря, я был там для ее сына, а не для нее, я делал выбор, руководствуясь здравым смыслом, и ее сын жив, а не в инвалидном кресле, потому что я мог проверить реальность, используя ресурсы, недоступные ни одному из его родителей.Я был более чем счастлив быть настоящим Холденом Колфилдом 1 в течение пяти очень важных минут. Несмотря на это, вполне вероятно, что мать моей подруги, врожденно неспособная брать на себя личную ответственность за что-либо, будет вечно жить в отрицании, браня судью — судью, который раскусил ее за считанные секунды. Очевидно, что есть люди, для которых пожизненная поза жертвы не является выбором, но я думаю, что есть много тех, для кого это сознательный выбор.Этим людям я предлагаю рассмотреть возможность того, что занятия психологией могут ухудшить их состояние, как это произошло в приведенных выше примерах. Эта перспектива может быть еще хуже из-за пассивности и внушаемости, типичных для тех, кто склонен попасть в ловушку жертвы. Поза жертвы — это самое настоящее самосбывающееся пророчество. Погрязнув в пассивности и предполагаемом бессилии жертвы, человек становится слепым ко всем возможностям и взглядам, которые не соответствуют лежачему положению жертвы.Можно было бы назвать это «самовистикой», но дело в том, что это добровольно. Когда я пытался отговорить вышеописанную дисфункциональную маму от того, чтобы она не терроризировала своих детей, программируя их на неудачу и виктимизацию, я слышал, как она неоднократно повторяла, что ее ребенок был жертвой. Я тут же ответил, что ребенок был моральным агентом, выражением, которое мама явно не знала и которое она отвергла. Что такое моральный агент? Моральный агент — это тот, кто влияет на мир в соответствии со своими собственными стандартами, , и поэтому мама, профессиональная жертва, отвергла это описание.Одним из ключей к позе жертвы является идея о том, что жертва невинна, неэффективна, не имеет никакого влияния на мир и, следовательно, не может стать жертвой кого-либо еще. Жертва бессильна, поэтому невиновна. Но на самом деле каждый живой человек имеет власть, влияние, делает моральный выбор. Вечная жертва, окутанная своей пассивностью и иллюзией бессилия, может на самом деле служить образцом для молодых людей, меняя их взгляды на жизнь, , сама того не осознавая. Мы все должны принять тот факт, что мы являемся моральными агентами — каждый из нас. Представление о том, что существует чистая жертва, подверженная влиянию мира, но не влияющая, в свою очередь, на мир, является фикцией. Мы не можем решить , будет ли влиять на окружающий нас мир и людей в нем, мы можем только выбрать , какое влияние оказывать. Некоторые из моих читателей могут подумать, что этот разговор о моральных агентах может стать переходом к религиозной дискуссии, но нет, не от меня.В любом случае быть моральным агентом не имеет существенной связи с религией, потому что у религии нет патента на моральное поведение. Кроме того, как говорили о религии многие вдумчивые люди, действовать нравственно из-за страха перед наказанием — не особенно благородное занятие. Правда в том, что мы выбираем свои собственные моральные стандарты, а затем действуем в соответствии с ними, и идея, что все моральные стандарты являются общими и универсальными, является иллюзией, поддерживаемой массовой культурой (это лишь приблизительно верно). В конечном счете, профессиональные жертвы любят думать о себе как о чистых и непорочных, но когда они учат других виктимизации, ученики на самом деле становятся жертвами — их учителем.Это необязательная виктимизация, и самое творческое, что могут сделать ученики, — это отказаться принять описание. Подумайте, как легко было бы Махатме Ганди или доктору Мартину Лютеру Кингу-младшему (изучавшему кредо ненасилия Ганди и применившему его на практике) думать о себе как о жертвах, когда их избивали их невежественные оппоненты. Подумайте, как легко было бы им или любому из их последователей нанести ответный удар в приступе самодовольной ярости жертвы.Но они этого не сделали, и, следовательно, они выиграли хороший бой. Они победили, потому что отказались признать себя жертвами. Каждый из нас в долгу перед Ганди, и доктором Кингом, и многими другими мыслителями-единомышленниками за смоделированное ими поведение и достигнутые ими результаты. Для целей этой статьи я прошу вас поразмышлять над жизнями этих людей и подумать: «Они не были жертвами». И ты не жертва.
  1. Холден Колфилд, персонаж романа «Над пропастью во ржи» Дж.Д. Сэлинджер изображает себя защитником детей, которые иначе могут упасть со скалы.
.

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован.