Родители и дети психология взаимоотношений: Родители и дети. Психология взаимоотношений – скачать fb2, epub, pdf на ЛитРес

Содержание

«Психология взаимоотношений: Родители и Дети»

 

Приглашаем на корректирующие занятия и семинары.

Качество Ваших взаимоотношений напрямую связано с тем, насколько Вы понимаете психологию человека. Ведь и мужчина, и женщина, и родитель, и ребёнок это одно слово – Человек. Поэтому как говорил Козьма Прутков «Зри в корень!». Туда мы и будем смотреть.

Вы наверняка если не знаете, то догадываетесь, что ВСЁ, абсолютно ВСЁ в человеке (его личностные качества, его успешность, его будущее) формируются в первые 5 лет. Зачастую, не осознавая, родители сами блокируют запуск многих навыков у ребёнка и в результате мы имеем всё больше нерешительных, нестабильных, узкомыслящих, порой крайне агрессивных подростков. Не удивительно, что в Мире всё больше людей с проблемами, комплексами, с узким мировоззрением.

В чём заключается истинная школа жизни для ребёнка, и способствуете ли Вы сегодня его успехам в этой «школе», дабы не сокрушаться потом: «Хотел как лучше, а получилось…»

 

Эти занятия

  • для всех кто когда-нибудь планирует своих детей или они уже есть, и не имеет значения сколько им лет 5, 15, 30, 50…;
  • для всех кто чувствует нестабильность в отношениях и хочет способствовать их выздоровлению;
  • для всех кто хочет понимать, как формируется сознание человека и на какие важные «мелочи» Вы не обращаете внимание;
  • для тех, кто попал в беду, и не видит выхода.

 

Место проведения: ул. Дзержинского 26, офис 310

 

Стоимость семинара: 1000 руб. Длительность:

1 час

 

Запись по телефонам: 285-40-37, 8-902-914-0711, либо через регистрацию на сайте, мы обязательно с Вами свяжемся.

ещё семинары

подписаться на рассылку

 

«Родители и дети: психология взаимоотношений» | Консультация:

Детско-родительские отношения: основные понятия и подходы. Эмоциональный компонент родительского отношения.

Типология эмоционального отношения родителей к ребенку

В эмоциональном компоненте родительского отношения В. В. Столин                 и Н. Н. Голосова (Столин, Голосова, 1984) выделили следующую трехмерную структуру:

1.Уважение–неуважение.
2.Симпатия–антипатия.
3.Близость–отдаленность.

А. С. Спиваковская (Спиваковская, 1986) описывает восемь типов родительского отношения, определяемого
на основании этих трех аспектов эмоционального отношения, составляющих феномен родительской любви.

  1. Действенная любовь (симпатия, уважение, близость): «Хочу, чтобы мой ребенок был счастлив, и буду помогать ему в этом» — теплое эмоциональное отношение к ребенку, принятие его личности, поведения, активное внимание к интересам ребенка, уважение его прав                    и признание обязанностей, оказание помощи при разумной требовательности.

2. Отстраненная любовь (симпатия, уважение, дистанция): «Смотрите, какой                у меня ребенок, жаль, что у меня не так много времени для общения с ним», — родители высоко оценивают ребенка, его внешний облик, успехи                                и способности. Но мягкое обращение с детьми сочетается с недостаточным вниманием к их повседневным нуждам, поверхностным знанием                              их душевного мира.

3. Действенная жалость (симпатия, близость, но отсутствует уважение): «Хотя мой ребенок недостаточно умен и физически развит, но все равно я его люблю». Признание действительных, а иногда и мнимых отклонений                           в умственном или физическом развитии ребенка; в результате родители приходят к идее исключительности своего ребенка: «Мой ребенок не такой, как все». Родители идут по пути предоставления ребенку особых привилегий, излишне его опекают, тратят много сил, чтобы предостеречь его от вредных привычек.

4. Любовь по типу снисходительного отстранения (симпатия, большая дистанция, неуважение): «Нельзя винить моего ребенка в том, что                            он недостаточно умен и физически развит». В общении с ребенком проявляется вполне осознанное оправдание неблагоприятных черт поведения или личностных качеств ссылкой на его болезненность, на плохую наследственность и др. Неблагополучие ребенка как бы негласно признается его правом, родители не вмешиваются в дела ребенка, в его контакты со сверстниками и другими людьми, недостаточно ориентируются в проблемах душевного мира ребенка.

5. Отвержение (большая дистанция, антипатия, неуважение): «Этот ребенок вызывает у меня неприятные чувства, иметь с ним дело у меня нет желания». Родитель пытается уменьшить всякое общение с ребенком,                     не замечать его присутствия, становится холодно-неприступным при его приближении, отстраняется, когда ребенок нуждается в поддержке                            и помощи.

6. Презрение (антипатия, неуважение, малая межличностная дистанция): «Я мучаюсь, беспредельно страдаю от того, что мой ребенок так неразвит, неприятен другим людям». В общении с ребенком родитель обычно                         не замечает в нем ничего положительного, совершенно игнорирует любые его достижения, но в то же время мучительно переживает связь с таким «неудачным» ребенком. Родитель постоянно одергивает, понукает ребенка, водит его от одного специалиста к другому, желая его «исправить».

7. Преследование (антипатия, уважение, близость): «Мой ребенок негодяй, и я докажу ему это». Родители во всех проявлениях ребенка видят его «злую волю». Они пытаются строгостью, контролем переломить волю ребенка, выступают инициаторами привлечения к воспитанию других лиц, нередко склонны к вынесению излишне строгих мер воздействия.

8. Отказ (антипатия, уважение, большая межличностная дистанция): «Я       не хочу иметь дело с этим негодяем». Родители отстраняются от проблем ребенка, но как бы издали следят за ним, признавая его силу, некоторые личностные достоинства. При заострении отношений такие родители охотно прибегают к помощи общественности, стремятся передоверить ребенка школе, врачам. В поведении родителей просматривается неосознанный призыв к тому, чтобы их оградили от «этого чудовища».

Эмоциональный симбиоз

Симбиоз переживается родителем как слияние с ребенком, как стремление удовлетворить все его потребности, оградить его от всех трудностей жизни. Симбиотические связи с ребенком характерны для матерей, любовь которых к ребенку заменяется аффективно заостренным беспокойством о нем. Родитель постоянно ощущает тревогу за ребенка, ребенок кажется ему маленьким и беззащитным. Тревога родителя повышается, когда ребенок начинает отделяться в силу складывающихся обстоятельств, так как по своей воле родитель никогда не предоставляет ребенку самостоятельности.

Часто симбиозу сопутствует гиперопека, то есть максимальный контроль, ограничения, связанные с занижением реальных способностей и потенций ребенка. Гиперопека, основанная на тревожности, выступает как комплекс навязчивых действий, удовлетворяющих потребность родителя в личной безопасности. Это может также указывать на внутреннюю, иногда тщательно скрываемую, неуверенность родителя в себе, исходящую, в свою очередь,              из противоречивости его личности, неустойчивой или заниженной самооценки.

Родитель стремится управлять поведением ребенка с помощью следующих директив, описанных Р. Голдуинг и М. Голдуинг (1976):

  1. «Не живи своей жизнью, а живи моей жизнью».
  2. «Не расти» –  панический страх взросления ребенка, который выражается в высказываниях типа: «Не торопись взрослеть», «Мама тебя никогда не бросит», «Детство – самое счастливое время жизни». Бессознательно ребенок может найти здесь для себя указание: «Я не имею права стать настолько самостоятельным, чтобы жить без материнской поддержки».
  3. «Не принадлежи никому, кроме меня», — родитель видит в ребенке «единственного друга», всячески подчеркивает исключительность, непохожесть ребенка на других, причем в положительном смысле: «Ты ведь у меня не такой, как все». Став взрослыми, такие люди будут стремиться в теплую атмосферу родительской семьи, равной которой они не смогут найти.
  4. «Не сближайся с другими людьми» – внушение ребенку, что никому, кроме родителя, доверять нельзя. Общий смысл этой директивы: «Любая близость опасна, если это не близость со мной». Взрослые, получившие в детстве такие директивы, имеют серьезные проблемы в эмоциональных контактах с другими людьми.
  5. «Не делай сам, это опасно, за тебя буду делать я».
  6. «Не чувствуй себя хорошо», например: «Хоть он у меня и слабенький, но сам вскопал целую грядку». Родитель подчеркивает, что плохое самочувствие ребенка повышает ценность любого его действия. Человек, получивший такую директиву в детстве, приучается к мысли, что болезнь привлекает к нему всеобщее внимание, и начинает использовать реальное заболевание для получения психологической выгоды. В результате его состояние ухудшается.

Симбиоз ведет к развитию созависимого поведения, парализует собственную активность ребенка, что приводит к регрессии, фиксации ребенка на примитивных формах общения ради обеспечения симбиотических связей с родителем (Захаров, 1988).

В случае эмоционального симбиоза родительское отношение не отвечает насущным потребностям определенных кризисных этапов личностного развития ребенка, блокирует разрешение базового мотивационного конфликта принадлежности-автономии, интериоризуясь, приводит к расщеплению и дестабилизации образа Я. Ребенок «заражается» тревогой матери, становится боязливым, робким, неспособным на самостоятельные решения; он опасается, что с ним может что-то случится (ведь недаром этого так боится мама). Тревогу ребенка вызывают любые незнакомые и новые ситуации, в которых он должен сам принять решение, ситуации, в которых ребенок остается без матери (детский сад, больница и т. д.). Мать «привязывает» ребенка к себе, делает его зависимым от себя, и в итоге тревога ребенка начинает проявляться не только в отсутствие матери, но и в ее присутствии.

Книга: Родители и дети. Психология взаимоотношений — Коллектив Авторов

Загрузка. Пожалуйста, подождите…

  • Просмотров: 7281

    За что сражались советские люди.…

    Александр Дюков

    Это была война на уничтожение и порабощение миллионов советских граждан – русских и…

  • Просмотров: 6469

    Победи депрессию прежде, чем она…

    Роберт Лихи

    В мире более 350 миллионов человек страдают депрессией. Это число неуклонно растет, и, к…

  • Просмотров: 4321

    Метафорические ассоциативные карты.…

    Михаил Ингерлейб

    Книга вводит в волшебный мир метафорических ассоциативных карт – уникального инструмента…

  • Просмотров: 3982

    Атомные привычки. Как приобрести…

    Джеймс Клир

    Может ли одна монетка сделать человека богатым? Конечно, нет, скажете вы. Но если…

  • Просмотров: 3640

    Гений общения. Как им стать?

    Стив Накамото

    Навыки эффективного общения отличают человека успешного. Неумеющий общаться обречен на…

  • Просмотров: 3018

    Карты смысла. Архитектура верования

    Джордан Питерсон

    Джордан Питерсон – клинический психолог, философ, профессор психологии Университета…

  • Просмотров: 2193

    Продажи B2B: 101+ кейс

    Евгений Колотилов

    Эта книга – квинтэссенция моего опыта как продавца, переговорщика и тренера по крупным и…

  • Просмотров: 2056

    Построение отдела продаж. WORLDWIDE

    Константин Бакшт

    Бизнес – это война, где пленных скупают за бесценок. Линия фронта на этой войне проходит…

  • Просмотров: 2028

    Слушай песню ветра. Пинбол 1973…

    Харуки Мураками

    Харуки Мураками (р. 1949) – самый известный из ныне живущих японских писателей, автор…

  • Просмотров: 1955

    Богини: тайны женской божественной…

    Джозеф Кэмпбелл

    Джозеф Кэмпбелл раскрыл мифологию для массового читателя. Его книги-бестселлеры «Сила…

  • Просмотров: 1921

    Переживая горе

    Джулия Самюэль

    Книга мгновенно стала мировым бестселлером. Она написана для всех, кто только что пережил…

  • Просмотров: 1765

    Часы без циферблата, или Полный…

    Ирина Оганова

    Ирина Оганова – писатель, автор бестселлеров #Иллюзия счастья и любви и #Мы никогда не…

  • Просмотров: 1666

    Боевое НЛП: техники и модели скрытых…

    Евгений Спирица

    Ничто не действует на человека так, как слово! Оно заставляет нас радоваться и смеяться,…

  • Просмотров: 1589

    Стальной характер. Принципы мужской…

    Павел Домрачев

    Хотите стать мужчиной, который последовательно и уверенно добивается своих целей? Чтобы…

  • Просмотров: 1533

    Эгоистичная митохондрия. Как сохранить…

    Ли Ноу

    Мечта любого человека – оставаться молодым как можно дольше. Мы не хотим стареть и…

  • Просмотров: 1364

    Ученик Теней

    Вадим Фарг

    «Ученик Теней» – фантастический роман Вадима Фарга, первая книга одноименного цикла,…

  • Просмотров: 1352

    Как продать что угодно кому угодно

    Джо Джирард

    Автор этого бестселлера продал тринадцать тысяч и один автомобиль за пятнадцать лет своей…

  • Просмотров: 1332

    Убийца возвращается дважды

    Анна Князева

    Подполковник столичной полиции Анна Стерхова приехала в командировку для расследования…

  • Просмотров: 1315

    Системное управление на практике. 50…

    Евгений Севастьянов

    Системное управление находится на пике популярности, ведь оно затрагивает ключевые…

  • Просмотров: 1262

    Без паники! Как научиться жить спокойно…

    Дмитрий Ковпак

    Все больше людей чувствуют себя в плену страха, паники. Любая неприятная новость способна…

  • Просмотров: 1198

    Не верь всему, что чувствуешь. Как…

    Роберт Лихи

    Думаете, что все бессмысленно? Тревожитесь, не доверяете миру, беспокоитесь, что впереди…

  • Просмотров: 1194

    Лекции по общей психологии

    А. Лурия

    Лекции Александра Романовича Лурии – это университетский курс по общей психологии,…

  • Просмотров: 1120

    Излом 1.0

    Вадим Фарг

    Митин, в прошлом тихий неприметный городок, в настоящем дьявольская аномалия. Каждому…

  • Просмотров: 1111

    К чёрту хаос! Организация взрослой…

    Лена Николенко

    Социальные сети, необъятный выбор возможностей, успешный успех, нехватка времени, поиски…

  • Содействие, 2006. – 224 с.

  • Баркан А.И. Практическая психология для родителей, или как научиться понимать своего ребенка. Его Величество Ребенок — какой он есть. — М., 1999. — 429 с.

  • Бернис Б., Грюнвальд Гарольд, В. Маккоби. Консультирование семьи. Практическое руководство. -.М., Когито-центр, 2004. с.413

  • Бурменская Г.В. Возрастно-психологическое консультирование: Проблемы психического развития детей / Г.В. Бурменская, О.А. Карабанова, А.Г. Лидерс. – М.: Изд-во МГУ 1990. – 134 с.

  • Винникотт Д. Разговор с родителями / Д. Винникотт. – М.: Класс, 1995. – 94 с.

  • Вроно Е.М. Несчастливые дети — трудные родители. — М.: Семья и школа, 1997.-127с.

  • Петровская Л.А., Спиваковская А.С. Воспитание как общение – диалог.// Вопросы психологии. 1983 №2.

  • Популярная психология для родителей. / А.С. Спиваковская. — СПб., 1997. — 304 с.

  • Популярная психология для родителей. / Под ред. А.А. Бодалева. – М.: Просвещение, 1989. – 221 с.

  • Семья в психологической консультации: Опыт и проблемы психологического консультирования / Под ред. Бодалева А.А., Столина В.В. — М.: Педагогика, 1989. — 208 с.

  • Славина Л.С. Трудные дети: Избранные психологические труды / Л.С. Славина // Под ред. В.Э. Чудновского. – 2-е изд. – М.: Издательство Московского психолого-социального института; Воронеж: НПО МОДЭК, 2002. – 332 с

  • Степанов В. Г. Психология трудных школьников: Учебное пособие для учителей и родителей. -М.: Академия, 1998. — 320 с.

  • Файн М. Дж. Помощь родителям в воспитании детей./ В.Я. Пилиповский. — М., 1992. — 268 с.

  • Эйдемиллер э.Г., Юстицкис в. Психология и психотерапия семьи. — сПб.: Питер, 1999. — 656с.

  • Забота, контроль и требования родителей как основные факторы воспитания ребенка

    Комментарий: Глава из книги «Родители и дети: Психология взаимоотношений», Под ред. Е. А. Савиной, Е. О. Смирновой, вышедшей в свет в издательстве «Когито-Центр»

    1. Родительская забота

    Родительская забота выступает в качестве ведущей формы воспитания ребенка. Уровень заботы, или протекции, определяет, сколько сил и времени уделяют родители воспитанию ребенка. Можно выделить две крайние степени протекции: чрезмерную (гиперпротекция) и недостаточную (гипопротекция) (Эйдемиллер, Юстискис, 1999).

    При гиперпротекции, или гиперопеке, родители уделяют ребенку очень много времени и сил. Фактически воспитание становится для них смыслом всей жизни. Гиперопека выражается в стремлении родителей окружить ребенка повышенным вниманием, во всем защищать его, даже если в этом и нет реальной необходимости, сопровождать каждый его шаг, предохранять от мнимых опасностей, беспокоиться по поводу и без повода, удерживать ребенка возле себя, «привязывать» его к своим настроениям и чувствам, требовать от него определенных поступков (Захаров, 1988). Как правило, забота нужна не столько детям, сколько самим родителям, восполняя у них нереализованную и нередко невротически заостренную потребность в привязанности и любви. Стремление матери «привязать» к себе ребенка имеет в своей основе и выраженное чувство беспокойства или тревоги. Гиперопека может быть мотивирована как тревогой, вызванной одиночеством родителей, так и инстинктивными опасениями, что с ребенком может случиться несчастье. Это может выражаться такими фразами: «Ты только не задерживайся, а то я буду волноваться», «Никуда не уходи без меня» (Захаров, 1988).

    При гипопротекции ребенок находится на периферии внимания родителей, до него «не доходят руки», за воспитание родители берутся время от времени, когда случается что-либо серьезное (Эйдемиллер, Юстицкис, 1999).

    Важным аспектом воспитания ребенка является степень удовлетворения его потребностей. Эта характеристика отличается от уровня протекции, так как родитель может много времени заниматься воспитанием, но не удовлетворять потребности ребенка в должной мере. В степени удовлетворения потребностей ребенка также возможны два крайних варианта (Эйдемиллер, Юстицкис, 1999):

    Потворствование имеет место тогда, когда родители стремятся к максимальному и некритичному удовлетворению любых потребностей ребенка. Они балуют его, любое его желание — закон для родителей. Объясняя необходимость такого воспитания, родители предлагают аргументы, которые являются по своей сути проявлением механизма рационализации: слабость ребенка, его исключительность, желание дать ему то, чего они сами были лишены.

    Игнорирование потребностей ребенка — такой стиль воспитания характеризуется недостаточным стремлением родителя к удовлетворению потребностей ребенка. Чаще всего страдает потребность ребенка в эмоциональном контакте с родителями.

    2. Понятие родительского контроля

    В младенчестве и раннем возрасте все потребности ребенка удовлетворяются взрослым, и от него почти ничего не требуется. Однако по мере того, как развивается его моторика и способность управлять своим поведением, родители начинают ограничивать и направлять его активность. Несомненно, по многим причинам нельзя предоставлять ребенку неограниченную свободу. Необходимы определенные ограничения и руководство, чтобы обеспечить его безопасность. Например, ребенок не может играть в мяч на проезжей части улицы или играть с огнем или острыми предметами. По мере усложнения потребностей ребенка они неизбежно вступают в конфликт с желаниями окружающих. Ребенок уже не может свободно выражать свои потребности, но должен учиться соотносить их с требованиями окружающего мира.

    Интериоризация средств и навыков контроля, используемых родителями, является важным механизмом формирования характерологических черт ребенка, ответственных за самоконтроль и социальную компетентность (Столин, 1983). Интериоризация родительских стандартов зависит, с одной стороны, от чувства страха, а с другой — от чувства вины (Whiting, 1954). Когда интериоризация находится на низком уровне, контроль осуществляется страхом перед внешним наказанием; когда интериоризация развита, поведение контролируется чувством вины (Whiting, 1954).

    Эффективный контроль предполагает сочетание эмоционального принятия с высоким объемом требований, их ясностью, непротиворечивостью и последовательностью (Столин, 1983). Родительский контроль может быть представлен в двухполюсной системе: автономия — контроль. В рамках дисциплинарной оси любое конкретное поведение родителей занимает место между двумя крайними точками: от предоставления полной автономии до абсолютного подчинения воле родителей.

    Маккоби включила в родительский контроль следующие компоненты (Цит. по: Архиреева, 1990):

    1. Ограничительность — установление границ детской активности.

    2. Требовательность — ожидание высокого уровня ответственности у детей.

    3. Строгость — принуждение детей к чему-либо.

    4. Навязчивость — влияние на планы и отношения детей.

    5. Произвольное проявление власти.

    Предполагается, что по степени выраженности этих параметров можно судить о степени авторитарности контроля родителей.

    Радке (Radke, 1969) выделяет следующие принципы и формы проявления авторитета родителей и дисциплинирования ребенка.

    1. Философия авторитета, которая представлена двумя полюсами: автократический и демократический стиль. При автократическом стиле родитель определяет всю воспитательную политику, много требует от ребенка, но не разъясняет ему своих требований. При демократическом стиле воспитательная политика обсуждается родителями с детьми, то есть ребенку разъясняется сущность родительских требований.

    2. Родительские ограничения. Они могут быть строгими и жесткими, когда ребенок не может их нарушить. Ограничения могут быть легкими и подвижными, когда ребенок может их нарушить без особых для себя последствий.

    3. Строгость наказаний.

    4. Контакт родителей с ребенком. При хорошем контакте родители уделяют внимание детским проблемам, разделяют интересы ребенка. Он доверяет родителям, и его отношения с ними насыщены положительными эмоциями. При плохом контакте родители не обращают внимания на проблемы ребенка и не разделяют его интересов. Ребенок испытывает недостаток доверия по отношению к родителям, отмечается также недостаток позитивных эмоциональных отношений.

    Сочетание родительского контроля и безусловной поддержки желания ребенка быть самостоятельным и независимым Баумринд (Baumrind, 1971) называет моделью авторитетного родительского контроля. Родители относятся к своим детям нежно, с теплотой и пониманием, доброжелательно, много с ними общаются, но контролируют детей, требуют осознанного поведения. Модель поведения родителей, которые больше полагаются на строгость и наказания, получила название властной. Родители жестко контролируют детей, часто применяют свою власть, не побуждают детей выражать свое собственное мнение. Модель поведения родителей, которые не поощряют детей, не обращают внимания на воспитание независимости ребенка и его уверенности в себе, была названа снисходительной. Модель гармоничного поведения родителей сходна с моделью авторитетного родителя по всем признакам, кроме контроля, который используется здесь достаточно редко. Модель поведения нонконформистов присуща родителям, которые не признают традиционного представления о воспитании. В основе их педагогической тактики лежит идея свободного развития детей.

    Поведение детей зависит от целого комплекса воспитательных воздействий. Обе группы родителей — авторитетные и властные — стараются контролировать детей, но осуществляют это различными способами. Властные родители полагаются исключительно на применение силы, требуют, чтобы ребенок подчинялся им без рассуждения. Авторитетные же, наоборот, учитывают мнение детей, откликаются на их проблемы, позволяют детям проявлять самостоятельность и инициативу (Baumrind, 1971).

    А. И. Захаров (Захаров,1988) выделяет три вида родительского контроля: разрешающий, умеренный и чрезмерный. Чрезмерный контроль может приобретать форму авторитарного. Рассмотрим эти виды контроля подробнее.

    При разрешающем контроле наблюдается отсутствие запретов и предписаний начиная от малой степени попустительства и вплоть до полной неспособности родителей совладать с чувствами детей. Здесь допускаются полная активность и самостоятельность ребенка, отсутствуют порицания и наказания. Родители во всем идут навстречу и нередко потакают неадекватным, с позиции здравого смысла, желаниям и требованиям (капризам) детей.

    Отсутствие контроля имеет две формы: форму гипопротекции и потворствующей гиперпротекции (Эйдемиллер, Юстицкис, 1999). Гипопротекция — недостаток опеки и контроля, приводящий иногда к полной безнадзорности. Такая форма контроля часто сочетается с отвержением ребенка и представляет собой чрезвычайно неблагополучный для ребенка тип родительского отношения. Вторая форма отношения, при котором наблюдается недостаток контроля и требований, — это потворствующая гиперпротекция, или воспитание ребенка по типу «кумир семьи», что выражается в потакании всем желаниям ребенка, чрезмерном покровительстве и обожании (Эйдемиллер, Юстицкис, 1999, Гарбузов, 1983). При таком родительском отношении у ребенка формируется следующая внутренняя позиция: «Я нужен и любим, а вы существуете ради меня». Ребенок управляет своим поведением, на основе следующих представлений(Хоментаускас, 1985):

    1. Я — центр семьи, родители существуют ради меня.

    2. Мои пожелания и стремления — самые важные. Я должен их осуществлять во что бы то ни стало.

    3. Окружающие, даже если не говорят этого, восхищаются мною.

    4. Люди, которые не видят моего превосходства,- просто глупые. Я не хочу иметь с ними дела.

    5. Если другие люди думают и действуют не так, как я, они ошибаются.

    В результате воспитания по типу потворствующей гиперпротекции у ребенка, формируется, с одной стороны, непомерно высокий уровень притязаний, а с другой — недостаточно эффективная волевая регуляция собственного поведения. Часто такие дети сталкиваются с реальными проблемами во взаимоотношениях с другими людьми, так как они ожидают от них такого же обожания, как и от родителей.

    Умеренный тип контроля сочетает как твердость родителей, не перерастающую в излишнюю принципиальность и настойчивость, так и определенную ситуативную уступчивость в отношении желаний и требований детей (Захаров, 1988).

    Чрезмерный контроль проявляется в стремлении родителя следить за каждым шагом ребенка. Часто он распространяется на эмоциональную и двигательную активность детей, на непосредственность в выражении чувств, приготовление уроков и «свободное» времяпрепровождение, которое в данном случае значительно сокращается (Захаров, 1988). Избыток контроля наблюдается также в отношении приема пищи и формирования навыков самообслуживания в первые годы жизни детей. Нередко контроль носит характер тотальных, прямо или косвенно подразумеваемых запретов, когда за-прещается без разрешения делать что-либо или даже выражать свои желания. Особенно много запретов накладывается в том случае, если дети «не устраивают» взрослых своим темпераментом или характером. Обилие контроля характерно для доминирующей гиперпротекции, при которой обостренное внимание и забота сочетаются с обилием ограничений и запретов (Эйдемиллер, Юстицкис, 1999).

    Чрезмерный контроль часто приобретает форму авторитарного. Он может быть обозначен следующим образом: «Делай так, потому что я сказал», «Не делай этого…» По мнению А. И. Захарова, доминантность в отношении с детьми приводит к безоговорочному признанию взрослыми истинности любой своей точки зрения, категоричности суждений, приказному, повелевающему тону, навязыванию мнений и готовых решений, стремлению к строгой дисциплине и огра-ничению самостоятельности, использованию принуждения, физического наказания. Черты авторитарного воспитания проявляются в недоверии к детям, их возможностям, а также во властности в отношениях с детьми. Кредо таких родителей — «Я не успокоюсь, пока не заставлю его сделать все, чего хочу» (Захаров, 1988). Строгие родители предписывают детям множество запретов, держат их под пристальным надзором, устанавливают определенные нормы поведения, которым дети обязаны следовать. У строгих родителей могут проявляться противоречия в системе требований и запретов.

    В работе Т. Н. Жугиной (Жугина, 1996), посвященной восприятию детьми материнского поведения, было показано, что матери чаще всего используют негативные способы контроля. Наиболее распространенным является принуждение (36 %), которое направлено на ограничение активности ребенка или насильственное переключение ребенка с одного вида активности на другой. Нередко матери используют физическую силу, чтобы преодолеть сопротивление ребенка. Так, воспроизводя в рассказах по картинкам поведение матерей, дети отмечали: мама «утаскивает силой», уводит ребенка с прогулки, игнорируя его желание поиграть с друзьями. Жестко контролируя жизнь ребенка, ограничивая его спонтанную активность, мать превращает ребенка из субъекта взаимодействия в объект манипуляций. От ребенка требуется беспрекословное послушание, его чувства, мысли, желания игнорируются и обесцениваются, у ребенка формируется зависимое поведение. Многие дети говорили: не хочу идти домой, но пойду, хочу играть с ребятами, но не буду. Таким образом, закладывается внутренний конфликт между собственными желаниями ребенка и необходимостью следовать материнским требованиям.

    В том же исследовании (Жугина, 1996) было показано, что дети, находящиеся под жестким, авторитарным контролем, оценивают своих матерей как агрессивных. Это про-явилось в результатах тестирования с помощью проективной методики «Рисунок родителей в виде несуществующих животных». Так, дети рисуют матерей в виде саблезубых тигров, раков, динозавров, придают даже миролюбивым животным многочисленные признаки агрессии (хорошо прорисованные зубы, иголки, клешни, когти, шерсть). В некоторых рисунках наблюдается символическое ограничение агрессии родителей. Например, ребенок помещает нарисованных животных в клетку.

    Преобладание в российской культуре авторитарных моделей воспитания является следствием отреагирования тоталитарного прессинга в общении с ребенком (Каган, 1992). Послушание рассматривается как одна из главных добродетелей ребенка. Семья чувствует ответственность за развитие ребенка, но принимает ее парциально: все желательное — результат нашего воспитания, все нежелательное — вопреки ему, результат дурного влияния школы, улицы, средств массовой информации. Это приводит к тотальному контролю всей жизни ребенка, переживаемому им как недоверие, отрицание, унижение и вызывающему в результате протест. Наиболее выпуклая и яркая черта тоталитарного семейного воспитания — противостояние взрослых детям, вызывающее ответное противостояние детей взрослым (Каган, 1992).

    3. Родительские требования

    Требования взрослого касаются, во-первых, обязанностей ребенка, то есть того, что ребенок должен делать сам (самообслуживание, учеба, помощь по дому и т. д.). Во-вторых, это требования-запреты, устанавливающие, чего ребенку нельзя делать. Э. Г. Эйдемиллер и В. Юстицкис (Эйдемиллер, Юстицкис, 1999) описали следующие разнополярные системы требований-обязанностей.

    Чрезмерность требований-обязанностей — требования к ребенку очень велики, не соответствуют его возможностям, что увеличивает риск психической травматизации ребенка. Чрезмерность требований-обязанностей лежит в основе типа воспитания, который можно определить как «повышенная моральная ответственность». От ребенка требуют не соответствующих его возрасту и реальным возможностям бескомпромиссной честности, порядочности, следования чувству долга, возлагают на него ответственность за жизнь и благополучие близких (Личко, 1985). Родители устанавливают для ребенка высшие цели в различных областях жизни, питают большие надежды в отношении будущего своего ребенка, его способностей и талантов. Родители любят не столько самого ребенка, сколько его идеальный образ.

    Недостаточность требований-обязанностей. В этом случае ребенок имеет минимальное количество обязанностей в семье, и родители нередко сетуют, что ребенка трудно привлечь к какому-то делу по дому.

    Требования-запреты определяют степень самостоятельности ребенка, возможность самому выбирать способ поведения. Здесь также есть две крайности: чрезмерность и недостаточность требований-запретов. Чрезмерность требований-запретов проявляют в том, что ребенку «ничего нельзя», ему предъявляется огромное количество требований, ограничивающих его свободу и самостоятельность. Недостаточность требований-запретов, напротив, заключается в том, что ребенку «все можно». Даже если и существуют какие-либо запреты, ребенок их легко нарушает, зная, что с него никто ничего не спросит.

    По своей форме требования к ребенку можно разделить на две группы: императивные и оптативные. Императивные требования предъявляются в категоричной, обязывающей форме (приказ, распоряжение, указание, угроза, поучение). Оптативные требования выражают желательность выполнения ребенком тех или иных действий (совет, предложение, просьба).

    Чрезмерность контроля и требований отмечается при так называемой авторитарной гиперсоциализации. Родители требуют от ребенка безоговорочного послушания и дисциплины. Они стараются навязать ему свою волю и не желают встать на точку зрения ребенка. За проявление своеволия ребенка наказывают. Родитель пристально следит за достижениями ребенка во всех сферах жизнедеятельности. При таком стиле воспитания личность ребенка формируется по тревожному типу. Это объясняется главным образом тем, что, культивируя послушание, родители придают ему самодовлеющее значение. Сделать что-то не так, как хотят родители, и, в частности, мать, — значит быть наказанным, быть плохим, что, в свою очередь, ведет к лишению любви, а поскольку потребность в любви — одна из самых важных для ребенка, то неудовлетворение этой потребности ведет к фрустрации и неврозу.

    4. Влияние родительского контроля на развитие личности ребенка

    Как же влияют родительский контроль и требования на детское развитие? Родительский авторитаризм приводит к отсутствию эмпатии, формированию низкой самооценки ребенка, его ориентации на внешние требования и стандарты. Дефицит практики самостоятельного поиска и принятия решения приводит к формированию зависимости ребенка от взрослого, к инфантилизации и инвалидизации ребенка. Клиническая практика показывает, что пациенты с наиболее тяжелыми психосоматическими расстройствами отмечают чрезмерную склонность своих родителей к дисциплинарным требованиям, соединенную с отсутствием любви и жестким критицизмом (Lazarus, 1971).Так, например, больные язвенной болезнью желудка часто указывают, что их родительская семья отличалась стремлением к доминированию и подавлению.

    Болдуин (См.: Столин, Соколова, Варга, 1989) показал, как влияют на личность ребенка демократический и контролирующий стили родительского воспитания. Демократический стиль определяется следующими параметрами: высоким уровнем вербального общения между родителями и детьми, включенностью детей в обсуждение семейных проблем, учетом их мнения; готовностью родителей прийти на помощь, если это потребуется, верой в успех самостоятельной деятельности ребенка, ограничением собственной субъективности в видении ребенка. Контролирующий стиль предполагает введение значительных ограничений на поведение детей, четкое и ясное разъяснение ребенку смысла ограничений, отсутствие разногласий между родителями и детьми по поводу дисциплинарных мер.

    Оказалось, что в семьях с демократическим стилем воспитания дети обладали умеренно выраженной способностью к лидерству, агрессивностью, стремлением контролировать других детей, но с трудом поддавались внешнему контролю. Они отличались хорошим физическим развитием, социальной активностью, легкостью вступления в контакты со сверстниками, но им не был присущ альтруизм, сензитивность и эмпатия. Дети родителей с контролирующим типом воспитания были послушны, внушаемы, боязливы, не слишком настойчивы в достижении собственных целей, неагрессивны. При сме-шанном стиле воспитания детям были присущи внушаемость, послушание, эмоциональная чувствительность, неагрессивность, отсутствие любознательности, оригинальности мышления, бедная фантазия.

    Баумринд (См.: Столин, Соколова, Варга, 1989) в цикле исследований попытался вычленить совокупность детских черт, связанных с фактором родительского контроля. Были выделены 3 группы детей:

    Компетентные — с устойчиво хорошим настроением, уверенные в себе, с хорошо развитым самоконтролем поведения, умением устанавливать дружеские отношения со све-р-стниками, стремлением к исследованию, а не избеганию новых ситуаций. Избегающие — с преобладанием уныло-грустного настроения, трудно устанавливающие контакты со сверстниками. Незрелые — неуверенные в себе, с плохим самоконтролем, с реакциями отказа во фрустрационных ситуациях.

    Автор выделил также четыре параметра родительского поведения, отвечающие за описанные паттерны детских черт.

    1. Родительский контроль. При высоком балле по этому параметру родители стараются оказывать большое влияние на детей, способны настаивать на выполнении своих требований, последовательны в них. Контролирующие действия родителей направлены на модификацию у детей проявлений зависимости, агрессивности на развитие игрового поведения детей, а также на более успешное усвоение родительских стандартов и норм.

    2. Родительские требования. Побуждают развитие у детей зрелости; родители стараются, чтобы дети развивали свои интеллектуальные, эмоциональные и коммуникативные способности, настаивают на необходимости и пра-ве детей на независимость и самостоятельность.

    3. Способы общения с детьми в ходе воспитательного воздействия. Родители с высоким баллом по этому показателю стремятся добиться послушания с помощью убеждения, обосновывают свою точку зрения и одновременно готовы обсуждать ее с детьми, выслушивают их аргументацию. Родители с низким баллом не выражают четко и однозначно свои требования и недовольство или раздражение, но чаще прибегают к косвенным способам воздействия — жалобам, крику, ругани.

    4. Эмоциональная поддержка. Родители способны выражать сочувствие, любовь и теплое отношение, их действия и эмоциональное отношение направлены на физическое и духовное развитие детей.

    Комплекс черт компетентных родителей соответствует наличию в родительских отношениях четырех измерений — контроля, требовательности к социальной зрелости, общения и эмоциональной поддержки. При этом адекватный контроль предполагает сочетание эмоционального принятия с высоким объемом требований, их яс-ностью, непротиворечивостью и последовательностью их предъявления ребенку.

    Шобен (Shoben, 1949) нашел, что дети с проблемным поведением имеют родителей, которые поддерживают строгую дисциплину и требуют от детей послушания. Уотсон (Watson, 1933) исследовал детей, у которых были любящие, но строгие родители и сравнивал их с другой группой детей, родители которых любили детей и многое им разрешали. Он показал, что предоставление ребенку большей свободы позитивно коррелирует с инициативностью и независимостью детей, их дружелюбием по отношению к людям, лучшей социализацией и кооперацией, высоким уровнем спонтанности, оригинальности и креативности. Исследования Радке (Radke, 1969) показали, что дошкольники из семей с огра-ничивающим, авторитарным стилем воспитания менее живые, более пассивные и незаметные, менее популярны среди сверстников. Кроме того, агрессивный воспитательный стиль с применением принуждения связан с низкой социальной компетентностью и отвержением со стороны сверстников. Вербальные и физические наказания ребенка провоцируют агрессивное поведение детей, что может служить причиной отвержения со стороны сверстников (Travillion, Snyder, 1993).

    Дети авторитарных родителей имеют тенденцию усваивать авторитарный стиль общения и воспроизводить его в собственных семьях. В дальнейшем такие дети склонны к установлению большой социальной дистанции с людьми, к формирование ролевых, а не межличностных отношений (Hart, 1957).

    5. Техники дисциплинирования ребенка

    Сущность родительской дисциплины состоит в приведении поведения и личности детей в соответствие с родительскими представлениями и требованиями.

    Выделяют три основные техники дисциплинирования ребенка:

    а) эмоциональное наказание;

    б) техника, основанная на утверждении силы;

    в) разъясняющая техника.

    Эмоциональное наказание — это такая дисциплинарная форма, при которой родители воздействуют на чувства ребенка. Это отказ разговаривать с ребенком, насмешки, нарочитое лишение его родительской любви («мама такого не любит»), выражение нелюбви, изоляция ребенка, стимуляция чувства вины. Например, мать может говорить ребенку: «Нельзя брать песок, ты и так все время болеешь, мне опять придется брать больничный, ты меня уже замучила», «Не ходи по песку, я устала от стирки». Это наиболее сильный способ воздействия на ребенка, так как эмоциональное наказание может быть длительным, к тому же на ре-бенка в этом случае действует сильная угроза — страх потери объекта любви.

    Техника, основанная на утверждении силы, включает физические наказания, лишение удовольствий и материальных ресурсов, вербальные угрозы по отношению к ребенку. В этом случае механизмом управления поведением ребенка является страх наказания. Показано, что дисциплина, основанная на власти, ведет к задержке морального развития ребенка (Cass, 1988). Такая родительская практика может быть связана со следующими факторами: высоким уровнем родительского стресса или депрессии, выраженностью такой личностной черты, как раздражительность, низким образовательным уровнем родителей, разводом, воспитанием большого количества детей и бедностью (Travillion, Snyder, 1993). Наказывая ребенка, родители добиваются краткосрочного комфорта, но не могут повлиять на общую динамику развития ребенка (Waters, 1988).

    Разъясняющая техника является относительно мягким способом дисциплинирования, который характеризуется попытками родителей объясниться с ребенком в надежде, что он поймет, почему он должен изменить свое поведение. Например, можно разъяснить ребенку его поведение, взывая к его гордости, к желанию «быть взрослым», объяснить разумность соблюдения дисциплины.

    Развитие совести у ребенка положительно коррелирует с тем, насколько часто матери используют похвалу и убеждение, и отрицательно — с использованием физического наказания. Непоследовательность в родительских дисциплинарных требованиях (когда один родитель, например, наказывает, а другой поощряет) дает ребенку рычаги манипулирования, что делает родительские дисциплинарные меры неэффективными (Бандура, Уолтерс, 2000).

    Необходимо, чтобы родители понимали поведение ребенка. Очень часто они просто реагируют на его поведение, на то, что они видят или слышат, не делая при этом попытки понять, почему ребенок ведет себя подобным образом. Самый легкий и быстрый ответ — накричать на ребенка или наказать его. Чтобы эффективно отвечать на нежелательное поведение ребенка, нужно знать: 1) на какой стадии развития находится ребенок, способен ли он контролировать свое поведение так, как от него требует родитель; 2) какой тип воздействия будет наиболее эффективным для данного ребенка; 3) что в действительности случилось, что привело к такому поведению ребенка. Например, ребенок может вести себя агрессивно по отношению к другим детям потому, что он напуган. Взрослый должен предупредить или остановить такие реакции, но в то же время он должен помочь ребенку справиться со страхом. Ребенку нужно показать, что взрослый понимает его чувства, он должен узнать, что люди часто злятся и гневаются, когда они расстроены. Зная это, ребенок будет прорабатывать свои чувства вместо того, чтобы агрессивно вести себя по отношению к другим людям.

    Эллис, основатель рационально-эмотивной терапии, полагал, что дисциплину необходимо рассматривать как умения, которые должны усваиваться ребенком, а не как ограничения. В этом случае родительские воздействия будут направлены на развитие ребенка, а не на его ограничение и осуждение. Взрослый должен ясно сообщить ребенку, что дисциплина — это путь сделать ребенка более счастливым и успешным в достижении его целей. Дисциплина лучше всего может быть понята как средство формирования у ребенка самоконтроля и самодисциплины; именно эту долгосрочную цель должен иметь в виду взрослый. Тогда сообщение взрослого будет звучать, скорее всего, примерно так: «Ты совершил что-то неправильно, и я хочу, чтобы ты сделал это лучше в будущем», а не так: «Ты ничтожество и заслуживаешь наказания» (Waters, 1988). Физическое наказание ребенка порождает у него гнев, ощущение беспомощности. Если взрослый использует наказание в качестве последнего средства дисциплинирования, то он должен делать это без гнева. Если взрослый наказывает ребенка в состоянии гнева, то он как бы показывает ребенку: «Я, взрослый, не могу контролировать себя, но я требую самоконтроля от тебя».

    Выбор техники дисциплинирования должен, несомненно, зависеть от возраста ребенка. Ребенка двух лет бесполезно дисциплинировать, используя вербальные средства и разъясняя ему причины его поведения. В данном возрасте огромное влияние на ребенка имеют чувства, демонстрируемые родителем. Ребенок пока еще имеет слабую защиту от тревожности, поэтому он будет чувствовать себя беспомощным, если родитель будет выражать гнев. Использование физических наказаний, то есть причинение ребенку боли, может остановить нежелательное поведение, но одновременно ведет к разрушению отношений между взрослым и ребенком. Двухлетний ребенок имеет проблемы с поведением, так как он чрезмерно активен в освоении действительности и оказывает сопротивление при желании родителей его контролировать. Все это — естественные шаги в развитии автономии ребенка, и родителям необходимо быть понимающими и терпеливыми. Наилучший способ дисциплинирования ребенка этого возраста — минимум ограничений и такая организация окружения ребенка, чтобы он имел возможность исследовать разные предметы. Родители также должны уметь говорить «нет» твердо и спокойно и убирать подальше от ребенка те вещи, которые нельзя трогать.

    Ребенок 5-6 лет более способен контролировать свое поведение. В этом возрасте дисциплинирование может включать объяснение причин и последствий различных форм поведения.

    В подростковом же возрасте от родителей как никогда требуется понимать поведение ребенка, видеть те причины, которые побуждают подростка вести себя подобным образом. Подросток борется за независимость и не терпит, когда его ограничивают. С другой стороны, он боится независимости, так как независимость означает ответственность (Cass, 1988). Подросток полон внутренних противоречий, которые родители должны понимать и принимать.

    Дисциплинарные воздействия родителя могут по-разному интерпретироваться ребенком. Например, родитель разводит двух дерущихся детей по разным комнатам. Для одного ребенка это может быть благом, так как он хотел побыть один, чтобы закончить постройку. Другой же ребенок несчастлив, так как он намеревался пойти на улицу к друзьям.

    Отметим, что практически никто из родителей не придерживается какой-то одной дисциплинарной техники, они меняются от ситуации к ситуации. Однако у каждого родителя можно выявить доминирующий тип воздействия на ребенка.

    Родители и дети: Психология взаимоотношений

    Елена Олеговна Смирнова Екатерина А. Савина

    Родители и дети: Психология взаимоотношений

    Екатерина Савина, Елена Смирнова

    Родители и дети:

    психология взаимоотношений

    Предисловие

    Изучение детско‑родительских отношений является чрезвычайно важным как для понимания факторов, влияющих на становление личности ребенка, так и для организации воспитательной практики. О значимости данной проблемы свидетельствует тот факт, что многие авторитетные психологические теории, такие, как психоанализ, бихевиоризм или гуманистическая психология, не обошли вниманием эту проблему, рассматривая взаимоотношения родителей и ребенка как важный источник детского развития.

    Первые экспериментальные исследования в области детско‑родительских отношений были начаты в 1899 году, когда Сирс в сотрудничестве с Холлом разработали опросник, выявляющий мнения родителей о наказании детей. В 30‑е годы ХХ века отмечается быстрый рост исследований родительских установок. На сегодня в зарубежной психологии опубликовано более 800 исследований на тему детско‑родительских отношений. В отечественной психологии статистика более скромная, поэтому российский читатель испытывает определенный дефицит информации по данной проблеме. Предлагаемая книга «Психология взаимоотношений родителей и детей» призвана в какой‑то мере восполнить этот дефицит.

    В книге отражены различные аспекты психологии детско‑родительских отношений. В первой части рассматривается природа родительского отношения, подходы к его исследованию, раскрываются основные структурные компоненты и детерминанты родительского отношения. Вторая часть посвящена генезису родительского отношения от пренатального периода до подросткового периода. В третьей части рассматриваются возможные влияния родительского отношения на личностное и когнитивное развитие ребенка, а также на возникновение нарушений психического развития.

    Над книгой работал коллектив в составе: М. В. Быкова – младший научный сотрудник лаборатории «Теоретические и экспериментальные проблемы психологии развития» ПИ РАО; С. Ю. Мещерякова. – кандидат психологических наук, ведущий научный сотрудник лаборатории «Психология дошкольного возраста» ПИ РАО; И. А. Лужецкая – ассистент кафедры общей и возрастной психологии Орловского университета; О. В. Максименко – аспирант кафедры общей и возрастной психологии Орловского университета; Е. А. Савина – доктор психологических наук, доцент кафедры общей и возрастной психологии Орловского государственного университета; Е. О. Смирнова – доктор психологических наук, профессор, зав. лабораторией «Психология дошкольного возраста» ПИ РАО; О. Н. Павлова, психолог д/с № 68, г. Орла, Г. Г. Филиппова – доктор психологических наук; О. Б. Чарова – аспирант кафедры общей и возрастной психологии Орловского университета; Э. Г. Эйдемиллер – доктор медицинских наук, профессор, зав. курсом детско‑подростковой психотерапии Санкт‑Петербургской медицинской академии последипломного образования. Авторы надеются, что данная книга окажется нужной и полезной для психологов и представителей смежных профессий, которые работают в области детско‑родительских отношений.

    Е. А. Савина, Е. О. Смирнова




    Поделитесь с Вашими друзьями:

    Книга: Родители и дети. Психология взаимоотношений — Коллектив авторов Главная страница. — КнигаГо

    Екатерина Савина, Елена Смирнова Родители и дети: психология взаимоотношений

    Предисловие

    Изучение детско-родительских отношений является чрезвычайно важным как для понимания факторов, влияющих на становление личности ребенка, так и для организации воспитательной практики. О значимости данной проблемы свидетельствует тот факт, что многие авторитетные психологические теории, такие, как психоанализ, бихевиоризм или гуманистическая психология, не обошли вниманием эту проблему, рассматривая взаимоотношения родителей и ребенка как важный источник детского развития. Первые экспериментальные исследования в области детско-родительских отношений были начаты в 1899 году, когда Сирс в сотрудничестве с Холлом разработали опросник, выявляющий мнения родителей о наказании детей. В 30-е годы ХХ века отмечается быстрый рост исследований родительских установок. На сегодня в зарубежной психологии опубликовано более 800 исследований на тему детско-родительских отношений. В отечественной психологии статистика более скромная, поэтому российский читатель испытывает определенный дефицит информации по данной проблеме. Предлагаемая книга «Психология взаимоотношений родителей и детей» призвана в какой-то мере восполнить этот дефицит. В книге отражены различные аспекты психологии детско-родительских отношений. В первой части рассматривается природа родительского отношения, подходы к его исследованию, раскрываются основные структурные компоненты и детерминанты родительского отношения. Вторая часть посвящена генезису родительского отношения от пренатального периода до подросткового периода. В третьей части рассматриваются возможные влияния родительского отношения на личностное и когнитивное развитие ребенка, а также на возникновение нарушений психического развития. Над книгой работал коллектив в составе: М. В. Быкова – младший научный сотрудник лаборатории «Теоретические и экспериментальные проблемы психологии развития» ПИ РАО; С. Ю. Мещерякова. – кандидат психологических наук, ведущий научный сотрудник лаборатории «Психология дошкольного возраста» ПИ РАО; И. А. Лужецкая – ассистент кафедры общей и возрастной психологии Орловского университета; О. В. Максименко – аспирант кафедры общей и возрастной психологии Орловского университета; Е. А. Савина – доктор психологических наук, доцент кафедры общей и возрастной психологии Орловского государственного университета; Е. О. Смирнова – доктор психологических наук, профессор, зав. лабораторией «Психология дошкольного возраста» ПИ РАО; О. Н. Павлова, психолог д/с № 68, г. Орла, Г. Г. Филиппова – доктор психологических наук; О. Б. Чарова – аспирант кафедры общей и возрастной психологии Орловского университета; Э. Г. Эйдемиллер – доктор медицинских наук, профессор, зав. курсом детско-подростковой психотерапии Санкт-Петербургской медицинской академии последипломного образования. Авторы надеются, что данная книга окажется нужной и полезной для психологов и представителей смежных профессий, которые работают в области детско-родительских отношений. Е. А. Савина, Е. О. Смирнова

    Часть первая Детско-родительские отношения: основные понятия и подходы

    1. Родительские представления и установки

    [1]

    1.1. Определение понятий

    Термин «родительские представления» является чрезвычайно широким и включает целый ряд разнообразных понятий, таких, как установки, ценности, восприятия ребенка и самих родителей, представления и ожидания, связанные с развитием ребенка. Родительские представления включают оценку того, что ребенок может или не может делать, знание о процессах его когнитивного и социального развития, роли родителей в жизни детей, целях обучения ребенка, предпочитаемых способах его дисциплинирования. Родительские представления оказывают большое влияние на родителей и детей, являясь источником воспитательных стратегий. Они обеспечивают родителей средствами для защиты их собственной самооценки, создавая некие стандарты и эталоны, в соответствии с которыми оценивается выполнение родительской роли и устанавливаются ограничения для различных аспектов родительской ответственности. На основе родительских представлений строятся причинные объяснения детского поведения. Родительские установки можно определить как готовность родителей действовать в определенной ситуации на

    Отношения матери и ребенка | Психология Вики

    Оценка | Биопсихология | Сравнительный | Познавательный | Развивающие | Язык | Индивидуальные различия | Личность | Философия | Социальные |
    Методы | Статистика | Клинический | Образовательные | промышленный | Профессиональные товары | Мировая психология |

    Социальная психология: Альтруизм · Атрибуция · Отношения · Соответствие · Дискриминация · Группы · Межличностные отношения · Послушание · Предрассудки · Нормы · Восприятие · Показатель · Контур


    Отношения между матерью и ребенком s аспект отношений между родителями и детьми.

    Отношения между матерью и ребенком иногда рассматриваются как имеющие центральное значение для закладки основ психологического развития ребенка и имеющие важные последствия для личности и психического здоровья женщины.

    Начальная фаза

    Основная статья: Начальное формирование человеческой материнской связи

    Мать держит своего ребенка.

    Материнская связь (или материнская связь ) обычно представляет собой отношения между матерью и ее ребенком.

    Хотя это обычно происходит в связи с беременностью и родами, это также может произойти между женщиной и неродственным ребенком, например, при усыновлении. Существуют сотни потенциальных факторов, как физических, так и эмоциональных, которые могут повлиять на процесс установления связи между матерью и ребенком.

    Многие новоиспеченные мамы не всегда испытывают чувство «мгновенной материнской любви». Связь — это постепенно разворачивающийся опыт, на развитие которого могут уйти часы, дни, недели или даже месяцы.

    Беременность

    Материнская связь между человеческой женщиной и ее биологическим ребенком обычно начинает развиваться во время беременности, когда она обычно адаптирует свой образ жизни к потребностям развивающегося младенца.Начиная примерно с 18-25 недель, мать также может чувствовать движение плода, что может усилить связь , так же как и видеть своего ребенка во время ультразвукового сканирования.

    Развивающийся плод слышит сердцебиение и голос матери и может реагировать на прикосновение или движение. К седьмому месяцу беременности две трети женщин могут сообщить о сильной материнской связи. [1]

    Матери, которые не хотели беременности, как правило, имеют менее качественные отношения с ребенком. [2] Они также чаще страдают от послеродовой депрессии или других проблем с психическим здоровьем и реже кормят ребенка грудью. [2]

    Роды

    Процесс родов в идеале значительно усиливает эту связь, хотя это не всегда так, поскольку каждое рождение и каждая мать уникальны. Ситуационные факторы могут включать травматические роды, стиль воспитания собственной матери беременной женщины, пережитый стресс, социальную поддержку и влияние ее супруга.

    Теория эмоциональной привязанности впервые появилась в середине 1970-х годов, а к 1980-м годам привязанность стала общепринятым термином материнства, после чего процесс был проанализирован и тщательно изучен до точки создания другого термина — плохая привязанность . [ ссылка необходима ]

    Грудное вскармливание

    Выработка окситоцина во время лактации увеличивает парасимпатическую активность, тем самым уменьшая тревогу и теоретически способствуя привязанности, поэтому общеизвестно, что материнская циркуляция окситоцина может предрасполагать женщин к формированию связей и проявлению привязанности. [ citation required ]

    Считается также, что грудное вскармливание способствует ранней послеродовой материнской связи через прикосновение, реакцию и взаимный взгляд. [3]

    См. также

    Ссылки

    5 особенностей взаимоотношений родителей и детей

    Быть родителем — это хорошо.

    Быть родителем тяжело.

    Опыт, на самом деле, наполнен дихотомиями. Время идет так медленно… Время летит. Вы не можете дождаться, пока ваш ребенок начнет ходить… ваше беспокойство возрастает, когда он ходит, нет, бегает самостоятельно. Гордость, когда они получают свою первую работу… тревога, когда они уезжают.

    Отношения детей с заботливыми взрослыми связаны с будущим эмоциональным благополучием. в области динамики отношений и психологии развития изучают влияние родителей на детей и детей на родителей и описывают пять элементов, которые делают отношения между родителями и детьми уникальными, особенными и сложными.

    1.  Отношения не являются добровольными!

    В отличие от многих других ситуаций, в которых человек может вступить или выйти из отношений без большого количества конфликта и энергии, связь родитель-ребенок — это то, что исследователи называют рутина.

    2. Взаимодействий куча!

    Родители и дети взаимодействуют друг с другом больше, чем в любых других отношениях. Как правило, существуют предсказуемые модели поведения и рутины. Из-за этих шаблонов и вытекающих из них ожиданий взаимодействие родителей и детей обычно обусловлено последствиями и приводит к ним.

    3. Большое влияние оказывает ожидание.

    Во взаимоотношениях родителей и детей часто существуют сильные ожидания, и и родители, и дети постоянно корректируют свое обычное поведение, исходя из этих ожиданий.

    4. Существует «вечное» будущее.

    Отношения между родителями и детьми несут в себе ожидания общего будущего. И родитель, и ребенок имеют долгосрочные цели в отношениях, которые влияют на большинство взаимодействий. Интерпретация этого «вечного» будущего одновременно укрепляется и подвергается сомнению на пути взросления.

    5. Взросление меняет всех.

    Родители и дети вместе взрослеют и вместе переживают изменения в себе и своих отношениях.Речь идет не только о невероятных изменениях детей с течением времени, но и о том, что родители стареют и переходят критическим образом. Изменения последовательно развивают отношения с течением времени.

    — это подход, учитывающий постоянно меняющуюся динамику взаимодействия родителей и детей. Благодаря эмоциональному осознанию, саморегуляции, состраданию и преднамеренности родители и их дети могут лучше ориентироваться в сложных переходных отношениях с течением времени.

     

    Исследование взаимоотношений родителей и детей (PCRS)

    1.Как вы думаете, сколько времени вы проводите со своей матерью/отцом? (1 = почти нет, 7 = очень много)

    2.    Насколько хорошо, по вашему мнению, вам удавалось поддерживать постоянные отношения с матерью/отцом? (1 = совсем нет, 7 = очень)

    3.    Насколько вы доверяете своей матери/отцу? (1 = совсем нет, 7 = очень сильно)

    4.    Насколько вы уверены, что ваши мать/отец не стали бы насмехаться или высмеивать вас, если бы вы рассказали о проблеме? (1 = совсем нет, 7 = очень)

    5.Насколько вы уверены, что ваши мать/отец помогут вам, когда у вас возникнут проблемы? (1 = совсем нет, 7 = очень)

    6.    Насколько близки вы чувствуете себя со своей матерью/отцом? (1 = очень далеко, 7 = очень близко)

    7.    Насколько удобно было бы вам обратиться к матери/отцу по поводу романтической проблемы? (1 = совсем нет, 7 = очень)

    8.    Насколько комфортно вам было бы говорить с матерью/отцом о проблеме в школе? (1 = совсем нет, 7 = очень)

    9.Насколько вас смущает то, какую роль в вашей жизни должны играть ваши мать/отец? (1 = совсем нет, 7 = очень хорошо)

    10. Насколько точно, по вашему мнению, вы понимаете чувства, мысли и поведение матери/отца? (1 = совсем нет, 7 = очень сильно)

    11. Насколько легко вы принимаете слабости вашей матери/отца? (1 = совсем нет, 7 = очень сильно)

    12. В какой степени вы думаете о своей матери/отце как о взрослом человеке, живущем собственной жизнью, в противоположность тому, что вы думаете о ней только как о своей матери/отце? (1 = думать только как о матери/отце‚ 7 = воспринимать как взрослую с собственной жизнью)

    13.Как часто вы злитесь на маму/папу? (1 = почти никогда, 7 = довольно часто)

    14. В целом, насколько сильно Вы обижаетесь на свою мать/отца? (1 = совсем нет, 7 = очень часто)

    15. Насколько хорошо вы общаетесь с мамой/папой? (1 = совсем нет, 7 = очень)

    16. Насколько хорошо ваша мать/отец понимает ваши потребности, чувства и поведение? (1 = совсем нет, 7 = очень)

    17. Насколько хорошо вас слушает мама/папа? (1 = совсем нет, 7 = очень)

    18.Насколько вы заботитесь о своей матери/отце? (1 = совсем нет‚ 7 = сильно)

    19.Когда вы находитесь вдали от дома‚ сколько вы обычно скучаете по маме/папе? (1 = совсем нет, 7 = очень)

    20. Насколько вы уважаете свою мать/отца? (1 = совсем нет, 7 = очень сильно)

    21.Насколько Вы цените мнение матери/папы? (1 = совсем нет, 7 = очень сильно)

    22. Насколько Вы восхищаетесь своей матерью/отцом? (1 = совсем нет, 7 = очень много)

    23.Насколько сильно вы хотели бы быть похожим на свою мать/папу? (1 = совсем нет, 7 = очень сильно)

    24.Насколько Вы были бы удовлетворены образом жизни Вашей матери/отца как своим собственным? (1 = совсем нет, 7 = в высшей степени)

     

     

    Подшкала положительной аффективности, подшкала «Вовлечение отца» и подшкала «Общение» выявили коэффициент альфа 0,93, 0,94 и 0,89 соответственно.

    позитивная подшкала «Аффективность», подшкала «Обида/смешение ролей», подшкала «Идентификация» и подшкала «Общение» выявили коэффициент альфа .94‚ 0,61‚ 0,84‚ и 0,88‚ соответственно. (Fine, 1981)

    Обратная оценка отрицательно сформулированных пунктов (9‚ 13‚ и 14)

    Факторы версии отца включают положительный аффект (пункты 3‚ 14‚ 18–24)‚ участие отца (пункты 1‚ 2‚ 6‚ 9‚ 10‚ 16)‚ общение (пункты 7‚ 8‚ 15–17)‚ и гнев (пункт 13). Факторы версии матери включают положительный аффект (пункты 1–3, 6, 7, 15–23), обиду/смешение ролей (пункты 9, 14), идентификацию (пункты 13, 23, 24) и общение (пункты 4, 5‚ 7‚ 8‚ 15–17).

     

     

    Fine, Mark. А.‚ (1981). Долгосрочные последствия развода для отношений между родителями и детьми. Университет штата Огайо, магистр художественной диссертации.

    Fine, M.A., Moreland, JR, Schwebel, A.I. (1983). Долгосрочные последствия развода для отношений между родителями и детьми. Психология развития, 1983, 19, 703–713

    Файн, М. А., Уорли, С. М. и Швебель, А. (1985). Исследование отношений между родителями и детьми: исследование его психометрических свойств.57(1), 155-161.

    Пархизгар‚ А. (2002). Сравнительное исследование взаимосвязи между детско-родительскими отношениями и кризисом идентичности и отсутствием кризиса идентичности у старшеклассниц (персидский). Университет Тарбиат Моалем, магистр. Тезис.

    Дадаш‚ З. (2004). Управление восстановлением семьи в улучшении отношений матери и ребенка. Университет Хатам, магистр наук. диссертация

    Fine, MA, Moreland, JR & Schwebel, A. (1983).Исследование отношений между родителями и детьми (PCRS). В Фишер, Джоэл., Коркоран, Кевин Дж. (2007). Меры для клинической практики и исследований: справочник. (4-е изд.). Нью-Йорк. Оксфордский университет пр. Том. 1‚ Страница (ы): 385-387.

    Моджаллал, М., Хоссейнханзаде, А. А., Тахер, М. и Яхьязаде, А. (2017). Отношения между родителями и детьми и курение среди студентов колледжей: роль родителей в курении женщин и мужчин. Журнал практики клинической психологии, 5 (2), 81-90.

    Терапия взаимодействия родителей и детей (PCIT) – кафедра психологии

    PCIT – это доказательная терапия для маленьких детей (в возрасте от 2 до 7 лет) с деструктивным поведением, таким как непослушание, агрессия, истерики и оппозиционное поведение.В PCIT родителей учат специальным навыкам, которые помогают лучше справляться с трудным поведением, а также улучшают отношения между родителями и детьми. Было показано, что PCIT повышает просоциальное поведение детей и снижает родительский стресс.

    PCIT — это краткосрочная программа, которая работает вместе с ребенком и опекуном, чтобы улучшить общее поведение, укрепить отношения и снизить родительский стресс. Благодаря активному обучению навыкам и поддерживающему коучингу лица, осуществляющие уход, приобретут специализированный набор навыков для поддержки детей, испытывающих поведенческие и/или эмоциональные трудности.Для получения дополнительной информации ознакомьтесь с брошюрой PCIT или свяжитесь с нами. Вы также можете получить доступ к видео и другим ресурсам , чтобы узнать больше о модели PCIT.

    Обучение PCIT доступно для поставщиков медицинских услуг в регионе Западный Нью-Йорк. Это интенсивное годовое обучение включает следующее:

    • Начальный 5-дневный (40-часовой) семинар, проводимый в UB или в вашем агентстве
    • Каждые две недели консультации в течение одного года, в течение которых терапевты активно проводят PCIT семьям
    • Продвинутый двухдневный (16-часовой) семинар
    • Обзор до шести видеозаписей сеансов с вашими клиентами PCIT
    • Лечебные материалы (протокол PCIT, руководство по кодированию DPICS) 

    Обучение проводит Сара Табер-Томас , доктор философии, сертифицированный региональный тренер PCIT International (уровень II) и структурирован в соответствии с утвержденными на национальном уровне руководящими принципами обучения PCIT International.

    В настоящее время профессор Табер-Томас предлагает обучение PCIT ежегодно, обычно летом. Для получения дополнительной информации о предстоящих тренингах или если вы хотите узнать больше о PCIT, пожалуйста, свяжитесь с Центром психологических услуг или напрямую с профессором Табером-Томасом по телефону (716) 645-6888.

    В. Кто может пройти обучение по PCIT?

    A. Чтобы иметь право на обучение PCIT, лица должны соответствовать следующим требованиям:

    1. Иметь степень магистра или выше или в настоящее время проходить практику/стажировку в области психического здоровья
    2. Иметь лицензию или соответствовать требованиям лицензии (в настоящее время находится под контролем лицензированного провайдера)

    Q.Какие материалы и оборудование мне необходимы для предоставления PCIT?

    A. Базовая комплектация комнат PCIT включает игровую комнату и смежную комнату наблюдения с односторонним зеркалом для просмотра в игровой комнате. Дополнительную информацию о том, как настроить пространство, см. в Международных рекомендациях PCIT.

    В. Сколько стоит обучение?

    A. Полная стоимость обучения, консультации и видео-обзора составляет 3500 долларов США. Могут взиматься дополнительные сборы с тех, кто ищет кредиты для непрерывного образования.Скидки доступны для организаций, желающих пройти обучение для больших групп; пожалуйста, свяжитесь с проф. Табер-Томас для получения подробной информации.

    Центр психологической помощи
    Факультет психологии
    University at Buffalo
    168 Park Hall (Северный кампус)
    (716) 645-3697
    (716) 645-6186 (факс)

    [email protected]

    [email protected] ub.psychcom Что делает хулигана? Взгляд на отношения между родителями и детьми — психология в действии

    Авторами этой статьи являются Минна Сарвар и Дэнни Рахал, и она является частью преддипломной недели внимания 2020 года.

                Запугивание всегда было негативным, но широко распространенным аспектом детства, и самые высокие показатели наблюдаются в подростковом возрасте. Фактически, одно исследование сообщает, что до 30% подростков признаются, что стали жертвами издевательств (Salmivalli & Peets, 2018). Жертвы могут быть объектами физической агрессии, обзывания, киберзапугивания и отчуждения, что особенно проблематично в подростковом возрасте, когда подростки больше ориентируются на своих сверстников, а не на семью, и становятся особенно чувствительными к оценке других (напр.г., Браун и Ларсон, 2009 г.; Фулиньи и Экклс, 1993). В совокупности они формируют сильную потребность в чувстве принадлежности к сверстникам примерно их возраста (Newman, Lohman, & Newman, 2007). Поскольку изменения в развитии в подростковом возрасте побуждают подростков быть особенно чувствительными к сверстникам и тому, что сверстники думают о них, издевательства могут быть невероятно вредными для психического здоровья подростков. У молодых людей, которые чаще подвергаются издевательствам, проявляются более выраженные симптомы депрессии, повышенная тревожность, осложнения со стороны физического здоровья и снижение успеваемости (Espelage & Holt, 2001; Gini & Pozzoli, 2009; Nishina, Juvonen, & Witkow, 2005).Распространенность издевательств и их пагубные последствия побудили исследователей лучше понять факторы, из-за которых одни дети становятся агрессорами, а другие — жертвами.

                Подростки могут быть вовлечены в травлю как в качестве агрессора, так и в качестве жертвы, и многие из них вовлечены в оба. Широко признано, что хулиганы преследуют других, чтобы справиться со своей низкой самооценкой (O’Moore & Kirkham, 2001). Например, хулиган может назвать другого одноклассника уродливым, потому что он проецирует на кого-то свое собственное чувство физической непривлекательности.Одно исследование показало, что 62% более половины хулиганов были жертвами издевательств (Haynie et al., 2001). Виктимизация может способствовать ухудшению психического здоровья и более негативному восприятию себя, а молодые люди могут проецировать свою неуверенность на других и, следовательно, сами становиться хулиганами.

    Хотя некоторые молодые люди могут быть мотивированы на издевательства из-за низкой самооценки, еще один фактор, который следует учитывать, — это то, как молодежь учится взаимодействовать с другими. Дети имитируют то, что наблюдают дома, в частности, как их родители взаимодействуют друг с другом и с другими членами семьи.Родители, которые заявляют о доминировании над своими детьми, могут учить их искать власть и контроль в отношениях, а не симпатию или уважение. Дети, в свою очередь, могут попрактиковаться в применении этого урока к сверстникам в школе. Действительно, молодежь властных родителей ценит власть и статус, а дети, мотивированные властью, склонны чаще запугивать других (Juvonen & Schacter, 2017). Эта тенденция получила название «цикл насилия» — насмешливое воспитание может подтолкнуть детей к тому, чтобы они сами стали хулиганами (Curtis, 1963).

    Важно учитывать, как бытовые факторы также могут сделать некоторых молодых людей восприимчивыми к издевательствам, будь то жертва или хулиган. В частности, насмешливое воспитание предполагает, что родители унижают и унижают ребенка, например, используя угрозы, эмоциональную изоляцию (например, «молчаливое обращение») и вызывая страх, чтобы обеспечить хорошее поведение. Например, предположим, что ребенок плохо учится в школе. Родители могут реагировать с любопытством, расспрашивать ребенка об их опыте и выражать заботу и поддержку в том, что у ребенка есть возможность добиться успеха.В свою очередь, насмешливый родитель может ответить, оскорбляя интеллект ребенка и наказывая его, пока они не увидят улучшения. Дети в этих обстоятельствах могут нормализовать враждебное поведение и потребность доминировать над другими. Фактически, буллинг на 50% выше среди молодежи, чьи родители холодны и не поддерживают (Wang, Iannotti, & Nansel, 2009).

    Насмешливое воспитание может способствовать циклу издевательств, нарушая способность детей регулировать свои эмоции. Пубертатные изменения в подростковом возрасте могут способствовать сдвигам в эмоциях подростков в течение дня и тому, насколько сильно они их переживают (Bailen, Green, & Thompson, 2019; Larson, Csikszentmihalyi, & Graef, 1980), а подростковый возраст является ключевым временем для обучения молодежи. регулировать свои эмоции и исследовать различные стратегии регулирования (например,г., Cracco, Goossens, & Braet, 2017; Циммерманн и Ивански, 2014). Тем не менее, молодежь, которая испытывает насмешливое отношение родителей, может испытывать повышенные негативные эмоции дома и меньшую эмоциональную поддержку со стороны родителей. В совокупности насмешливое воспитание может привести к тому, что у детей будет больше негативных эмоций и более заторможенное развитие регуляции эмоций, так что они будут менее способны справляться с этими эмоциями. Хотя эта эмоциональная дисрегуляция может первоначально развиться дома, она может по-разному распространяться на отношения со сверстниками.Например, нарушение регуляции эмоций может привести к тому, что одни дети будут более депрессивными, а другие — набрасываться на других (например, Wills, Simons, Sussman, & Knight, 2016). Эти разные эмоциональные реакции могут побудить детей подвергнуться насилию как в качестве жертвы, так и в качестве агрессора соответственно. Дети, которых унижают дома, могут начать ожидать и принимать такое обращение со стороны других, так что они менее способны обращаться к сверстникам как к друзьям и становятся легкой мишенью для школьных хулиганов. Напротив, другие дети могут отреагировать на плохое обращение с ними дома, проявляя доминирование над другими.Поощряя детей быть как преступниками, так и жертвами издевательств, более слабое регулирование эмоций может предрасполагать молодежь к более плохим и опасным последствиям.

                Недавно исследователи обнаружили доказательства того, что насмешливое воспитание может снижать способность учащихся средних классов регулировать свой гнев, и эти эмоциональные трудности могут предрасполагать молодежь к травле. Чтобы проверить этот путь, Диксон и его коллеги в течение трех лет собирали данные об учениках 7, 8 и 9 классов школы в Швеции (2019 г.).Каждый год учащиеся заполняли анкеты относительно того, как часто они издевались над другими, как часто они становились жертвами издевательств, их способности регулировать свой гнев и стиля воспитания их родителей (например, родительской теплоты, контроля и жестокого обращения), чтобы они могли изучить становятся ли дети, которые испытывают насмешливое воспитание, хулиганами, жертвами или и тем, и другим.

                Результаты этого лонгитюдного исследования показали, что детям, сталкивающимся с насмешливым воспитанием, действительно труднее контролировать свой гнев.Они смогли смоделировать свои данные, чтобы связать отчеты о воспитании с регулированием эмоций в следующем году, а затем связать отчеты о регулировании эмоций со степенью, в которой они издевались над другими и подвергались издевательствам в следующем году. Таким образом, они могли проверить, следует ли за насмешливым воспитанием более плохая регуляция эмоций, и становятся ли молодые люди с более плохой регуляцией эмоций более вовлеченными в травлю с течением времени. Этот подход дает представление о временном приоритете; мы не можем по-настоящему провести эксперимент с этими конструкциями на людях, но мы можем понять, какие факторы, как правило, предшествуют другим и потенциально подвергают молодежь риску насилия.

    Результаты убедительно свидетельствуют о том, что насмешливое воспитание поддерживает гипотезу о том, что насмешливое воспитание снижает способность подростков регулировать собственные чувства гнева, что увеличивает уровень издевательств и виктимизации. Было обнаружено, что подростки, которые сталкивались с более насмешливым воспитанием, чаще запугивали других в школе и участвовали в других насильственных действиях за пределами школы, а большая дисрегуляция гнева объясняла связь между насмешливым воспитанием и издевательствами. Точно так же они обнаружили, что насмешливое воспитание также было связано с более частыми издевательствами со стороны других вне школы, отчасти потому, что они были менее способны контролировать свой гнев.

    Наконец, они вместе проверили эти выводы. Опять же, дети часто обращаются к издевательствам, потому что их самих травят. Насмешливое воспитание было связано с тем, что они были жертвами агрессии, то есть эти дети как издевались над другими, так и подвергались издевательствам со стороны других, и снова эта ассоциация была вызвана влиянием насмешливого воспитания на регуляцию гнева. В совокупности взаимодействие ребенка с родителями может культивировать черты, которые саботируют его отношения со сверстниками.Насмешливое воспитание может вызвать у подростков проблемы с установлением социальных отношений со сверстниками в школе.

                Теперь, когда мы знаем, что воспитание и регулирование эмоций могут способствовать формированию у детей ролей агрессоров, жертв и даже агрессоров, что мы можем сделать, чтобы решить эти проблемы? Во-первых, должны быть реализованы школьные программы, направленные на снижение издевательств среди молодежи. Жертвы издевательств с большей вероятностью будут издеваться над другими, поэтому мы можем помешать некоторым детям стать хулиганами, в первую очередь не дав им стать жертвами издевательств.Одной из эффективных программ является Программа предотвращения издевательств Olweus (OBPP), которая обучает сотрудников проводить политику нулевой терпимости в отношении издевательств и активно вмешиваться, когда они становятся свидетелями издевательств на территории школы. Усиление надзора также позволяет персоналу быть осведомленным о лицах, которые не соблюдают правила недопустимости издевательств. Как только хулиганы и жертвы выявлены, сотрудники школы разрабатывают индивидуальные планы вмешательства для каждого из них. Важно отметить, что в этих планах участвуют как ребенок, так и его родители.OBPP — это всесторонняя программа, адресованная школе в целом, отдельным обидчикам и жертвам, а также родителям. Эта комплексная программа доказала свою эффективность в снижении уровня издевательств и виктимизации среди молодежи средних и старших классов (Gaffney, Farrington, & Ttofi, 2019).

                В дополнение к программам, отслеживающим молодежь и случаи издевательств в школе, вмешательства, ориентированные на родителей, могут снизить уровень издевательств за счет изменения стиля воспитания. Очевидно, что воспитание детей может влиять на эмоции и социальные взаимодействия подростков, и родители могут играть важную роль в поощрении и предотвращении агрессивного поведения своих детей.Эти вмешательства направлены на то, чтобы помочь родителям определить сильные и слабые стороны своего стиля воспитания, чтобы способствовать позитивным отношениям со своими детьми. Например, в одной из моделей предотвращения издевательств подчеркивается роль родителей в предотвращении издевательств, когда школьные консультанты работают с родителями детей, которые издеваются или подвергаются издевательствам, чтобы установить более адаптивные стили общения (Kolbert, Schultz, & Crothers, 2014). Эта работа включает в себя выявление предыдущих взаимодействий с ребенком и конструктивные беседы, чтобы способствовать новым взглядам на прошлые ситуации.Консультант также поощряет способность родителей решать проблемы дома, определять свои собственные цели для своих детей и распознавать, когда ребенок соответствует ожиданиям родителей, и передавать это признание своим детям, чтобы способствовать такому поведению. Консультант направляет родителя в определении стратегий, которые являются адаптивными для взаимодействия с их ребенком. Способствуя позитивным ожиданиям и общению между родителями и детьми, вмешательства, ориентированные на родителей, могут способствовать развитию у молодежи способности регулировать негативные аффективные состояния и уменьшать потребность детей в превосходстве над другими.Вмешательства могут решить коренную проблему издевательств, стиля воспитания и при этом могут помочь ребенку развить более здоровый взгляд на отношения и иметь более нормативные взаимодействия со сверстниками.

                Исследование воспитания и издевательств проливает свет на то, насколько влияют отношения дома на отношения, формирующиеся где-либо еще. Позитивные социальные отношения имеют неоценимое значение для нормативного развития подростков (Bakalım & Taşdelen-Karçkay, 2016). Снижение издевательств может начаться дома; взаимодействуя со своими детьми с добротой и теплотой, родители моделируют позитивное поведение, которому их дети могут подражать в своих социальных отношениях.Детей часто учат говорить с другими так, как они хотели бы, чтобы обращались с ними. Несмотря на самые лучшие намерения, родители могут непреднамеренно быть чрезмерно суровыми или непоследовательными в воспитании детей. Присутствуя и понимая, а не критикуя, родители могут подтверждать, признавать и успокаивать своих детей, чтобы способствовать положительным результатам дома, что может преподать полезные уроки для развития позитивных социальных отношений. Развивающаяся молодежь требует одобрения и эмоциональной поддержки, как и взрослые, поэтому важно учить на собственном примере и говорить с ребенком так же внимательно, как с другом.

     

    Ссылки

    Бейлен, Н. Х., Грин, Л. М., и Томпсон, Р. Дж. (2019). Понимание эмоций у подростков: обзор эмоциональной частоты, интенсивности, нестабильности и ясности. Emotion Review 11 (1), 63–73. https://doi.org/10.1177/1754073918768878

    Бакалим, О., и Ташделен-Карчкай, А. (2016). Качество дружбы и психологическое благополучие: посредническая роль воспринимаемой социальной поддержки. International Online Journal of Educational Sciences 8 (4).https://doi.org/10.15345/iojes.2016.04.001

    Браун, Б. Б., и Ларсон, Дж. (2009). Отношения со сверстниками в подростковом возрасте. Справочник по подростковой психологии , 2 .

    Кракко, Э., Гуссенс, Л., и Брает, К. (2017). Регуляция эмоций в детстве и подростковом возрасте: свидетельство неадекватного сдвига в подростковом возрасте. Европейская детская и подростковая психиатрия , 26 (8), 909-921. https://doi.org/10.1007/s00787-017-0952-8

    Кертис, Г.К. (1963). Возможно, насилие порождает насилие? Американский журнал психиатрии , 120, 386-387. https://doi.org/10.1176/ajp.120.4.386

    Диксон, Д. Дж., Лаурсен, Б., Вальдес, О., и Статтин, Х. (2019). Насмешливое воспитание способствует неконтролируемому гневу у детей-подростков и последующим трудностям со сверстниками. Журнал             Молодежный и подростковый возраст 48 (8), 1567–1579. https://doi.org/10.1007/s10964-019-01040-z     

    Эспелаж, Д.Л. и Холт, М.К. (2001). Запугивание и виктимизация в раннем подростковом возрасте: влияние сверстников и психосоциальные корреляты. Журнал эмоционального насилия, 2 (2-3), 123-142. https://doi.org/10.1300/J135v02n02_08

    Fuligni, AJ, & Eccles, JS (1993). Воспринимаемые отношения родителей и детей и ориентация подростков в раннем возрасте по отношению к сверстникам. Психология развития , 29 (4), 622.

    Гаффни Х., Фаррингтон Д. и Ттофи М. (2019).Изучение эффективности программ борьбы с травлей в школах во всем мире: метаанализ. Международный журнал предотвращения издевательств. https://doi.org/10.1007/s42380-019-0007-4

    Джини Г. и Поццоли Т. (2009). Связь между издевательствами и психосоматическими проблемами: метаанализ. Pediatrics , 123. https://doi.org/10.1542/peds.2008-1215

    Haynie, DL, Nansel, T., Eitel, P., Crump, AD, Saylor, K., Yu, K. и Саймонс-Мортон, Б. (2001).Хулиганы, жертвы и хулиганы/жертвы: отдельные группы молодежи из группы риска. Журнал ранней юности , 21 (1), 29–49. https://doi.org/10.1177/0272431601021001002

    Ювонен, Дж., и Шактер, Х.Л. (2017). Запугивание в школе и в Интернете: социальное доминирование, послушание свидетелей и эмоциональная боль жертв. Справочник Wiley-Blackwell по групповым процессам у детей и подростков , 317-332. https://doi.org/10.1002/9781118773123.ch25

    Колберт Дж., Шульц Д. и Крозерс Л. (2014). Профилактика буллинга и модель участия родителей. Журнал школьного консультирования , 27, 35–44.

    Ларсон, Р., Чиксентмихайи, М., и Граф, Р. (1980). Изменчивость настроения и психосоциальная адаптация подростков. Журнал молодежи и подростков , 9 (6), 469-490. https://doi.org/10.1007/BF02089885

    Ньюман Б., Ломан Б. и Ньюман П. (2007). Членство в группе сверстников и чувство принадлежности: их отношение к проблемам подросткового поведения. Подростковый возраст , 42 (166), 241-63.

    Нишина А., Ювонен Дж. и Виткоу М. (2005). Палки и камни могут сломать мне кости, но от имен меня тошнит: психосоциальные, соматические и школьные последствия травли сверстников. Журнал клинической детской и подростковой психологии , 34 (1), 37-48. doi: 10.1207/s15374424jccp3401_4.

    О’Мур, М., и Киркхэм, К. (2001). Самооценка и ее связь с агрессивным поведением. Агрессивное поведение , 27(4), 269-283. https://doi.org/10.1002/ab.1010

    Салмивалли, К., и Питс, К. (2018) Запугивание и виктимизация. В В.М. Буковски и Б. Лаурсен, К. Х. Рубин (ред.). Справочник по взаимодействию со сверстниками, отношениям и группам . (Том 2).

    Ван, Дж., Яннотти, Р.Дж., и Нансель, Т.Р. (2009). Школьная травля среди подростков в Соединенных Штатах: физическая, словесная, реляционная и кибернетическая. Journal of Adolescent Health , 45 (4), 368-375.10.1016/j.jadohealth.2009.03.021.

    Уиллс, Т. А., Саймонс, Дж. С., Сассман, С., и Найт, Р. (2016). Эмоциональный самоконтроль и дисрегуляция: двойной процесс анализа путей экстернализации/интернализации симптоматики и положительного благополучия у младших подростков. Лекарственная и алкогольная зависимость , 163 , S37-S45. https://doi.org/10.1016/j.drugalcdep.2015.08.039

    Циммерманн П. и Ивански А. (2014). Регуляция эмоций от раннего подросткового возраста до взрослой жизни и среднего возраста: возрастные различия, гендерные различия и специфические для эмоций вариации развития. International Journal of Behavioral Development , 38 (2), 182–194. https://doi.org/10.1177/0165025413515405

    %PDF-1.3 1 0 объект > эндообъект 2 0 объект > эндообъект 3 0 объект > эндообъект 4 0 объект > эндообъект 5 0 объект > эндообъект 6 0 объект > эндообъект 7 0 объект > эндообъект 8 0 объект > эндообъект 9 0 объект > эндообъект 10 0 объект > эндообъект 11 0 объект > эндообъект 12 0 объект > эндообъект 13 0 объект > эндообъект 14 0 объект > эндообъект 15 0 объект > эндообъект 16 0 объект > эндообъект 17 0 объект > эндообъект 18 0 объект > эндообъект 19 0 объект > эндообъект 20 0 объект > эндообъект 21 0 объект > эндообъект 22 0 объект > эндообъект 23 0 объект > эндообъект 24 0 объект > эндообъект 25 0 объект > эндообъект 26 0 объект > эндообъект 27 0 объект > эндообъект 28 0 объект > эндообъект 29 0 объект > эндообъект 30 0 объект > эндообъект 31 0 объект > эндообъект 32 0 объект > эндообъект 33 0 объект > эндообъект 34 0 объект > эндообъект 35 0 объект > эндообъект 36 0 объект > эндообъект 37 0 объект > эндообъект 38 0 объект > эндообъект 39 0 объект > эндообъект 40 0 объект > эндообъект 41 0 объект > эндообъект 42 0 объект > эндообъект 43 0 объект > эндообъект 44 0 объект > эндообъект 45 0 объект > эндообъект 46 0 объект > эндообъект 47 0 объект > эндообъект 48 0 объект > эндообъект 49 0 объект > эндообъект 50 0 объект > эндообъект 51 0 объект > эндообъект 52 0 объект > эндообъект 53 0 объект > эндообъект 54 0 объект > эндообъект 55 0 объект > эндообъект 56 0 объект > эндообъект 57 0 объект > эндообъект 58 0 объект > эндообъект 59 0 объект > эндообъект 60 0 объект > эндообъект 61 0 объект > эндообъект 62 0 объект > эндообъект 63 0 объект > эндообъект 64 0 объект > эндообъект 65 0 объект > эндообъект 66 0 объект > эндообъект 67 0 объект > эндообъект 68 0 объект > эндообъект 69 0 объект > эндообъект 70 0 объект > эндообъект 71 0 объект > эндообъект 72 0 объект > эндообъект 73 0 объект > эндообъект 74 0 объект > эндообъект 75 0 объект > эндообъект 76 0 объект > эндообъект 77 0 объект > эндообъект 78 0 объект > эндообъект 79 0 объект > эндообъект 80 0 объект > эндообъект 81 0 объект > эндообъект 82 0 объект > эндообъект 83 0 объект > эндообъект 84 0 объект > эндообъект 85 0 объект > эндообъект 86 0 объект > эндообъект 87 0 объект > эндообъект 88 0 объект > эндообъект 89 0 объект > эндообъект 90 0 объект > эндообъект 91 0 объект > эндообъект 92 0 объект > эндообъект 93 0 объект > эндообъект 94 0 объект > эндообъект 95 0 объект > эндообъект 96 0 объект > эндообъект 97 0 объект > эндообъект 98 0 объект > эндообъект 99 0 объект > эндообъект 100 0 объект > эндообъект 101 0 объект > эндообъект 102 0 объект > эндообъект 103 0 объект > эндообъект 104 0 объект > эндообъект 105 0 объект > эндообъект 106 0 объект > эндообъект 107 0 объект > эндообъект 108 0 объект > эндообъект 109 0 объект > эндообъект 110 0 объект > эндообъект 111 0 объект > эндообъект 112 0 объект > эндообъект 113 0 объект > эндообъект 114 0 объект > эндообъект 115 0 объект > эндообъект 116 0 объект > эндообъект 117 0 объект > эндообъект 118 0 объект > эндообъект 119 0 объект > эндообъект 120 0 объект > эндообъект 121 0 объект > эндообъект 122 0 объект > эндообъект 123 0 объект > эндообъект 124 0 объект > эндообъект 125 0 объект > эндообъект 126 0 объект > эндообъект 127 0 объект > эндообъект 128 0 объект > эндообъект 129 0 объект > эндообъект 130 0 объект > эндообъект 131 0 объект > эндообъект 132 0 объект > эндообъект 133 0 объект > эндообъект 134 0 объект > эндообъект 135 0 объект > эндообъект 136 0 объект > эндообъект 137 0 объект > эндообъект 138 0 объект > эндообъект 139 0 объект > эндообъект 140 0 объект > эндообъект 141 0 объект > эндообъект 142 0 объект > эндообъект 143 0 объект > эндообъект 144 0 объект > эндообъект 145 0 объект > эндообъект 146 0 объект > эндообъект 147 0 объект > эндообъект 148 0 объект > поток xMo6#$EXv P lŢY4C~e^s5.{YZ 3kU~Kq?oGeºE{0{˓W~

    /w_ڗzWƗf#oٽ3]> $ ć1ؘ*HIĬ:h2AVaLueسĞ.hv’&iO-c[Bk'(;MiieVRfeTd»l,t»&׍ @J очевидноZflK

    Основа отношений матери и ребенка

    Что касается любого другого аспекта материнства, мы не знаем, какой характер будет у нашего ребенка. Мы все мечтаем о прекрасном ребенке, который плачет только тогда, когда ему что-то нужно, и которого легко успокоить, и вам может повезти… Но у других будет ребенок, страдающий коликами, желудочным рефлюксом или другими проблемами со здоровьем.Некоторые младенцы имеют «острые потребности» и плачут часами каждый день, и никто не может их удовлетворить. Эта ситуация может причинять страдания и вызывать у вас чувство собственной никчемности, особенно если она происходит регулярно.

    Тем не менее, мы должны приспособиться к тому, как они выражают свои потребности! Адаптация к характеру нашего ребенка может занять некоторое время, особенно если он не соответствует нашим ожиданиям. В этом случае мы должны забыть об идеальном ребенке… и однажды мы их примем, и все станет лучше!

    Также помогает осознание того, что мы не несем ответственности за характер нашего ребенка.Если вы сомневаетесь, что дети рождаются со своим темпераментом, спросите у матери близнецов, и она расскажет, насколько они были разными с самого начала. Это не значит, что мы не влияем на нашего ребенка! Конечно, наше восприятие ситуаций, наши эмоции и реакции влияют на нашего ребенка, поэтому мы должны внимательно следить за своим эмоциональным состоянием.

    Отношения матери и ребенка

    Каждые отношения матери и ребенка уникальны и начинаются задолго до рождения нашего ребенка.

    Вспомните время, когда вы желали ребенка или свои мысли, когда поняли, что беременны.Не говоря уже о вашей беременности и родах…

    • Вы хотели ребенка?
    • Как вы отреагировали на новость?
    • В каком физическом и психологическом состоянии Вы были во время беременности?
    • Как прошла доставка?
    • Каким был ваш первый контакт?
    • Легко ли вы приспосабливаетесь к темпераменту вашего ребенка?

    На каждый из этих шагов повлияли мысли и эмоции… Каждый из этих шагов является частью вашей жизни и ваших отношений с ребенком.

    Сожаление и чувство вины

    Многие из вас сожалеют о некоторых мыслях, эмоциях или реакциях. Вы хотите, чтобы все было по-другому, и вы боитесь последствий для вашего ребенка или ваших отношений. Или вы чувствуете себя виноватым и хотите исправить «злодеяния», которые, по вашему мнению, вы причинили своему ребенку.

    Есть ли у вас мысль или реакция, связанные с вашим ребенком, и вы все еще не можете простить себя?

    Если вы сожалеете или чувствуете вину, важно попытаться простить себя и принять то, через что вы прошли.Помните, что вы действовали в меру своих знаний и что у вас не было плохих намерений. Примиритесь с прошлым, чтобы не втягивать эту энергию в ваши отношения с ребенком. Чувство вины может повлиять на ваше поведение или заставить вас чувствовать себя еще более виноватой, когда ваш ребенок переживает трудные времена.

    Чтобы начать чувствовать себя лучше, я предлагаю упражнение, которое есть в моей книге.

    Leave a Reply

    Ваш адрес email не будет опубликован.