Кесарево без наркоза: КЕСАРЕВО СЕЧЕНИЕ БЕЗ НАРКОЗА — 3 часть | ЯЖМАТЬ

Содержание

КЕСАРЕВО СЕЧЕНИЕ БЕЗ НАРКОЗА — 3 часть | ЯЖМАТЬ

Меня полностью раздевают, перекидывают на каталку, везут по длинному коридору. Моргают лампы, я лежу на боку. Время замерло. Слышу свое сердцебиение. Мне больно, страшно и очень холодно. Помню как текли мои слёзы и крутилась только одна фраза «Нужно срочно кесарево сечение, иначе можем не спасти ребёнка». Я передумала тысячу и одну мысль. Я так никогда ничего не боялась. Жизнь моего крохи под угрозой, а я никак не могу помочь, мой организм творит какую то дичь!

В 05-10 я была в операционной. Толпа людей в халатах, масках, яркие лампы, которые светят в лицо, суета вокруг. Ох эта проклятая ночь! Ночью нужно спать! Анестезиолог поворачивает меня на левый бок и предупреждает, чтобы не дергалась. А как? Если в схватках меня колбасит не по детски и плюс этот тремор в ногах. Укололи в спину… Один… Два… Три… Я жду, жду, жду… Жду когда же повесят перед лицом простынку, чтобы я не видела что и как там режут… Жду когда начнёт отказывать низ… ЖДУ…. Простынка есть… Ноги слегка немеют, ими сложно двигать, но можно. Ведь можно ЧЕРТ ВОЗЬМИ ими двигать!!!

И мы начинаем. Я чувствую как меня начинают резать по коже скальпелем… Затем снова разрез, а дальше больше… Наркоз на меня не подействовал. Я чувствовала всё. Я кричала как ненормальная, помню анестезиолог говорил, чтобы я прекратила, но КАК!!?!!! Я мешала работе хирургов! Как прекратить орать, когда я чувствую как меня разрезают и отрывают что-то от меня, двигают мои органы?! Я слышу врачей. Говорят, что такого не видели за всю свою практику… Моя матка сократилась, она каменная и толстая. Ребёнка достать невозможно! Решают резать ещё, ещё и вертикально… Начинают доставать, чувствую как что-то дергают из меня, достают ребёнка, пуповину, место… Я не могу передать это на бумаге, в моей памяти и моих чувствах наверное это останется навсегда. Такого я не пожелаю никому!!!

В 05-34 первый крик нашего ребятёнка… меня продолжают истязать, зашивают.

Честно? Нет… В тот момент я не плакала от счастья, как должна плакать мама… Я орала от боли. Мне принесли нашего малыша, я поцеловала его в пухлую левую щёчку, я хотела чтобы его скорее отнесли хотя бы к папе.

Врачи меняются местами, включают разноцветный свет, все громко смеются, все кружится, расслабляющая музыка в ушах. Да! Я под кайфом. Хоть тут меня накрыло.

Только в 10-00 я очнулась в послеоперационной палате… Нашего ребенка спасли и это главное. Мои швы крестом на весь живот, об открытых купальниках можно забыть навсегда… Партнёрские роды были совсем не такими, как я себе придумала в голове… И после такой операции мне сказали, что сама я точно не смогу теперь родить, а значит и мужа больше не будет рядом со мной в этот момент. Хочу ли я родить еще? Немного позже об этом.

Мужчины, поддерживайте своих беременных женщин, присутствуйте вместе на родах, я бы ни за что не справилась одна.

Подписывайся на канал и ставь лайк, чтобы не пропустить мои публикации.

Заходи на мой instagram

Кесарево сечение — «Экстренное кесарево или кесарево без обезболивания »

В тот день ничего не предвещало беды. Как обычно, утром я пошла в гости к родителям, после обеда мне нужно было в поликлинику на прием т.к шла уже 42-я неделя. Перейдем сразу к делу.

 

Как все начиналось.

Сидя в очереди в поликлинике я почувствовала жуткую боль, схватки (в 16:20) Ну ничего, тренировочные — подумала я. Но эта боль не утихает. Ой-ой ай-ай, наконец моя очередь. Меня сразу на ктг. «ДА ТЫ В РОДАХ!» — Запаниковала моя врач. Закарапкалась я в кресло и она такая — «сегодня родить хочешь?»; -«Хочу» и стало очень больно. Было так больно, что я плакала и все, что я могла сказать было «ааааааааааааа». Схватки были каждые 7 минут. Позвонила я маме, чтоб они приезжали срочно за мной. Мою обменку еще раз проверили и дали какие-то бумажки. Выйдя на улицу(хорошо, что со мной был муж) схватки прекратились и как ни в чем не бывало мы ждали родителей.

Приехав в роддом сразу переодели и стали заполнять опять какие-то бумажки. Потом очищение кишечника и все дела. Положили в предродовую. Открытие один палец, схватки каждые 5-3 минуты. Дали какую-то свечку для размягчения матки, сказали будем ждать. На часах уже 18 с копейками. В 8 вечера проверили еще раз, открытие два пальца и схватки каждые 15минут. Потом и вовсе прекратились 😐. Сказали мне отдыхать, пока есть возможность. Всю ночь проспала сладко-сладко. На утро предложили пузырь проколоть. Согласилась. И тут все началось.

Слабонервным дальше не читать

Пузырь прокололи в 8:34, потом все помутнело. Вод уже не было, была зеленая муть. Ктг с 9 баллов упало до 3. Дальше ничего не понимаю. Упало давление. Одни суют бумажки на подпись, другие поднимают с кровати, третьи раздевают/одевают, тут же в суматохе меня подхватили и побежали в операционную. На лету все одевали халаты, шапки, перчатки, посадили меня на стол. Меня так трясло, мне было так холодно, я не могла говорить, было ощущение, что на улице не июнь, а декабрь и все окна настежь. Вкололи эпидуралку, прижав меня к чьей то груди. Этого я боялась, но оказалось просто немного неприятно по ощущениям. Помню, что говорили -«вкололи в 8:39. Начинаем.» «Давай подождем немного!»-крикнул кто-то из персонала. «Нет времени, мы его теряем». И здесь начался ад. Меня начало тошнить, меня резали, я все чувствовала. Это было не больно. Это было НЕРЕАЛЬНО БОЛЬНО. Я орала. Не кричала, а орала. Мне казалось, что эти мучения не закончатся никогда. Все брюхо вытащили наружу и я это чувствовала. Что-то надрезали, вытягивали. Кошмар. Я орала и теряла сознание. И снова орала и теряла. И в один момент заглуша мои крики я услышала крик своего малыша. «Аня! Смотри какого мальчика мы достали! «(Помню фиолетовую попу и ножки увидела ) и они говорили «да он у тебя весь зеленый, как Шрек!». Родились мы в

8:41.( Естественно за две минуты никакое обезболивающее не подействовало. )Мне уже было на все параллельно, честное слово. «Наконец-то все закончилось» — подумала я. Нифига! Меня еще и зашивать же надо. И опять. Опять крики, завывания, вытягивание моих внутренностей куда-то. Потом все закончилось, меня перекинули на каталку и я без сил потеряла сознание.

На этом вся операция и закончилась. Слава Богу. Послеоперационный период-просто жесть, но это уже другая история. Скажу только, что меня трясло до трех часов дня и только тогда я смогла говорить и позвонить маме. Все, что могла сказать это было «я жива….» много раз повторяя это бедной маме, которая так переживала. Мужу сообщили, что было кесарево поэтому мне даже не пришлось пытаться ей это сказать.

В общем, все обошлось. Только набили мы кефалогематому большущую.

Ну, думаю достаточно.

Всем беременяшкам легких родов! Не приведи Господь таких родов, как у меня.

женщина пережила кесарево сечение без наркоза

41-летней Веронике из Берлина часто снится один и тот же кошмар: она чувствует нож на своем теле, который разрезает ее живот. Женщина начинает кричать и просыпается. Дело в том, что этот кошмар она пережила наяву.

«Меня разрезали без наркоза», рассказывает Вероника. Теперь то, что с ней произошло в марте 2016 года в больнице Waldfriede, обсуждают в суде.

Катетер пытались поставить пять раз

Когда первого марта 2016 года у Вероники начались схватки, она приехала в больницу Waldfriede. Женщина выбрала это место заранее, так как хотела родить в приятной атмосфере. Но все прошло совсем по-другому.

Источник: bild.de

Около 23:00 врач попыталась поставить ей катетер для введения местной спинальной анестезии, она пять раз попыталась сделать это, но не смогла. В таком случае должны были вызвать главного врача, но этого не сделали. Во время одной из попыток введения катетера врач повредила оболочку спинного мозга, из-за чего вытекла спинномозговая жидкость. В медицине это называют ликвореей.

«Я кричала, я думала, что умираю»

Родовой процесс шел медленно, сердцебиение ребенка замедлились, поэтому приняли решение провести экстренное кесарево сечение.

После неудачной попытки ввести спинальную анестезию, начали операцию. Вероника все чувствовала: «Это было похоже на то, что меня убивают. Я кричала, впивалась руками в кушетку, я думала, что умираю».

Источник: bild.de

После экспертизы специалист подтвердил слова Вероники: «Не удалось ввести спинальную анестезию, поэтому женщина полностью чувствовала боль при разрезании кожи». Минуту Вероника испытывала ужасную боль, затем операцию продолжили под общим наркозом. Дочь Вероники, Алия, родилась совершенно здоровой.

После этого женщина месяцами мучилась от сильной головой боли, головокружения, нарушения координации – от симптомов, вызванных ликвореей.

Как в больнице комментируют случившееся

Теперь адвокат Вероники требует, чтобы ее клиентке клиника выплатила минимум €15 000 компенсации.

В клинике говорят следующее: «Случаи, в которых возникают осложнения, волнуют нас не только с человеческой точки зрения, но и с точки зрения соблюдения качества, чтобы мы впредь не допустили подобного. Вопрос о том, связаны ли возникшие у пациентки симптомы с неправильным лечением, выяснят в ходе этого процесса. По мнению страховой компании, это не тот случай».

Вероника Г. все еще страдает от боли и приступов страха, из-за последствий пережитого женщина рассталась со своим партнером.

Процесс по делу продолжается.

 

Кесарево без наркоза — О той, кого нет… — LiveJournal

 В общем кесарево было назначено на пятницу 30.09.11. Я честно отвалялась в патологии перед сиим событием со вторника. Не жрать с обеда — фигня, приготовления к операции — давят на мозг: начала я нервничать только за час до операции. Ну да ладно.

Операция. Слабонервным лучше, наверное, не читать. Преценденты уже были, причём не выдержал мужик 😉
Привезли меня на каталке к операционной, переодели, забинтовали эластичными бинтами ноги, выдали «мажорную» шапочку. Заехали. Первое впечатление — ярко, блин, и как-то по-совковому. Предыдущая операционная мне показалась намного цивильнее, хотя отличие только в корпусе больницы: урология и родовое отделение.


Я сама переползла на операционный стол. Из меня изобразили Иисусика: руки в разные стороны: на левую — приборчик мерять давление и пульс, в правую — капельницу и какую-то прищепку с проводочком на указательный палец. Кто меня просвятит — что это за хрень? =) И опять поставили катетер на мочеток, в этот раз не больно, что не может не радовать.
Пришёл анастезиолог. спросил мой рост и схватился за голову: — Такая миниатюрная! Долго думал, куда мне колоть эпидуралку, в итоге всё объяснил, рассказал, как сесть, что будет делать и что нужно будет делать мне.
Усадил он меня на стол к себе спиной и заставил сгорбиться в три погибели, показал точку на позвоночнике, куда будет колоть. Главной моей задачей было не дёрнуться при проколе. Не дёрнулась. Честно говоря, я его и почувствовала-то слабо. Благо повышенный болевой порог. Потом надо было быстро лечь в исходное положение. 
Прошло минут 5. Анастезиолог:
— Можешь пошевелить одной ногой?
— Могу. (шевелю)
— Хм… А второй?
— Могу (шевелю)
— Хм… А две ноги вверх можешь поднять?
— Могу (поднимаю)
— Хе, странно. Ладно, ещё подождём.
Прошло ещё 2 минуты.
— Ладно, начинайте.
Повернули мне перед лицом кронштейн и повесили пелёнку, чтоб не видела ничего. Анастезиолог:
— Ты только не путай сейчас «чувствую» и «больно» хорошо?
— Не вопрос… Ой, меня режут.
— Ага.
— Не, вы не поняли — меня РЕЖУТ!
— Ага.
— Я не чувствую, а мне БОЛЬНО! Меня РЕЖУТ!!!… Уже не режут…
— Что, реально больно было? 
— Да. Ой, меня РВУТ! (врачи растягивали края надреза по направлениям вверх и вниз)
— Не рвут, а тянут.
— Нет! Меня рвут! И мне больно.
Тут Мара Немсиковна (мой врач-акушер) не выдержала:
— Да вырубите вы её! Она всё чувствует.
В вене защипало и я отрубилась. 

— Смотри, это твой сын.
Я открыла глаза. Первое, что я поняла, это был холод. Ужасный холод. Меня затрясло, но слева от меня лежал маленький кулёчек.
— 49 см, 2980.
— Мишка…
И меня опять вырубило. Очнулась я уже в реанимации. Темно, холодно и стоны у меня за головой. Тоже захотелось застонать, даже завыть. А из горла только хрип вырвался. Пришла Мара с сыном, сказала, что им тут нельзя быть и приложила первый раз малыша к груди. На короткий миг стало жарко. Я дотянулась до телефона и сфотографировала сына. Потом его унесли. Меня лихорадило. Пришла медсестра, помогла мне попить и укрыла ещё двуми одеялами. На шве стоял груз со льдом весом в 2 кг. Вкололи обезболивающее. Я позвонила родным и кинула пару смс тем, кто меня поддерживал во время беременности. Спасибо вам всем, ребята. Я натянула на голову наушники и включила музыку, благо догадалась пихнуть наушники в пакет с бутылкой воды и телефоном. На следующее утро меня перевели в палату. На второй день я отказалась от обезболивающих — от них молоко горькое, а на 4-е сутки я вообще свалила из роддома под расписку. Не буду говорить о том, что такое полосная операция — не приведи кому-либо.

Врятли я теперь решусь на второе кесарево… И я впервые в жизни пожалела, что у меня был такой пресс — мышечные ткани срастаются в 3 раза дольше, чем жировые. Теперь жду 8 недель — и потихоньку начну качать пресс — восстанавливаться надо.

Спасти пациента можно и без боли | ЗДОРОВЬЕ

Ещё в XIX веке бостонский хирург и стоматолог Уильям Мортон открыл секрет безболезненных операций. Первая демонстрация применения эфирного наркоза состоялась 16 октября 1846 года. С тех пор сравнительно молодая наука — анестезиология — семимильными шагами ушла далеко вперёд.

Сегодня в современных больницах, клиниках используют десятки способов обезболивания. Насколько эффективны в применении анестетики нового поколения? Вызывают ли они опасные для здоровья побочные эффекты? Почему курильщику перед операцией положена сигарета? На эти и другие вопросы ответил врач анестезиолог-реаниматолог Максим Выхрестюк

Мечты сбываются

Елена Жукова: — Максим Андреевич, складывается впечатление, что местное обезболивание в XXI веке применяется гораздо чаще. Это так? 

Максим Выхрестюк: — Действительно, регионарная анестезия нашла широкое применение в разных областях медицины — гинекологии, проктологии, акушерстве, травматологии. Сегодня в Европе и США в процессе естественных родов редко обходятся без неё. При этом у роженицы отсутствует боль, но сохраняется двигательная активность, потуги. Сбылась многовековая мечта о безболезненных родах. При операции кесарева сечения чаще применяется спинномозговая анестезия, ведь для молодой матери важен контакт с ребёнком сразу после его рождения.  

Операция в самом разгаре. Фото: Из личного архива / Максима Выхрестюк

— Рассказывали о случае, когда при плановом кесаревом сечении врачам пришлось перейти от спинномозговой анестезии к общему наркозу… 

— Это может быть связано со многими факторами. К примеру, с неэффективностью спинального блока, патологическими состояниями, как у плода, так и у роженицы.

— А бывает так, что пациент под наркозом — не спит, ощущает боль, но не может об этом сказать врачам? Или это больше выдумки, мифы? 

— В истории медицины описаны случаи, когда человек во время операции всё слышал, видел и чувствовал. Вероятность проснуться в наркозе достаточно мала и, по данным исследований, составляет от 0,008% до 0,2%. И причины  этого — недостаточная глубина наркоза, когда пациенту не поступает достаточное количество анестетика. Могу успокоить читателя — на сегодняшний день разработаны технологии, с помощью которых доза препарата находится под контролем. 

— Многие люди больше боятся не столько самой операции, сколько побочных эффектов от наркоза…

— С применением новых анестетиков риски нежелательных эффектов ощутимо снизились. Да, у пациентов встречаются такие осложнения, как тошнота, рвота, послеоперационные кашель и дрожь, при спинномозговых анестезиях — головные боли. Замечено, что осложнения усиливаются у пациентов с повышенным психоэмоциональным фоном. Поэтому не нужно излишне нервничать перед наркозом и анестезией. Важно оставаться спокойным, настраиваться на позитивные мысли.

Безопасно и комфортно

— Могут ли современные методы и препараты облегчить или вовсе устранить побочные эффекты? 

— Анестезиология не стоит на месте. Возьмем, к примеру, ингаляционную анестезию. Преимущество метода в том, что анестетик попадает в лёгкие пациента и там быстро всасывается. Время введения и выхода из наркоза сокращается. Этот вид анестезии часто применяется при длительных многочасовых операциях.  При ингаляционной анестезии сильных побочных эффектов не наблюдается. И, конечно, при этом используются современные препараты. 

Во время операции дыхание контролируется приборами. Фото: Из личного архива / Максима Выхрестюк

— Ставка делается  на дорогостоящие заграничные анестетики? 

— Не только заграница славится своими открытиями в медицине. Допустим, гордость русских учёных — ксенон, он применяется с 90-х годов, и его стоимость очень высока. И всё-таки пока большинство современных анестетиков — зарубежного происхождения, они поступают из стран, где фармацевтические корпорации тратят деньги на их открытия, исследования, внедрение в медицину. 

— Насколько они безопасны? Ведь известно, что Майкл Джексон умер от применения дипривана, а этот препарат применяется довольно часто. 

— В трагическом случае с Джесоном действительно фигурирует диприван. Дело в том, что некоторые внутривенные препараты могут вызвать угнетения дыхания. Их вводят в условиях медицинских учреждений, где есть специальная аппаратура, позволяющая в любой момент перевести пациента на искусственную вентиляцию лёгких. Джексону ввели препарат дома. 

— Не думаете ли вы, что в современной медицине — перебор с обезболиваниями? 

— Мы стремимся, чтобы пациентам было комфортно, ведь любое оперативное вмешательство — это колоссальный стресс для организма. В XXI веке нам необходима адекватная анестезия, связанная с высокими  технологиями.

С головы до пяток                      

— Правда ли, что от действий анестезиолога на 50 % зависит благополучный исход операции? 

— Огромную роль играет этап подготовки к плановой операции. Анестезиолог подробно изучает анамнез пациента, объясняет, как будет действовать выбранный им вид наркоза. Каждый раз будто осматриваешь пациента с головы до пят. Спрашиваешь — как он себя чувствует, есть ли у него хронические заболевания, аллергии, данные лабораторной диагностики и многое другое. Допустим, некоторые виды анестезии противопоказаны при глаукоме. А тот же кариес может спровоцировать пневмонию. Узнаём мы и о вредных привычках пациента. 

Операция на сердце. Фото: www.globallookpress.com

— И если пациент зависит от никотина, алкоголя или наркотиков? 

— Курильщикам мы рекомендуем перед операцией выкурить треть сигареты. Потому что у них обычно начинается выработка большого количества мокроты, и это сильно осложняет работу врача. А человеку, страдающему хроническим алкоголизмом или наркоманией, обычно требуется больше анестетиков и сопутствующих препаратов. И не зря перед операцией чётко оговаривается время последнего приёма пищи и воды. Пациент, который идёт на плановое оперативное лечение, должен приходить с пустым желудком, иначе могут возникнуть осложнения, угрожающие его жизни. 

— Многие люди, прошедшие наркоз, рассказывают о красочных галлюцинациях во время операции…

— С анестетиками нового поколения пациенты в большинстве случаев уже не летают по космическим коридорам. Самый оптимальный вариант, когда человек после оперативного вмешательства  говорит: «Уже всё? Я так хорошо у вас выспался!»

Малыш, не болей! | Фотогалерея

Малыш, не болей! | Фотогалерея

Роды без анестезии: 5 историй успеха

BeautyHack поговорил с Туттой Ларсен, Алисой Рубан, Леной Сарапульцевой и другими мамами об их опыте родов без анестезии и попросил двух акушеров-гинекологов и одного неонатолога объяснить, в чем минусы и плюсы обезболивания для мамы и малыша.

Как анестезия влияет на роды и малыша

Американский журнал о родах Midwifery Today, выпускаемый с 1986 года, в короткой истории акушерства США приводит данные о том, что первое исследование на тему последствий эпидуральной анестезии было проведено только в 1993 году.

Сейчас в Штатах больше двух миллионов женщин ежегодно рожают с эпидуральной анестезией. В России этот показатель ниже, но все больше женщин выбирают этот способ обезболивания во время родов.

«Врачу удобно делать эпидуральную анестезию», – говорит акушер-гинеколог и главный редактор журнала Роды.ru Алена Минц. – Он полностью контролирует ситуацию, а женщина при этом спокойна. Бывает, что в роддоме одновременно рожают 10 женщин, врачам при этом приходится не сладко. Только не думайте, что это рядовая ситуация, настоящий профессионал сто раз подумает прежде чем делать анестезию. Есть много дополнительных факторов, кроме желания женщины. И главный: важно правильно выбрать момент».

Акушер-гинеколог Клинического госпиталя «Лапино» Елена Вячеславовна Сметанникова приводит еще один аргумент в пользу анестезии:

«Она дает возможность наладить контакт с пациентом, достучаться до него. Есть большой процент случаев, когда анестезия делается по медицинским показателям: во время слабой родовой деятельности, если с шейкой матки проводили манипуляции (например, делали прижигание) или на ней есть рубцы, во время сильных схваток, когда шейка не открывается».

Врачи акушеры-гинекологи и неонатологи сходятся во мнении, что на ребенка может повлиять не сам препарат, а то, как протекают роды после его введения.

«Эпидуралку» нужно делать вовремя, – объясняет Алена Минц. – При большом или, наоборот, слишком маленьком раскрытии шейки матки схватки могут остановиться. Многие девушки говорят: «Ну что вам жалко поставить эпидуральную анестезию?» Нам не жалко, но важно сделать это в нужный момент. Если он будет неподходящим, шейка матки не раскроется, а это кесарево. Еще нужно понимать, что при эпидуральной анестезии схватки проходят легче, но сами потуги в разы больнее».

Неонатолог Галина Евдокимова замечает, что для ребенка идеально, если женщина во время родов не получает никаких препаратов. Так как он связан с мамой пуповиной, через 2-3 минуты препараты попадут и в его организм. Но проблема эпидуральной анестезии не в этом: влияние препаратов на малыша минимально. Важно, как ребенок будет чувствовать себя во время потужного периода – тут анестезия играет не последнюю роль.

По словам Галины, врачи всегда должны предполагать, как обезболивание повлияет на второй потужной период. Для этого нужно понимать, когда была сделала последняя инъекция, за какое время до начала потуг? Но иногда это сложно спрогнозировать: потуги могут начаться в пик эпидуральной анестезии и привести к слабой родовой деятельности. Роды – удивительный и часто необъяснимый процесс, который нельзя на 100% последовательно описать в книгах.

«Анестезиолог должен работать в команде с акушером-гинекологом, который дает подсказки, когда нужно вводить препарат, по ходу родов определяя, необходимо это или нет, – говорит Галина. – В идеале потужной период должен длиться не больше 40 минут.

В это время голова и шея малыша находятся в очень узкой части тазового дна, если он проводит там дольше времени, может развиваться брадикардия, он сразу не готов сделать первый вздох, рождается неактивным, в медикаментозной депрессии (в это время на помощь приходят неонатологи). Это может происходить из-за влияния обезболивающих. В этот момент женщина должна хорошо работать, управлять своим телом, прислушиваться к советам акушерки. Но если из-за обезболивания она не чувствует потуг, не может тужиться, это увеличивает время родов и может иметь последствия, о которых я рассказала выше».

Алена Минц советует тщательно обследовать организм до родов.

«Девушка сама может не знать, что у нее есть воспалительные заболевания, грыжи. Тут она должна быть сама ответственна за свое здоровье. Аллергия, отеки, непереносимость препаратов – все это может происходить после введения обезболивающих. А может и не происходить».

Елена Сметанникова добавляет, что по неофициальной статистике «Лапино» процент осложнений крайне низок – они проявляются примерно у одной из ста пациенток.

Роды без анестезии

Несмотря на доступность обезболивания, многие девушки все же рожают без помощи препаратов. Кто-то 9 месяцев готовится к естественным родам, а кто-то оказывается в неожиданной для себя ситуации, подстраиваясь под обстоятельства.

Создательница бренда Ruban и мама трехлетней Петры Алиса Рубан выбрала для родов обычную государственную клинику во Флоренции.

«Сейчас я понимаю, что подготовилась не очень хорошо. Уже после узнала, что в Италии анестезию практически не делают. Только если есть показания. Здесь считают, что все женщины здоровы и способны на естественные роды. У них и беременность ведут по-другому: не просят каждую неделю являться к врачу, не делают скрининги, тысячу анализов».

Алиса приехала в роддом без задержек, практически сразу попала в родовую, и через два с половиной часа появилась Петра.

«Конечно, в это время я просила меня уколоть, а они все говорили: да-да, пять минут, ждем врача. То есть тянули, понимая, что я и сама справлюсь. Получается, что эти мысли и помогали отвлекаться от боли.

Итальянцы – люди странные в этом смысле: не видят ничего страшного в том, что женщина едет на роды по брусчатке с внушительными схватками (в России я бы уже 12 часов лежала в клинике, и с меня сдували пылинки). При этом все вокруг очень приятные, обычные роддомы во Флоренции оборудованы как частные клиники в Москве, но когда ты впервые приезжаешь на роды, тебе кажется, что происходит что-то из ряда вон выходящее.

Для персонала же это обычная ситуация, просто работа. Меня удивило, что в клинике меня даже не переодели, то есть я рожала в майке и «трениках», в которых приехала». Алиса говорит, что не уверена, будет ли в следующий раз рожать без анестезии.

«Когда все прошло, я поняла, что и сама отлично справилась и не жалею, что мне не кололи обезболивающее. Но в следующий раз я бы хотела иметь возможность попросить анестезию. Я считаю, что в родах, как в беременности, важен моральный настрой. Если у вас нет проблем, то не нужно считать 9 месяцев катастрофой».

Фотограф и мама двоих сыновей Елена Сарапульцева дважды рожала в США в birth-центре, где анестезию не сделают, даже если ее попросить: нет лицензии на использование обезболивающих.

«В Москве я ходила на курсы в Центр традиционного акушерства и гинекологии. Там посоветовали почитать книгу «Готовимся к родам» Марты и Уильяма Сирсов. Тогда я как раз начала интересоваться родами без анестезии и подумала, что моя мама легко меня родила, значит и у меня получится. Начала читать отзывы и поняла, что лучшие впечатления остались у женщин, которые рожали либо дома, либо в подобных birth-центрах. В Калифорнии такие роды обойдутся примерно в $5000. Для сравнения, клиника в Майами возьмет у вас около $7000».

Лена говорит, что после родов была в восторге, считала, что сделала правильный выбор и может читать лекции другим девушкам.

«Ожидая Колянчика, я связалась с birth-центром, они посоветовали медитировать, делать простую гимнастику, никакого дикого спорта.

Сами роды длились долго: ложные схватки около суток и потуги 3,5 часа. Там это никого не смущает, но я не особо помню ощущения боли – организм выработал достаточное количество эндорфинов. Вторые роды были больнее, но все ощущения быстро забылись, и я легко восстановилась.

А еще в первый раз мне досталась доула, она приходила каждую неделю до родов, показывала упражнения, которые готовят к схваткам. Одно из самых известных: берете лед в руку и держите, сколько сможете. Во время первых и вторых родов с нами был муж. Там следуют аюрведе, поэтому говорят, что после родов женщина должна лежать семь дней. Из-за этого муж очень активно вовлечен в процесс ухода за ребенком и мамой».

Алена Минц говорит, что самый простой и эффективный способ справиться с болью во время родов – взять с собой помощника: мужа, маму или доулу.

«Я готова говорить об этом сто раз, потому что это действительно важно. Это лучшее обезболивание после эпидуральной анестезии».

Внешне birth-центры напоминают обычные американские особняки. В том месте, где рожала Лена, было три этажа. Девушка говорит, что машина скорой помощи не дежурит под окнами, но у центра есть договоренность с ближайшей больницей. При необходимости, роженицу везут туда.

«Когда я спросила, что они делают во время форс-мажоров, мне сказали, что такого практически не бывает. Проблема диагностируется заранее, и они готовы ко всем ситуациям. По статистике, у них 3-4% кесарева сечения. Они берут на себя ответственность и знают, что делать, отвечают за все».

Естественные роды на Бали

 

Еще один вариант родов для тех, кому важно, чтобы все прошло естественно, –  клиники в Юго-Восточной Азии. В одной из таких появилась на свет Лия, дочь инструктора по йоге Инги Бароновой.

«На Бали, клиника Bumi Sehat, в которой я рожала, называется «Фондом помощи».То есть в нее может обратиться любой желающий.

Для иностранцев есть негласный ценник на роды, но если у вас нет возможности их оплатить, вам никто не откажет в помощи. Сейчас это современная больница, построенная на пожертвования иностранных клиентов.

Здесь работают американские, европейский и индонезийские акушерки и очень домашняя атмосфера. Когда я приехала в роддом с сильными схватками, показалось, что они здесь даже слишком расслабленные, а мой русский ум требовал паники. Я много читала о родах без анестезии и знала, что в определенный момент вырабатываются гормоны – естественные обезболивающие. Но последние два часа были очень сильные схватки, я даже уже прощения у всех попросила».

Инга говорит, что для нее было важно остаться одной. В этом смысле клиника на Бали оказалась идеальным вариантом: акушерка все контролирует, но не беспокоит роженицу, раскрытие проверяли один раз, что даже немного отвлекло.

«Во время схваток я интуитивно пробовала разные позы. Опиралась на кровать, стояла на корточках, в начале родов просила мужа сильно давить на поясницу, не хотелось нежного массажа.

Лия родилась в воде с помощью акушерки. Ее сразу положили на грудь, но пуповину не перерезали. Они оставляют ее минимум на три часа, потому что для индонезийцев это сакральный орган.

В целом мы провели в больнице полтора дня».

Роды в Москве

 

Если вам кажется, что такое происходит только за пределами России и с очень смелыми девушками, то вот еще одна история креативного директора BeautyHack Ксении Вагнер:

«Обычно без анестезии рожают первого ребенка, а со вторым уже решают «не мучаться». Но у меня в силу ряда причин получилось наоборот. На первых родах я, неопытная, ещё довольно юная и ничего про анестезию не знавшая, доверилась врачу – и она посоветовала сделать, чтобы «отдохнуть». Час я действительно не чувствовала боли, но потом она вернулась, а вот правильное ощущение собственного тела и способность им управлять – нет. В итоге процесс оказался не самым простым и для меня, и для малыша».

Через несколько месяцев после родов у Ксении начались сильные мигрени, которых не было раньше. Впоследствии она узнала, что это одно из возможных последствий эпидуральной анестезии.

«Накануне вторых родов я проконсультировалась с неонатологом – не вредно ли обезболивание матери в родах для малыша? Ответ был философский – о том, что еще в Библии написано о рождении детей в муках. Я не отношу себя к мученицам и мазохисткам, но впервые задумалась, что роды, действительно, не зубная или какая-то иная «не здоровая» боль. Это боль естественная, природная и, возможно, пытаясь избавиться от нее, ты и правда вмешиваешься туда, куда вмешиваться не стоит. В конце концов я решила не думать ни о чем заранее и ориентироваться по ситуации. И когда ситуация «настала», я доверилась своим ощущениям и внутреннему голосу.

Врач, принимавший мои вторые роды, не настаивал на анестезии и не отговаривал от нее, но предупредил, что обезболивание может замедлить процесс. И я решилась отказаться от укола. Конечно, мне было очень больно.

Конечно, несколько схваток были такими, что хотелось вопить (что, впрочем, бессмысленно и мешает малышу), а в какой-то момент я подумала – все, предел, я больше ни на что не способна. Именно в этот момент, момент максимальной самоотдачи и напряжения, и родилась наша с мужем дочь.

И надо сказать, что никогда прежде, ни от каких своих достижений или просто трудных ситуаций, я не испытывала ТАКОГО ощущения победы и силы собственного тела.

В целом, я родила дочь намного проще и быстрее, чем старшего сына, и восстановление после родов оказалось в разы легче и естественнее. Она была спокойнейшим младенцем, без проблем со сном, которые часто возникают у малышей вследствие тонуса в родах (который в свою очередь тоже бывает иногда связан с эпидуральной анестезией), у нас легко наладилось кормление и в целом весь период ее младенчества прошел без стрессов. Конечно, это наверняка связано с массой факторов, помимо отсутствия анестезии. Но интуитивно мне кажется, что именно этот фактор был не последний.

В любом случае, делать укол или нет – решаете только Вы и Ваш врач. Ничей другой опыт, мнения и тем более «советы» не должны давить на вас в этой ситуации, потому что каждая из нас уникальна, у всех разный болевой порог, разные физические возможности и разные особенности родовой деятельности. Думаю, единственная «не вредная» в данном случае рекомендация – слушать свою природу, своего врача и верить, что все обязательно будет хорошо, с уколом или без».

Телеведущая и мама троих детей Тутта Ларсен также прошла через опыт естественных родов. По ее мнению, то, как мы носим и рожаем детей, оказывает влияние на всю их последующую жизнь: и на физическое, и на психическое здоровье, начиная с устойчивости к инфекционным заболеваниям и заканчивая способностью найти свое место в обществе.

«Мои аргументы заключаются в том, что анестезия — извне. Природа ее не придумала.

Женщина в момент родов вырабатывает естественные анестетики, роды не должны быть безболезненными. Зачем-то эта боль нужна.

Я ходила на курсы подготовки к родам в ЦТА (причем для пары: для мужчины и женщины, которые настроены на партнерские роды). Там было очень сильное занятие «Роды глазами ребенка», где нам рассказали, через что проходит ребенок в процессе родов. Когда ты все это слышишь, то перестаешь жалеть себя и бояться боли. Безусловно, есть женщины, у которых неадекватный болевой порог, есть ситуации, в которых без обезболивания не обойтись. Не дай Бог, экстренное кесарево и т.д. Но если идет нормальный родовой процесс, лучше обходиться без анестезии.

Главная задача женщины при родах – отключить свою неокортекс, т.е. цивилизованную более позднюю надстройку мозга. И оставить только лимбическую систему, которая функционирует как у всех млекопитающих. Оставить инстинкты, природу. Три священные «Т» естественных родов – тепло, тихо, темно.

С Ваней (младшим сыном Тутты – прим. ред.) психолог Алексей Иванов научил меня такой технике: дышишь, пытаешься расслабиться и в то же время визуализируешь главную точку, в которой тебе больно, и как бы дышишь в нее, выдыхаешь туда весь свой воздух и энергию, одновременно представляя, как это место заливается ослепительно белым светом, таким ярким, что больно смотреть.

Не знаю, может, у кого-то это будет сиреневая искра или красный зайчик. Суть не в самом образе, а в его действии. Когда ты сосредотачиваешься на болевой точке и расслабляешься в этом месте, процесс удивительно ускоряется. В какой-то момент я чувствовала, как Ваня просто «катится» из меня вниз. Плюс против боли помогают разные массажные техники. Есть акупунктурные точки, которые можно массировать. Есть масла, которые можно вдыхать, и они тоже обладают легким анестезирующим воздействием».

Текст: Юлия Козолий

Влияние различных методов анестезии на состояние матери, плода и новорожденного при абдоминальном родоразрешении

ФГБУ Уральский научно-исследовательский институт охраны материнства и младенчества Минздрава России, Екатеринбург; ГБОУ ВПО Уральская государственная медицинская академия Минздрава России, Екатеринбург

Цель исследования. Провести сравнительный анализ параметров центральной гемодинамики матери, состояния газового гомеостаза, кислотно-основного состояния (КОС) плода и перинатальных исходов при абдоминальном родоразрешении в условиях различных методов анестезии.
Материал и методы. В исследование включены 65 беременных женщин, родоразрешенные путем операции кесарева сечения в условиях общей (ОА) и спинальной анестезии (СА). Методом неинвазивной биоимпедансной технологии были измерены параметры центральной гемодинамики на этапах операции. Оценка новорожденного по шкале Апгар проводилась на 1-й и 5-й минутах после рождения. Были исследованы газовый гомеостаз и КОС крови вены пуповины.
Результаты. В группе СА на всех этапах операции наблюдался более благоприятный гемодинамический профиль по сравнению с ОА. Применение ОА сопровождалось более низкой оценкой по шкале Апгар на 1-й минуте, на 5-й минуте различий не выявлено Значения рН в вене пуповины, SBE и уровня лактата не имели существенных отличий между группами исследования. В группе ОА показатели оксигенации пуповинной крови были достоверно выше, чем в группе СА. Ранний неонатальный период у всех новорожденных протекал без осложнений.
Заключение. Данное исследование демонстрирует большую гемодинамическую стабильность при кесаревом сечении в условиях СА. У новорожденных группы ОА отмечался достоверно более высокий уровень оксигенации пуповинной крови, однако оба метода анестезии свидетельствуют о сохранении адекватной маточно-плацентарной перфузии и безопасны для плода.

кесарево сечение

анестезия

центральная гемодинамика

новорожденные

  1. Серов В.Н., Маркин С.А. Критические состояния в акушерстве: Руководство для врачей. М.: Медиздат; 2003. 704с.
  2. Bloom S.L., Spong C.Y., Weiner S.J. Complications of anesthesia for cesarean delivery. Obstet. Gynecol. 2005; 106: 281–7.
  3. Bowring J., Fraser N., Vause S., Heazell A.E.P. Is regional anaesthesia better than general anaesthesia for caesarean section? J. Obstet. Gynaecol. 2006; 26: 433–4.
  4. Reynolds F., Seed P.T. Anaesthesia for caesarean section and neonatal acid-base status: a meta-analysis. Anaesthesia. 2005; 60: 636–53.
  5. Afolabi B.B., Lesi F.E. Regional versus general anaesthesia for caesarean section. Cochrane Database Syst. Rev. 2012; (10): CD004350.
  6. Algert С.S., Bowen J.R., Giles W.B., Knoblanche G.E., Lain S. J., Roberts C.L. Regional block versus general anaesthesia for caesarean section and neonatal outcomes: a population-based study. BMC Medicine. 2009; 29: 7–20.
Кинжалова Светлана Владимировна, кандидат медицинских наук, руководитель отделения интенсивной терапии и реанимации ФГБУ НИИ ОММ Минздрава РФ
Адрес: 620028, Россия, Екатеринбург, ул. Репина, д. 1. Телефон: 8 (343) 359-88-78. Е-mail: [email protected]
Макаров Роман Александрович, кандидат медицинских наук, научный сотрудник отделения интенсивной терапии и реанимации ФГБУ НИИ ОММ Минздрава РФ
Адрес: 620028, Россия, Екатеринбург, ул. Репина, д. 1. Телефон: 8 (343) 359-88-78
Давыдова Надежда Степановна, доктор медицинских наук, профессор, зав. кафедрой анестезиологии, реаниматологии и трансфузиологии ФПК и ПП ГБОУ ВПО УГМА Минздрава России
Адрес: 620028, Россия, Екатеринбург, ул. Репина, д. 3. Телефон: 8 (343) 214-86-76

Беременная женщина перенесла экстренное кесарево сечение без анестезии, согласно иску

Врач из Калифорнии разрезал будущую маму без анестезии для экстренного кесарева сечения, когда женщина плакала и кричала от боли, согласно иску, поданному в округе Сан-Диего.

Согласно жалобе, женщина сказала врачам, что она все чувствовала, пока в конце концов не потеряла сознание от боли.

В прошлом месяце 25-летняя женщина и ее жених подали в суд на Медицинский центр Tri-City в Оушенсайд, Калифорния, заявив, что процедура была связана с врачебной халатностью и эмоциональным расстройством.

«Безопасность и качество пациентов являются первостепенными приоритетами для Tri-City Medical Center и всех наших партнеров», — говорится в заявлении представителя медицинского центра.

В последующем заявлении, опубликованном в пятницу, Tri-City Medical назвала претензии пары «возмутительными» и сообщила, что, несмотря на утверждения, сделанные в иске, будущей матери сделали анестезию.

«Перед операцией пациенту была проведена анестезия», — говорится в сообщении больницы. «Мы рады, что ребенок« здоров »и« счастлив ».

В пятницу в интервью BuzzFeed News пара сказала, что незадолго до операции доктор натер что-то на коже Дельфины Мота, что, как они думают, было местным анестетиком местного действия. Несмотря на это, Мота сказала, что чувствовала

«Я начал кричать и помню, как потерял сознание», — сказал Мота BuzzFeed News. «Мне пришлось удерживать меня, потому что все мое тело чувствовало эту боль».

По словам Судебные документы, Мота и ее жених Пол Ихеанакор вошли в больницу утром ноября.15. На тот момент Мота была беременна на сроке более 41 недели, и они ожидали, что роды будут вызваны.

Однако к 5:21 утра следующего дня врачи больше не могли уловить сердцебиение ребенка, и ее врач, Сандра Лопес, вызвала экстренное кесарево сечение, согласно судебным документам.

«Приходили медсестры и доктор, и я просто помню, как они оторвали у меня все провода», — сказала она. Мота был доставлен в операционную, несколько раз вызывали анестезиолога, но, согласно жалобе, он не отвечал на звонок.

«Я слышал, как они говорили, что неоднократно вызывали анестезиолога, но не получали ответа», — сказал Ихеанакор BuzzFeed News. «Я слышал, как они звонили ему по внутренней связи».

Моте накануне вечером была сделана эпидуральная анестезия, но, согласно жалобе, «это не повлияло на место операции кесарева сечения, расположенное на ее брюшной полости».

Она сказала, что сказала медсестрам, что чувствует, что эпидуральная анестезия заканчивается. Оказавшись в операционной, она сказала, что также почувствовала, как доктор «натирает меня чем-то».«

» Я слышал, как [доктор] сказал: «Мы должны это сделать, мы должны это сделать», — сказал Мота. — В комнате царил хаос ».

Чиновники Tri-City Medical Center сделали не сразу ответил на вопросы BuzzFeed News, применялась ли Мота какая-либо анестезия в дополнение к эпидуральной анестезии, упомянутой в иске.

В иске не упоминается, применялась ли местная анестезия перед операцией.

Согласно жалобе, поданной в суд, анестезиолог Дэвид Сейф продолжал вызывать, когда Лопес сказала: «Пристегните ее.»

Руки и ноги Моты были привязаны к столу прямо перед тем, как врач начал делать разрез.

В «Оперативном отчете» Лопес, который цитируется в жалобе, доктор описал, как она сделала разрез без анестезии и разделила мышцы живота Моты, чтобы добраться до ее матки, прежде чем в комнату вошел анестезиолог Сеиф.

«[Мота] плакала и кричала во все горло, что она могла чувствовать все, что происходило, а также умоляла о помощи и о том, чтобы обвиняемые прекратили резать ее», пока она не потеряла сознание, согласно жалобе .

Ее жених, который стоял у двери в операционную, по всей видимости, пытался войти, но был остановлен.

«Я просто продолжал говорить медсестре, сдерживающей меня, говоря:« Я знаю, что ты не резал ее без анестезии », — сказал Ихеанакор.

Но отец сказал, что понимает, почему было принято решение оперировать.

«Она приняла правильное решение, с которым я полностью согласен», — сказал Ихеанакор. «Либо вытащить ребенка как можно скорее, либо она могла умереть.«

Однако он спросил, почему больница не была лучше подготовлена.

« Находясь в больнице, никто не должен проходить такую ​​операцию », — сказал он.

Их дочери Кали сейчас 7 лет.

«Она счастливый ребенок», — сказал Мота.

В иске, поданном против больницы, пара потребовала компенсацию в размере 5,75 миллиона долларов.

Мама, перенесшая кесарево сечение БЕЗ анестезии, изо всех сил пыталась сблизиться с ребенком

Мать описала мучительное и болезненное кесарево сечение, которое она перенесла без анестезии, который причинил ей столько страданий, что ей было трудно наладить связь со своим новорожденным ребенком.

Рэйчел Сомерштейн, которой сейчас 37 лет, говорит, что после неудачной блокады позвоночника, проведенной ее анестезиологом, она кричала от боли во время процедуры, проведенной 3,5 года назад.

Мама, которая живет в штате Нью-Йорк и работает журналистом и профессором, написала о своем опыте в эссе на 3000 слов, размещенном на Longreads.

И она вспомнила, как тогда ей было трудно найти связь со своей дочерью.

Она написала: «Моя кожа чувствовала себя так, словно внутри нее было электричество, и я не хотела прикасаться ни к ней, ни к кому бы то ни было.’

Она говорит, что анестезиолог позже извинился перед ней.

‘Это была худшая ошибка, которую он когда-либо делал, — сказал он с бледным лицом. Я сказала ему: «Я не буду подавать на тебя в суд», — вспоминает она.

Вместо этого мать обвиняет своего акушера. «Я возложила на себя ответственность за акушера, который меня не слушал и продолжал резать меня сквозь мои крики», — сказала она.

Сомерштейн сказала, что никогда не ожидала, что рождение ее ребенка может вызвать такую ​​мучительную боль, но кесарево сечение встречается чаще, чем она думала.

Мать описала свой мучительный опыт кесарева сечения без анестезии, из-за которого она не могла изначально установить связь со своим ребенком после рождения (изображение из файла)

«Я не читала главу в« Чего ожидать, когда ты » Ждем кесарево сечения. Хотя они составляют более 30% рождений в США », — написал Сомерштейн.

Сомерштейн говорит, что никогда не подавала иск, потому что ей было трудно найти юридического представителя. Адвокаты заявили, что не могут рассматривать ее дело.

‘Кто-то задумался:’ Сколько это было? Пять минут?’ спрашивать о продолжительности кесарева сечения. «Вы здоровы, ваша дочь здорова. Что вас так расстраивает? Она отказалась от поиска адвоката прямо перед тем, как истек срок давности по делам о халатности, связанным с акушерством, который в штате Нью-Йорк составляет 2,5 года.

Она вспомнила, что первый «красный флаг» ее испытания произошел, когда ее анестезиологу «пришлось трижды повторно делать мне эпидуральную анестезию».

После того, как эпидуральная анестезия, наконец, подействовала, Сомерштейн сказала, что ее роды продолжались несколько часов.Затем, когда ее доула и акушерка пошли обедать и вернулись, у нее отошла вода. Но ее роды продолжались после полуночи и длились 24 часа.

«Думаю, пора это назвать, сделать кесарево сечение», — вспоминает она, как подсказала ей акушерка.

Несмотря на то, что она толкалась, Сомерштейн сказал, что частота сердечных сокращений ее ребенка не возвращается к уровням, которые казались безопасными, и что она и ребенок были истощены.

«Я, должно быть, знал, что что-то пойдет не так, потому что я спросил, умру ли я, умрет ли мой ребенок.«О нет, — сказала акушерка, — с тобой все будет в порядке», — говорит Сомерштейн.

Ее акушер в своих хирургических заметках позже опишет боль, которую перенес Сомерштейн.

Он писал, что «пациентке было очень трудно переносить боль, это указывало на то, что ей было очень трудно справиться с болью, и она кричала от боли».

После болезненных родов Сомерштейн сказала, что она обнаружила, что не может смотреть на свою дочь.«Мне было слишком больно. «Я не хочу ее видеть», — сказал я. «Нет, нет, нет, я не хочу ее видеть. Я ее не вижу. Забрать ее!’ (изображение из файла)

Когда доула привела ее к няньке, Сомерштейн говорит, что она обнаружила, что не может смотреть на нее.

«Мне было слишком больно. «Я не хочу ее видеть», — сказал я. «Нет, нет, нет, я не хочу ее видеть. Я ее не вижу. Забрать ее!’

Сомерштейн боится, что ее дочь может прочитать, как она отреагирует, когда станет старше. «Вы представляете, прочитает ли она это? Если она узнает, что в самые уязвимые, первые часы на планете, я ее прогоню?

Еще она вспоминает, что сначала не могла назвать ребенка.Как только ей пришло имя, которое она не раскрывает, но объясняет, что оно означает «свободный человек», она сказала, что обнаружила, что все еще может его использовать.

«Я не мог использовать имя ребенка, чтобы обратиться к ней. В течение нескольких недель она оставалась «младенцем», — говорит она.

Мама сказала, что ей также трудно сблизиться с дочерью.

«У меня были проблемы с ребенком. Моя кожа чувствовала себя так, будто внутри было электричество, и я не хотел прикасаться к ней или к кому-либо. Я тоже не хотела никого видеть », — пишет она.

Сомерштейн сказала, что какое-то время она задавалась вопросом, вспомнила ли ее дочь, которой сейчас почти четыре года, боль своего рождения, ее «отказ от нее, наши одинокие первые месяцы».

«Теперь, когда мы знаем друг друга, вероятность более болезненна — теперь, когда мое сердце стало больше, открылось, чтобы вместить мою любовь к ней», — добавила она.

Она сказала, что боится, что ее будут рассматривать как «поврежденного человека», но что ее работа — оградить свою дочь от таких чувств, «изменить повествование с самого начала.«

» У меня всегда есть такой шанс; это часть обычного воспитания », — говорит она. «Например, когда она просыпается посреди ночи и использует слова, чтобы сказать то, что она могла выразить только плачем в младенчестве:« Мама! Мама! Ты мне нужен! Прийти за мной!’

«У меня разбивается сердце. Она напугана. Я ей нужен, — говорит Сомерштейн. «Чудо в том, что она мне это сказала. Другое чудо: я ее слышу. Итак, я иду к ней. И подними ее ».

Мне сделали кесарево сечение без анестезии

Флип Даннинг, 34 года, надеялся на домашние роды и надеялся избежать любого медицинского вмешательства.Но после двух с половиной дней родов стало ясно, что это невозможно.

Флип была непреклонна в том, что ей не нужна эпидуральная анестезия, но к настоящему времени она была полностью изношена, поэтому выбрала самую низкую доступную дозу.

В этот момент выяснилось, что роды через естественные родовые пути невозможны из-за редкого состояния, поэтому врачи попытались провести блокаду позвоночника.

Первая инъекция в блокаду позвоночника не дала никакого эффекта. Сорок минут спустя ей дали двойную дозу, но Флип все еще могла чувствовать все, включая замораживающий спрей, используемый для проверки уровня реакции.

Персонал больницы беспокоился, что у Флип может возникнуть аллергическая реакция на общий наркоз, поэтому они начали рожать ребенка — единственной формой обезболивания была техника самогипноза, которую Флип практиковала на протяжении всей беременности.

Флип объясняет: «Единственная боль, которую я почувствовал, была сразу после этого, когда я держал бэби Бэя, который весил 7 фунтов. После бодрящего трехминутного прилива эндорфина и адреналина мне нужно было передать ребенка моему партнеру, пока я «возвращалась в зону».’

Мама Флип твердо верила в самогипноз, поэтому, когда она узнала, что беременна, Флип купила компакт-диск с самогипнозом.

Она дополнила это индивидуальными сеансами гипнотерапии с местным практикующим Моникой Блэк, ведущим клиническим гипнотерапевтом в Гипнотерапии Хэмпстеда.

Флип сказал Монике, что она хотела, чтобы гипнотерапия дополняла домашние роды, которые она планировала, и полностью контролировала свое тело, в то же время наслаждаясь родами.

На их втором сеансе (всего из четырех) Моника смогла очень сильно ущипнуть Флипа, не чувствуя при этом никакой боли.

Говорит Моника Блэк: «Некоторые матери настолько расслаблены, что почти невозможно определить, когда у них схватка. Будущая мать всегда будет чувствовать давление, но не боль.

В большинстве случаев во время гипно-родов у женщин сокращаются роды, и фаза подталкивания больше похожа на вхождение в мир. Тело матери настолько расслаблено, что ребенок просто вытекает ».

Для получения дополнительной информации или записи сеанса с Моникой Блэк позвоните по телефону 020 7419 2211 или посетите сайт www.hampsteadhypnotherapy.com.

Женщина утверждает, что ей сделали экстренное кесарево сечение без анестезии

  • Жительница Калифорнии Дельфина Мота утверждает в судебном иске, что перенесла кесарево сечение без анестезии.
  • В иске говорится, что экстренное кесарево сечение было назначено после того, как сердцебиение плода стало неопределяемым.
  • Согласно иску, вызывающему анестезиологу «звонили несколько раз», но он «не отвечал» до того, как началось кесарево сечение.
  • Мота сказала в интервью NBC в Сан-Диего, что она «потеряла сознание от боли».
  • Tri-City Medical Center, больница, в которой произошло кесарево сечение, назвала заявление «возмутительным» и сообщила, что «пациенту сделали анестезию перед операцией».

Женщина из Калифорнии заявила, что ей сделали экстренное кесарево сечение без анестезии, сообщил 31 июля NBC San Diego.

В новом иске о халатности, первоначально полученном и опубликованном в Интернете NBC в Сан-Диего и рассмотренном INSIDER, Дельфина Мота и ее жених Пол Ихеанакор утверждают, что Мота «мог чувствовать все, что происходило» во время процедуры в Tri-City Medial Center в Оушенсайде, Калифорния в ноябре прошлого года.

Согласно судебным документам, Мота прибыл в больницу 15 ноября 2017 года для индукции родов.В то время у нее была 41 неделя и четыре дня беременности. В судебных документах говорится, что в ту ночь ей сделали эпидуральную анестезию — распространенное обезболивающее, применяемое при родах. Но к раннему утру следующего дня, согласно документам, «сердцебиение плода стало невозможно прочитать», и врач Моты назначил экстренное кесарево сечение.

Судебные документы затем утверждают, что дежурному анестезиологу больницы «звонили несколько раз», но «не отвечали». В конце концов, согласно документам, конечности Моты «были привязаны к операционному столу», и ее врач продолжил кесарево сечение.

Дельфина Мота (здесь не изображена) сказала NBC в Сан-Диего, что она «потеряла сознание» во время экстренного кесарева сечения. Наттхавон Хаосакун / Shutterstock

Согласно судебным документам, ранее проведенная эпидуральная анестезия «абсолютно не повлияла» на место кесарева сечения.И Мота сказала BuzzFeed News, что начала чувствовать, что эпидуральная анестезия закончилась до того, как началось кесарево сечение.

«Как только я почувствовал это, я просто закричал, типа:« Стой. Я чувствую это. Я чувствую это ». И после этого, я почти уверен, что потерял сознание от боли », — сказал Мота NBC в Сан-Диего. «Что-то вроде фильма ужасов. Вы не можете себе представить. Я бы предпочел родить [Кали] вагинально, без лекарств, чем порезать ножом.«

В интервью BuzzFeed News, Ихеанакор сказал, что« никто не должен проходить такую ​​операцию », но добавил, что он понимает решение оперировать.

« [Врач] принял правильное решение, которое я Я согласен с этим, — сказал Ихеанакор. — Ребенку пришлось либо вытащить как можно скорее, иначе она могла умереть ».

Tri-City Medical Center обратился к иску в заявлении, предоставленном INSIDER.

«Безопасность пациентов и качество — главные приоритеты для Tri-City Medical Center и всех наших партнеров», — говорится в заявлении.«Хотя обычно мы не комментируем незавершенный судебный процесс, публичное обсуждение пациентом той помощи, которую она получила во время экстренного кесарева сечения, вынуждает нас рассмотреть это возмутительное утверждение. Пациенту сделали анестезию перед операцией.

Дочь пары Кали, Кали, сейчас 7-месячный здоровый и «счастливый ребенок», — сказал Мота BuzzFeed News.

В своем заявлении Tri-City Medical Center добавил, что «мы рады, что ребенок« здоров »и« счастлив ». «

Дельфина Мота и Пол Ихеанакор не были доступны для комментариев.

Чтобы узнать больше, посетите домашнюю страницу INSIDER .

Иск: будущей маме кесарево сечение без анестезии

Когда в прошлом году женщине потребовалось экстренное кесарево сечение в больнице Оушенсайд, анестезиолога не удалось найти быстро, поэтому операция была проведена без анестезии. женщина, ее жених и недавно поданный иск.

Отец ребенка, Пол Ихеанакор, сказал, что находился в коридоре возле операционной, где сотрудники больницы забрали невесту Дельфину Мота, когда он понял, что что-то не так.

«Я слышал крики, ужасающие крики», — сказал в четверг 35-летний Ихеанакор. «Именно тогда я понял, что ее резали без анестезии».

Подробная информация о том, что, по словам супругов Оушенсайд, произошло во время родов 16 ноября, включена в иск, который они подали в прошлом месяце, в котором указаны имена медицинского центра Tri-City, хирурга и анестезиолога.

Получив комментарий, Tri-City Medical Center опубликовал следующее заявление: «Безопасность и качество пациентов являются высшими приоритетами для Tri-City Medical Center и всех наших партнеров. Tri-City Healthcare District не может комментировать продолжающийся судебный процесс ».

Поздно вечером в пятницу больница выпустила второе заявление. В нем была повторена позиция безопасности пациентов, а затем добавлено: «Хотя обычно мы не комментируем незавершенный судебный процесс, публичное обсуждение пациентом помощи, которую она получила во время ее экстренного кесарева сечения, заставляет нас ответить на это возмутительное утверждение.Перед операцией пациенту была проведена анестезия. Мы рады, что ребенок «здоров» и «счастлив» ».

Адвокат акушера, доктор Сандра Лопес, отказалась от комментариев, сославшись на незавершенное судебное разбирательство. Анестезиолог доктор Дэвид Сейф не сразу ответил на запрос о комментарии.

Согласно иску, Мота была беременна на сроке более 41 недели, когда она и Ихеанакор направились в Медицинский центр Три-Сити 15 ноября. У нее были диагностированы роды.

То, что было долгими и ночными родами, стало неотложным около 5:20 утра 16 ноября, когда нельзя было определить частоту сердечных сокращений плода. Согласно иску, Лопес «должным образом вызвал экстренное кесарево сечение».

Спустя мгновение 26-летний Мота был в операционной.

Сейф, говорится в иске, не ответил на несколько страниц.

Мота был привязан к столу, и, согласно иску, экстренная операция была проведена без анестезии.

Она «плакала и кричала изо всех сил, что она могла чувствовать все, что происходит, а также умоляла о помощи…», — говорится в костюме.

Согласно костюму, Сейф ворвался в комнату во время операции.

В четверг Ихеанакор в коридоре рассказывал о своих моментах.

«Я знал, что они собираются сделать экстренное кесарево сечение», — сказал он. «Они ничего не могли сказать мне, чтобы подготовить меня к крикам, которые я слышал, и к тому чувству, которое у меня возникло, когда они начали операцию».

Мота сказала, что помнит, как в операционной, доктор сказал: «Вызовите его, продолжайте пейджинг».

Потом «внезапно я почувствовал рези в животе… чувство жжения.

Мота сказала, что потеряла сознание от боли.

«Я понимаю, почему они это сделали», — сказал Мота. «Но это же больница… Должны были быть приняты меры».

Младенцу, рожденному в тот день — дочери пары по имени Кали — сейчас больше семи месяцев. Ее отец говорит, что у нее все хорошо.

«Ребенок идеален, — сказал Ихеанакор.

Адвокат пары, Норман Финкельштейн, назвал инцидент «ужасающим».

«Я занимаюсь этим около 35 лет», — сказал он на этой неделе. «Я ошеломлен этим. Я никогда не видел ничего подобного.»

В иске говорится о врачебной халатности, потере консорциума, причинении эмоционального стресса по неосторожности, а также о нападении и побоях.

В иске не указывается конкретная денежная сумма. Однако в иске, который пара Оушенсайд подала в Tri-City до подачи иска, требовалось 5,75 миллиона долларов.

[email protected]

(760) 529-4945

Твиттер: @TeriFigueroaUT


ОБНОВЛЕНИЯ:

Авг.3, 2018 17:25 В эту статью добавлены дополнительные сведения.

Беременная женщина вынуждена перенести кесарево сечение без анестезии

Фото: Джон Пол Армстронг / Getty Images

Мать из Калифорнии подает в суд на медицинский центр, где она родила прошлой осенью, за врачебную халатность и эмоциональное расстройство, утверждая, что ей пришлось перенести экстренное кесарево сечение без какой-либо анестезии, сообщает Los Angeles Times .

Согласно иску, поданному в прошлом месяце, 25-летняя Дельфина Мота и ее жених Пол Ихеанакор явились в Медицинский центр Трай-Сити в Оушенсайд, штат Калифорния, утром 15 ноября. просрочено, и сказала, что ожидала, что врачи будут стимулировать роды. Но на следующее утро, когда ее врач Сандра Лопес не смогла уловить сердцебиение ребенка на мониторе, она заказала экстренное кесарево сечение, и Мота была доставлена ​​в операционную.Хотя анестезиологу вызывали несколько раз, он не ответил на звонок; в конце концов, Лопес велел медсестрам пристегнуть Моту.

К тому времени, когда анестезиолог, наконец, вошел в комнату, в костюме говорится, что руки и ноги Моты уже были привязаны к операционному столу, и, когда Мота была полностью в сознании, Лопес разрезал ее живот, чтобы получить доступ к ее матке. .

В жалобе говорится, что Мота «плакала и кричала изо всех сил, что она чувствовала все, что происходило, а также умоляла о помощи и о том, чтобы обвиняемые перестали ее резать», пока в конце концов она не потеряла сознание.

В своем заявлении представитель медицинского центра сказал: «Безопасность и качество пациентов являются высшими приоритетами для Tri-City Medical Center и всех наших партнеров. Tri-City Healthcare District не может комментировать продолжающийся судебный процесс ».

Дочь Моты и Ихеанакора, Кали, чуть меньше семи месяцев, и Ихеанакор говорит, что она «идеальна».

«Я понимаю, почему они это сделали», — сказал Мота L.А. раз . «Но это же больница… Должны были быть приняты меры».

Пара просит Tri-City возместить ущерб в размере 5,75 миллиона долларов.

Связанные

ICE, как сообщается, задержала 32-недельную беременную женщину, несмотря на ее тревожные симптомы

Женщина говорит, что в больнице ей сделали кесарево сечение без анестезии

Согласно иску, поданному в округе Сан-Диего, женщина и ее жених подали в суд на калифорнийскую больницу после того, как она была привязана и ей сделали экстренное кесарево сечение без анестезии.

26-летняя Дельфина Мота «плакала и кричала изо всех сил, что она могла чувствовать все, что происходит, а также умоляла о помощи», — говорится в жалобе, поданной в прошлом месяце.

«Я никогда не сталкивался с подобным случаем за 35 лет практики», — сказал HuffPost по электронной почте адвокат пары Норман Финкельштейн.

Иск обвиняет врачей медицинского центра Tri-City в Оушенсайд в врачебной халатности, а также в нападении и избиении. В заявлении больницы, направленном газете San Diego Union-Tribune, говорится, что она не может комментировать детали дела.

«Безопасность пациентов и качество — главные приоритеты для Tri-City Medical Center и всех наших партнеров», — говорится в заявлении. «Tri-City Healthcare District не может комментировать продолжающийся судебный процесс».

Мота обратилась в медицинский центр Tri-City 15 ноября, когда она была беременна на сроке более 41 недели. Ей было госпитализировано, что ей вызвали роды, а также сделали эпидуральную анестезию.

На следующее утро в 5:21 у Моты упало артериальное давление, и ее акушер, доктор Сандра Лопес, не смогла определить частоту сердечных сокращений ребенка.

Согласно иску, Лопес «должным образом вызвал экстренное кесарево сечение», но не смог связаться с дежурным анестезиологом, доктором Дэвидом Сейфом, хотя ему «вызывали несколько раз».

Мота рассказала Union-Tribune, что когда она была в операционной, она помнит, как доктор сказал: «Вызовите его, продолжайте набирать его».

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *