Недоверия: Недопустимое название — Викисловарь

Содержание

Парламент Пакистана вынес вотум недоверия премьер-министру Имрану Хану — РБК

Депутаты собирались проголосовать за вотум недоверия еще 3 апреля. Однако тогда проведение голосования отклонил вице-спикер парламента. Верховный суд признал это решение незаконным

Фото: Сергей Савостьянов / РИА Новости

Парламент Пакистана вынес вотум недоверия премьер-министру Имрану Хану. Об этом сообщает издание Dawn.

Вотум поддержали 174 члена парламента из 342 депутатов. Проголосовавшие оппозиционеры обвинили Хана в неспособности улучшить экономическую ситуацию в стране и в коррупции, пишет Dawn.

Video

До голосования по вотуму недоверия спикер Национального собрания (нижней палаты парламента) Пакистана Асад Кайсер подал в отставку. Он объяснил это тем, что «не может участвовать в иностранном заговоре с целью отстранения Хана».

Путин проведет переговоры с премьером Пакистана Ханом 24 февраля

Члены парламента Пакистана собирались вынести вотум недоверия премьер-министру 3 апреля. Однако тогда вице-спикер парламента отклонил проведение голосования. Кайсер заявил, что оно противоречит статье 5 Конституции.

После попытки парламента вынести премьеру вотум недоверия президент Ариф Алви в тот же день распустил Национальное собрание, передавал Reuters.

В ответ оппозиция заявила, что отказывается покидать парламент и организует сидячую забастовку. 7 апреля Верховный суд Пакистана признал «противоречащим Конституции» решение о роспуске Национального собрания и отмене голосования по вотуму недоверия премьер-министру страны, сообщал телеканал Geo TV.

До 2022 года в Пакистане голосования о вотуме недоверия действующему премьер-министру проводились дважды, но не приводили к его отставке. Так, в 1989 году оппозиция намеревалась добиться ухода с поста главы правительства Беназир Бхутто, а в 2006 году — Шауката Азиза.

Автор

Роман Котерев

Премьер Пакистана отстранён от должности. Парламент вынес ему вотум недоверия – Газета.uz

Парламент Пакистана 9 апреля вынес вотум недоверия премьер-министру страны Имрану Хану и отстранил его от должности, которую он занимал с 2018 года, сообщило Anadolu.

За вотум недоверия проголосовали 174 депутата, то есть большинство нижней палаты законодательного органа страны, против — 172.

69-летний бывший профессиональный игрок в крикет стал первым премьер-министром Пакистана, получившим вотум недоверия парламента.

Как отмечает BBC News, Имран Хан обещал победить коррупцию и вывести свою страну из экономического кризиса, однако теперь многие жители считают, что оба этих обещания он не выполнил.

Роспуск Национальной ассамблеи Пакистана

4 апреля президент Пакистана Ариф Алви по рекомендации Имрана Хана распустил Национальную ассамблею (нижнюю палату парламента). Сам Имран Хан перешёл в статус исполняющего обязанности главы правительства до назначения временного премьер-министра.

В конце марта ведущие партии сформированного правительством Пакистана альянса заявили, что присоединяются к оппозиции и проголосуют за инициированный оппозицией вотум недоверия премьер-министру. В результате оппозиция стала большинством в парламенте.

28 марта парламент одобрил предложение о голосовании по вотуму недоверия премьер-министру Имрану Хану. За решение проголосовал 161 депутат.

Однако вице-спикер парламента Касым Сури отклонил предложение оппозиции о вынесении вотума недоверия Имрану Хану. Он заявил, что голосование было бы нарушением статьи 5 конституции, где говорится, что лояльность государству является основным долгом каждого гражданина.

Имран Хан обвинил в сложившейся ситуации внешние силы, не уточнив, о ком идёт речь. Он заявил, что должны быть проведены выборы, и народ должен решить, кто останется у власти.

Оппозиция обратилась в Конституционный суд, который признал роспуск парламента незаконным — и это открыло путь для субботнего голосования.

Как отмечает Reuters, новым премьер-министром может стать Шахбаз Шариф — лидер партии «Пакистанская мусульманская лига» и младший брат политика Наваза Шарифа, который трижды был премьер-министром страны.

Недоверие — это… Что такое Недоверие?

  • недоверие — недоверие …   Орфографический словарь-справочник

  • недоверие — Сомнение, недоверчивость, мнительность, осторожность, осмотрительность, предубеждение, подозрительность. Ср. подозрение …   Словарь синонимов

  • НЕДОВЕРИЕ — НЕДОВЕРИЕ, недоверия, мн. нет, ср. Сомнение в правдивости, достоверности. Слухи были встречены общим недоверием. || Отсутствие доверия, подозрительное отношение. Проявить недоверие к кому чему нибудь. Относиться с недоверием к кому нибудь вотум… …   Толковый словарь Ушакова

  • НЕДОВЕРИЕ — ср. недовера, недоверчивость жен., ·противоп. доверие, доверчивость: первое действие, а второе свойство. Недовер муж. ка жен. недоверчивый человек, кто не доверяет. | Недоверка и недоверение также недоверие, действие по гл. недоверять. | Недовер …   Толковый словарь Даля

  • НЕДОВЕРИЕ — НЕДОВЕРИЕ, я, ср. Сомнение в правдивости, подозрительность, отсутствие доверия. Отнестись с недоверием. Н. к людям. Вотум недоверия (неодобрение парламентом деятельности правительства; спец.). Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова.… …   Толковый словарь Ожегова

  • Недоверие — – отсутствие доверия, сомнение в правдивости, истинности, подозрительность. Возможное проявление – испытующий прищуренный взгляд на собеседника (заглядывание в глаза, с заметным наклоном головы) или на другой объект, усмешка, приподнимание бровей …   Энциклопедический словарь по психологии и педагогике

  • недоверие —    Его надо выражать негрубо.    Ср. одно дело сказать Вы лжете; Я вам не верю, другое – сказать: Мне в это трудно поверить, Возможно ли это?    Если недоверие не выражают словами, его можно передать мимически или позой, дав собеседнику… …   Культура речевого общения: Этика. Прагматика. Психология

  • недоверие — • большое недоверие • глубокое недоверие …   Словарь русской идиоматики

  • недоверие — к кому чему и кому чему. Недоверие к людям. Вотум недоверия правительству …   Словарь управления

  • недоверие — ▲ недостаточность ↑ вера недоверие недостаточность веры; недостаточная вера; сомнение, связанное с кем л. недоверчивость склонность к недоверию. недоверчивый. скeптицизм. скепсис. скептик. скептический. маловер. маловерный. фома неверный… …   Идеографический словарь русского языка

  • недоверие — выразить недоверие • демонстрация …   Глагольной сочетаемости непредметных имён

  • поэтика недоверия. > Alexander Zholkovsky > USC Dana and David Dornsife College of Letters, Arts and Sciences

    Mосква: Школа «Языки Русской Культуры». 1999.

    А. К. Жолковский.
     

                          Содержание
     

    Предисловие

    Глава I.

    Невидимые миру страхи: Зощенко-юморист в сумеречном свете «Перед восходом солнца»

    Глава II.

    Проблемы с гостями, или Не надо иметь родственников

    Глава III.

    Идейная структура «Душевной простоты» (Зощенко, Достоевский и другие)

    Глава IV.

    «Я беспорядков не нарушаю»: Зощенко и власть

    Глава V.

    Крепковатый брак: зубной врач, корыстная молочница,  интеллигентный монтер и их автор

    Глава VI.

    Рука ближнего и ее место в поэтике Зощенко

    Глава VII.

    «Монтер», или «Сложный театральный механизм»

    Глава VIII.

    Покой — беспокойство — успокоение

    Глава IX.

    Зощенко и Чехов: страх, футляр, случай

    Глава X.

    Наука выживания и заграница

    Глава XI.

    Вертер на колесьях

    Глава XII.

    Еда на грани жизни и смерти

    Глава XIII.

    «Иностранцы», или «Все в порядке»

    Глава XIV.

    Лицо, маска и искусство Мельпомены

    Глава XV.

    Последняя глава, под названием «Eccola!»
    Заключение
    Примечания
    Литература
    Указатель понятий и мотивов
    Указатель имен и произведений

    анализ теоретических подходов и региональная практика исследования – тема научной статьи по социологическим наукам читайте бесплатно текст научно-исследовательской работы в электронной библиотеке КиберЛенинка

    УДК 316.613.432 ББК 60.56

    © Ластовкина Д.А.

    ФЕНОМЕН СОЦИАЛЬНОГО НЕДОВЕРИЯ: АНАЛИЗ ТЕОРЕТИЧЕСКИХ ПОДХОДОВ И РЕГИОНАЛЬНАЯ ПРАКТИКА ИССЛЕДОВАНИЯ

    ЛАСТОВКИНА ДАРЬЯ АЛЕКСАНДРОВНА

    старший лаборант с высшим образованием

    отдела исследования уровня и образа жизни населения

    Федеральное государственное бюджетное учреждение науки

    Институт социально-экономического развития территорий Российской академии наук E-mail: [email protected]

    Целью данной статьи является теоретический и эмпирический анализ феномена социального недоверия. В процессе изучения теоретико-методологических подходов по данной проблематике мы обращаемся к научным взглядам таких исследователей, как Ф. Теннис, П. Штомпка, Э. Гидденс, Ф. Фукуяма, А. Селигмен и др. В статье выделяется четыре основных исследовательских направления к изучению феномена доверия и недоверия: экономическое, психологическое, философское и социологическое. Более подробно в статье рассмотрен социологический концепт изучения социального доверия/недоверия. Такой выбор обосновывается тем, что социологический подход в изучении феноменов доверия/недоверия, в сравнении с другими, имеет важное преимущество, которое заключается в возможности эмпирической проверки теорий. Накопленные данные прикладных исследований социального недоверия свидетельствуют о том, что данный феномен не носит временный характер. Он является постоянным показателем, который отражает уровень стабильности/нестабильности общества, поэтому всегда будет актуальным и необходимым предметом теоретического изучения и практического измерения. В статье отмечается наличие в социологии определенных методических наработок для проведения социологических исследований с целью изучения социального недоверия. В России проведение такого рода исследований носит особенно актуальный характер. Это связано с достаточно длительным этапом трансформации, на котором находится российское общество. Многие центры изучения общественного мнения занимаются анализом тех или иных аспектов социального доверия/недоверия. В Вологодской области Институтом социально-экономического развития территорий РАН в рамках регулярного мониторинга общественного мнения изучается доверие населения основным социальным институтам и межличностное доверие. В данной статье представлен анализ динамики институционального недоверия населения Вологодской области в пе-

    риод с 2010 года по апрель 2015 года. В заключение отмечается, что феномен недоверия можно рассматривать как самостоятельную детерминанту человеческого поведения. В большей или меньшей степени недоверие является атрибутом любой культуры.

    Феномен социального доверия/недоверия, институциональное доверие/недоверие, межличностное доверие/недоверие.

    Проблема социального недоверия в условиях современной действительности является актуальной и в то же время малоизученной темой в социально-гуманитарной науке. В постсоветском обществе недоверие может выступать в качестве серьезного стимулирующего фактора социальных изменений и одной из характеристик массового сознания, тем самым свидетельствуя об определенном качестве жизни. Высокий уровень недоверия выступает одной из причин социальной напряженности, размывания национальных социокультурных ценностей, отторжения общества от власти. Именно снижение недоверия в обществе должно стать одной из ключевых задач политического курса на развитие демократических основ общественной жизни, преодоление экономического кризиса, повышение нравственной и гражданской культуры населения и ответственности самой власти [4, с. 71].

    В связи с этим необходимо обратиться к изучению теоретико-методологических оснований понятия недоверия, а также к анализу прикладных исследований данного социального феномена.

    Многие выдающиеся авторы, такие как Ф. Теннис, П. Штомпка, Э. Гидденс, Ф. Фукуяма, А. Селигмен, Т.П. Скрипкина, В.П. Зинченко и др. [2; 3; 5; 7; 9; 10; 11; 12; 13; 14], изучали различные аспекты феномена доверия. Однако недоверие не игнорировалось исследователями, но в большей степени рассматривалось как вторичное и негативное явление.

    В ходе анализа имеющихся теоретических подходов к изучению феномена доверия и недоверия можно выделить

    четыре основных исследовательских направления: экономическое, психологическое, философское и социологическое.

    В основе экономического направления лежит идея полезности и рационального выбора. Доверие рассматривается как эффективное явление, позволяющие достигать максимальных результатов в различных видах деятельности, при этом с минимальными затратами. Именно с такой позиции Ф. Фукуяма в своей работе «Доверие» изучает культуры различных стран. Феномен доверия рассматривается автором в широком социокультурном контексте как важный элемент социального капитала, а феномен недоверия в свою очередь не исключается, но имеет в большей степени негативную окраску. Фукуяма дает довольно узкую трактовку недоверию: он ставит знак равенства между недоверием и ростом так называемых «операционных издержек», связанных с поиском подходящего покупателя или продавца, обсуждение контракта, принуждение к выполнению контракта в случае конфликта или обмана [14, с. 253]. Во взглядах данного исследователя прослеживается асимметрия понятий «доверие» и «недоверие» так же, как и во многих других западных работах по данной тематике, в которых доверие заслуживает исключительно положительную характеристику, недоверие только отрицательную.

    С точки зрения экономического «менеджмента доверия» недоверие всегда связано с существенно большими затратами, нежели доверие [1, с. 63]. Данное утверждение может быть справедливым, если рассматривать его в широком социально-историческом контексте, напри-

    мер, в условиях стабильного экономического и политического развития общества. Другая ситуация возникает в случае кризисных этапов развития общества, когда происходит возрастание различного рода рисков, именно недоверие может минимизировать такие риски, а также выполнять роль эффективной экономической стратегии. Обобщая, можно сказать, что трактовка роли экономического недоверия может различаться в стабильных и трансформирующихся обществах.

    В рамках психологического концепта изучаются причины возникновения доверия индивида к самому себе и другим индивидам и миру в целом. С позиций данного подхода доверию снова отводится положительная роль, его наличие свидетельствует об уверенности и комфортном самочувствии индивида. В своей работе Р. Шоттлендер обращает внимание на то, что доверие не является самодостаточным, а воплощается в состоянии, которое характеризуется такими признаками, как покой, безопасность и прочная общность [17, с. 7]. Исходя из вышесказанного, возникает вопрос, существует ли потребность в недоверии? Может ли потребность в безопасности выступать в роли источника недоверия? Если окружающая среда враждебна по отношению к индивиду, в виде природных условий или других людей, недоверие может выступать как одно из средств адаптации и выживания. Э. Эриксон указывает на существование и развитие чувства базового недоверия [15, с. 106], которое, в свою очередь, является негативной реакцией на отсутствие или слабую развитость базового доверия. В рамках индивидуально-психологического аспекта данная позиция представляется обоснованной. Однако в рамках широкого исторического и социально-психологического подхода недоверие можно рассматривать как самостоятельно возникающий мотив поведения.

    Философское направление основывается на представлении феномена недоверия как атрибута и следствия глубинных исторических процессов, например, «кризис нашей современности» (О. фон Больнов) [16]; отчуждения (К. Маркс, Ф. Энгельс) [8] и т. д. Данные философские подходы определяют не только сущность, но и методологию философского исследования. В данном случае психоанализ Фрейда и марксистская политическая философия Маркса являются онтологически аргументированной философией подозрения. В итоге подозрение легитимируется и в форме социальной критики выступает полноценной процедурой в процессе анализа деятельности отдельных индивидов, групп и общества в целом [1, с. 65]. Важно отметить, что отсутствие доверия (надежды, чувства взаимности, надежности и предсказуемости и т. д.) влечет за собой появление различных эмоциональных переживаний (одиночество, тревога, заброшенность и т. д.) и поэтому может служить одним из источников развития экзистенционального направления в философии.

    Феномен доверия/недоверия довольно подробно и разносторонне изучен в социологической науке. Доверие в социологии рассматривается как предпосылка и основа социального порядка, оно является не только одной из характеристик межличностного общения, но и необходимым условием для формирования социальных групп. Феномен социального недоверия в рамках данного концепта, напротив, понимался как предпосылка хаоса и общественного беспорядка, не имеющая конструктивной нагрузки. В соответствии с таким определением, социальное доверие возникает в современном обществе между индивидами, которые объединены общими ценностями и нормами, при наличии такого объединяющего фактора люди имеют возможность предсказать

    поведение друг друга. Доверие способствует пониманию мотивов и действий другого человека, который отличается от тебя. В условиях недоверия происходят противоположные процессы: разобщение норм и ценностей, непредсказуемость поведения людей в рамках определенного сообщества. Невозможность предугадать действия другого человека, неуверенность в этих действиях являются благодатной почвой для формирования социального недоверия. Таким образом, феномен недоверия в социологии понимается как временное явление деструктивного характера, которое в большей степени присуще аномично-му обществу. В развивающемся обществе данный феномен тоже имеет место быть, но в основном проявляет себя в кризисные моменты.

    Одними из представителей социологического подхода к изучению доверия/недоверия являются Ф.Теннис и П. Штомпка. В рамках данной статьи мы не будем разделять научные взгляды данных исследователей по хронологическому принципу, а рассмотрим их в совокупности как концепции межличностного доверия и недоверия.

    П. Штомпка рассматривает данные понятия как «ставку» на будущие действия наших партнеров по взаимодействию [13, с. 305]. В контексте этой «ставки» лежит активный посыл к действиям, характер которых напрямую будет зависеть от испытываемого доверия или недоверия. Доверительные и недоверительные «ставки» образуют своего рода капитал, которым человек может распоряжаться на свое усмотрение, выбирая те или иные контакты. Следует отметить, что, испытывая чувство доверия, мы действуем более оптимистично и свободно, так как уверенны в положительной или нейтральной направленности действий других людей по отношению к нам.

    Обратная ситуация складывается в случае недоверия. Недостаток или полное отсутствие доверия стимулирует нас к созданию «защитных барьеров», ограждающих от внешних опасностей со стороны других социальных субъектов. В данных условиях наше поведение становится более осторожным и бдительным, мы стремимся отстраниться от потенциально опасного для нас субъекта. Таким образом, доверие и недоверие являются одним из способов, которые помогают нам «справиться с неясным будущим, в котором мы не уверены» [13, с. 314], сконструировать свое будущее, совершив или не совершив определенные действия.

    Провалы в доверительных и недоверительных «ставках» имеют различные последствия и значения. В случае если человек, организация или институт, которые выступали объектами нашего доверия, не оправдывают наших ожиданий, это может привести к дестабилизирующим последствиям, которые могут выражаться в распространении недоверия на другие объекты, то есть во всеобщем недоверии. Противоположный эффект достигается, когда не оправдывается выказанное недоверие к объектам, в результате чего формируется позитивный опыт, который в целом формирует стремление к доверию к этим объектам. В современном обществе нам чаще приходится сталкиваться с тем, что наше доверие было напрасно и подвело наши ожидания, чем с ситуациями перелома недоверия. Данный факт можно объяснить тем, что для потери доверия достаточно отдельных действий, не совпадающих с нашими ожиданиями, тогда как для обоснования недоверия требуется масса серьезных и последовательных доводов.

    В соответствии с концепцией П. Штомп-ки, доверие дарит нам чувство спокойствия и уверенности, что объект доверия выполнит все наши ожидания. Автор

    даже приводит конкретный пример для такого объяснения данного феномена: «Я верю, что технический и летный персонал авиакомпании LOT имеет высокую квалификацию, и я сажусь в самолет этой компании» [13, с. 326]. В этом контексте понимания доверия взгляды П. Штомп-ки очень близки со взглядами Ф. Тенниса. При подробном рассмотрении вышеописанной ситуации можно обнаружить ряд интересных фактов: человек доверяет свою жизнь, садясь в самолет, но это не мешает ему в течение полета представлять страшные картины авиакатастроф, в которых практически нет шансов выжить. Профессиональная компетентность сотрудников авиакомпании не ставится под сомнение, но случиться может непредсказуемое, никто не отменял человеческий фактор и техника не всегда совершенна. В итоге получается, что человек одновременно испытывает и доверие и недоверие. В данном случае речь идет о вынужденном доверии, к которому мы вернемся чуть позже.

    Ф. Теннис пишет о процессах потери и приобретения доверия следующее: «обманутое доверие — поучительный, горький опыт, зачастую приводящий в отчаяние. Но и недоверие может превратиться в доверие, как и обманутое доверие — помимо того, что вызывает досаду, гнев, ожесточение — прямо переходит в недоверие, легко переносимое на других, на тех, кому мы иначе доверяли бы» [11, с. 259]. В данном случае взгляды Ф. Тенниса и П. Штомпки можно объединить следующим тезисом: доверие проще потерять, чем приобрести, перебарывая недоверие. В реальной жизни есть немало примеров, когда человек доверяет или не доверяет наперекор всему. Слишком доверчивым людям свойственно «наступать на одни и те же грабли» много раз и вновь и вновь оказываться вовлеченными в сомнительную авантюру. Ярким примером

    такого поведения в обществе может быть участие граждан в различных финансовых пирамидах, про ненадежность которых всем отлично известно. Но и сегодня такие пирамиды создаются и функционируют за счет людей, которые, несмотря на имеющуюся у них информацию и множество реальных примеров обмана со стороны этих сомнительных организаций, принимают в них активное участие. Однако существуют и люди, довольно скептично настроенные, они предпочитают не доверять совсем никому, и даже тем, кто действительно этого заслуживает.

    В своих работах П. Штомпка и Ф. Теннис затрагивают вопросы межличностного доверия и недоверия, но социологический подход также включает в себя анализ доверия и недоверия к различным социальным системам. Изучением данного аспекта в структуре современного общества занимался Э. Гидденс.

    Согласно Э. Гидденсу (доверие к абстрактным системам) в определенной степени обеспечивает стабильность повседневной жизни. По его мнению, с развитием абстрактных систем в современном обществе необходимым условием для социального существования становится доверие безличностным принципам. Добиваться доверия становится гораздо сложнее, поэтому свое распространение получает социальное недоверие. Изменение характера рисков требует новых_ме-ханизмов доверия, которые формируют чувства онтологической безопасности. Э. Гидденс отмечает, что в условиях посттрадиционного общества формирование социальных отношений строится на основе «активного доверия». «Активное доверие — это доверие, которое должно завоевываться, а не следовать из предустановленных социальных позиций или ген-дерных ролей. Активное доверие предполагает автономию, а не препятствует ей и является мощным источником социаль-

    ной солидарности, коль скоро согласие свободно дается, не навязывается традиционными принуждениями» [2, с. 126].

    Э. Гидденс также обращается к изучению доверия на межличностном уровне. Основой доверия между людьми является чувство взаимности, ответственности, соучастия и честности друг перед другом. Феномен социального недоверия проявляет себя в том случае, когда у партнеров нет уверенности в честности друг друга и ни одна из сторон не берет на себя ответственность. Таким образом, Э Гидденс большее внимание уделяет изучению доверия и недоверия социальным системам, однако сущность межличностного доверия/недоверия также отражена в его научных взглядах.

    В рамках социологического подхода к пониманию феномена недоверия рассмотрим научные взгляды американского социолога А. Селигмена. В своем труде «Проблема доверия» автор исследует процесс эволюции доверия, со времен античности, и приходит к выводу, что причиной проблемы доверия является расслоение и ролевая сложность современного общества [9, с. 8]. Определение доверия у А. Селигмена несколько отличается от определений большинства других исследователей. По его мнению, доверие — это составляющая социальных отношений, при условии если имеется возможность отклонения от ролей и ролевых ожиданий. Доверие проникает в социальное взаимодействие, когда по той или иной причине определенные системой ролевые ожидания не выполняются. А. Селиг-мен разводит, на первый взгляд, близкие по смыслу понятия «вера», «уверенность» и «доверие» [9, с. 12]. Исследователь не приравнивает недоверие к отсутствию уверенности, а наоборот, разграничивает их. Отсутствие уверенности можно увидеть в любой конкретной системе, в любом наборе институциональных ожи-

    даний или в способности индивида к выполнению своей роли в соответствии с общепринятыми правилами ролевых отношений. Феномен же недоверия к индивиду, с точки зрения А. Селигмена, совершенно не зависит от того, как он выполняет свою роль.

    В качестве примера к данному определению можно привести следующую ситуацию. Часто встречается, что человек, в целом уверенный в классических принципах традиционной медицины, одновременно может не быть уверенным в выбранном курсе лечения или в компетентности отдельного врача. В такой ситуации люди чаще всего заявляют, что не доверяют врачу. Но ведь в действительности их недоверие не что иное, как неуверенность в профессиональных знаниях и навыках конкретного врача. Таким образом, согласно А. Селигмеру, происходит подмена понятий «неуверенность» и «недоверие», данный факт так же можно соотнести с понятиями «доверие» и «уверенность». В своей работе он пишет, что зарождение доверия происходит на границах системы, в тех ее «зазорах, в том пространстве между ролями, где они подвергаются рассмотрению и интерпретации» [9, с. 15].

    А Селигмен пишет, что доверие «… вовлекает человека в отношение, где действия, характер или намерения другого не могут быть удостоверены. человек доверяет, или вынужден доверять, -наверное, лучше сказать, склонен доверять, — в случае, когда он не может знать, когдаунегонетвозможноститочнопонять или проверить другого, и потому у него нет иного выбора, как только доверять» [9, с. 17]. Исходя из такого определения, получается, что человек вынужден доверять только при условии, если не имеет возможности проверить и понять другого. Но данную ситуацию можно рассмотреть несколько иначе. Возникает вопрос,

    почему человек должен доверять партнеру, с которым взаимодействует, не имея необходимой для этого информации. Со стороны индивида наиболее логично было бы проявить недоверие, особенно на ознакомительном этапе. Далее происходит накопление информации о партнере, в процессе его узнавания и проверки. Такой своеобразный подход к пониманию процесса возникновения социального доверия может быть связан со своеобразием американского общества, членом которого является А. Селигмен.

    Важно отметить, что в своем определении доверия А. Селигмен определенным образом уравнивает по значению следующие выражения: «человек доверяет», «человек вынужден доверять», «склонен доверять», они выстраиваются у него в ряд синонимов, причем каждое последующее выражение уточняет предыдущее. На наш взгляд, это совершенно разные состояния человека. В первом случае, когда человек доверяет, причем поступает он так по собственному желанию, он выступает как субъект действия. Состояние «вынужден доверять» — это уже совсем иная ситуация, здесь человек уже не субъект действия, а напротив объект давления и манипуляции со стороны общества, социальных институтов, социальных общностей и отдельных людей. «Склонен доверять» — это состояние неопределенности, неуверенности, в некотором смысле осторожности. В данной ситуации человек принимает решения, доверять или не доверять, в условиях, когда имеются аргументы в пользу каждой стороны.

    Исходя из всего вышеизложенного, можно сказать, что в социологической науке социальное доверие рассматривается как уверенность в выполнении ролевых ожиданий и как различные формы социального контроля, регулирующие механизмы, обеспечивающие их исполнение. Социальное недоверие в свою очередь

    трактуется как неуверенность в партнере по взаимодействию и невозможность его контроля. Однако существуют концепции, в частности А. Селигмена, в которых не только доверие не приравнивается к уверенности, но и недоверие не является показателем отсутствия уверенности.

    Социологический подход в изучении феноменов доверия/недоверия, в сравнении с другими, имеет важное преимущество, которое заключается в возможности эмпирической проверки теорий. Накопленные данные прикладных исследований социального недоверия свидетельствуют о том, что данный феномен не носит временный характер, а является постоянным показателем, своего рода индикатором, который отражает уровень стабильности/нестабильности общества, поэтому всегда будет необходимым предметом теоретического изучения и практического измерения.

    В социологии есть определенные методические наработки для проведения социологических исследований с целью изучения социального недоверия. Многие центры изучения общественного мнения занимаются изучением тех или иных аспектов социального доверия/недоверия. Например, в аналитическом центре Ю. Левады строится рейтинг доверия политическим деятелям1, специалисты Фонда общественного мнения изучают основные тенденции доверия СМИ2, президенту3 и межличностное доверие4.

    1 Майские рейтинги одобрения и доверия [Электронный ресурс]. — Режим доступа : http://www.lev-ada.ru/28-05-2015/maiskie-reitmgi-odobreniya-i-doveriya

    2 Доверие российским СМИ [Электронный ресурс]. — Режим доступа : http://fom.ru/SMI-

    3 В. Путин: рейтинг, отношение, оценки работы [Электронный ресурс]. — Режим доступа : http://fom.ru/posts/10946

    4 Доверие российским СМИ [Электронный ресурс]. — Режим доступа : http://fom.ru/SMI-i-internet/12140

    Необходимо отметить, что в публикациях по итогам такого рода исследований в основном представлены данные по различным уровням доверия, а данные по недоверию публикуются гораздо реже.

    Одним из центров изучения общественного мнения, уделяющих внимание институциональному недоверию, является Исследовательский холдинг Ромир. Аналогичные исследования по данной тематике «Ромир» проводит с определенной регулярностью с середины 1990-х годов, что позволяет сравнить результаты прошлых лет и новые данные.

    По итогам опроса, проведенного «Ро-мир» в сентябре 2011 года, выяснилось, что в сравнении с данными последнего аналогичного исследования (февраль 2004 года) почти в 1,5 раза увеличилась доля россиян, не доверяющих никаким институтам власти и общества, — с 23 до 37%. Скептические настроения значительно чаще демонстрируют мужчины (41 против 33% у женщин), в возрасте от 25 до 60 лет, со средним и высоким уровнем дохода. Кроме того, недоверие заметно преобладает у жителей Северо-

    Западного федерального округа (51%). Меньше всего никому не доверяющих респондентов оказалось на Урале (22%) [6].

    Сравнительный анализ итогов исследований «Ромир» в 2013 и 2015 годах показал, что уровень недоверия населения страны основным социальным институтам демонстрирует нисходящий тренд. Наиболее стремительно недоверие снизилось к президенту РФ (с 35 до 20%). Стабильно высокий уровень недоверия население высказывает органам МСУ и СМИ. Данным институтам не доверяет половина опрошенных и в 2013, и в 2015 годах. Однако следует отметить, что недоверие к СМИ к 2015 году снизилось на 9 пунктов, а недоверие Органам МСУ осталось неизменным (рис. 1).

    В Вологодской области институциональное доверие/недоверие населения изучается Институтом социально-экономического развития территорий РАН в рамках регулярного мониторинга общественного мнения.

    В данной статье более подробно остановимся на анализе динамики уровня недоверия населения Вологодской обла-

    Церковь Президент РФ Правительство РФ Совет Федерации Органы местного самоуправления Государственная дума СМИ

    50 50

    20 30

    2015 ■ 2013

    26

    28

    20

    35

    41

    46

    44

    48

    44

    53

    52

    61

    0

    Рис. 1. Динамика недоверия основным социальным институтам, по данным опроса «РОМИР»,

    % от числа опрошенных

    Источники: Исследование «Ромир»: Рейтинг доверия социальным институтам в России в 2013 году [Электронный ресурс]. -Режим доступа : http://gtmarket.ru/news/2013/09/04/6218; Доверие на патриотизме [Электронный ресурс]. — Режим доступа : http://romir.ru/studies/664_1430254800

    сти к различным социальным институтам в период с 2010 по апрель 2015 года (рис. 2). Данный временной отрезок для исследования был выбран в связи с тем, что он является довольно насыщенным важными событиями социального, политического и экономического характера в жизни российского общества. К числу таких событий, прежде всего, необходимо отнести выборы в государственную думу в 2011 году, выборы президента РФ в 2012 году, предвыборную кампанию, которая сопровождалась волной протестов населения, масштабную подготовку и проведение Олимпийский игр в Сочи, войну на Украине, введение антироссийских санкций и очередной экономический кризис. Все эти явления оказывают влияние на общественное сознание, формируют определенные социальные настроения в обществе. Институциональное недоверие может служить одним из индикаторов социального самочувствия, а также характеризовать эффективность работы социальных институтов и их значимость в обществе.

    Имеющиеся в нашем распоряжении данные позволяют выделить те институты, которым жители Вологодской области не доверяют более всего. К их числу относятся, прежде всего, СМИ (в среднем 31%), органы МСУ (в среднем 25%),

    Государственная дума (в среднем 24%). Группа не доверяющих данному институту в социально-демографическом разрезе представлена респондентами в возрасте от 18 до 55 лет (32%), с высшим и незаконченным высшим образованием (37%), а также среди доходных групп населения, относящихся к наиболее обеспеченным слоям (38%). Если рассматривать СМИ, то наличие достаточно значительного числа недоверяющих этому институту вполне можно, на наш взгляд, объяснить сложившимся в обществе стереотипом ненадежности данного института. Основанием для такого суждения служит тот факт, что средства массовой информации зачастую выступают в роли не канала передачи информации, а средства манипуляции общественным сознанием.

    Недоверие Органам местного самоуправления во многом можно объяснить неоднозначным отношением к данному политическому институту, которое сформировалось не только среди регионального социума, но и среди российского общества в целом. Местное самоуправление с самого начала своего развития сталкивалось с серьезными трудностями и препятствиями. Примером такого рода трудностей может служить тот факт, что Федеральный закон «Об общих принципах местного самоуправления» откло-

    32

    Церковь 11 10 13 13 14 12

    Органы местного самоуправления

    27 25

    Государственная дума 24

    25 23

    Совет Федерации 17

    19 17

    Правительство РФ 14 17

    17 14

    Президент РФ 12 15 15 16 11 8

    12014 ■ апр.15

    Рис. 2. Динамика недоверия основным социальным институтам, % от числа опрошенных

    28

    25

    25

    25

    24

    25

    23

    25

    19

    20

    19

    19

    20

    нялся Федеральным собранием дважды. Несмотря на то что в итоге была признана самостоятельность, обособленность местной власти и законодательное распределение этой самостоятельности, некоторые трудности все же остались. В общественном сознании по-прежнему существуют мифы о полной бесконтрольности местных властей, неподчиненности региональным властям и т. п. Данные обстоятельства, безусловно, оказывают определенное влияние на показатели недоверия органам МСУ как в регионах, так и в стране в целом. Недоверие органам МСУ достаточно однородно распределено внутри половозрастных, образовательных и доходных групп населения.

    Основаниями для недоверия Государственной думе среди населения области может служить ряд факторов. Во-первых, к таким факторам можно отнести отдаленность данного органа власти от российских регионов (в частности, провинций), причем выражается это в большей степени не в территориальном аспекте, а в недостаточной осведомленности о реальных проблемах в жизни регионов. Данный факт подтверждается достаточно устоявшимся в обществе мнением, что органы государственной власти федерального значения действуют в основном в интересах крупных и развитых городов, в ущерб провинциальным регионам. В последнее время недоверие населения к Государственной думе также вызывает ее состав депутатов, в числе которых все чаще можно увидеть знаменитых актеров, спортсменов, общественных деятелей и крупных бизнесменов. В обществе возникают большие сомнения в политической компетентности таких представителей власти, что часто подтверждается компрометирующими видео с заседаний Госдумы, где многие депутаты заняты личными делами или вовсе отсутствуют. Среди половозрастного состава и харак-

    теристик уровня дохода в группе недо-веряющих Государственной думе особенностей не отмечается. Наиболее низкий уровень доверия данному институту продемонстрировали респонденты со средним и ниже среднего образованием.

    Совету федерации и правительству РФ не доверяют меньше четверти респондентов (в среднем 18 и 16%). Важно отметить, что недоверие населения данным институтам в течение всего периода измерений имеет тенденцию к снижению. Таким образом, показатели недоверия по всем вышеперечисленным институтам имеют более высокое значение, в сравнении с другими, но они не находятся на критичном уровне, так как большая часть из общего количества респондентов более склонна к доверию. Необходимо отметить, что данным институтам в большей степени не доверяют респонденты с высшим и незаконченным высшим образованием (в среднем 20%) и по доходу относящие себя к наименее обеспеченным слоям населения (в среднем 20%). Половозрастных особенностей среди не доверяющих этим правительственным структурам выявлено не было.

    Недоверие к церкви среди населения Вологодской области выражено меньше всего. Необходимо отметить, что этому институту не доверяет примерно одна восьмая часть респондентов, но в течение всего исследовательского периода значение данного показателя, хоть и не значительно, но повышалось. С точки зрения социально-демографического состава и доходных характеристик, структура данной группы недоверяющих достаточна однородна.

    Данные относительно недоверия президенту РФ необходимо разделить на два временных отрезка: с 2010 по 2011 год (президент РФ Д.А. Медведев) и с 2012 по апрель 2015 года (президент РФ В.В. Путин). Уровень недоверия к Д.А. Медведеву

    в течение всего периода измерений носит довольно стабильный характер, незначительные изменения в его значениях находятся в пределах статистической погрешности (2%). Иная картина складывается относительно недоверия к В.В. Путину. Среди населения Вологодской области резкое снижение недоверия к президенту РФ начинается с 2014 года. В апреле 2015 года число не доверяющих В.В. Путину сокращается в два раза по сравнению с 2013 годом (8 и 16% соответственно). Такие изменения, безусловно, связаны с событиями на международной арене, происходящими в 2014 и 2015 годах. Во-первых, это воссоединение Крыма с Россией 16 марта 2014 года, которое получило высокое одобрение среди населения нашей страны. Такой серьезный шаг позволил В.В. Путину не только укрепить свои позиции талантливого политика, но и стать историческим деятелем. Во-вторых, это противостояние с Западом, которое ранее было текущим явлением, а сегодня приобрело довольно острый характер, который выражается в экономических санкциях и частых политических провокациях. В.В. Путин достойно противостоит этому и продолжает вести активную и грамотную внешнюю политику. Именно эти факторы во многом обусловливают высокий уровень доверия к президенту, а соответственно и низкий уровень недоверия. Необходимо отметить, что внутри группы не доверяющих президенту РФ не выявлено ярко выраженных социально-демографических особенностей в течение всего периода измерений.

    Подводя некоторый итог, отметим, что изучение институционального недоверия в регионе помогает в решении ряда актуальных задач, которые связа-

    ны со стабилизацией регионального сообщества. К ним можно отнести оценку эффективности функционирования социальных институтов в области, организацию и проведение общественного контроля деятельности региональных органов власти и местного самоуправления, а также оценку деятельности региональных институтов гражданского общества и их взаимодействие с органами государственной власти и т. д. Низкий уровень институционального недоверия в современном российском обществе в целом и на уровне регионов будет способствовать эффективному взаимодействию на основе партнерства для решения разнообразных проблем и обеспечивать социальную стабильность.

    Феномен недоверия, на наш взгляд, можно определить как самостоятельную детерминанту человеческого поведения. В большей или меньшей степени недоверие является атрибутом любой культуры. Различные подходы к изучению социального недоверия характеризуют этот феномен с разных сторон, каждый из этих подходов по-своему уникален, имеет свои достоинства и недостатки. В ходе сравнения четырех концептов можно отметить, что в экономическом и психологическом подходе недоверие в большей степени рассматривается как отрицательное явление. Социологический и философский подходы дают возможность взглянуть на социальное недоверие в определенной степени с положительной или нейтральной стороны. Важно отметить, что социологический подход носит универсальный характер, так как синтезирует в себе несколько подходов, что повышает эвристическую ценность изучения феномена недоверия.

    ЛИТЕРАТУРА

    1. Вершинин, С. Е Социальное недоверие: парадигмы анализа, источники, функции (к постановке проблемы) [Текст] / С. Е. Вершинин // Научный ежегодник института философии и права Уральского отделения Российской академии наук. Вып. 7. — Екатеринбург, 2007. — С. 61-74.

    2. Гидденс, Э. Социология [Текст] / Э. Гидденс ; пер. с англ. ; науч. ред. В. А. Ядов ; общ. ред. Л. С. Гурьевой, Л. Н. Посилевича. — М., 1999. — 416 с.

    3. Гужавина, Т. А. Доверие и его роль в модернизационном развитии региона. [Текст] / Т. А. Гужави-на // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. — 2014. — № 5 (35). -C. 156-172.

    4. Заболотная, Г. М. Феномен доверия и его социальные функции [Текст] / Г. М. Заболотная // Вестник РУДН, серия Социология. — 2003. — № 1 (4). — С. 67-73.

    5. Зинченко, В. П. Психология доверия [Текст] / В. П. Зинченко // Вопросы философии. — 1998. -№ 7. — С. 76-93.

    6. Исследование «Ромир»: Рейтинг доверия социальным институтам в России в 2011 году [Электронный ресурс]. — Режим доступа : http://gtmarket.ru/news/state/2011/10/11/3658

    7. Кожина, Т. П. Институциональное доверие: региональный аспект [Текст] / Т. П. Кожина // Проблемы развития территории. — 2013. — № 3. — C. 100-115.

    8. Маркс, К. Отчуждение [Текст] / К. Маркс, Ф. Энгельс // Философский энциклопедический словарь. — М., 1983. — С. 472-473.

    9. Селигмен, А. Проблема доверия [Текст] / А. Селигмен ; пер. с англ. И. И. Мюрберг, Л. В. Соболева. -М. : Идея-Пресс, 2002. — 256 с.

    10. Скрипкина, Т. П. Психология доверия [Текст] / Т. П. Скрипкина. — М. : Изд. центр «Академия», 2000. — 264 с.

    11. Теннис, Ф. Общность и общество [Текст] / Ф. Теннис. — СПб. : Издательство «Владимир Даль», 2002. — 452 с.

    12. Шабунова, А. А. Доверие и общественное развитие в России [Текст] / А. А. Шабунова, Т. А. Гужавина, Т. / O. F. Bollnow, 1955. — C. 12.

    17. Schottlaender, R. Theorie des Vertrauens [Text] / R. Schottlaender. — Berlin, 1957.

    ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРЕ

    Ластовкина Дарья Александровна — старший лаборант с высшим образованием отдела исследования уровня и образа жизни населения. Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт социально-экономического развития территорий Российской академии наук. Россия, 160014, г. Вологда, ул. Горького, д. 56а. E-mail: [email protected] Тел.: (8202) 55-79-23.

    Lastovkina D.A.

    PHENOMENON OF SOCIAL DISTRUST: ANALYSIS OF THEORETICAL APPROACHES AND REGIONAL RESEARCH PRACTICE

    The purpose of this article is a theoretical and empirical analysis of the phenomenon of social distrust. During the study of theoretical and methodological approaches to this issue, we turn to scientific views of such scholars as F. Tennis, P. Sztompka, Giddens, Francis Fukuyama, A. Seligman and others. In the article there are four main areas of research to study the phenomenon of trust and confidence: economic, psychological, philosophical and sociological. The article considers the sociological concept to study social trust/distrust in more detail. This choice is based on the fact that the sociological approach to the study of the phenomena of trust/distrust in comparison with others has the important advantage that lies in the possibility of empirical testing of theories. Accumulated evidence of applied research in social distrust suggests that this phenomenon is not temporary. It is a regular index, which reflects the level of stability/instability of the society, there will be always a relevant and necessary subject of theoretical study and practical measurement. The article notes the presence of certain methodological developments for social research, aimed at studying social distrust in sociology. In Russia, conducting this kind of research is particularly relevant. This is due to the lengthy stages of transformation, the Russian society is experiencing. Many public opinion research centers are engaged in the analysis of various aspects of social trust/ distrust. In the Vologda Oblast the Institute of Socio-Economic Development of Territories of RAS carries out regular monitoring of public opinion, studies people’s trust in basic social institutions and interpersonal trust. This article presents an analysis of the dynamics of institutional distrust of the Vologda Oblast population in the period from 2010 to April 2015. In conclusion, it notes that the phenomenon of distrust can be regarded as an independent determinant of human behavior. To a greater or lesser extent, distrust is an attribute of any culture.

    Phenomenon of social trust/distrust, institutional trust/distrust, interpersonal trust/distrust

    REFERENCES

    1. Vershinin S. E Sotsial’noe nedoverie: paradigmy analiza, istochniki, funktsii (k postanovke problemy) [Social distrust: paradigms of analysis, sources, functions (problem statement)]. Nauchnyi ezhegodnik in-stituta filosofii iprava Ural’skogo otdeleniya Rossiiskoi akademii nauk [Scientific Yearbook of the Institute of Philosophy and Law, Ural Branch of the Russian Academy of Sciences]. Ekaterinburg, 2007, pp. 61-74.

    2. Giddens A. Sotsiologiya [Sociology]. Translated from English, scientific editorship of V. A. Yadov, general editorship of L. S. Gur’eva, L. N. Posilevich. Moscow, 1999. 416 p.

    3. Guzhavina T. A. Doverie i ego rol’ v modernizatsionnom razvitii regiona. [Trust and its role in modernization development of the region]. Ekonomicheskie i sotsial’nye peremeny: fakty, tendentsii, prognoz [Economic and social changes: facts, trends, forecast], 2014, no. 5 (35), pp. 156-172.

    4. Zabolotnaya, G. M. Fenomen doveriya i ego sotsial’nye funktsii [Phenomenon of trust and its social functions]. Vestnik RUDN, seriya Sotsiologiya [PFUR bulletin, series Sociology], 2003, no. 1 (4), pp. 67-73.

    5. Zinchenko V. P. Psikhologiya doveriya [Psychology of trust]. Voprosy filosofii [Issues of philisophy], 1998, no. 7, pp. 76-93.

    6. Issledovanie «Romir»: Reiting doveriya sotsial’nym institutam v Rossii v 2011 godu [«Romir» study: Rating of trust in social institutions in Russia in 2011]. Available at : http://gtmarket.ru/news/ state/2011/10/11/3658

    7. Kozhina T. P. Institutsional’noe doverie: regional’nyi aspekt [Institutional trust: regional perspective]. Problemy razvitiya territorii [Problems of territory’s development], 2013, no. 3, pp. 100-115.

    8. Marx K., Engels F. Otchuzhdenie [Alienation]. Filosofskii entsiklopedicheskiislovar’ [Philosophical encyclopedic dictionary]. Moscow, 1983, pp. 472-473.

    9. Seligman A. Problema doveriya [Problem of trust]. Translated from English by I. I. Myurberg, L. V. Soboleva. Moscow : Ideya-Press, 2002. 256 p.

    10. Skripkina T. P. Psikhologiya doveriya [Psychology of trust]. Moscow : Izd. tsentr «Akademiya», 2000. 264 p.

    11. Tennis F. Obshchnost’ i obshchestvo [Community and society]. Saint-Petersburg : Izdatel’stvo «Vladimir Dal'», 2002. 452 p.

    12. Shabunova A. A., Guzhavina T. A., Kozhina T. P. Doverie i obshchestvennoe razvitie v Rossii [Trust and social development in Russia]. Problemy razvitiya territorii [Problems of territory’s development], 2015, no. 2, pp. 7-19.

    13. Shtompka P. Sotsiologiya. Analiz sovremennogo obshchestva [Sociology. analysis of modern society]. Translated from Polish by S. M. Chervonnaya. Moscow : Logos, 2005. 664 p.

    14. Fukuyama F. Doverie. Sotsial’nye dobrodeteli i put’ k protsvetaniyu [Trust. Social virtue and path to prosperity]. Moscow : OOO «Izdatel’stvo ACT»: ZAO NPP «Ermak», 2004. 730 p.

    15. Erikson E. Identichnost’:yunost’ i krizis [Identity: youth and crisis]. Translated from English, general edi-toraship and introduction of A. V. Tolstykh. Moscow : Progress, 1996. 344 p.

    16. Bollnow O. F. Neue Geborgenheit. Das Problem einer Ueberwindung des Existentialismus. 1955, p. 12.

    17. Schottlaender R. Theorie des Vertrauens. Berlin, 1957.

    INFORMATION ABOUT THE AUTHOR

    Lastovkina Dar’ya Aleksandrovna — Senior Laboratory Assistant with Higher Education at the Department of Living Standards and Lifestyle Studies. Federal State Budgetary Institution of Science Institute of SocioEconomic Development of Territories of Russian Academy of Science. 56A, Gorky Street, Vologda, Russia, 160014. E-mail: [email protected] Phone: +7(8202) 55-79-23.

    Дефицит доверия, дефицит роста — Ведомости

    Одной из новостей прошлой недели стало падение рейтинга доверия президенту до исторических минимумов. По данным ВЦИОМа, он снизился до 31,7% по сравнению с 47,4% год назад. При этом доверие к остальным органам власти и политикам находится на еще более низком уровне. Подрыв доверия между властью и простыми гражданами имеет очень важные негативные последствия, которые напрямую отражаются на экономике.

    Помимо увеличения политических рисков это приводит и к общему снижению доверия в обществе – не доверяющие своему правительству граждане менее склонны доверять и друг другу, а снижение общего уровня доверия в обществе уже имеет прямой негативный эффект на развитие экономики. В ставшем уже классическим исследовании французских экономистов показана связь между уровнем доверия и экономическим развитием. По их оценкам, доход на душу населения в России был бы на 69% выше, если бы уровень доверия был такой же, как в Швеции.

    При этом технологические изменения последних лет ведут к тому, что роль доверия в экономике только растет. Относительная важность торговли простыми товарами, в отношении которых легко заключить исчерпывающий контракт, снижается. Все большую роль в экономике играет торговля технологически сложными товарами и услугами, связанными с человеческим капиталом, где отношения между контрагентами гораздо в большей степени основаны на доверии. В отношении нефти легко можно написать контракт, который четко прописывает объемы и химический состав покупаемой нефти, включая допустимое содержание хлора. Написать же контракт, который заранее гарантировал бы, что, скажем, лечение врача будет эффективным, программный продукт – удобным в использовании, а образование – качественным, практически невозможно. Во всех этих случаях гораздо большую роль играют репутация, рекомендации, повторяющиеся сделки и другие механизмы, основанные на доверии.

    Доверие играет важную роль не только при заключении контрактов между фирмами, но и в эффективной организации работы внутри компаний. Высокий уровень доверия в обществе позволяет поддерживать более децентрализованную форму организации фирм, что позволяет добиться более высокой производительности и с большей эффективностью использовать новые информационные технологии. Даже уровень компенсации CEO и тот оказывается ниже при наличии высокого уровня доверия, так как это позволяет лучше решать агентские проблемы между собственниками и менеджментом компаний.

    Исследования также показывают, что низкий уровень доверия приводит к более высокому уровню государственного регулирования – одному из важнейших ограничений в развитии бизнеса в России. И опять же этот эффект наиболее заметен в секторах, где важную роль играют технологии и человеческий капитал. В науке и образовании, к примеру, вместо отлично зарекомендовавших себя во всем мире механизмов, основанных на экспертной оценке (требующей доверия к мнению экспертов), используются всевозможные «объективные» наукометрические показатели, которые ведут к огромному количеству манипуляций и публикаций в мусорных журналах.

    Но если констатировать диагноз низкого уровня доверия достаточно легко, то найти лекарство для этого недуга намного сложнее. Отчасти низкий уровень доверия сам по себе следствие экономических проблем. Еще один фактор – особенности системы образования, все еще основанной на копировании учениками и студентами материалов, преподносимых учителями, а не на самостоятельной работе в группах. Исследования показывают, что такой стиль преподавания также связан с более низким уровнем доверия.

    Но в России одна из причин низкого доверия населения к власти в том, что власть сама явно демонстрирует недоверие к собственным гражданам. Всевозможные фильтры и прочие ограничения на участие в выборах, по сути, означают, что власти не верят, что избиратели способны сами сделать разумный выбор. Поэтому просвещенные муниципальные депутаты, избирком или суд должны сначала отобрать достойных кандидатов, а простым избирателям можно лишь выбрать между этими заранее подобранными кандидатами. Власти могли бы сделать огромный шаг по восстановлению общего доверия в стране, если бы сами наконец стали доверять своим гражданам. И с огромной вероятностью граждане ответят им взаимностью.

    Автор — ректор Российской экономической школы

    Феномен социального недоверия: анализ теоретических подходов и региональная практика исследования

    Целью данной статьи является теоретический и эмпирический анализ феномена социального недоверия. В процессе изучения теоретико-методологических подходов по данной проблематике мы обращаемся к научным взглядам таких исследователей, как Ф. Теннис, П. Штомпка, Э. Гидденс, Ф. Фукуяма, А. Селигмен и др. В статье выделяется четыре основных исследовательских направления к изучению феномена доверия и недоверия: экономическое, психологическое, философское и социологическое. Более подробно в статье рассмотрен социологический концепт изучения социального доверия/недоверия. Такой выбор обосновывается тем, что социологический подход в изучении феноменов доверия/недоверия, в сравнении с другими, имеет важное преимущество, которое заключается в возможности эмпирической проверки теорий. Накопленные данные прикладных исследований социального недоверия свидетельствуют о том, что данный феномен не носит временный характер. Он является постоянным показателем, который отражает уровень стабильности/нестабильности общества, поэтому всегда будет актуальным и необходимым предметом теоретического изучения и практического измерения. В статье отмечается наличие в социологии определенных методических наработок для проведения социологических исследований с целью изучения социального недоверия. В России проведение такого рода исследований носит особенно актуальный характер. Это связано с достаточно длительным этапом трансформации, на котором находится российское общество. Многие центры изучения общественного мнения занимаются анализом тех или иных аспектов социального доверия/недоверия. В Вологодской области Институтом социально-экономического развития территорий РАН в рамках регулярного мониторинга общественного мнения изучается доверие населения основным социальным институтам и межличностное доверие. В данной статье представлен анализ динамики институционального недоверия населения Вологодской области в период с 2010 года по апрель 2015 года. В заключение отмечается, что феномен недоверия можно рассматривать как самостоятельную детерминанту человеческого поведения. В большей или меньшей степени недоверие является атрибутом любой культуры
    Ключевые слова

    феномен социального доверия/недоверия, институциональное доверие/недоверие, межличностное доверие/недоверие

    Недоверие Определение и значение | Британский словарь

    1 недоверие /ˌmɪsˈtrʌst/ существительное

    Определение НЕДОВЕРИЯ в Британском словаре

    : отсутствие доверия или уверенности : ощущение, что кто-то не честен и ему нельзя доверять

    [не в счет]

    [единственное число]

    — недоверчивый

    /ˌmɪsˈtrʌstfəl/ имя прилагательное [более недоверчивый; самый недоверчивый]

    — недоверчиво

    /ˌmɪsˈtrʌstfəli/ наречие

    2 недоверие /ˌmɪsˈtrʌst/ глагол

    недоверие; недоверчивый; недоверие

    2 недоверие

    /ˌmɪsˈtrʌst/

    глагол

    недоверие; недоверчивый; недоверие

    Определение НЕДОВЕРИЯ в Британском словаре

    [+ объект]

    : не доверять или не доверять (кому-то или чему-то) : недоверие

    недоверие — Викисловарь

    Английский

    Этимология

    неправильно- +‎ доверие

    Произношение[править]

    Существительное[править]

    недоверие ( неисчисляемое )

    1. Отсутствие доверия или уверенности; недоверие, недоверие.
    Синонимы[править]
    Антонимы[править]
    Производные термины[править]
    Переводы[править]

    Глагол[править]

    недоверие ( третье лицо единственного числа простое настоящее недоверие , причастие настоящего недоверие , простое прошедшее и причастие прошедшего времени недоверие )

    1. (переходный) Не доверять (чему-то или кому-то).
      • 1670 , Джон Мильтон, «Третья книга», в «История Британии, та часть, которая особенно сейчас называется Англией».[…] , Лондон: […] J[ohn] M[acock] для Джеймса Оллестри, […] , OCLC 946735472 , стр. 104:

        своей собственной силой, пошлите в Германа и его коллегу, опираясь больше на духовную силу этих двух мужчин, чем на свои тысячи вооруженных.

      • 1898 Сентябрь, Джозеф Конрад, «Молодежь: повествование», в Blackwood’s Edinburgh Magazine , том CLXIV, номер DCCCCXCV, New York, N.Y.: The Leonard Scott Publication Co., стр. 311, колонка 1:

        Он не доверял моей юности, моему здравому смыслу и моему морскому мастерству и старался показать это сотней маленьких способов.

    2. (переходный) Быть осторожным, подозрительным или сомневающимся в (чем-то или ком-то).
      • г. 1380 с, Джеффри Чосер, Троил и Крисейд , строки 1609-1610 [1] :
        Недоверие мне не таким причинным, ибо грубым;
        Грех, чтобы быть trewe У меня есть твоя беда моя правда.
      • 1621 , Роберт Бертон, Анатомия меланхолии , Оксфорд: Генри Криппс, раздел 3, раздел 3, член 2, подраздел 1, с. 683 [2] :
        Весьма странно сообщать, какие возмутительные действия […] были совершены […] женщинами, особенно, которые будут бегать за своими мужьями во все места, во все компании, как Iouianus Pontanus его жена, следуйте за ним ли куда бы он ни пошел, все равно, или по какому делу, ругаясь […] , ругаясь, ругаясь и не доверяя каждому, кого увидит.
    3. (переходный) Подозревать, воображать или предполагать (что-то) иметь место.
      • в. 1591–1592 , Уильям Шекспир, «Третья часть Генриха Шестого, […]», в Мистер Уильям Шекспир Комедии, истории и трагедии[…] (Первое фолио), Лондон: [… ] Исаак Яггард и Эдвард [вард] Блаунт, опубликовано в 1623 г., OCLC 606515358 , [Акт V, сцена vi], стр. 171, столбец 2:

        […] Я пророчествую, что многие тысячи,
        Которые сейчас недоверие нет посылки моего страха,
        И многие старики вздыхают, и многие вдовы,
        И многие сироты водостойкие глаза,
        Мужчины за своих сыновей, жены за своих мужей,
        Сироты за своих родителей timeles death,
        Должны сожалеть о часе, когда ты не был рожден.

      • 1743 , Роберт Друри, Приятные и удивительные приключения мистера Роберта Друри во время его пятнадцатилетнего заточения на острове Мадагаскар Лондон, с. 51, [3] :
        Как только стемнело достаточно, чтобы скрыть наше бегство, мы собрались вместе, взяли значительное количество муслина и каллико и повесили их на кусты, чтобы шпионы, которые, как мы знали, наблюдали за нами, могли ни в коем случае недоверие наше внезапное Удаление.
      • 1859 , Ферна Вейл, Натали; или жемчужина среди морских водорослей
        Те, кто знал обстоятельства ее открытия, постепенно стали смотреть на нее как на дитя тех, кто дорожил ею, как если бы она была их собственной; и товарищи по играм ее детства никогда не не доверяли вокруг ее «романтического» имени — Морской цветок — висела тайна.
    4. (непереходный) Быть подозрительным.
      • 1887 , Мариетта Холли, Саманта в Саратоге , Филадельфия: братья Хаббард, глава 2, с. 46 [4] :
        У нее был мягкий цвет лица, губы, щеки, руки, и, как я не доверял в ту первую минуту, а потом узнал, мягкая и голова.
      • 1916 , Роберт Фрост, «Девичий сад» в Mountain Interval , Нью-Йорк: Henry Holt & Co., с. 61 [5] :
        И да, она давно не доверяет
        Эта сидровая яблоня
        В рождении сегодня ее,
        По крайней мере может быть.
    Синонимы[править]
    Антонимы[править]
    Переводы[править]

    не доверять чему-либо

    быть осторожным, подозрительным или сомневающимся

    Устойчивость к вакцинам исходит из детского наследия недоверия

    ДАРЕМ, Северная Каролина. Заинтересовавшись тем, почему некоторые люди так страстно, часто гневно, выступают против вакцинации против вируса COVID-19, группа исследователей, имеющих доступ к редким и необычным сведениям о детских силах, которые формируют нашу взрослую жизнь, подумала, что они попытаюсь узнать.

    «У нас было так много друзей и родственников, которые сначала говорили, что пандемия была мистификацией, а затем отказывались носить маску или социальную дистанцию, продолжали петь в хоре и посещать мероприятия», — сказала Терри Моффит, старший автор на новое исследование, опубликованное 24 марта в PNAS Nexus, новом журнале с открытым доступом.

    «А потом, когда появились вакцины, они сказали «через их трупы», что они, конечно, не получат их», — сказал Моффитт, заслуженный профессор психологии и неврологии Университета Наннерла О. Кеохане в Университете Дьюка.«Эти убеждения кажутся очень страстными, глубоко укоренившимися и близкими к сути. Поэтому мы хотели знать, откуда они взялись».

    Исследователи обратились к своей базе данных, Данидинскому многодисциплинарному исследованию здоровья и развития, в котором отслеживается почти 1000 человек, родившихся в 1972 и 1973 годах в одном городе Новой Зеландии. С детства исследователи измеряли множество социальных, психологических факторов и факторов здоровья в жизни каждого из участников, что привело к постоянному потоку исследовательских публикаций, предлагающих глубокое понимание того, как детство и окружающая среда формируют взрослую жизнь.

    Они провели специальный опрос своих участников в середине 2021 года, чтобы оценить намерения вакцинации незадолго до того, как вакцины стали доступны в Новой Зеландии. Затем они сопоставили ответы каждого человека с тем, что им известно о воспитании и стиле личности этого человека.

    Организация Gallup подсчитала, что в прошлом году примерно каждый пятый американец был устойчив к вакцине. Данные Данидина показали, что 40 лет назад в детстве многие из участников, которые сказали, что теперь они невосприимчивы к вакцинам или колеблются, имели неблагоприятный детский опыт, включая жестокое обращение, пренебрежение, угрозы и лишения.

    «Это говорит нам о том, что они научились с раннего возраста «не доверять взрослым», — сказал Моффит. «Если кто-то приходит к вам с властью, они просто пытаются что-то получить, и им нет дела до вас, они воспользуются. Это то, чему они научились в детстве, из своего домашнего опыта. И такое обучение в таком возрасте оставляет вам своего рода наследство недоверия. Это настолько глубоко укоренилось, что автоматически вызывает крайние эмоции».

    Опрос также показал, что «недоверие было широко распространено, распространяясь не только на учреждения и влиятельных лиц, но и на семью, друзей и коллег», говорится в документе.

    «Вы только подумайте, какую длинную тень он отбрасывает, — говорит соавтор Стейси Вуд, заслуженный профессор маркетинга Лэнгдонского государственного университета Северной Каролины. «Если вашим доверием злоупотребляли в детстве, позже, четыре десятилетия спустя, вы все равно не доверяете. Это не тривиально. Я не собираюсь обойти это крутой кампанией или знаменитостью».

    В возрасте 13 и 15 лет группа с устойчивостью к вакцинам была склонна полагать, что их здоровье зависит от внешних факторов, находящихся вне их контроля.

    В возрасте 18 лет подростки, которые стали устойчивыми к вакцинам и нерешительными группами, также были более склонны закрываться в условиях стресса, более отчужденными, более агрессивными. Они также склонны ставить личную свободу выше социальных норм и быть нонконформистами.

    У сопротивляющихся и колеблющихся групп были более низкие показатели скорости умственной обработки, уровня чтения и вербальных способностей в детстве. Было также обнаружено, что в возрасте 45 лет, до пандемии, у этих людей было меньше практических повседневных знаний о здоровье, что говорит о том, что они, возможно, были менее подготовлены для принятия решений о здоровье в условиях стресса пандемии.Ни одно из этих наблюдений не изменилось, когда результаты опроса были проконтролированы с учетом социально-экономического статуса участников.

    Вуд, профессор маркетинга, специализирующийся на сообщениях о здоровье, сказал, что многие медицинские работники, отдавшие всю свою душу борьбе с пандемией, лично восприняли устойчивость к вакцинам и буквально не могут понять, почему пациенты так категорически отказываются. «Врачи и больницы спрашивали нас: «Почему люди так сопротивляются? Почему мы не можем убедить их с помощью данных?»

    К сожалению, сказал Вуд, страх и неуверенность в связи с пандемией вызывают у некоторых из этих людей борьбу за выживание, древнюю реакцию, которая уходит корнями в их прошлое на десятилетия и твердо основывается на их собственном самоощущении.«Корень этого в том, что вы не можете изменить это как поставщик медицинских услуг», — сказал Вуд. «И дело не в тебе. Это не умаление вашего служения и ваших теплых намерений».

    Моффитт указывает, что это исследование ограничено тем фактом, что это самоотчет о намерениях вакцинации только одной группы людей и что любая переоценка политики здравоохранения должна включать данные из многих стран. Однако у исследователей есть некоторые идеи о том, как использовать эти знания.

    «Лучшие инвестиции, которые мы могли бы сделать сейчас, были бы в укреплении доверия детей и создании стабильной среды, а также в обеспечении того, чтобы, если отдельный опекун подведет их, общество позаботилось о них», — сказал Вуд.

    «Подготовка к следующей пандемии должна начинаться с сегодняшних детей», — сказал соавтор Авшалом Каспи, заслуженный профессор психологии и неврологии Эдварда М. Арнетта в Университете Дьюка. «Это не современная проблема. Вы не можете бороться с нерешительностью и нежеланием взрослых, которые росли, чтобы сопротивляться им всю свою жизнь».

    «Кроме того, сообщения в поддержку вакцинации действуют не в вакууме», — добавил Моффит. «Это конкурирует с антивакцинными сообщениями в социальных сетях.Антипрививочники вызывают у людей недоверие, страх и гнев. Это создает ситуацию, когда их аудитория очень огорчена и расстроена, а затем не может ясно мыслить. Они манипулируют эмоциями, что снижает когнитивную обработку».

    Это исследование было поддержано грантом Национального института проблем старения США AG032282, грантом Совета медицинских исследований Великобритании MR/P005918/1, Центром здоровья населения и старения Дьюка P30 AG034424, а также Американской психологической ассоциацией и Центрами по контролю и профилактике заболеваний. (Награда CDC № 6NU87PS004366-03-02).Подразделение междисциплинарных исследований в области здравоохранения и развития Данидина поддерживается Программным грантом Совета по исследованиям в области здравоохранения Новой Зеландии (16-604) и Министерством бизнеса, инноваций и занятости Новой Зеландии (MBIE).

    ЦИТАТА: «Глубокие психологические истории нерешительности и сопротивления вакцинам COVID-19», Терри Моффитт, Авшалом Каспи, Энтони Эмблер, Кайл Бурасса, ХонаЛи Харрингтон, Шон Хоган, Ренате Хаутс, Сандхья Рамраха, Стейси Вуд, Ричи Поултон. PNAS Nexus, 24 марта 2022 г.DOI: 10.1093/pnasnexus/pgac034

    Наследие Таскиги и доверие к медицинскому обслуживанию: несет ли Таскиги ответственность за расовые различия в недоверии к медицинскому обслуживанию?

    J Natl Med Assoc. 2005 июль; 97(7): 951–956.

    Центр решения проблем неравенства в отношении здоровья, Школа общественного здравоохранения Блумберга имени Джона Хопкинса, Балтимор, Мэриленд, 21205, США.

    Эта статья была процитирована другими статьями в PMC.

    Abstract

    ЦЕЛИ: Изучить расовые различия в знаниях об исследовании Таскиги и взаимосвязь между знаниями об исследовании Таскиги и недоверием к медицинской системе.МЕТОДЫ: Мы провели телефонный опрос 277 афроамериканцев и 101 белого взрослого человека в возрасте от 18 до 93 лет в Балтиморе, штат Мэриленд. Участники ответили на вопросы о недоверии к медицинской помощи, в том числе на ряд вопросов, касающихся исследования нелеченного сифилиса у мужчин-негров в Таскиги (исследование в Таскиги). РЕЗУЛЬТАТЫ: Результаты не показывают различий в зависимости от расы в знании или об исследовании Таскиги, и что знание исследования не было предиктором доверия к медицинской помощи. Однако мы обнаруживаем значительные расовые различия в недоверии к медицинской помощи.ВЫВОДЫ: Наши результаты ставят под сомнение предположение о том, что широко документированные расовые различия в недоверии к медицинской помощи являются результатом исследования Таскиги. Скорее расовые различия в недоверии, вероятно, проистекают из более широкого исторического и личного опыта.

    Полный текст

    Полный текст доступен в виде отсканированной копии оригинальной печатной версии. Получите копию для печати (файл PDF) полной статьи (1,2M) или щелкните изображение страницы ниже, чтобы просмотреть страницу за страницей. Ссылки на PubMed также доступны для Selected References .

    Избранные ссылки

    Эти ссылки находятся в PubMed. Возможно, это не полный список литературы из этой статьи.

    • Boulware L Ebony, Cooper Lisa A, Ratner Lloyd E, LaVeist Thomas A, Powe Neil R. Раса и доверие к системе здравоохранения. Представитель общественного здравоохранения, 2003 г., июль-август; 118 (4): 358–365. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
    • McGary H. Недоверие, социальная справедливость и здравоохранение. Гора Синай J Med. 1999 г., сен; 66 (4): 236–240.[PubMed] [Google Scholar]
    • Корби-Смит Жизель, Томас Стивен Б., Сент-Джордж Дайан Мари М. Недоверие, раса и исследования. Arch Intern Med. 2002 г., 25 ноября; 162 (21): 2458–2463. [PubMed] [Google Scholar]
    • Gamble VN. В тени Таскиги: афроамериканцы и здравоохранение. Am J Общественное здравоохранение. 1997 ноябрь; 87 (11): 1773–1778. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
    • Фреймут В.С., Куинн С.К., Томас С.Б., Коул Г., Зук Э., Дункан Т. Взгляды афроамериканцев на исследования и исследование сифилиса в Таскиги.соц. мед. 2001 март; 52 (5): 797–808. [PubMed] [Google Scholar]
    • Чандра Ашиш, Пол Дэвид П., третий афроамериканец. Участие в клинических испытаниях: трудности с набором и потенциальные средства правовой защиты. Хосп Топ. Весна 2003 г .; 81 (2): 33–38. [PubMed] [Google Scholar]
    • Сето Б. История медицинской этики и точки зрения на различия в наборе меньшинств и их участии в исследованиях в области здравоохранения. Am J Med Sci. 2001 г., ноябрь; 322 (5): 248–250. [PubMed] [Google Scholar]
    • Killien M, Bigby JA, Champion V, Fernandez-Repollet E, Jackson RD, Kagawa-Singer M, Kidd K, Naughton MJ, Prout M.Вовлечение меньшинств и недостаточно представленных женщин в клинические испытания: Национальные центры передового опыта в области женского здоровья. J Женское здоровье Гендерная медицина. 2000 г., декабрь; 9 (10): 1061–1070. [PubMed] [Google Scholar]
    • Шейверс В.Л., Линч С.Ф., Бурмейстер Л.Ф. Факторы, влияющие на готовность афроамериканцев участвовать в медицинских исследованиях. Рак. 2001 г., 1 января; 91 (1 приложение): 233–236. [PubMed] [Google Scholar]
    • Бейтс Бенджамин Р., Харрис Тина М. Исследование нелеченного сифилиса в Таскиги и общественное мнение о биомедицинских исследованиях: исследование фокус-группы.J Natl Med Assoc. 2004 г., август; 96 (8): 1051–1064. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
    • Петерсен Лаура А. Расовые различия в доверии: пожинаем то, что посеяли? Мед уход. 2002 г., февраль; 40 (2): 81–84. [PubMed] [Google Scholar]
    • Boulware L Ebony, Ratner Lloyd E, Cooper Lisa A, Sosa Julie Ann, LaVeist Thomas A, Powe Neil R. Понимание различий в поведении доноров: расовые и гендерные различия в готовности сдавать кровь и трупы органы. Мед уход. 2002 г., февраль; 40 (2): 85–95.[PubMed] [Google Scholar]
    • Коул Патрисия М. Культурная компетенция теперь является основной медициной. Реагирование на растущее разнообразие и изменение демографии. последипломная мед. 2004 г., декабрь; 116 (6): 51–53. [PubMed] [Google Scholar]
    • Taylor KM, Bezjak A, Hunter R, Fraser S. Информированное согласие на клинические испытания: чем проще, тем лучше? J Natl Cancer Inst. 1998 г., 6 мая; 90 (9): 644–645. [PubMed] [Google Scholar]

    Статьи из журнала Национальной медицинской ассоциации предоставлены здесь с любезного разрешения Национальной медицинской ассоциации


    понимания глубоких корней кризиса веры в журналистику

    Аннотация

    Нынешние опасения по поводу недоверия к журналистике имеют глубокие корни.Мало того, что доверие к средствам массовой информации снижается с пика сразу после Уотергейта, американское доверие ко всякого рода институтам находится на историческом минимуме. Этот феномен в той или иной степени присутствует во многих развитых странах, что позволяет предположить, что недоверие к институтам — это явление, которое мы должны рассматривать как новое явление. реальность, а не мгновенное нарушение существующих паттернов. Кроме того, это предполагает, что недоверие к СМИ является не столько продуктом недавних технологических и политических разработок, сколько частью многолетней модели поведения, с которой сталкиваются многие развитые демократии.Борьба с недоверием к СМИ требует изучения причин роста недоверия к институтам в целом. Одно из возможных объяснений заключается в том, что наши существующие институты плохо работают для многих граждан. Граждане, которые чувствуют, что не могут влиять на правительства, которые их представляют, с меньшей вероятностью будут участвовать в общественных мероприятиях. Существуют некоторые свидетельства того, что форма гражданского участия в США меняется: молодые люди больше сосредоточены на влиянии на институты через рынки (бойкоты, выкупы и социально ответственный бизнес), код (технологии, создающие новые возможное поведение, такое как солнечные батареи или электромобили) и нормы (влияющие на общественное мнение), чем через закон.Понимая и освещая эту новую, возникающую гражданскую науку, журналисты могут повысить свою значимость для современной аудитории, отчужденной от традиционных гражданских наук. Одним из критических сдвигов, который социальные сети помогли ускорить, но не вызвать, является фрагментация единой целостной общественной сферы. Хотя ученые знали об этой проблеме на протяжении десятилетий, мы, похоже, перешли к более резкому разделению, при котором люди, читающие разные СМИ, могут иметь совершенно разные планы относительно того, на что стоит обратить внимание.Маловероятно, что какой-то один авторитетный орган — будь то основные СМИ или президентский пост — появится для выполнения этой функции по установлению повестки дня. Вместо этого мы сталкиваемся с личной проблемой понимания того, какие вопросы важны для людей из разных слоев общества или идеологий. Преодоление нынешнего состояния недоверия к журналистике потребует преодоления более широкого кризиса доверия к институтам. Учитывая хронологию этого кризиса, который разворачивается на протяжении десятилетий, маловероятно, что цифровые технологии являются главным виновником сюрпризов прошлого года.В то время как цифровые технологии могут помочь нам решить такие проблемы, как исчезновение точки соприкосновения, лежащие в их основе проблемы недоверия, вероятно, потребуют тщательного изучения меняющейся природы гражданского общества и общественного отношения к демократии.

    Отдел
    Массачусетский Институт Технологий. Медиа Лаборатория; Программа медиаискусства и науки (Массачусетский технологический институт); Массачусетский Институт Технологий. Центр гражданских медиа

    Журнал

    Семинар Комиссии Рыцаря по вопросам доверия, СМИ и американской демократии

    Цитата

    Цукерман, Итан.«Недоверие, эффективность и новые гражданские права: Понимание глубоких корней кризиса веры в журналистике». Семинар Комиссии Найт по доверию, СМИ и американской демократии, Институт Аспена, 2017.

    Версия: Окончательная версия рукописи автора

    Недоверие Мэтью Кэри — HAU Books

    Этнографическая теория

    Мэтью Кэри

    Доверие занимает уникальное место в современном дискурсе. Рассматриваемый как необходимый и добродетельный, он по-разному изображается как улучшение социальной ткани, снижение уровня преступности, увеличение счастья и обеспечение процветания.Он позволяет создавать сложные политические системы, позволяет общаться между людьми, поддерживает финансовые инструменты и экономические институты и в целом скрепляет общество. На фоне этих чрезвычайно похвальных качеств недоверие часто остается незамеченным как положительное социальное явление, трактуемое как не более чем разъедающее отсутствие, простой негатив самого доверия. В этой книге Мэтью Кэри предлагает этнографическое и концептуальное исследование недоверия, которое поднимает его как самостоятельную законную позицию.

    В то время как недоверие может быстро разрушить отношения и даже разрушить обширные социальные связи, Кэри показывает, что оно может иметь и другие значения. Опираясь на полевые исследования в горах Высокого Атласа в Марокко, а также сравнительный материал из регионов, простирающихся от Восточной Европы до Меланезии, он исследует влияние недоверия на практику разговора и общения, дружбу и общество, политику и сотрудничество. Тем самым он демонстрирует, что доверие — не единственная основа для организации человеческого общества и сотрудничества с другими.В результате получилась провокационная, но поучительная работа, которая заставляет нас переосмыслить такие социальные проблемы, как подозрительность, сомнения и неуверенность.

     


     

    Книга Кэри ставит важный и провокационный вопрос: что происходит с нашими описаниями социальности, когда мы выдвигаем недоверие на передний план, а доверие на задний план? Может ли недоверие быть краеугольным камнем позитивной социальности, а не ее провала? Автор решает этот теоретический вопрос посредством остроумного и живого исследования этнографических виньеток, извлеченных из его собственных полевых исследований в марокканских горах Высокого Атласа.Очень оригинальная короткая книга.

    — Карлос Фаусто, автор книги «Война и шаманизм в Амазонии»

    За последние тридцать лет было опубликовано огромное количество книг, исследующих доверие, но большинство из них оставались слепыми к той важной роли, которую недоверие играет в повседневных социальных отношениях. Эта основополагающая работа Мэтью Кэри заполняет этот пробел. Его книга, основанная на тщательных этнографических полевых исследованиях, оказывается мало чем отличающейся от общего трактата по социологии, который будет иметь неоценимое значение для академического сообщества.

    — Люк Болтански, автор книги « Тайны и заговоры: детективы, шпионские романы и создание современного общества»

    Мэтью Кэри сопоставляет тонкую этнографию Высокого Атласа с далеко идущими дебатами о недоверии и при этом приносит свежие и провокационные идеи в теории правдивости, намерения, дружбы, терпимости, заговора и колдовства. Это прекрасно написанная и важная книга, которая открывает новую область исследований, «недоверчивое воображение».

    — Кэролайн Хамфри, соавтор книги Монастырь во времени: становление монгольского буддизма (совместно с Хюрелбаатаром Уджидом)

    Это поразительно оригинальное произведение, написанное с удивительной ясностью и проницательностью. Говоря с легкостью о проблемах широкого круга дисциплин, Недоверие является образцом того, как тщательная мысль и с трудом завоеванный этнографический опыт должны работать вместе.

    — Уэбб Кин, автор книги «Этическая жизнь: ее естественные и социальные истории»


    2018
    146 страниц
    ISBN: 9780997367522
    Цена: 25 долларов.00

    Купить эту книгу


    Скачать PDF

    Содержание
    Глава первая: Ложь и запутывание: неопределенная основа речи Глава вторая: Доверие или терпимость? О предательстве друзей Глава третья: Триумф случайности: анархизм как реальная политика Глава четвертая: Заговор, колдовство и воровство: проявления недоверчивого воображения

    Сталин и истоки недоверия | ИЗА

    Нужно

    Эти необходимые файлы cookie необходимы для активации основных функций веб-сайта.Отказ от этих технологий недоступен.

    cb-включить

    Dieses Cookies speichert den Status der Cookie-Einwilligung des Benutzers für die aktuelle Domain. Срок действия: 1 год

    laravel_session

    Идентификатор сеанса um den Nutzer beim Neuladen wiederzuerkennen und seinen Login Status wiederherzustellen.Срок действия 2 часа

    XSRF-ТОКЕН

    CSRF-Schutz для формулы. Срок действия: 2 часа


    Аналитика

    В целях дальнейшего улучшения нашего предложения и нашего веб-сайта мы собираем анонимные данные для статистики и анализа.С помощью этих файлов cookie мы можем, например, определить количество посетителей и влияние определенных страниц на нашем веб-сайте, а также оптимизировать наш контент.

    .

    Leave a Reply

    Ваш адрес email не будет опубликован.