Не разговаривает: Как ребенок должен разговаривать?!

Содержание

Ребенок плохо разговаривает после 3 лет: что делать?

Чаще всего речевые нарушения выявляются в возрасте 3-х лет, когда ребенок начинает активно разговаривать. На реальном примере рассказываем, что такое общее недоразвитие речи (ОНР) у детей, опасный это диагноз или нет и как можно помочь ребенку заговорить в домашних условиях.

Нарушения развития речи могут встречаться у детей, которые воспитываются в обычных семьях, так и у детей из двуязычных семей, т.е. у врожденных билингвов, когда родители ребенка разговаривают на разных языках.

Маленькие дети-билингвы с раннего детства осваивают два языка – первый, основной язык, второй, на котором с ними говорят меньше. Поэтому проблемы с речью у таких детей чаще всего связаны с неправильным произношением звуков и смешиванием языков в речи.

Из этой статьи вы узнаете:

  • что такое общее недоразвитие речи (ОНР) у детей;
  • опасный это диагноз или нет;
  • в каких случаях нужно бить тревогу;
  • к каким специалистам обращаться;
  • как можно помочь ребенку заговорить в домашних условиях.

Чтобы вам было понятнее, все вопросы разберем на реальном примере.

Что такое общее недоразвитие речи (ОНР) у детей?

Общее недоразвитие речи (ОНР) – это нарушение формирования речевых навыков у ребенка. Чаще всего оно может обнаружиться в возрасте трех лет, когда ребенок начинает активно разговаривать. Но ОНР – это не симптом серьезного заболевания, а чаще всего просто недостаточное внимание родителей к речи ребенка. Например, если ребенок говорит «ыба», «суба», «дау», а родители его не поправляют, думая, что «само пройдет».

Четыре месяца назад в одну из социальных сетей онлайн-школы Kidskey пришло такое сообщение:

«Моему сыну 4 года. Он с 3-х лет ходит в садик, но почти не разговаривает. Его речь похожа на лепет годовалого ребенка. Я понимаю его только тогда, когда он объясняется жестами. Знакомые успокаивают, что мальчики начинают говорить позже, но я очень переживаю, потому что в саду дети не хотят играть с моим сыном, он постоянно плачет, злиться и даже обижает своих одногруппников.

Не знаю, что делать. Подскажите, пожалуйста, стоит ли мне сейчас что-то предпринимать или все же ждать, пока ребенок перерастет? Обязательно ли идти к специалисту или можно заниматься развитием речи дома?»

Давать какие-то абстрактные советы, не пообщавшись с ребенком, сложно. Поэтому мы пригласили маму с мальчиком на бесплатную онлайн-консультацию.

Замечательный и улыбчивый Рома не имел никаких проблем со слухом и интеллектом, но общался с нашим методистом так:

  • вместо «дай» — говорил «да-да», вместо «есть» — «нам-нам»;
  • вместо целого слова, называл только корень и обозначал им сразу несколько слов – «ма» — «машина», «ба» — «барабан», «банан», «батарейка»;
  • одни и те же слова говорил по-разному: «машина» — «аша», «биби», «пипи», «си»;
  • сложные слова и фразы сокращал: «мама ушла на работу» — «ма ся а ату».

После консультации стало понятно – у Ромы общее недоразвитие речи (ОНР) первой степени.

Этот диагноз логопеды могут поставить ребенку, если он сказал первые слова только после 3-х лет или если он больше объясняется жестами. Например, вместо того, чтобы сказать «Мама, дай конфету», он говорит «дай», а дальше показывает пальцем на шкафчик, где лежат сладости.

Ниже есть таблица с нормами развития речи ребенка по возрасту. Посмотрите, но сильно не зацикливайтесь на этих данных – каждый ребенок индивидуален и развивается со своей скоростью.

Когда бить тревогу, если ребенок не говорит?

  1. Если до 8 – 9 месяцев жизни малыш больше молчит.
  2. Если в год не реагирует, когда вы с ним говорите. Например, если вы спрашиваете «где стул?», а он не поворачивает голову в сторону, где стоит стул. А чтобы привлечь ваше внимание – часто плачет.
  3. Если в 1,2 – 1,6 года ребенок не различает на слух знакомые предметы и не может показать их на картинке. Например, вы просите его показать, где кровать, а он не может показать ни в комнате, ни на картинке.
  4. Если в 1,5 – 2 года ребенок не понимает, как выполнить ваши простейшие просьбы. Например: «Подай чашку со стола», «Возьми солдатика и положи в коробку».
  5. Если в 2 – 3 года ребенок не говорит простые предложения. Например: «Мама, хочу кушать», «Папа, на».
  6. Если в 3 – 4 года ребенок не может говорить предложениями. Например: «Папа пришел с работы», «Собака лежит под столом». А также неправильно произносит большинство звуков.

Опасно ли ОНР первой степени?

Само ОНР неопасно, но если вовремя не начать коррекцию, то последствия могут быть серьезными. Логопеды и неврологи утверждают, что до 3-х лет не стоит переживать. Но если вашему ребенку уже есть 3, а он не говорит вообще или только сказал первое слово в этом возрасте, это может быть сигналом о задержке речевого развития.

Если игнорировать проблему дальше, она будет усугубляться. На фоне недоразвития речи может нарушиться психическое развитие: мышление станет заторможенным, ухудшиться концентрация внимания и память, нарушится координация движений.

У ребенка упадет успеваемость в школе, снизится самооценка и появятся комплексы, он станет замкнутым и склонным к депрессии. Чтобы этого не случилось, желательно выявить проблему как можно раньше и начать действовать.

К кому нужно обращаться, чтобы выявить общее недоразвитие?

Если ребенок не говорит в 4 года, лучше покажите его сразу нескольким специалистам:

  • логопеду-дефектологу – оценит степень тяжести речевого нарушения, предложит направление коррекционной работы;
  • ЛОРу – поможет убедиться, что слух в норме;
  • неврологу – осмотрит ребенка, ознакомиться с картой развития малыша, чтобы исключить органические повреждения и если, будет необходимость, назначит подходящие лекарства.

Зачастую достаточно консультации опытного логопеда-дефектолога, чтобы определить ОНР и начать коррекцию, как в случае с нашим учеником Ромой.

Но если логопед все же рекомендует посетить других специалистов, то стоит прислушаться.

Что делать, если ребенку поставили ОНР первой степени?

Мы дали Роминой маме 10 основных рекомендации, как можно развивать речь ребенка в домашних условиях. Первые четыре касаются общения, а следующие шесть – работы по развитию речи:

1. Следите за своей речью

Не сюсюкайте с ребенком, четко проговаривайте слова, фразы, предложения. Следите за темпом – говорите не слишком быстро и не слишком медленно. Дети всегда берут пример с родителей.

2. Не используйте сложные слова при разговоре с ребенком

Фразы должны быть простыми и понятными. Если, например, вы читаете книгу, где попадаются незнакомые слова – останавливайтесь и объясняйте ребенку смысл.

3. Задавайте простые конкретные вопросы и не торопить с ответом

Например: «Ты не замерз?», «Хочешь кушать?», «У тебя что-нибудь болит?» и т. п. На понятные вопросы ребенку будет проще отвечать.

4. Не ругайте за речевые ошибки, а мягко поправляйте

Например, ребенок сказал «пайшоу», а вы аккуратно ему – «Зайка, правильно говорить пошел».

Если в этот момент вокруг есть другие люди, скажите так, чтобы вас никто не слышал. Тогда ребенок не будет смущаться.

5. Развивайте мелкую моторику рук

Позволяйте ребенку самостоятельно одеваться и завязывать шнурки, чаще давайте лепить, разукрашивать, рисовать, собирать мозаики и конструкторы. Чем лучше развита моторика рук ребенка, тем лучше работает мозг, и быстрее нормализуется речь.

6. Занимайтесь дыхательной гимнастикой с ребенком

Ребенок сможет говорить четко, долго, без заикания и запинок.

7. Развивайте фонематический слух

Фонематический слух помогает быстрому и правильному освоению устной речи через умение слышать и различать звуки. Примеры игр и простых упражнений, как развить фонематический слух ищите здесь.

8. Делайте артикуляционную гимнастику

Такая гимнастика направлена на тренировку всего, что помогает нам говорить: мышцы лица и рта, нос и голос. Развитый артикуляционный аппарат поможет ребенку сразу произносить звуки правильно.

Сюда относятся такие упражнения как «уточка-трубочка», «заборчик», «лошадка», массаж языка зубной щеткой и т. п. Все эти упражнения вы можете легко найти на YouTube.

9. Контролируйте, сколько времени ребенок проводит в гаджетах

Ребенок должен проводить больше времени в подвижных играх. Например, дома тоже можно попрыгать, поиграть в догонялки, построить домик из стульев, подушек и покрывал.

10. Чаще рассматривайте с ребенком книги и читайте ему вслух

Чтение лучше всего развивает воображение, обогащает словарный запас и улучшает память. Если ребенок с детства будет читать с удовольствием, то у него обязательно будет красивая и грамотная речь.

На первый взгляд, делать все вышеописанное сложно. Но если вы переведете все упражнения в игру, ваш ребенок будет в восторге.

Другое дело, если у вас, как и у мамы Ромы, совсем нет на это времени. Именно поэтому мы предложили свою помощь и записали Рому на наш курс «Букварята 43», который ведут педагоги с логопедическим образованием. Чтобы через обучение чтению сначала отработать произношение сложных звуков (С, З, Ц, Ш, Ж, Ч, Р, Л), затем увеличить словарный запас и поэтапно развить его речь.

Спустя 4 месяца обучения Рома уже знает все буквы русского алфавита и потихоньку читает по слогам. Но главное – он начал разговаривать. Конечно, его речь еще не идеальна, но он уже перестал заменять слова непонятными звуками и говорит пока короткими, но четкими фразами: «Мама пойдем», «Я хочу есть», «Давай поиграем» и т. п.

Впереди еще много работы, поэтому мы не останавливаемся и идем дальше. К школе Рома уже будет разговаривать не хуже других, а еще будет уметь читать и грамотно писать на русском языке.

Если у вашего ребенка тоже проблемы с речью и вам некогда заниматься с ним дома — попробуйте наши онлайн-уроки. Приходите, проконсультируем, дадим рекомендации, подберем педагога и подходящий курс.

Записаться на первое бесплатное занятие можно здесь.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Как быстро научить ребенка выговаривать звук [Р]? Простые игры и упражнения!

Ребенок плохо разговаривает в 5 лет? Причины и что с этим делать

Кто такие дети-билингвы и как правильно их воспитывать?

Почему ребенок не говорит? Разбираемся с нейропсихологом

«Почему ребенок не говорит?» – вопрос, который тревожит многих современных родителей. Не теряя времени, они начинают искать ответы в статьях и блогах специалистов, приходят в магазины детских игрушек, чтобы найти палочку-выручалочку. К консультантам «Умной Игрушки» довольно часто обращаются с запросом подобрать пособия для стимуляции речевого развития у детей 2-4 лет.

Чтобы найти эффективный инструмент, нужно разобраться с причинами отсутствия или сложностей в формировании речи. С этой целью мы обратились к нейропсихологу нижегородского логопедического центра «Красивая речь» – Жестковой Елене Александровне. Вот что нам удалось узнать у специалиста.

Причины задержки речевого развития

На формирование речи влияет множество факторов. Их принято объединять в 3 большие группы:

  • физиологические;
  • неврологические;
  • психологические.

1. Причины физиологического характера

Малыш может молчать вследствие недоразвития речевого аппарата

и низкого тонуса мышц, отвечающих за артикуляцию. Это может быть связано с особенностями строения, физиологического развития, а также наследственности.

Речевое развитие ребенка тесно связано с его двигательной активностью. Двигательное развитие в начале жизни является своеобразным «локомотивом», который запускает в дальнейшем многие когнитивные процессы, в том числе речь. Если малыша ограничивали в движении, или по каким-то причинам (болезни, особенности строения опорно-двигательного аппарата, мышечное недоразвитие и т.д.) он не мог активно физически и моторно развиваться, то это скажется в дальнейшем на формировании его речи.

Недоразвитие мелкой моторики также влечет за собой трудности в говорении. Ещё классик русской педагогики В. Сухомлинский говорил, что «ум у ребенка на кончиках пальцев». Это не просто красивая фраза, это физиологическая закономерность развития. Познание у ребенка изначально идет через осязание и тактильные ощущения. Напрямую от развития моторики пальцев, силы мелкой мускулатуры, подвижности, ловкости, кистевой моторики зависит овладение речью, причем не только устной, но в дальнейшем и письменной.

Запуск высших психических функций связан с созреванием соответствующих зон головного мозга. Мозг ребенка достаточно пластичен, в нем еще нет четкого разделения зон и прочных связей между отделами. При этом и развиваться он может не плавно, а скачкообразно. В таком случае может возникнуть ситуация, когда малыш понимает, но не может сказать сам.

Нарушение слуха или проводимости между слуховым анализатором и соответствующим отделом мозга приводит к тому, что ребенок не может правильно воспринимать речь. А именно с этой функции начинается развитие самостоятельного говорения.

2. Причины неврологического характера

Тяжелое течение беременности и родов, неврологические сложности в раннем развитии, задержка развития, раннее применение наркоза и антибиотиков, инфекционные болезни в возрасте до года. Все это может влиять на нормальное развития мозга ребенка и, как следствие, приводить к сбою в речевом развитии.

Наряду с физиологическими факторами и социальным окружением важную роль играют и наследственные особенности нервной системы. В том случае, если известно о неврологических нарушениях у одного из родителей, стоит обратить внимание на развитие ребенка.

Причиной задержки речи могут быть психо-неврологические состояния различной сложности: различные формы расстройств аутического спектра, поведенческие нарушения, синдром гипервозбудимости.

3. Причины психологического характера

Этот класс факторов связан с особенностями коммуникации в семье.

Запаздывание речи может быть вызвано нарушением контакта между ребенком и родителями. Если малышу уделяют мало внимания, не разговаривают с ним, не играют в соответствующие возрасту игры, не проявляют эмоции, то происходит социально-психологическая депривация. Это значит, что потребности крошки в общении, принятии и любви блокируются. Ребенок будто находится в изоляции. Это приводит к задержке не только в речевом, но и в интеллектуальном развитии.

Ребенок молчит, когда не слышит правильную речь. Если вы хотите, чтобы малыш заговорил, разговаривайте с ним! Развитие речи начинается с ее восприятия, а если с ребенком не общаются, то что ему воспринимать? Говорите с крохой все время, говорите много, четко, не искажая слова, повторяйте несколько раз – это не просто ваш контакт с ним, это необходимость для его развития!

У ребенка может не возникать мотивации к речи. Эта причина является противоположной предыдущим двум. Действительно, часто бывает так, что мама и все остальные члены семьи понимают маленького буквально с полувзгляда и стремятся сразу дать ему то, что он хочет, не дожидаясь просьбы. В таком случае возникает резонный вопрос: а зачем мне вообще говорить, если и так все хорошо? Если ребенок не понимает потребности в словесной коммуникации, он наверняка будет активно сопротивляться ей, особенно в том случае, если ему это трудно дается.

Отдельной строкой стоит выделить причины билингвистического характера. Задержка здесь может быть связана с тем, что дома с ребенком общаются на одном языке, а где-то в обществе (например, в детском саду) – на другом. Или дома используют оба языка одновременно (мама с папой общаются на одном, а с бабушкой – на другом). Малыш в таком случае слышит разную речь и ему сложно сориентироваться.

Какой бы не была причина отсутствия речи у ребенка, определить ее может только специалист – логопед-дефектолог. А в некоторых случаях требуется диагностика сразу нескольких специалистов: логопеда, дефектолога, невролога, психолога, нейропсихолога, психиатра, сурдолога. Только так можно создать полную картину развития ребенка и выбрать правильный путь коррекции.

Медлить или ждать, что малыш «перерастет» эту трудность нельзя! Чем раньше вы найдете источник проблем и начнете занятия по речевому развитию, тем эффективнее будет коррекция, тем больше шансов полностью компенсировать эту особенность. И здесь вам на помощь придут игрушки и методические материалы

.

Материал подготовлен нейропсихологом Жестковой Еленой Александровной

Редактор

Задержка речевого развития (ЗРР) у ребенка — причины возникновения, симптомы, профилактика

Симптомы

  • Ребенок в возрасте до года слабо реагирует на звуки, и сам практически не издает каких-либо звуков.
  • К двенадцати месяцам ребенок не использует распространенные жесты — не указывает на предметы пальцами, не машет рукой на прощание, и так далее.
  • К восемнадцати месяцам ребенок еще не имитирует звуки.
  • Ребенок с трудом понимает обращенные к нему простые просьбы.
  • Ребенок старше двух лет может только имитировать речь или жесты, и не произносит какие-либо звуки спонтанно, по собственной инициативе.
  • Ребенок старше двух лет произносит лишь ограниченное количество звуков, и не может использовать какие-либо речевые навыки, чтобы сообщить о чем-либо, кроме насущных потребностей.
  • У ребенка необычный тон голоса (например, он говорит в нос, или очень скрипучим голосом).
  • Родители с трудом понимают, что говорит ребенок.

Причины

  • Проблемы со структурой языка или нёба, например короткая уздечка.
  • Ушные инфекции, особенно – хронические.
  • Патологии внутриутробного развития, родовые травмы.
  • Повышенное внутричерепное давление у ребенка.
  • Дислексия в результате генетической предрасположенности.
  • Психические расстройства.
  • Физические травмы.
  • Заболевания головного мозга.
  • Недоразвитость мускулов рта и лица.

Если причины задержки речевого развития остаются невыясненными, это затрудняет курс лечения, так как провоцирующий фактор при этом продолжает работать. Поэтому ребёнку с ЗРР необходимо комплексное обследование. Для этого необходимо пройти таких специалистов, как невропатолог, логопед, психиатр, детский психолог. В ряде случаев требуются анализы работы головного мозга — ЭКГ, МРТ, ЭХО-ЭГ и пр.

Профилактика

Как можно больше общайтесь с ребенком, даже если он появился на свет всего несколько недель назад, и, по-видимому, совершенно вас не понимает. Разговаривайте с ним, пойте ему, одобрительно реагируйте на его попытки имитировать звуки и жесты.

Читайте ребенку, начиная, как минимум, с шести месяцев (можно и раньше). Четко выговаривайте слова и показывайте ребенку картинку. Если он прерывает чтение какими-либо звуками, сделайте паузу и выслушайте его, как если бы он отчетливо высказывал свое мнение о прочитанном.

Поощряйте успехи. Если ребенок правильно произнес слово, которое долго ему давалось, или начал говорить предложениями из трех слов вместо двух, хвалите его. Дети очень рано начинают различать интонации голоса, и отлично понимают, когда их действия вызывают одобрение, а когда — нет.

Подробнее о детской неврологии в клинике «ЮгМед»

Многие способы, которыми Ваша собака разговаривает с Вами, оставляют Вас в неведении

Поведение наших собак не всегда несёт для нас смысл, но и наше поведение не всегда понятно для них. Но в отличие от нас с Вами, собаки во всём зависят от людей.

Кроме того, существует «языковой барьер» между людьми и собаками. В то время, как мы общаемся между собой словами, собаки общаются различными другими способами. Вот почему невероятно полезно для владельцев собак понимать, что их пес им говорит.

Чем лучше Вы понимаете, как Ваше животное понимает свой мир, тем меньше вероятность того, что Вы будете разочарованы или рассержены. И тем менее несправедливо Вы будете к нему относиться. И, в конечном счете, тем лучше и крепче будет связь между Вами двумя.

И это справедливо для всех владельцев животных: и для тех, у кого первая собака в жизни; и для тех, кто всегда жил с домашним питомцем. Наши младшие собратья чрезвычайно внимательны к нашим эмоциям, настроению, языку тела, интонации. И меньшее, что мы можем сделать в ответ — это проявить такой же интерес к их общению.

Следующая таблица взята из книги доктора Додмана «Первые шаги щенка: подход к воспитанию счастливого, здорового, хорошо воспитанного щенка».

Некоторые из этих форм поведения заложены у многих собак, но некоторые из них изучаются или поощряются путем обучения (случайно или преднамеренно). Лучший способ гарантировать, что Ваша собака развивает или поддерживает позитивные социальные и поведенческие навыки — это решать проблемы обучения по мере их возникновения.

Что собака делает Что это означает
Уходит, когда ты гладишь ее по голове Ему может не нравиться это. Это также сигнал доминирования для собаки. Большинству собак нравится, когда им чешут подбородок, переднюю часть груди или край морды.
Ходит по кругу перед тем, как улечься Ее предки делали это, чтобы примять траву перед тем, как лечь и сделать уютное гнездо. Ваша собака действует на основе ее инстинктов.
Кряхтит/ворчит Собаки ворчат, когда чувствуют себя довольными и счастливыми
Скулит Собаки, особенно щенки, скулят, когда им холодно, голодно или одиноко. Успокойте её, накрыв теплым одеялом, покормив ее или уделив внимание.
Щурится Ваша собака может обдумывать, следует ли ей выполнять Вашу команду.
Зевает Собаки зевают, когда устают. Но чаще это происходит, когда они испытывают стресс. Зевота вытесняет стресс или внутренний конфликт.
Облизывается Облизывание губ — признак нервозности, беспокойства или подчинения.
Облизывает Вас Ваша собака ищет внимания и/или положительной реакции. В некоторых случаях, собаки лижут Вас, чтобы установить господство.
Настаивает на том, чтобы она лежала на диване Даже если Вы сказали ей не делать этого, Ваша собака все равно может попытаться достичь более высокого места в доминировании. Или, может быть, она просто предпочитает подушки полу!
Роет землю после дефекации или мочеиспускания Он помечает свою территорию, оставляя визуальный знак (разрытая почва) и запах (от потовых желез на лапах)
Ест экскременты Это называется копрофагия — типичное поведение, распространенное у щенков. У старых собак такое поведение может говорить о медицинских или поведенческих проблемах, а также может быть признаком стресса.
Валяется в вонючих вещах Когда собака катается в вонючих вещах по земле (мусор, тухлые продукты, экскременты), то она показывает, где она была, помечает территорию. Это также может быть отголосками поведения диких предков, которые катались в сильнопахнущих вещах, чтобы скрыть свой запах.
Ест траву Возможно, собака пытается вызвать рвоту, чтобы уменьшить чувство дискомфорта в животе. Или ее организм требует зелень для баланса питания.
Нюхает (и нюхает, и нюхает) перед мочеиспусканием Ваша собака изучает чужие запахи в этом районе, прежде ем решить, где ей оставить свой собственный. А также она может искать место, на которое не мочилась другая собака.
Нюхает сзади других собак Феромоны, выделяемые параанальными железами собаки, позволяют другим собакам узнать его запах и в дальнейшем узнавать его
Пыхтит Ваша собака может пыхтеть, чтобы регулировать температуру тела. Также она может пыхтеть, когда чувствует беспокойство.
Выражает бескрайнее счастье возле собак такой же породы Если у Вашей собаки остались приятные воспоминания от игр с братьями, сестрами и другими собаками той же породы, то она может ожидать, что она увидит новых «друзей» и в других собаках, которые выглядят так же, как и она.
Прыгает перед Вами, наклоняя морду к земле, «кланяясь» Если Ваша собака «кланяется» головой и лапами близко к земле, она чувствует себя счастливой и игривой
Гоняется за своим хвостом Обычно за своим хвостом гоняются собаки с высоким хищническим инстинктом. У некоторых собак данная тяга может стать непреодолимой, что приводит к беспокойству и медицинским проблемам.
Сосут мягкие предметы Щенки, отлученные от матери слишком рано, могут продолжать сосать мягкие предметы, такие как одеяла или мягкие игрушки
Высовывает голову из окна машины Она делает это, потому что это весело, и воздух полон интересных запахов. Однако, не стоит позволять ей так делать, потому что она может пострадать от пролетающих мимо объектов.
Лает на других собак с высоко поднятой головой Это знак доминирования. Особенно в паре с прямым зрительным контактом, напряженной позой тела и выпрямленным хвостом.
Лает на других собак, прижав уши к голове Это признак страха или подчинения, особенно в паре с поджатым хвостом и глазами, которые мечутся из стороны в стороны
Быстро и яростно копает грязь, собственную подстилку или постельное белье Это может быть хищнический инстинкт (вспомните, как терьеры копают землю для зарывания добычи)
Берут еду из своей миски и едят ее в другом месте Слабые собаки в стае могут так поступать, чтобы защитить свою пищу от более доминирующих особей (реальных или воображаемых)
Прячет угощения вместо того, чтобы съесть их немедленно Она следует своему инстинкту припрятать еду на потом, чтобы иметь запасы на «голодный день»
«Бежит» во сне Ему снится, что он ловит кого-то
Виляет хвостом быстро или медленно Скорость виляния хвоста Вашей собаки похожа на энергетический индикатор. Если она очень возбуждена, её хвост быстро виляет.
Поджимает хвост между ног Это признак подчинения, неуверенности, тревоги и/или страха
Держит хвост вертикально Это признак интереса, доминирования и уверенности
Жует носки или тапочки Ей может не хватать подходящих жевательных игрушек (сделанных из материалов, которые она предпочитает). Если Вы будете гоняться за ней по дому, чтобы вернуть свои вещи, она, вероятно, подумает, что это действительно отличная игра!
Обнюхивает людей в области паха Нос всё знает! Собака может многое рассказать о человеке по олному запаху феромонов, исходящих из этой части тела.
Яростно трясёт игрушками во рту Ваша собака делает то, что бы она делала в дикой природе. Она трясет свою добычу, держа зубами шею, чтобы убить ее.
Волосы встают дыбом (пилоэрекция) Это происходит, когда у Вашей собаки срабатывает реакция «дерись или беги» и высвобождается адреналин, заставляя мышцы сокращаться и «поднимать» волосы.

Нарушения речи у взрослых: афазия и дизартрия

Человек обычно говорит, чтобы передать свои мысли остальным. Если он перестанет этим заниматься, сказать, что он заскучает, — ничего не сказать.

Поэтому при любом отклонении в речи нужно обращаться за помощью к специалистам, чтобы не только исправить ситуацию, но и избежать серьезных последствий. Если вовремя этого не сделать, можно перестать произносить некоторые звуки или вообще перестать говорить, и это намного хуже того, когда кто-то просто не выговаривает звук «р».

Какие нарушения речи чаще всего бывают у взрослых

Проблемы с речью бывают не только у детей, которые только учатся говорить. По разным причинам взрослые, которые могли десятки лет говорить совершенно нормально, могут начать терять речь — в нашей клинике мы как раз занимаемся тем, что решаем такие проблемы.

Поскольку взрослые разговаривают уже не первый год, чаще всего их проблемы связаны с травмами или болезнями, которые поражают головной мозг, и с возрастом риск нажить подобные проблемы только повышается. Мы занимаемся лечением афазии и дизартрии — нередких речевых нарушений, которые возникают как раз из-за таких ситуаций.

Афазия

Это нарушение или даже отсутствие речи, которая у человека уже сформировалась. Выделяют шесть-восемь типов афазии, но причины одни и те же: повреждение участков коры головного мозга, которые отвечают за речь. Часто так выходит из-за инсультов, но к расстройству речи могут привести ещё и черепно-мозговые травмы, опухоли головного мозга, прогрессирующие заболевания нервной системы и воспаления мозга.

Какие симптомы

В случае афазии нарушается не только речь самого пациента — кроме этого он может плохо различать речь окружающих и даже то, что написано в книге. Вот, что может происходить при разных типах афазии:

Сложно и долго подбирать слова, чтобы вышло что-то связное, но это часто всё равно не получается, зато у отдельных слов или конструкций могут появляться новые значения.

Одни звуки и слова постоянно заменяются другими, переставляются и повторяются. Начинается это, казалось бы, с безобидной замены «б» на «п», а заканчивается ещё непонятными комбинациями слов и предложениями чуть ли ни задом наперёд. В отдельных случаях такие проблемы происходят и с письменной речью.

Сложно понять, что говорят другие люди. К тому же человек будто не понимает собственную речь и изливает поток сознания, причём в первые два месяца после болезни или травмы это может быть поток из случайных звуков или слов.

Нарушается ритм и мелодика речи, она звучит неестественно: паузы слишком длинные, голос тихий, полушёпот.

Сложно запомнить услышанную или прочитанную информацию. Проблемы могут возникнуть уже с четырьмя связанными по смыслу словами подряд. В такой ситуации длинные предложения трудно понять, так что они теряют смысл.

Сложно называть предметы и пользоваться речевыми оборотами, крылатыми выражениями, пословицами. Понимать их тоже затруднительно.Как лечить и что будет, если не лечить

Коррекцию афазии можно пройти только в клинике. Во время коррекции человек, заново учится правильно говорить, как в детстве. С логопедом он учится воспринимать устную и письменную речь, правильно использовать речевой аппарат (органы дыхания, язык, губы), произносить звуки.

Лечение может меняться в зависимости от типа расстройства, но в любом случае его важно начать как можно раньше. Это потому, что человек привыкает к своей манере говорить, и дефекты речи закрепляются. Пациент может воспринимать одни звуки вместо других, постоянно повторять часто употребляемые слова и неправильно строить предложения. Если помедлить с коррекцией афазии, закрепившиеся нарушения устранять будет ещё дольше и труднее.

Дизартрия

Это тоже речевое нарушение, но при нём нарушается в первую очередь произношение — нарушается артикуляция звуков. Часто проявляется ещё в детском возрасте, но у взрослых может появиться из-за инсульта, черепно-мозговой травмы, опухоли головного мозга и целого ряда расстройств нервной системы: рассеянного склероза, церебрального атеросклероза, олигофрении, нейросифилиса, болезни Паркинсона.

Какие симптомы

Логопеды различают четыре степени дизартрии, но даже с самой лёгкой из них игнорировать докторов нельзя:

  1. нарушения произношения может выявить только логопед, в повседневной речи они малозаметны;
  2. нарушения заметны окружающим людям, но речь всё ещё понятная;
  3. речь понимают только люди, хорошо знакомые с пациентом, и посторонние люди, которые просто случайно понимают некоторые фразы;
  4. даже близкие люди не понимают, что человек говорит, если издаваемые им звуки вообще можно назвать речью — это тяжёлая дизартрия, или анартрия.

Само собой, на каждой стадии расстройства симптомы разные, но в целом при дизартрии весь артикуляционный аппарат становится расслабленным. Даже если мышцы напряжены, говорить не хочется и не особо хорошо получается. Вот что конкретно происходит:

Речь невнятная, малопонятная, медленная. Возникает ощущение «смазанности» всего того, что говорит человек, будто у него каша во рту, он пытается что-то сказать, но пока не понимает, что это почти бесполезно.

Голос тихий, слабый, глухой, а дыхание учащённое и прерывистое. Из-за этого речь становится монотонной, говорить чётко сложно.

Некоторые звуки выпадают, некоторые человек произносит через нос (происходит назализация, сравните «н» и «б»), речь в принципе упрощается и может показаться, что пациент пытается произнести многосложное слово одним слогом. Звуки искажаются и заменяются другими, как при афазии.

  • В зависимости от типа дизартрии, язык, губы, мышца лица и шеи могут работать по разному. В одних случаях они постоянно напряжены, в других — слишком расслабленны так, что рот приоткрыт. Помимо этого во время разговора такие слишком расслабленные мышцы могут резко напрягаться.

Как лечить и что будет, если не лечить

Сначала специалисты клиники диагностируют степень расстройства и определяют, в чём проблема, а потом проводят логопедическую работу: делают пальчиковую, артикуляционную и дыхательную гимнастику, чтобы речь была синхронизирована с дыханием, исправляют и закрепляют правильное произношение звуков, работают над выразительностью речи.

Так же, как и при афазии, коррекцию дизартрии важно начать как можно раньше. Дефекты речи становятся привычными, поэтому чем позже обратитесь в клинику, тем сложнее и дольше будет восстанавливать артикуляцию, а это непростой процесс — вспомните взрослых людей, которые с детства шепелявят или не выговаривают букву «р».

Почему пациенты выбирают Центр АКМЕ

Наш Центр более 10 лет помогает пациентам вернуться к здоровому и комфортному образу жизни. Эффективные методики, высокий профессионализм специалистов, позволяют справляться со всеми недугами и патологиями речи.
Звоните прямо сейчас по телефону +7 (495) 792-1202 и записывайтесь на прием к специалисту Центра АКМЕ! Мы знаем, как вернуть Вам и вашим близким здоровье!

«Мне внушали, что я плохая мать, раз дочка не говорит в три года»

Суровые советские нормы требовали от годовалого малыша, чтобы он уверенно произносил как минимум десять слов. А иначе не возьмут в космонавты. Сегодня мировая статистика изменилась. Многие дети только начинают разговаривать в два или три года. В такой ситуации родителям, особенно молодым, трудно сохранить устойчивость, не поддаться страху и самообвинениям. О том, каково выдержать прессинг окружающих, когда твой ребенок молчит, почему норма не должна быть жестоким хлыстом и как речь связана с работой мозга, мы поговорили с минчанкой Анастасией и детским неврологом Натальей Макаровой. Продолжаем развеивать наши страхи в совместном цикле с «ЛОДЭ».

«Почему наша Варя не говорит: „Баба, дай блин“?»

Анастасии 30 лет, она руководитель на одном из государственных предприятий. Появление дочери было для нее с мужем очень желанным. Но когда девочка не заговорила, родители оказались в ловушке тревоги и сомнений.

— Впервые я стала тревожиться, сравнивая свою старшую дочь, Вареньку, с малышами такого же возраста на детской площадке. Примерно в два года у ребенка обычно уже есть уверенное «мама», «папа», «баба», «дай»… А Варя не говорила. Конечно, у нее были звуки: «а-а-а», «м-м-м». Мы с мужем рассуждали так: всему свое время, не нужно торопить события, пускай позже, но Варя заговорит. Я скачивала из интернета специальные игры для развития речи, занималась с малышкой сама.

Почти в три года дочка пошла в ясельную группу в садик, а там все дети — ее сверстники — говорили «привет», «дай», «красный», «синий». Произносили элементарные слова. А Варя не говорила. Она показывала пальчиком и топала ножкой (улыбается. — Прим. Onliner). Могла сказать «ма» вместо «мама», а в обществе же считается, что нужны определенные слова в определенном количестве. Так положено — и точка!

Мы ходили в развивающие кружки и частные логопедические центры. В одном из них нам поставили диагноз — «общее недоразвитие речи первой степени» (ОНР). Сказали, мол, уже поздно, вашему ребенку три года, куда вы смотрели, что вы за родители!

Когда ты сидишь в декретном, круг общения резко сужается. Разговариваешь либо с такими же мамочками на детской площадке, либо с родителями, родственниками. И если у бабушки на работе есть подружка, внучке которой, не дай бог, столько же лет, сколько и твоему ребенку, и она уже говорит: «Баба, дай блин!» — это все! Начинаются звонки и стенания: «Почему наша Варя не говорит: „Баба, дай блин“?!» Естественно, сама начинаешь пугаться, гуглишь в интернете «ребенок не говорит». И что же ты видишь? Курсы по чтению с пеленок, английский — с двух месяцев, различать цвета — чуть ли не в первую неделю… Если в два годика ребенок не говорит длинными предложениями — все пропало… И главный вывод: происходящее — вина родителей. Они чуть ли не преступники.

Мы, естественно, ходили к логопеду в государственную поликлинику. Он тоже сказал: «Ах, целых три года, кошмар, уже поздно!» — и отправил нас в центр коррекционно-развивающего обучения и реабилитации (ЦКРОиР) Московского района. Вообще, какая-то паника у нас в стране вокруг этого возраста. В три года ребенок должен быть настолько самостоятельным! Просто космонавтом каким-то!

Итак, пришли мы в Центр раннего вмешательства на консультацию. Там сидят логопед и невролог, которые видят мою дочь впервые в жизни всего пару минут. Варе три года, напомню. И они, значит, говорят: «Женщина, и вы только сейчас к нам приходите? Что ж вы за мать! Куда смотрели!» А у меня ребенок не говорит: «Мама, дай пить» или «Я хочу яблоко», но бегает, ходит, улыбается, обнимается, смеется, взаимодействует с людьми. Захочет попить — ручкой покажет. То есть с логикой все в абсолютном порядке. Поэтому паники у меня не было. Но тут я пришла, напротив сидят три врача, они же умные люди, образованные, как им не верить? «Вы понимаете, что ваша дочь никогда не заговорит? Надо срочно действовать!» И что Варе в итоге назначают? Месяц лечебной физкультуры и одно-единственное занятие с логопедом. Походили мы туда месяц и плюнули.

В садике мне говорили, что Варя хорошо себя ведет, идет на контакт с детьми, понимает воспитателей, но не разговаривает. Были звуки «а-а-а», «ы-ы-ы», «м-м-м». Первое слово, которое она четко стала произносить, — «еще». Стали появляться отдельные слова, но связной речи (например, «дайте мне пить» или «хочу одеться») не было.

Ох, куда мы только не ходили, чего только не делали! И логопедические кружки, и развивающие центры, и «учим читать до трех лет»… Нам советовали: «Пока ребенок отчетливо не произнесет: „Дай пить!“, не давайте ему воды». Представьте, доченька стоит у вас в ножках, плачет, тянется ручкой к бутылке с водой, а вы такой: «Нет!» Ну зачем такая жестокость? В конце концов мы нашли частного логопеда, который приезжал к нам на дом дважды в неделю. Платили примерно $10 по курсу за одно занятие. Нам очень повезло со специалистом, я думаю, именно она запустила Варюше речь. В спокойной домашней обстановке они рисовали, лепили, параллельно старались разговориться. Еще мы оплатили курс логопедического массажа. Ведь считается, что если ребенок плохо говорит, то у него слабо развиты мышцы языка и щек. Как люди поднимают гантели, чтобы руки были сильными, так и здесь нужно тренировать язык.

Логопед, которая приходила к нам домой, не соглашалась с тем, что у Вари «общее недоразвитие речи». «У вашей дочери слишком хорошо развита логика», — повторяла она.

Когда Варе было 3,5 года, мы ходили еще к одному специалисту — логопеду, который обнаружил, что у дочери неправильный прикус. «У вас же уздечка короткая! Срочно нужно ее разрезать, иначе девочка не сможет заговорить! И вообще, уже поздно!» Зачем такое насилие над ребенком — целая операция? Она же маленькая! Я не всегда соглашалась с врачами, которые ставили мне в укор, мол, я плохая мать, и требовали, чтобы мой ребенок говорил, как все. Но в этот раз мы сразу записались к опытному хирургу. В Республиканском центре челюстно-лицевой хирургии такая очередь, ждали целый месяц. Наконец пришли на прием. Доктор посмотрел Варю и говорит: «Нормальная у вас уздечка. Я хирург, я-то могу ее разрезать, но зачем? Прежде чем молочные зубы не выпадут и не вырастут новые, вообще не нужно ничего трогать». Спасибо ему за человечный подход! Ведь когда ты молодой родитель и впервые в жизни с этим сталкиваешься, то сложно сохранить устойчивость. Три врача скажут тебе: «Караул! Беда! Мать, из-за вас ребенок жить нормально не сможет!» — и ты начинаешь паниковать, читать о худших вариантах в интернете — и все. Плачь, рыдай, это конец. Мы решили не резать уздечку и больше к тому логопеду не ходили.

В конце учебного года в садике составили список деток, которым рекомендовали обратиться в центр коррекции и развития речи. Мы туда тоже, естественно, попали. Потому что Варя что? Варя не говорит. Да, уже сказала «мама», «папа», «дай», но другие дети целые стихотворения на утренниках рассказывают. И вот нам дали направление на комиссию в этот центр. Туда сейчас, по статистике, половину детей отправляют. Это был очень негативный опыт! Сначала нужно пройти медкомиссию — всех врачей плюс логопеда, психоневролога, психиатра. Приходишь с абсолютно нормальным ребенком, который просто не может говорить, а тебе с порога: «Давайте паспорт, мы ставим вас на учет!» Ни «здравствуйте», ни «как зовут ребенка», ни «сколько ему лет»… Если ты пришел — все, значит, есть какие-то психологические отклонения. Такое безразличие со стороны некоторых врачей ранит родителей.

На комиссии определяют, может ли твой ребенок идти в садик в общую группу с детьми, или же ему нужна специализированная группа. Каждые 15 минут — новая запись. С ребенком разговаривают максимум десять минут. Представьте, малышка (Варе не было еще и четырех) приходит вместе с мамой в незнакомое помещение к двум незнакомым тетям, которые с угрюмыми лицами сидят напротив и задают вопросы, на которые даже взрослый не всегда знает ответ. Причем требуют какой-то бюрократической дотошности. Например, положили перед Варей два желудя. Спрашивают: «Что это?» Она отвечает: «Орешки!» — «Неправильно!» Им нужно, чтобы ребенок сказал не просто «желуди», а произнес фразу: «Это два желудя». Показывают картинку, на которой нарисованы вилка с ложкой, говорят: «Скажи мне». Что сказать? Я, взрослая мама, сидела рядом и не знала ответа на все вопросы. Или Варя, например, увидела куклу на полке, пошла с ней играть, а нужно было в это время составлять башенку из кубиков. Обычное детское поведение. Но там очень сильно нагнетают. Я понимаю, у них работа, сотни детей каждый день… Но что можно понять про маленького человечка, которого ты видишь всего десять минут? Из пальца высосать информацию?.. Из-за того, что в каком-то частном центре нам один раз когда-то поставили «общее недоразвитие речи», они просто брали и переписывали диагноз, не думая. «Вам позарез нужен логопедический сад, самый строгий и закрытый! Надо спасать ребенка!»

В общем, дали направление в логопедический садик. Из нашего опыта, это медаль с двумя сторонами. С одной стороны, в таком садике ежедневно проводятся занятия с логопедами — и это здорово. С другой стороны, в группе могут оказаться дети с очень тяжелыми нарушениями, в том числе с неконтролируемой агрессией. Это стоит учитывать. Через некоторое время преподаватель в логопедическом садике посоветовала нам, мягко говоря, «бежать оттуда».

В четыре с половиной года Варя начала говорить предложениями, читала стихи на утренниках — делала все то, что ждали от нее в три. И куда делась уздечка под языком, которую нужно было «срочно резать»? Ребенок просто начал говорить — и все. Словарный запас сразу стал большим. Оказалось, она помнила все, что мы ей читали и говорили. Все это было у нее в голове, и теперь она смогла произносить вслух.

Сейчас, в пять с половиной, Варя ничем не отличается от сверстников. Разве что плохо выговаривает букву «р». Но «р» ставят перед школой, и в первом классе многие детки испытывают трудности с этой буквой. Диагноз «общее недоразвитие речи» нам сняли, оставили «задержку речевого развития» — это более легкая форма, не нужно никаких специализированных садиков и групп. Так что мы вернулись в обычный сад.

Можно было и раньше предположить, что ребенок заговорит, просто с опозданием. Муж у меня вообще не переживал: «Я поздно заговорил, ты — тоже, вот и Варя повторит наш путь». Но ведь общество считает, что все должно быть иначе!

— Как проявляется прессинг со стороны окружающих?

— Если все вокруг твердят, что с твоим ребенком что-то не так, ты сам начинаешь сомневаться. Нет, я не сомневалась, что моя Варя заговорит. Но я боялась сделать недостаточно. В такой ситуации рождается ощущение вины, чувство, что ты плохая мать и как-то неправильно воспитываешь ребенка. Не зря же вокруг так много кружков, занятий, частных логопедов… Как будто, если ты не воспользуешься их услугами, у тебя ничего не выйдет.

На мой взгляд, в нашем обществе и в нашей манере воспитания детей слишком много сравнения. Сначала на детской площадке, потом — в садике, в школе — с отличниками-одноклассниками… Я думаю, что это в корне неверно. Увидеть ценность и значимость своего ребенка без сравнения с другими — вот что важно.

В отношении своей младшей дочери, Катюши (у них полтора года разницы с Варей), я уже не повторила таких ошибок, не пошла по пути напряжения и давления. Катя, например, начала ходить не в год, как положено, а в год и три. И заговорила позже, как и ее сестра. Но здесь я сознательно не водила ребенка на какие-то комиссии, не созывала врачей, чтобы услышать от них: «Паника! Караул!»

— Исходя из вашего горького опыта, как врачам следует разговаривать с родителями, чтобы не травмировать их?

— Я убеждена, что не стоит определять диагноз в первую же секунду. За один неправильный ответ (малыш показал круг вместо квадратика) сразу ставить крест на ребенке? Ни в коем случае!

Важно усовершенствовать работу центров коррекционно-развивающего обучения и реабилитации, ведь через них проходит очень много детей. Почему бы, например, не направлять специалистов из таких центров прямо в садики? Чтобы они проводили диагностику в привычной для детей, безопасной обстановке, наблюдали, как малыши взаимодействуют друг с другом. А не вытягивали маленького человека, закидывали непонятно куда и набрасывались с вопросами.

Со стороны поликлиники и государственных учреждений у нас очень сильное давление, мол, если ты немедленно чего-то не сделаешь, то ребенок пропадет! Опоздаешь! Слишком много запугивания вместо адекватной поддержки. Хотя есть и врачи с другим подходом. Хирург, о котором я говорила. Таким людям хочется сказать искреннее спасибо.

— Знаете, ваша преданность девочкам вызывает много уважения.

— Спасибо, конечно. Но мне все равно трудно избавиться от мысли, что я плохая мать.


 «У меня сотни маленьких пациентов, которые не говорят, — и все случаи разные!»

Наталья Макарова — детский невролог высшей категории медицинского центра «ЛОДЭ», а еще — мама троих детей. Она на собственном опыте прошла все сложности ситуации, когда ребенок не говорит в положенный срок.

— Что такое «задержка речевого развития»? Например, ребенок в два года говорит только «мама», «папа», «дай» — это проблема или нет?

— Под задержкой речевого развития обычно понимают отставание в формировании речи от возрастных нормативов у детей в возрасте до трех-четырех лет. Между тем эта формулировка гораздо шире и включает широкий спектр расстройств развития речи, имеющих разные причины, в том числе неврологические.

Очень важен период от первого года жизни до трех-пяти лет. В это время интенсивно развиваются мозг и его функции. Любые нарушения в развитии речи — повод для обращения к специалистам (детскому неврологу, оториноларингологу, детскому психиатру, логопеду, психологу). Это тем более важно, что именно в первые годы жизни отклонения в развитии мозговых функций, и речи в том числе, лучше всего поддаются коррекции.

Если в два года ребенок говорит «мама», «папа», «дай» — это не всегда свидетельствует о серьезных нарушениях. Многие дети в таком возрасте молчат или говорят единичные слова.

Так исторически сложилось, что из всего многообразия разделов моей специальности меня увлекла именно детская поведенческая неврология. Отчасти, думаю, и потому, что у нас многодетная семья. Многое пропустила через себя как мама. Молчащий в два года старший сын и шевелящиеся от ужаса волосы: «Как же такое могло случиться!» А в два года и четыре месяца сын уже рассказывал наизусть «Сказку о рыбаке и рыбке». Мы с мужем с облегчением выдохнули, конечно. Затем дочь, которая до трех лет переложила свою речевую коммуникацию на плечи брата-близнеца. Он был не против, а ей хватало указательного пальчика. К трем с половиной годам все наладилось.

Так вот, возвращаемся к «мама» и «дай» в два года. Каждый день ко мне на прием приходят пять-семь человек с похожей проблемой. Все истории начинаются одинаково: «Доктор, помогите, в два года ребенок не говорит!» Абсолютно всем родителям я задаю один и тот же вопрос: «Скажите, пожалуйста, есть ли ощущение, что ребенок вас не понимает? Или понимает не полностью? Или не слышит?» Если родители отвечают: «Нет, все понимает, но молчит, как партизан!», это одна история. Просишь ребенка принести мячик, а он несет кубики — это вторая история. Третий вариант — у ребенка проблемы со слухом, врожденные или приобретенные. Из-за этого страдает восприятие речи, или оно невозможно. И так далее…

Или, допустим, родители жалуются: «Говорю сыну: „Собери игрушки“. А он не понимает!» — «Может, просто не хочет? А если предложите что-то приятное?» — «Сразу понимает. Говорю: „Хочешь конфетку?“, он тут же бежит».

Нет практически ни одного приема, когда родители не сказали бы: «Проблема не только в том, что наш ребенок не говорит. В глаза не смотрит, указательного жеста нет…» Тогда это уже не сфера невролога. Нужно идти к детскому психиатру, дефектологу, логопеду и т. д.

— Очертите нам, пожалуйста, границы нормы. В два месяца малыш должен произносить отдельные звуки, в три — гулить… А что дальше?

— Скажу сразу, что нет одинаковых детей. У меня сотни маленьких пациентов, которые не говорят, — и все случаи разные! Я против клише. Потому что мозг — это «предмет темный, исследованию не подлежит», как говорил герой «Формулы любви». Резервы головного мозга уникальны!

Что такое среднестатистическая норма? Для простоты восприятия неврологи выставили своего рода «маячки». В три месяца ребенок должен держать голову (может и в три недели, может в месяц или в два, но в три месяца — обязан) и начать гулить. Шесть месяцев — переворот со спины на живот, соответственно, появляется лепетная речь — какие-то слоги («ба», «ма», «ла»). Это начатки речи. Десять месяцев — начало вертикализации, малыш пытается стать на ноги, и здесь появляются первые слова, так называемые фонемы. Например, «би» — машинка, «ма» — мама и т. д. Фонемы и полноценная человеческая речь — это разные вещи.

По современным мировым суждениям ребенок должен в год говорить три слова или понятные для окружающих фонемы.

— Эти нормы как-то меняются с течением времени? Скажем, тридцать лет назад и сегодня?

— Совершенно верно, меняются. Ведь советских докторов (а я из их числа) действительно учили немножко по-другому. В СССР было принято так: годовалый малыш должен говорить десять слов, фонем или имитаций звуков животных. Честно сказать, достаточно долго именно на эту норму и опирались.

Но статистика — вещь упрямая. Это сбор данных тысяч, миллионов людей: кто, что и как говорит. Взяли среднестатистический показатель и выяснилось, что десять слов в год сейчас говорит редкий малыш. Почему? Специалисты в поведенческой неврологии стали задаваться этим вопросом.

В прошлом году я была на Балтийском конгрессе по детской неврологии — это серьезный симпозиум, где собираются все корифеи, чьи книги мы читаем, на чьем опыте учимся, к чьему мнению прислушиваемся. Так вот, обсуждали вопрос: почему было десять слов, а стало — три? Серьезные ученые вспомнили о том, что детей-то раньше отдавали в детский сад в год. Из микросоциума — в макросоциум. В год ребенок уже был социализирован. Поэтому появлялась речевая мотивация. Раннее введение прикормов — соответственно, жевание. А это прекрасная тренировка речевого аппарата. Подгузников не было. Раннее формирование навыков опрятности наверняка тоже влияло на развитие коммуникации и речевой функции.

Когда я по привычке еще пыталась считать десять слов у годовалого ребенка, не получалось практически никогда… Несколько лет назад мировые стандарты поменялись. Чтобы люди не расстраивались, наверное (смеется. — Прим. Onliner).

— Важно, чтобы норма не стала жестоким хлыстом, правда?

— Совершенно верно. Сейчас все поменялось и в акушерстве, и в выхаживании деток… Как-то так исторически сложилось, что ко мне приходит много недоношенных детей, деток из близнецов. Я их очень люблю, потому что у меня самой двойняшки. А двойни и тройни часто бывают маловесными. «Как же будет дальше складываться их жизнь?» — волнуются родители. У меня есть пациенты, которые родились весом в 500, 600, 700 граммов. Еще 15—20 лет назад прогноз для полноценной жизни таких детей был близок к нулю. Практически всегда такой малыш имел тяжелую неврологическую патологию. А сейчас — нет. Эти детки прекрасно идут в школу, учатся и т. д. Более того, у многих из них и не было речевых проблем. Возможно, потому, что, когда доктора боролись за их жизнь, выхаживали, сформировались дополнительные синаптические связи.

Так что скажу вам со всей ответственностью: если ребенок недоношенный, это абсолютно не означает, что в будущем его ждут какие-то серьезные проблемы.

И наоборот. Вроде идеальная беременность, отсутствие осложнений, прекрасные роды, а в три-четыре года — серьезные речевые нарушения. Так тоже бывает достаточно часто.

— То есть никаких гарантий нет?

— Именно. Анатомически центр моторной речи не очень удачно расположен — на границе кровоснабжения двух артерий. Если что-то идет не так — травма в родах, обвитие пуповиной, острая кислородная недостаточность, внутриутробная инфекция и т. д. — он страдает. В большей или меньшей степени. А дальше включается нейропластичность — кому как повезет.

— Из-за чего еще дети молчат, в чем причина?

— Если говорить о неврологической проблеме, то на первое место выходит перинатальная патология — гипоксия плода, инфекции. То, что происходит в дородовом периоде.

Затем — родовая травма, которую, увы, никто не отменял. Все виды острой нехватки кислорода, тугое обвитие пуповиной, например.

Очень большое значение имеют первые несколько месяцев жизни. Травмы головы, тяжелые инфекции могут привести к повреждению головного мозга и, соответственно, в будущем повлиять на развитие речи.

Что касается более доброкачественной задержки речи, здесь имеет значение наследственность, особенно у мальчиков. Это описано в литературе. Если в роду по мужской линии многие поздно заговорили, то ребенок тоже начнет разговаривать, скажем, не в три года, а в четыре. Например, в семье три мальчика. И каждый начинает говорить в три с половиной — четыре года. Это нормально. Мама уже понимает, что так может быть, волнуется меньше.

Еще одна причина — расстройства аутистического спектра. Сейчас очень много таких деток, это правда. Но в большинстве случаев подозрения родителей напрасны.

Как правило, когда речь идет о двухлетнем (или чуть старше) ребенке, который не говорит, я спрашиваю: «Какие у вас планы на детский садик?» Это очень важно. Выход из микросоциума должен произойти. Три-четыре месяца ребенку необходимо пробыть не с родителями, а с другими людьми. Это станет индикатором: истинное отставание или задержка темпа речевого развития?

Здесь мы переходим к еще одной причине задержки речи — это материнская гиперопека. То, что в англоязычной литературе называют helicopter parenting. Например, я прошу ребенка в своем кабинете: «Мишенька, принеси, пожалуйста, пирамидку, она стоит на полочке». Даю задание, чтобы определить, насколько малыш меня понимает, слышит, обладает социальным интересом. Половина мам несутся впереди ребенка, показывают пальцем на пирамидку — точно так же они делают и дома. Нависают «плащом». Полностью ограничивают индивидуальную свободу, не дают малышу раскрыться. А в песочнице и в детском саду нужно самому сказать: «Дай ведро» или «На лопатку». Уже нет мамы, которая в любой момент произнесет: «Дай моему Мишеньке ведро». Поэтому три-четыре месяца в детском коллективе — это очень важный период. Одновременно я даю детям и родителям задания. Например, берете буханку хлеба, идете кормить лебедей и говорите своему ребеночку: «Мишенька, оторви кусочек хлебушка». Он отрывает. А потом нужно сказать: «Оторви меньше (больше)». Не пальцем тыкать и отламывать, а действительно разобраться, понимает ли вас человек.

Эти легкие задания помогают определить, что происходит с ребенком. Если малыш справляется, желаю здоровья, назначаю рыбий жир и советую показаться в два года девять-десять месяцев. Если же нет, нужно распутывать клубок дальше.

— Всегда ли молчание ребенка говорит о какой-то проблеме? Ведь много случаев, когда малыши не разговаривают, а потом как ни в чем не бывало догоняют сверстников.

— Очень часто дети молчат, когда не видят смысла в произношении слов. Представьте ситуацию. Ребенок дома, мама спрашивает: «Что ты будешь пить, сок или чай?» И (очень важно!) этого объекта нет перед глазами у ребенка. То есть он не может до него дотянуться или показать ручкой. Тогда, конечно, малышу выгодно начать говорить, ответить: «Сок». Он включен в речевой процесс. У ребенка действительно есть мотивация разговаривать. А иначе он может молчать.

— В какой момент стоит идти к врачу?

— Я бы посоветовала родителям, если что-то их беспокоит или пугает, поделить ответственность с теми, кто в теме. Например, ребенку почти два года, а он совсем молчит. В такой ситуации надо идти к неврологу. Чтобы дал какие-то задания, предложил понаблюдать за поведением и пониманием речи.

Я любимый доктор у многих бабушек (смеется. — Прим. Onliner), потому что повторяю: идеально воспитывать ребенка в формате «советское детство». Что я имею в виду? Абсолютное отсутствие гаджетов в руках, потому что их нет, не изобрели еще. Телевизор — очень дозированно: днем — мультфильм, вечером — «Калыханка». Бесконечное количество улицы: песочницы, самокаты, велосипеды… Песочницы и еще раз песочницы… Потому что они — тоже вариант социума. Это то, к чему я прошу родителей максимально приблизиться.

— Не наблюдаете ли вы сейчас обратную крайность в поколении молодых родителей: английский чуть ли не с рождения, научить читать — в три года? Как влияет на наше общество эта сверхидея о развитии?

— Я думаю, что все сейчас наблюдают эту крайность. Иногда это выглядит немного комично. «Развитие ребенка — это так важно!» — повторяют родители. А я спрашиваю: «Скажите, много ли у вас неграмотных знакомых — людей, которые не умеют читать и писать? Вот прям крестиком расписываются?» Отвечают: «Да как-то нет ни одного». Я продолжаю: «А есть ли у вас знакомые, которые плохо рисуют или с трудом подбирают рифму, испытывают проблемы с творческим началом?» — «Конечно, полно!»

Так вот, мозг, он умный. Не зря у человека два полушария: одно ведущее, а второе — творческое, вспомогательное. И формироваться они должны примерно одинаково, помогая друг другу. Если мы загружаем ведущее полушарие — английский в три года, китайский в пять лет (был у меня мальчик, уже иероглифы в этом возрасте писал), — то вторая часть мозга откажется работать. Закон сохранения энергии еще никто не отменял. Иногда мне приходится напоминать об этом родителям.

«В три года наш ребенок считает по-английски, но почему-то говорит по-русски с трудом». Естественно. В головном мозге за все отвечают свои центры: один — за моторику, второй — за калькуляцию, третий — за распознавание букв… Если один центр перегружен, второй имеет полное право отнестись к себе более бережно. Иногда мы такому ребенку делаем энцефалограмму, и она вся с признаками перевозбуждения, иногда даже крайнего возбуждения. То есть мозг работает не отдыхая. Я показываю родителям, говорю: «Поберегите человека. Пусть он лучше спит у вас да двигается больше, ибо вся моторика в одной извилине, в том числе речевая». Многие мамы и папы ведь отказываются: «Не надо нам днем спать! Будем учиться лишние два часа!» Так вот, дневной сон до шести лет — обязателен. Головной мозг должен днем отдыхать, особенно у детей. Когда мне говорят: «У нас музыкальная школа, и карате, и китайский, и английский, и еще всякое…», я вздыхаю. Мозг нужно беречь. Развивать его гармонично.

— Как разговаривать о задержке речевого развития с мамами и папами, чтобы не усилить их и без того большое чувство вины и стыда?

— Никогда в жизни я не вгоняю родителей в стыд и уж тем более не поддерживаю чувство вины. Хотя бы потому, что мы с мужем многодетные родители и прекрасно понимаем, что, если человек пришел в кабинет к врачу и говорит о своем беспокойстве, это уже хороший и ответственный родитель. Он молодец! Видит, что что-то не так, и хочет получить ответы на свои вопросы.

Чувство вины или стыда я растворяю сразу. Даже если мама (одна или при папе) начинает плакать: «Это я во всем виновата, потому что были сложные роды», я сразу отвечаю: «Вы вообще ни в чем не виноваты никогда! И должны гордиться собой. Вы молодец». Моя задача — вселить веру. Если родители хотели ребенка, все делали и делают для того, чтобы его родить и растить полноценным, то им надо помогать, а не винить!

Иногда сложно выйти из этой раковины вины и стыда. Папа и мама думают: «Может быть, наш ребенок не говорит, потому что мы полетели в отпуск на третьем месяце? Или потому, что я выпила бокал шампанского в Новый год, не зная о беременности?» Мы имеем право быть живыми людьми. Вина и стыд — точно не те слова, которые звучат в моем кабинете. Моя задача — помочь ребеночку и сделать родителей более счастливыми!

Спецпроект подготовлен при поддержке ООО «ЛОДЭ», УНП 100262226.

Читайте также:

Хроника коронавируса в Беларуси и мире. Все главные новости и статьи здесь

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Самые оперативные новости о пандемии и не только в новом сообществе Onliner в Viber. Подключайтесь

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. [email protected]

Наталья Маркевич: «Свет в Москве не разговаривает, а буквально кричит»

От света, дневного и искусственного, в нашей жизни зависит практически все: неправильно подобранное освещение способно «убить» архитектуру и интерьер и заставить человека чувствовать себя некомфортно и даже болезненно. Это зона ответственности светодизайнера. О том, как устроена работа представителя этой редкой профессии, что не так с освещением городских улиц в Москве и надо ли нам равняться на запад, мы расспросили практикующего светодизайнера и куратор курса «Световой дизайн» в школе МАРШ Наталью Маркевич.

Кто такой светодизайнер, и какие дисциплины совмещает в себе эта профессия?

Если коротко, то светодизайнер — это дизайнер, который занимается проблемами освещения. Очень долго дизайнера (вне зависимости от области работы) воспринимали у нас в стране, как человека, который рисует красивые картинки и не более, и дизайн освещения здесь не исключение. Из-за неправильного понимания профессии довольно долго существовала путаница с определением профессии. Я сама очень часто сталкивалась с тем, что меня воспринимали как визуализатора, инженера, спецификатора, продавца осветительного оборудования и тд.

На самом деле, световой дизайн — это все вместе. Задача дизайнера освещения – решить с помощью света поставленную задачу, предложить грамотное, красивое и удобное световое решение. Свет не существует в вакууме, он является неотъемлемой частью архитектуры. Но помимо того, что свет создает форму и видимые очертания предметов, он также является сильнейшим эмоциональным раздражителем.

Световая инсталляция Light Speed от студии светового дизайна Heathfield & Co.

Другими словами, светодизайнер — это специалист, который говорит на языке света, то есть может выражать эмоции, атмосферу и архитектурную идею пространства посредством световых эффектов и, вместе с тем, обеспечить комфортное функциональное использование пространства. Он также обязан разбираться в технике и световом оборудовании, знать основы электротехники и управления. Таким образом, мы видим, что первостепенные дисциплины, которые легли в основу профессии, это архитектура и светотехника. Большинство практикующих светодизайнеров пришли именно из этих областей. Но это далеко не все, что приходится учитывать при создании проекта освещения. Именно этим так и интересна профессия светодизайнера: в ней сочетаются психология, дизайн интерьера, архитектура, маркетинг, фотография, сценография, медицина, техника и многое другое.

Кажется, сейчас свету уделяют большое внимание (одна новогодняя иллюминация в Москве чего стоит). Насколько профессия светодизайнера востребована?

Востребована и становится все более популярной. Хотя и имеет мало отношения к новогодней иллюминации в Москве (надеюсь, только пока). Я думаю о популярности профессии можно говорить, когда открываются учебные заведения, дающие соответствующие навыки и люди, которые хотят этому учиться. В этом году мы выпустили первый курс «Светового дизайна» в МАРШ, и желающих прийти к нам учиться становится все больше.

У меня эта специальность ассоциируется, в первую очередь, с иллюминацией городских улиц, но на самом деле, светодизайнер может работать и с архитектурой, и с интерьером, верно? В чем его задача и где его поле ответственности?

Совершенно верно! Светодизайнер работает с пространством. Конечно, у освещения фасада, ландшафта или интерьера есть свои специфические нюансы и особенности, но есть и много общего. Нельзя забывать, что освещение в первую очередь нужно людям. Зданиям без людей, ни внутри, ни снаружи, оно не нужно. Именно мы определяем функциональную и эстетическую значимость пространства и хотим это подчеркнуть. Таким образом, задача светодизайнера — создать комфортное и экономически целесообразное световое пространство для человека.

Задачи дизайнера освещения очень разнообразны, они не ограничиваются выбором и расстановкой светильников.

Пример освещения моста в Париже, фото – Anthony Delanoix.

С одной стороны, свет это нечто нематериальное, с другой – он напрямую влияет на восприятие материальных объектов вокруг. Светодизайнер это в большей степени техник или все-таки художник?

И то и другое! Как любой дизайнер, дизайнер освещения объединяет в себе творческое и техническое начало, и именно поэтому он – дизайнер. Другими словами, «светодизайнер», не обладающий пространственным мышлением и эстетическим восприятием пространства, не способный взять на себя креативную часть проекта, — светотехник. И наоборот, специалист, предлагающий артистические красивые решения, но не имеющий возможности подкрепить их с технической стороны, — художник.

Как бы вы оценили уровень развития светодизайна в России и Москве, есть ли примеры удачного светового дизайна?

Скажу так, нам есть куда расти, но уже заметны изменения. Появляются архитекторы и заказчики, для которых просто светло, уже не критерий, и которые хотят и могут оценить тонкую работу со светом. Приходит понимание, что свет – это не чисто утилитарная опция, и появляется запрос, как со стороны городских властей, так и со стороны коммерческих заказчиков, на более масштабные, проработанные проекты освещения пешеходных улиц, отдельных зданий и комплексов, вплоть до разработки световых мастер-планов целых городов. 

Правда, из-за плохо отработанной системы коллаборации на проекте и нехватки специалистов в большинстве случаев результаты не столь впечатляющие.

По данным официального сайта мэра Москвы, скоро в Москве установят 3,7 тысяч фонарей с теплым белым светом. Город будет освещен в рамках единой свето-цветовой концепции.

В чем главная проблема освещения в Москве?

Проблем несколько. Основная проблема в том, что света в вечернее время много. Очень! Появляется ощущение, что свет уже не разговаривает с нами, а буквально кричит с фасадов и улиц города.

Вторая проблема в том, что свет не скоординирован. Город это сложный многоплановый организм, где люди работают, живут, отдыхают, приезжают любоваться достопримечательностями — у всех разные потребности, задачи и ожидания. Конечно, такой город как Москва, должен обладать своей световой айдентикой, узнаваемой световой концепцией. Но эта концепция не должна одинаково ложиться и на центральные бизнес районы, и на жилые кварталы. Например, я считаю, что яркое фасадное освещение общественных зданий, расположенных в жилой застройке, и тем более размещение медиаэкранов, которые в вечернее время окрашивают квартиры жителей в розово-фиолетовые цвета, — недопустимо. Так же, как и применение световых приборов с одинаково широкой оптикой на трассах и на дорогах внутри городских районов, результатом чего является сильное световое загрязнение и засветка в окна квартир.

На какие страны нам нужно равняться и нужно ли?

Наверное, нет. В данной ситуации мы опять оказались между Европой и Азией. И если европейские страны часто «недоосвещены» на наш вкус, – что связано как с традициями этих стран, так и с экономией энергоресурсов (камерное, «человечное» освещение максимально стремится гармонировать с низкоэтажной застройкой и бережно относиться к окружающей среде и циркадным ритмам человека), – то азиатские страны даже для нас бывают слишком пересвечены.

Свет сегодня это, кажется, самая инновационная отрасль. Как меняется светодизайн, есть ли какие-то тенденции в этой сфере?

Светотехника это действительно одна из самых быстроразвивающихся областей. С появлением светодиодов производители каждый год делают огромные скачки, увеличивая возможности световых приборов, постоянно уменьшая их размеры. Это подарило нам основную особенность современного архитектурного освещения — максимальную интегрированность света в архитектуру.

Производители декоративных светильников, кажется, разделились на два лагеря. Одни производят все более минималистичные миниатюрные светильники, способные раствориться в интерьере или в ландшафте. Другие же, наоборот, возрождают ретро-формы из прошлого. На последней выставке в Милане сразу несколько производителей представили светильники на индуктивной зарядке, которые не привязаны к одному месту и с которыми можно передвигаться и по дому, и по улице. Пожалуй, о такой возможности не вспоминали больше ста лет, со времени изобретения электричества, когда люди оставили свои керосиновые лампы, с которыми раньше приходилось перемещаться по городу из-за отсутствия городского освещения.

Но, что касается основных принципов проектирования светового дизайна, определенных Ричардом Келли еще в 1950-х годах, то они практически не изменились.

Освещение в районе железнодорожной станции Омотэсандо в Токио, фото – Alex Knight.

Планируя интерьер, архитектор заботится как об искусственном, так и о естественном освещении. Существует ли такое понятие, как проектирование естественного освещения в городах?

Да, конечно, это называется инсоляцией. Проектируя городские районы, необходимо учитывать расположение зданий относительно друг друга, чтобы обеспечить достаточное проникновение солнечного света в жилые и общественные помещения. Традиционно в нашей стране это всегда входило в обязанности архитекторов, тогда как в Европе данной проблемой занимаются именно светодизайнеры. Некоторые районы Москвы и Подмосковья уже столкнулись с проблемой, когда при несогласованной между собой точечной застройке образовываются дворы и даже целые кварталы, в которые солнечные лучи не попадают никогда.

Другой проблемой, может стать неучтенное взаимодействие формы и материалов фасада с солнечным светом. Самый знаменитый пример – здание The Walkie-Talkie в Лондоне. При завершении строительства вогнутая форма стеклянного фасада стала работать как гигантская лупа, фокусируя солнечные лучи и перенаправляя их. Таким образом это здание расплавило несколько автомобилей, припаркованных на траектории отраженного луча. Эффект держался ежедневно в течении нескольких часов, а температура «луча смерти» достигала 120С. Люди приходили жарить яичницу на асфальте, проверяя силу сфокусированного солнечного света. Сейчас это здание закрыто специальным сетчатым материалом.

На обложке: одна из башен «Москвы-сити», фото – Майк Кононов.

Мы не разговариваем — Консультационный центр

Мы не разговариваем

« Мы просто больше не разговариваем. »

« Как будто мы не проводим время вместе только с нами … так много всего происходит, трудно найти время ».

« Я чувствую себя оторванным от него / нее

Что-нибудь из этого вам знакомо? Это то, что мы часто слышим, когда люди приходят на консультацию для супружеских пар. . Это неприятное место для отношений.И это не значит, что все ваши отношения должны быть «веселыми», но это может быть особенно одиноким местом. Когда люди в отношениях попадают в эту колею, так сказать, может потребоваться некоторое время, намерение и энергия, чтобы выбраться из нее ( не говоря уже об обратной связи от опытного консультанта по парам !). Конечно, это выполнимо, но это зависит от каждого человека, вовлеченного в отношения.

Мы консультируем пары, но как мы попали в эту колею?

Ну, это не обязательно четкий ответ (как и все остальное).Не обязательно есть какая-то одна причина, по которой люди в отношениях застревают в этой колее. Это может быть результатом того, что вы совершаете движения друг с другом, но не тратите время на взаимодействие и общение друг с другом. Это может быть результатом того, что вы не можете вести диалог о конфликте (т. Е. Не знаете, как эффективно бороться). Это может быть результатом того, что вы очень заняты жизнью и забываете заботиться друг о друге. Это может быть результатом растущего негодования и злобы, что приводит к отказу от вашего партнера.Это может быть что угодно из вышеперечисленного или больше.

Это реально поправимо? Это потрясающе.

Мой короткий ответ — да, и это зависит от обстоятельств. Да, потому что эта работа эффективна, и подход (терапия пар по методу Готтмана) во многом поддерживается множеством пар и множеством исследований. Да, потому что, если вы и ваш партнер хотите, чтобы это сработало, велика вероятность, что так и будет. Да из-за миллиона других причин, на которые у меня нет ни места, ни времени. В конце концов, да, ощущение, что вы находитесь в колее, и на самом деле не общаетесь, это поправимо.В частности, поправимо ли это для вас? Это зависит.

Конечно, зависит от обстоятельств. Мы не знаем вас, мы не знаем специфики вашей ситуации и не знаем, как вы отреагируете на терапию для пар. Итак, опять же, другой ответ на вопрос, поправимо ли это, состоит в том, что это зависит от обстоятельств. Успех консультации зависит от нескольких факторов. Возможно, одним из наиболее важных факторов является ваше желание приложить усилия для внесения изменений. Есть люди, которые проходят через это и не желают выполнять работу (и, следовательно, не получают многого от консультаций), а есть люди, которые проходят через это, которые действительно вовлечены и желают выполнять работу.Успех лучше у второй группы.

Сила НЕГОВОРЯ

Важная — нет, жизненно важная — часть качественной связи НЕ разговаривает. Это означает, что иногда приходится держать язык за зубами. Молчание — единственный способ слушать. Но зачастую это бывает непросто!

Слушайте подкаст здесь
Сила паузы

На прошлой неделе мой 10-летний сын пошел со мной в продуктовый магазин. Он любит ехать со мной, когда его сестры нет рядом, потому что это означает, что он может ехать на переднем сиденье.Он загружал компакт-диски в проигрыватель компакт-дисков, чего он никогда не делал, потому что он только начал кататься на переднем сиденье по коротким поручениям. Затем он нашел мой старинный компакт-диск с The Strokes, и мы слушали их. Я рассказывал ему, что они были самой популярной группой в течение примерно двух секунд, когда я впервые переехал в Нью-Йорк. А потом он полностью выключил радио и сказал: «Мама, мне что-то интересно. Что вы с папой собираетесь делать, когда мы с Лилиан уйдем из дома? » Дети, правда? Я этого не ожидал.

Я сказал ему, что не особо задумывался об этом и просто высказал несколько идей, которые у меня были. Затем я сделал паузу, чтобы перевести дух, и продолжил говорить. Потому что мне часто кажется, что, когда я получаю эти возможности, чтобы поговорить о вещах, которые более важны, чем ваше основное, что на ужин, и, пожалуйста, выпейте немного воды, и кто хочет посмотреть серию «В одиночестве?» Но потому что это было то, чего я не знал » Я действительно долго думал над этим, я сделал паузу дольше, чем обычно. А потом он просто продолжал говорить и задавать вопросы.

И если я просто отвечал на его вопрос, а потом закрывал рот, он просто продолжал говорить и задавать вопросы. Обычно я старался сделать это обучающим моментом, понимаете, и втиснуть как можно больше информации, пока он, казалось, был в восприимчивом состоянии. Это было отличным напоминанием о том, что нам не всегда нужно вести автобус во время разговора и пытаться направить его туда, куда мы хотим, или сохранить его в живых. Иногда нам просто нужно не забывать молчать.

Прекратить болтать и начать слушать

Особенно во время неловкого разговора мы можем просто продолжать трепаться, чтобы заполнить пустоту.Это может почти ощущаться как огромное желание продолжать говорить, как давление изнутри. Но это не помогает!

Еще одна причина, по которой мы можем слишком много говорить, — это когда мы чувствуем себя некомфортно, уязвимыми или ошибаемся. Например, если кто-то предлагает вам что-то сделать, а вы не можете или не хотите этого делать по какой-либо причине, вместо того, чтобы просто сказать: «Спасибо за приглашение, но я не могу его принять», мы склонны продолжать и о причине, почему. Поистине, иногда НЕ разговаривает — это самый большой подарок, который мы можем сделать .В конце концов, вы не можете слушать, когда говорите. Присутствовать тоже сложно. Когда вы не разговариваете, вы можете воспринимать язык тела собеседника. Вы можете почувствовать собственное дыхание, собственное сердцебиение. Можно отдыхать и быть внимательнее.

Почувствуйте себя комфортно с тишиной

Есть совет о том, как вести переговоры или продать что-то, в котором говорится, что после того, как вы сделаете свое предложение, первым заговорит тот, кто капитулирует. Мне не нравится этот совет, потому что он создает впечатление, будто вы пытаетесь обмануть человека, с которым ведете переговоры.Но как владелец бизнеса я понял, что, когда я разговариваю с потенциальным клиентом, будь то написание текста или коучинг, после того, как я сделал свое предложение, мне просто нужно заткнуть рот.

Людям, с которыми вы разговариваете, нужно время, чтобы осмыслить то, что вы сказали, и обработать, и предоставление им этого места на самом деле является подарком. Очень редко делиться пространством в тихой паузе с кем-то другим. И действительно, именно эта новинка, я думаю, заставляет чувствовать себя так неудобно. Просто мы к этому не привыкли.Но именно так мы даем друг другу возможность уловить то, что только что сказал другой человек. Он говорит: «Я здесь, я слушаю, я подожду». Что, разве не так приятно чувствовать?

Ежедневное маленькое задание

Твое крошечное задание — не забыть сдерживаться в следующем разговоре с кем-нибудь. Там, где вы обычно вставляете болтовню о чем-то, сделайте паузу. Посмотри, что получится. Посмотрите, не приобретет ли разговор неожиданный оборот или зайдет ли он глубже, чем вы ожидали.

Значит, в карантине много не болтаешь. Вот как сохранить здоровый голос: NPR

При социальном дистанцировании многие люди говорят меньше, а их голоса звучат отрывисто. Скотт Саймон из NPR беседует с логопедом Сэнди Хирш о том, чтобы голос звучал должным образом.

СКОТТ САЙМОН, ВЕДУЩИЙ:

Когда вы просыпаетесь утром, ваш голос может звучать немного лягушачьим (откашливается).Никакого неуважения к лягушкам, но вы начинаете говорить, и этот земноводный тон утихает. Но что, если вы находитесь в карантине один и просто меньше разговариваете? Сэнди Хирш, речевой патолог из Сиэтла, которая сейчас к нам присоединяется. Большое спасибо за то, что были с нами.

СЭНДИ ХИРШ: Это огромное удовольствие, Скотт. Спасибо, что пригласили меня.

САЙМОН: Что произойдет с вашим голосом, если его мало использовать?

HIRSCH: Ну, знаете, голос похож на другие части тела.Немного скрипим. Когда я встаю утром в 61 год, мне кажется, что мне около 85.

САЙМОН: (Смех).

HIRSCH: А потом, когда я пойду в ванную и чищу зубы, я могу вернуться примерно к 70. Знаете, к тому времени, когда я сижу за своим столом и готов к работе, я назад к моему 61. И голос ничем не отличается. Знаешь, если ты им не пользуешься, он становится немного капризным.

САЙМОН: Есть ли какой-нибудь долговременный ущерб, который можно нанести, если говорить меньше?

HIRSCH: Если люди испытывают стойкие, тревожные изменения в голосе, им всегда следует проконсультироваться с голосовым клиницистом.Что касается долгосрочного ущерба, вам придется молчать очень и очень долго. Теперь мы знаем, что голос претерпевает изменения по мере того, как мы становимся старше, когда голос может фактически становиться слабее, точно так же, как другие части нашего тела становятся слабее по мере того, как мы становимся старше. И мы должны сделать так, чтобы они оставались — вы знаете, они остаются сильными. Но в вокальном плане эта ситуация — временная ловушка.

САЙМОН: Сэнди, как вы думаете, есть ли эмоциональный эффект от того, что молчание много?

HIRSCH: Знаете, честно говоря, мне нравится этот вопрос, потому что он говорит о вокальной идентичности.Вы знаете, кто мы, когда наш голос звучит в мире по сравнению с тем, кем мы являемся в нашей собственной голове? Иногда это два очень разных человека, так что все может пойти в любом направлении. Я думаю, что людям с проблемами психического здоровья очень одиноко. А для людей, которые этого не делают, это может быть момент для большего творчества, пробуя те части нашей идентичности, о существовании которых мы даже не подозревали.

САЙМОН: Я так понимаю, у вас есть упражнения, которые может использовать почти каждый в этот период.

HIRSCH: Да, да, я так рад, что вы спросили, Скотт, я должен сказать. У меня есть бутылка с водой, в которой есть соломинка, которая немного шире обычной соломинки. Я опускаю соломинку в воду …

САЙМОН: Ага.

HIRSCH: … И я просто буду скользить вверх и вниз по такой шкале.

(ЗВУК ВОДЫ)

HIRSCH: Это просто отличная растяжка мышц.

САЙМОН: Я попробую, хорошо?

HIRSCH: Хорошо, попробуй, да.

(ЗВУК ВОДЫ)

ХИРШ: Полностью поднимитесь по весам. Подниматься. Мягко дует.

САЙМОН: Извини (смех).

HIRSCH: Вы … вы помыли лицо, не так ли?

САЙМОН: Да, знал (смех).

ХИРШ: Другие упражнения, которые люди могут делать, — это кричать на кошку в саду, чтобы та выбралась из клумбы и огорода. Эй, убирайся оттуда, понимаешь? Эй, эй, эй, что ты делаешь? А потом, вы знаете, вы можете просто продлить звук на гласной е с комфортной высотой тона.

САЙМОН: (вокализируя).

HIRSCH: О, черт возьми — и прекрасный маленький распад в конце. Это было великолепно.

САЙМОН: Сэнди Хирш — патолог речи из Сиэтла. И большое спасибо.

HIRSCH: Большое вам спасибо. Было приятно.

(ЗВУК ПЕСНИ «АРПЕГИАТ!»)

КЕН БЕРТОН: (вокализирует). Твоя очередь.

Авторские права © 2020 NPR. Все права защищены. Посетите страницы условий использования и разрешений на нашем веб-сайте www.npr.org для получения дополнительной информации.

стенограмм NPR создаются в срочном порядке Verb8tm, Inc., подрядчиком NPR, и производятся с использованием патентованного процесса транскрипции, разработанного NPR. Этот текст может быть не в окончательной форме и может быть обновлен или изменен в будущем. Точность и доступность могут отличаться. Авторитетной записью программирования NPR является аудиозапись.

Когда беспокоиться, если ваш ребенок не разговаривает

У вас проблемы с пониманием вашего малыша? Может быть, вы даже задавались вопросом, стоит ли вам задуматься о логопеде.В конце концов, речь вашего ребенка будет влиять на всю его жизнь, верно? Плохие языковые навыки могут вызвать трудности в школе, спровоцировать хулиганство и даже повлиять на способность вашего ребенка когда-нибудь найти работу. Умение хорошо говорить важно на протяжении всей их жизни.

Как логопед может помочь вашему ребенку?

Логопед или логопед сертифицирован Американской ассоциацией речи, языка и слуха (ASHA), имеет клиническую подготовку и имеет как минимум степень магистра.Согласно ASHA, патолог логопеда подготовлен, чтобы помочь со следующими проблемами:

  • Расстройства речи (произношение или артикуляция)
  • Языковые расстройства (понимание и использование письменной и устной речи в словах и предложениях)
  • Расстройства социального общения (понимание социальных компонентов вербального и невербального общения)
  • Когнитивно-коммуникативные расстройства (внимание, планирование и решение проблем)
  • Расстройства глотания (дисфагия)

Каждый раз, когда у вас возникают проблемы с речью или языковым развитием вашего ребенка, рекомендуется показать его специалисту по речевой патологии.Все еще не уверены, стоит ли вам беспокоиться? Вот некоторая информация о тревожных признаках задержки речи или проблемы.

Предупреждающие признаки задержки речи

От первых воркующих звуков до полностью сформированных предложений языковые навыки каждого ребенка будут развиваться с разной скоростью. Даже братья и сестры по-разному развивают речь. Однако по мере того, как ваш ребенок растет и развивается, его речь должна постоянно улучшаться.

К 2 годам ваш ребенок должен начать складывать два слова вместе, например, «мой мяч» или «больше печенья».«Незнакомые слушатели должны понимать примерно половину того, что говорит ваш ребенок, а в возрасте трех лет большинство людей должно понимать их. Если ваш ребенок борется с одним из следующих факторов, возможно, пришло время записаться на прием к патологу речи.

Проблема, которая может влиять на речь или язык (потеря слуха, нарушение слуховой обработки, задержка в развитии или расстройства аутистического спектра).

  • Сложность следования направлениям
  • Использует меньше слов, чем другие дети их возраста
  • Заикание
  • Проблемы с чтением или письмом
  • Если вам или другим людям сложно понять своего ребенка
  • Дразнить других или разочарование из-за того, как ваш ребенок говорит
  • Взаимодействие или игра, которые кажутся необычными
  • Другие думают, что ваш ребенок моложе их, из-за его речи

Причины задержки речи

Есть несколько факторов, которые могут вызвать задержку речи, например, потеря слуха, физические проблемы с верхним ртом, нарушение обучаемости или определенные диагностируемые состояния, такие как расстройство аутистического спектра или церебральный паралич.Также возможно, что задержка речи может происходить изолированно без какого-либо другого медицинского диагноза. В логопедии часто говорят, что мы лечим симптомы. То есть формальный диагноз или конкретная причина не требуются для лечения проблем, связанных с речью.

Чего ожидать от логопеда

Когда ваш ребенок приступит к логопеду, его обследует логопед. Каждое лечение будет разработано с учетом индивидуального плана лечения для вашего ребенка.Психотерапевт может использовать языковые упражнения, такие как игры, разговоры, книги и моделирование звуков. Они также могут использовать артикуляционную терапию, которая включает в себя помощь вашему ребенку в том, чтобы научиться произносить определенные звуки, или терапию кормления и глотания по мере необходимости.

Ключ к раннему вмешательству

Принятие решения о поиске патолога речи — это первый шаг к лечению вашего ребенка. И помните, что чем раньше вы научите своего ребенка работать с логопедом, тем быстрее он увидит результаты.

Не знаете, где найти услуги логопеда в вашем районе? Поговорите со своим врачом, чтобы найти ближайшего к вам логопеда.

Все возможные причины, по которым я сейчас не говорю

Я интроверт. Это означает, что я обычно предпочитаю книги вечеринкам и тихие вечера дома «увлекательным» групповым занятиям. Я не ненавижу людей. Отнюдь не. Я дорожу тем узким кругом близких друзей, которого приобрел на протяжении многих лет, и мне действительно одиноко, когда у меня не было достаточно значимого общения.

Быть интровертом также означает, что я много раз молчу.

Я не могу говорить за всех интровертов, но лично у меня есть два режима разговора. Первый возникает, когда я извергаю все мысли, накопившиеся в моей голове. Вещи, над которыми я пережевывала какое-то время. То, что я ждал подходящего момента, чтобы сказать. Обычно мои мысли вылетают, когда я чувствую себя комфортно рядом с кем-то — когда они «поднимают» меня на какой-то уровень и поймут, что я хочу сказать.В этом режиме меня часто принимают за экстраверта.

В режиме №2 я почти ничего не говорю. Вот тогда моя интроверсия становится очевидной. Люди спрашивают, «скучно ли мне» или «расстроено». Они восклицают: «Ты такой тихий!» подобное никогда не приходило мне в голову раньше. Они могут даже посчитать меня заносчивым или грубым. Они кажутся искренне сбитыми с толку, почему я не борюсь за пол, как все.

Так что же на самом деле происходит, когда я молчу? Вот все возможности. Интроверты, можете ли вы поговорить?

Все возможные причины, по которым этот интроверт не говорит

1.Я не могу придумать, что сказать.

Я действительно не могу. Мой разум стал пустым. Его засыпало сразу столько мыслей, что возникла ментальная тупик. Как на загруженной автостраде в час пик, ничего не движется. Мои мысли принимают форму вспышек образов, полуформированных предложений и расплывчатых чувств, но они не сливаются в слова. Поверьте, мне тоже не нравится эта неловкость.

2. Я сосредоточен на другом.

Мои мысли в другом месте: Что мне заказать в ресторане? Я звучу придурком в этом письме? Когда я что-то обдумываю, я молчу.Экстраверты, как правило, «думают вслух», озвучивая свои мысли по мере их обработки (я знаю некоторых экстравертов, которые делают это, даже когда никого нет рядом). С другой стороны, интроверты склонны к внутреннему процессу, уделяя внимание собственному внутреннему монологу. Они обращаются внутрь и глубоко концентрируются — даже если это всего лишь выбор между креветками или курицей.

3. Групповых разговоров слишком много.

Здесь так много людей. Это слишком громко. Разговаривают сразу несколько человек. Что ты сказал? Этот разговор идет так быстро, что у меня мало времени на размышления.Я имел смысл добавить… waaaaait … и разговор продолжился. Я всегда играю в догонялки. И мне надоели светские разговоры — можем ли мы поговорить о чем-то важном?

4. Мне просто нравится наблюдать.

Я всегда был больше наблюдателем, чем предпринимателем. В детстве я мог часами смотреть в наши большие окна гостиной, просто наблюдая за приходом и уходом людей снаружи. Даже сегодня мне иногда нравится быть в оживленном месте, просто расслабиться, расслабиться и полюбоваться сценой.В тихом наблюдении есть что-то медитативное. Это отличный способ подзарядить мою «батарею интроверта», когда я гуляю с группой людей.

5. Вы все равно не «поймете» то, что я хочу сказать.

Я буду полностью честен. Часто я держу свои мысли при себе, потому что не думаю, что другой человек поймет или расскажет. В худшем случае, я подозреваю, что другой человек будет подлым, осуждающим или жестоким. Может быть, в прошлом они заставляли меня чувствовать себя глупо из-за того, что открывалась им; После разговора с ними мне стало хуже, а не лучше.Я стану тише и спокойнее с этим человеком.

Я уверен, что этот сценарий случается и с интровертами, и с , и с экстравертами время от времени, но нам, интровертам, может быть сложнее справиться с этим. По моему опыту, экстраверты с большей легкостью «выкладывают все на всеобщее обозрение». С другой стороны, многим интровертам необходимо доверять другому человеку, прежде чем он поделится интимными подробностями своей жизни или личных проблем. И когда кто-то критикует или унижает нас, наш мозг, занимающийся глубокой обработкой, будет пережевывать взаимодействие часами (или днями).

6. Вообще-то, я не в порядке.

Произошло что-то плохое. Я не получил работу. Я поссорилась со своим парнем. Сегодня все идет не так, но я не хочу сейчас говорить о ПРОБЛЕМЕ. Мне нужно время подумать. Возможно, позже, когда у меня будет время осмыслить, я расскажу. А пока я молчу.

7. Я вежливо пытаюсь закончить разговор, но собеседник не понимает намека.

Угу. Верно. Хорошо. * смотрит на сотовый телефон * Какими бы короткими ни были мои ответы, иногда собеседник не понимает намек.Как интроверт, я люблю слушать, но не тогда, когда люди этим пользуются. Я собираюсь сделать что-то не-интровертное и прервать вас!

8. Я плохо себя чувствую или устал.

Каждый — интроверт или экстраверт — более подавлен, когда болен или устал. Однако большинство известных мне экстравертов могут сплотиться лучше меня. Они получают «кайф» от общения и возбуждения, давая им заряд энергии, даже когда они в депрессии. Интроверты не чувствуют такого же кайфа, и на самом деле их легче перегрузить из-за того, как их мозг реагирует на награды.Когда я бегу на пустом месте, я буду особенно тихим.

9. Я отключился или мечтал.

Извините! Интересный мир в моей голове на мгновение унес меня от реальности. Вы можете это повторить?

10. Я вышла из-под контроля.

Выходные были слишком заняты. Я был в осаде на работе, в школе или дома, и у меня почти не было простоев. Дело не в том, что я злюсь, подавлен или бескорыстен — у меня просто нет сил говорить прямо сейчас. Мне отчаянно нужно побыть одному, чтобы подзарядиться.Поверьте, через несколько часов (или дней) наедине с собой, интроверт , я вернусь в Режим №1.

(Что такое интроверт? Вот наше подробное объяснение.)

Вам может понравиться:

Вам понравилась эта статья? Подпишитесь на нашу рассылку, чтобы получать больше подобных историй.

Кто и почему слышит

Глава крупного подразделения транснациональной корпорации проводил собрание, посвященное оценке эффективности.Каждый старший менеджер встал, оценивал людей в своей группе и оценивал их для продвижения по службе. Хотя в каждой группе были женщины, ни одна из них не прошла. Один за другим каждый менеджер по сути заявлял, что каждая женщина в его группе не обладает уверенностью в себе, необходимой для продвижения по службе. Начальник дивизии начал сомневаться в своих ушах. Как могло случиться, что все талантливые женщины в дивизионе страдали неуверенностью в себе?

По всей видимости, нет.Подумайте о многих женщинах, которые покинули крупные корпорации, чтобы открыть собственное дело, очевидно, демонстрируя достаточно уверенности, чтобы добиться успеха самостоятельно. Суждения об уверенности можно вывести только из того, как люди себя представляют, и большая часть этого представления имеет форму разговора.

Генеральный директор крупной корпорации сказал мне, что ему часто приходится принимать решения за пять минут по вопросам, над которыми другие, возможно, работали пять месяцев. Он сказал, что использует это правило: если человек, делающий предложение, кажется уверенным, генеральный директор его одобряет.Если нет, он говорит «нет». Это может показаться разумным подходом. Но моя область исследований, социолингвистика, говорит об обратном. Генеральный директор, очевидно, думает, что знает, как звучит уверенный в себе человек. Но его суждение, которое может быть абсолютно правильным для одних, может быть совершенно неправильным для других.

Общение не так просто, как сказать то, что вы имеете в виду. То, как вы говорите то, что вы имеете в виду, имеет решающее значение и отличается от одного человека к другому, потому что использование языка — это усвоенное социальное поведение: то, как мы говорим и слушаем, сильно зависит от культурного опыта.Хотя мы можем думать, что наши способы выражения того, что мы имеем в виду, естественны, мы можем столкнуться с проблемами, если интерпретируем и оцениваем других так, как если бы они обязательно чувствовали то же самое, что и мы, если бы мы говорили так, как они.

С 1974 года я исследую влияние лингвистического стиля на разговоры и человеческие отношения. За последние четыре года я распространил это исследование на рабочее место, где я наблюдал, как способы разговора, полученные в детстве, влияют на суждения о компетентности и уверенности, а также на то, кто будет услышан, кто получит признание и что будет сделано.

Глава подразделения, ошеломленный, услышав, что всем талантливым женщинам в его организации не хватает уверенности, вероятно, был прав, когда отнесся к этому скептически. Старшие менеджеры судили женщин в своих группах по своим собственным языковым нормам, но женщины — как и люди, выросшие в другой культуре — часто выучили разные стили речи, чем мужчины, из-за чего они могут казаться менее компетентными и самоуверенными. уверен, чем они.

Что такое лингвистический стиль?

Все, что говорится, должно быть сказано определенным образом — определенным тоном голоса, с определенной скоростью и с определенной степенью громкости.Хотя часто мы сознательно обдумываем, что сказать, прежде чем говорить, мы редко думаем о том, как это сказать, за исключением случаев, когда ситуация явно загружена — например, собеседование при приеме на работу или сложная проверка эффективности. Лингвистический стиль относится к характерной манере речи человека. Он включает в себя такие функции, как прямолинейность или косвенность, темп и пауза, выбор слов и использование таких элементов, как шутки, образы речи, рассказы, вопросы и извинения. Другими словами, лингвистический стиль — это набор культурно усвоенных сигналов, с помощью которых мы не только передаем то, что имеем в виду, но также интерпретируем значение других и оцениваем друг друга как людей.

Эта статья также встречается в:

Считайте, что чередование — один из элементов лингвистического стиля. Разговор — это предприятие, в котором люди чередуются: один говорит, затем отвечает другой. Однако этот, казалось бы, простой обмен требует тонкого согласования сигналов, чтобы вы знали, когда другой человек закончил, и ваша очередь начать. Культурные факторы, такие как страна или регион происхождения и этническое происхождение, влияют на продолжительность паузы, которая кажется естественной. Когда Боб из Детройта разговаривает со своим коллегой Джо из Нью-Йорка, ему трудно сказать что-то в сторону, потому что он ожидает немного более продолжительной паузы между поворотами, чем Джо.Пауза такой длины никогда не наступает, потому что, прежде чем у нее есть шанс, Джо чувствует неловкое молчание, которое он наполняет новыми разговорами о себе. Оба мужчины не понимают, что им мешают различия в стиле разговора. Боб думает, что Джо напорист и не интересуется тем, что он говорит, а Джо думает, что Бобу особо нечего сказать. Точно так же, когда Салли переехала из Техаса в Вашингтон, округ Колумбия, она продолжала искать подходящее время, чтобы вломиться во время собраний персонала, но так и не нашла его.Хотя в Техасе ее считали общительной и уверенной в себе, в Вашингтоне ее считали застенчивой и уединенной. Ее начальник даже посоветовал ей пройти курс обучения самоуверенности. Таким образом, небольшие различия в стиле разговора — в данном случае пауза в несколько секунд — могут оказать неожиданное влияние на то, кого услышат, и на суждения, в том числе психологические, которые делаются о людях и их способностях.

Каждое высказывание функционирует на двух уровнях. Мы все знакомы с первым: язык передает идеи.Второй уровень в основном невидим для нас, но он играет важную роль в общении. Как форма социального поведения язык также определяет отношения. Говоря, мы сигнализируем — и создаем — относительный статус говорящих и уровень их взаимопонимания. Если вы скажете: «Садитесь!» вы сигнализируете, что у вас более высокий статус, чем у человека, к которому вы обращаетесь, что вы настолько близки друг другу, что можете отбросить все любезности, или что вы злитесь. Если вы говорите: «Для меня будет честью, если вы сядете», вы сигнализируете о большом уважении или большом сарказме, в зависимости от тона вашего голоса, ситуации и того, что вы оба знаете о том, насколько вы на самом деле близки.Если вы говорите: «Вы, должно быть, так устали — почему бы вам не сесть?», Вы выражаете либо близость и беспокойство, либо снисхождение. Каждый из этих способов сказать «одно и то же» — сказать кому-то сесть — может иметь совершенно разное значение.

В каждом сообществе, известном лингвистам, образцы, составляющие языковой стиль, относительно различны для мужчин и женщин. То, что «естественно» для большинства мужчин, говорящих на определенном языке, в некоторых случаях отличается от того, что «естественно» для большинства женщин.Это потому, что мы учимся говорить по мере взросления, особенно у сверстников, а дети, как правило, играют с другими детьми того же пола. Исследование социологов, антропологов и психологов, наблюдающих за играющими американскими детьми, показало, что, хотя и девочки, и мальчики находят способы установления взаимопонимания и ведения переговоров о статусе, девочки, как правило, усваивают разговорные ритуалы, которые сосредоточены на измерении раппорта в отношениях, тогда как мальчики, как правило, учатся. изучите ритуалы, которые сосредоточены на измерении статуса.

Девочки обычно играют с одним лучшим другом или небольшими группами, и они проводят много времени за разговорами. Они используют язык, чтобы обсудить, насколько они близки; например, девушка, которой вы рассказываете свои секреты, становится вашим лучшим другом. Девочки учатся преуменьшать значения, в которых одни лучше других, и подчеркивать, в чем они все одинаковы. С детства большинство девочек узнают, что излишняя уверенность в себе сделает их непопулярными среди сверстников, хотя на самом деле никто не воспринимает такую ​​скромность буквально.Группа девушек подвергнет остракизму девушку, которая привлекает внимание к собственному превосходству и критикует ее, говоря: «Она думает, что она что-то есть»; а девушка, которая говорит другим, что делать, называется «властной». Таким образом, девочки учатся говорить таким образом, чтобы уравновешивать свои собственные потребности с потребностями других — сохранять лицо друг для друга в самом широком смысле этого слова.

Мальчики обычно играют по-другому. Обычно они играют в больших группах, в которые можно включить больше мальчиков, но не ко всем относятся как к равным.Ожидается, что мальчики с высоким статусом в своей группе будут подчеркивать, а не преуменьшать свой статус, и обычно один или несколько мальчиков будут считаться лидером или лидерами. Мальчики обычно не обвиняют друг друга в том, что они властны, потому что от лидера ожидается, что он будет указывать мальчикам с более низким статусом, что им делать. Мальчики учатся использовать язык для обсуждения своего статуса в группе, демонстрируя свои способности и знания, бросая вызов другим и сопротивляясь вызовам. Отдавать приказы — один из способов получить и сохранить статусную роль.Другой находится в центре внимания, рассказывая истории или анекдоты.

Это не означает, что все мальчики и девочки так растут, чувствуют себя комфортно в этих группах или одинаково успешно ведут переговоры в рамках этих норм. Но по большей части эти детские игровые группы — это место, где мальчики и девочки изучают свой стиль общения. В этом смысле они растут в разных мирах. В результате у женщин и мужчин разные привычные способы выражения того, что они имеют в виду, и разговоры между ними могут быть похожи на межкультурное общение: вы не можете предположить, что другой человек имеет в виду то, что вы имели бы в виду, если бы вы сказали то же самое. вещь точно так же.

Мои исследования компаний в США показывают, что уроки, полученные в детстве, переносятся и на работу. Рассмотрим следующий пример. В крупной транснациональной компании была организована фокус-группа для оценки недавно внедренной политики гибкого рабочего времени. Участники сели в круг и обсудили новую систему. Группа пришла к выводу, что это превосходно, но они также договорились о способах его улучшения. Встреча прошла хорошо и была признана всеми успешной, согласно моим собственным наблюдениям и всем комментариям в мой адрес.Но на следующий день меня ждал сюрприз.

Я покинул собрание с впечатлением, что Фил был ответственным за большинство предложений, принятых группой. Но когда я печатал свои записи, я заметил, что Шерил внесла почти все эти предложения. Я думал, что ключевые идеи исходили от Фила, потому что он уловил аргументы Шерил и поддержал их, говоря при этом более подробно, чем она, когда поднимала их.

Было бы легко считать, что Фил украл идеи Шерил — и ее гром.Но это было бы неточно. Фил никогда не считал идеи Шерил своими. Сама Шерил позже рассказывала мне, что покинула встречу, уверенная, что внесла значительный вклад, и что она ценит поддержку Фила. Она со смехом вызвалась добровольно: «Это был не из тех случаев, когда женщина говорит что-то, а это игнорируется, затем мужчина говорит это, и это улавливается». Другими словами, Шерил и Фил хорошо работали как одна команда, группа выполнила свою задачу, а компания получила то, что нужно. так в чем была проблема?

Я вернулся и спросил всех участников, которые, по их мнению, были наиболее влиятельными членами группы, наиболее ответственными за принятые идеи.Схема ответов была показательной. Две другие женщины в группе звали Шерил. Двое из трех мужчин звали Фил. Из мужчин только Фил по имени Шерил. Другими словами, в этом случае женщины более точно оценивали вклад другой женщины, чем мужчины.

Подобные встречи проходят ежедневно в компаниях по всей стране. Если менеджеры не умеют очень внимательно прислушиваться к тому, что люди говорят о том, что они имеют в виду, таланты таких людей, как Шерил, вполне могут быть недооценены и недоиспользованы.

Один вверх, один вниз

Индивидуальные носители различаются по степени чувствительности к социальной динамике языка — другими словами, к тонким нюансам того, что им говорят другие. Мужчины, как правило, чувствительны к силовой динамике взаимодействия, разговаривая таким образом, чтобы позиционировать себя как «один наверху» и сопротивляться тому, чтобы другие поставили его в положение «один вниз». Женщины, как правило, сильнее реагируют на динамику взаимопонимания, говоря таким образом, чтобы сохранить лицо для других, и буферизовать утверждения, которые можно рассматривать как ставящие других в невыгодное положение.Эти языковые паттерны широко распространены; вы можете слышать их в сотнях обменов на рабочем месте каждый день. И, как в случае с Шерил и Филом, они влияют на то, кто будет услышан и кому будет доверять.

Получение кредита.

Даже такая небольшая лингвистическая стратегия, как выбор местоимения, может повлиять на то, кто получит признание. В своем исследовании на рабочем месте я слышал, как мужчины говорят «я» в ситуациях, когда я слышал, как женщины говорят «мы». Например, руководитель одной издательской компании сказал: «Я нанимаю нового менеджера.Я собираюсь поставить его во главе моего маркетингового отдела », как будто он владел корпорацией. Напротив, я записал, как женщины говорили «мы», имея в виду работу, которую они выполняли в одиночку. Одна женщина объяснила, что было бы слишком саморекламировать очевидным образом заявить о себе, сказав: «Я сделала это». И все же она ожидала — иногда тщетно, — что другие узнают, что это ее работа, и воздадут ей должное, на которое она сама не претендовала.

Даже выбор местоимения может повлиять на то, кто получит признание.

Менеджеры могут сделать поспешный вывод о том, что женщин, не считающих того, что они сделали, следует учить этому. Но это решение проблематично, потому что мы ассоциируем способы разговора с моральными качествами: то, как мы говорим, — это то, кем мы являемся и кем мы хотим быть.

У Вероники, старшего научного сотрудника высокотехнологичной компании, был наблюдательный начальник. Он заметил, что многие идеи, исходящие от группы, принадлежат ей, но часто кто-то другой трубит о них в офисе и получает за них признание.Он посоветовал ей «владеть» своими идеями и убедиться, что она получила признание. Но Вероника обнаружила, что ей просто не нравилась работа, если ей приходилось подходить к ней как к тому, что казалось ей непривлекательной и непривлекательной «игрой на захват». Именно ее неприязнь к такому поведению заставила ее в первую очередь избегать его.

Какой бы ни была мотивация, женщины реже, чем мужчины, научились трубить в свой рог. И они с большей вероятностью, чем мужчины, верят, что в этом случае их не полюбят.

Многие утверждали, что растущая тенденция распределения работы по командам может быть особенно благоприятной для женщин, но она также может создавать сложности для оценки работы.Когда идеи генерируются и работа выполняется в уединении команды, результат работы команды может ассоциироваться с человеком, наиболее активно заявляющим о результатах. Есть много женщин и мужчин — но, вероятно, относительно больше женщин — которые не хотят выставлять себя подобным образом и, следовательно, рискуют не получить должное за их вклад.

Уверенность и хвастовство.

Генеральный директор, который основывал свои решения на уровне уверенности ораторов, сформулировал ценность, которую широко разделяют в U.S. business: Один из способов оценить уверенность — это поведение человека, особенно вербальное. И здесь многие женщины оказываются в невыгодном положении.

Исследования показывают, что женщины чаще преуменьшают свою уверенность, а мужчины — преуменьшают свои сомнения. Психолог Лори Хезерингтон и ее коллеги разработали гениальный эксперимент, о котором они сообщили в журнале Sex Roles (том 29, 1993). Они попросили сотни поступающих в колледж студентов предсказать, какие оценки они получат на первом курсе.Некоторых испытуемых попросили сделать свои прогнозы в частном порядке, записав их и поместив в конверт; других попросили сделать свои прогнозы публично в присутствии исследователя. Результаты показали, что больше женщин, чем мужчин, предсказывали себе более низкие оценки, если они делали свои прогнозы публично. Если они делали свои прогнозы в частном порядке, прогнозы были такими же, как у мужчин — и такими же, как их фактические оценки. Это исследование свидетельствует о том, что то, что воспринимается как неуверенность — предсказание более низких оценок для себя — может отражать не реальный уровень уверенности, а желание не казаться хвастливым.

Женщины склонны преуменьшать свою уверенность; мужчины склонны сводить к минимуму свои сомнения.

Эти привычки выглядеть скромными или уверенными являются результатом социализации мальчиков и девочек их сверстниками в детских играх. Как взрослые, и женщины, и мужчины обнаруживают, что такое поведение подкрепляется положительными отзывами, которые они получают от друзей и родственников, разделяющих те же нормы. Но нормы поведения в деловом мире США основаны на стиле взаимодействия, который более распространен среди мужчин — по крайней мере, среди американских мужчин.

Задавая вопросы.

Хотя правильные вопросы — одна из отличительных черт хорошего менеджера, то, как и когда задаются вопросы, может стать непреднамеренным сигналом о компетентности и власти. В группе, если только один человек задает вопросы, он или она рискует прослыть единственным невежественным. Более того, мы судим других не только по тому, как они говорят, но и по тому, как с ними разговаривают. Человек, задающий вопросы, может в конечном итоге получить лекцию и выглядеть как новичок под опекой учителя.То, как мальчики социализируются, с большей вероятностью осознает лежащую в основе динамику власти, благодаря которой задающий вопрос может оказаться в позиции «один вниз».

Один практикующий врач на собственном горьком опыте узнал, что любой обмен информацией может стать основанием для суждений — или неправильных суждений — о компетентности. Во время обучения она получила отрицательную оценку, которую она считала несправедливой, поэтому она попросила своего лечащего врача дать объяснения. Он сказал, что она знала меньше своих сверстников.Пораженная его ответом, она спросила, как он пришел к такому выводу. Он сказал: «Вы задаете еще вопросы».

Наряду с культурными влияниями и индивидуальностью, гендер, кажется, играет роль в том, задают ли люди вопросы и когда. Например, из всех наблюдений, сделанных мною в лекциях и книгах, наибольшее восторженное признание вызывает тот факт, что мужчины реже, чем женщины, останавливаются и спрашивают дорогу, когда заблудились. Я объясняю, что мужчины часто сопротивляются тому, чтобы спросить дорогу, потому что они осознают, что это ставит их в невыгодное положение, и потому что они ценят независимость, которая приходит с самостоятельным поиском пути.Спрашивание направления во время вождения — это только один случай — наряду со многими другими, изученными исследователями, — когда мужчины, по-видимому, реже задают вопросы, чем женщины. Я считаю, что это потому, что они больше, чем женщины, настроены на то, что вопросы могут потерять лицо. А мужчины, которые считают, что задавание вопросов может негативно отразиться на них, могут, в свою очередь, сформировать негативное мнение о других, которые задают вопросы в ситуациях, в которых они этого не сделали.

Мужчины более склонны, чем женщины, к тому, что при задании вопросов потенциально теряет лицо.

Разговорные ритуалы

Разговор — это, по сути, ритуал в том смысле, что мы говорим способами, принятыми в нашей культуре, и ожидаем определенных типов ответов. Возьмем, к примеру, поздравления. Я слышал, как приезжие в Соединенные Штаты жаловались, что американцы лицемерны, потому что они спрашивают, как у вас дела, но не интересуются ответом. Американцам, как дела? очевидно, это ритуальный способ начать разговор, а не буквальный запрос информации.В других частях света, включая Филиппины, люди спрашивают друг друга: «Куда вы собираетесь?» когда они встречаются. Этот вопрос кажется навязчивым для американцев, которые не понимают, что это тоже ритуальный вопрос, на который единственный ожидаемый ответ — расплывчатое «Вон там».

Наблюдать за разными ритуалами в зарубежных странах легко и интересно. Но мы не ожидаем различий и гораздо менее склонны осознавать ритуальный характер наших разговоров, когда мы с соотечественниками на работе.Наши разные ритуалы могут быть еще более проблематичными, если мы думаем, что все говорим на одном языке.

Извинения.

Рассмотрим простую фразу Мне жаль .

Екатерина: Как прошла эта большая презентация?

Боб: О, не очень хорошо. Вице-президент по финансам часто критиковал меня, и цифры у меня не было под рукой.

Екатерина: Ой, извините. Я знаю, как усердно вы над этим работали.

В данном случае Мне очень жаль , вероятно, означает «Мне очень жаль, что произошло», а не «Прошу прощения», если только Кэтрин не обязана предоставить Бобу номера для презентации. Женщины, как правило, говорят «, прости, » чаще, чем мужчины, и часто они имеют в виду это таким образом — как ритуальное средство выражения беспокойства. Это один из многих усвоенных элементов стиля разговора, который девушки часто используют для установления взаимопонимания. Ритуальные извинения — как и другие разговорные ритуалы — работают хорошо, когда обе стороны разделяют одни и те же предположения относительно их использования.Но люди, которые часто произносят ритуальные извинения, могут в конечном итоге казаться более слабыми, менее уверенными и буквально более заслуживающими порицания, чем люди, которые этого не делают.

Извинения, как правило, по-разному воспринимаются мужчинами, которые больше склонны сосредотачиваться на статусных последствиях обмена. Многие мужчины избегают извинений, потому что считают, что они ставят оратора в невыгодное положение. Я с некоторым удивлением наблюдал за встречей нескольких юристов, ведущих переговоры по громкой связи. В какой-то момент адвокат, в офисе которого я сидел, случайно толкнул телефон локтем и прервал звонок.Когда его секретарь снова устроил вечеринки, я ожидал, что он скажет то, что я сказал бы: «Извините за это. Я ударил по телефону локтем ». Вместо этого он сказал: «Эй, что случилось? Одна минута вы были там; в следующую минуту тебя не было! » Похоже, у этого адвоката было автоматическое побуждение не признавать вину, если в этом не было необходимости. Для меня это был один из тех поворотных моментов, когда вы понимаете, что мир, в котором вы живете, не тот, в котором живут все, и что способ, которым вы предполагаете разговаривать, на самом деле только один из многих.

Те, кто предупреждает менеджеров не подрывать их авторитет извинениями, подходят к взаимодействию с точки зрения динамики власти. Во многих случаях эта стратегия эффективна. С другой стороны, когда я спрашивал людей, что их разочаровывает в работе, одна из часто высказываемых жалоб была связана с работой или с кем-то, кто отказывается извиняться или признавать свою вину. Другими словами, принятие ответственности за ошибки и признание ошибок может быть равно эффективной или превосходной стратегией в некоторых ситуациях.

Обратная связь.

Стили обратной связи содержат ритуальный элемент, который часто является причиной недопонимания. Рассмотрим следующий обмен мнениями: менеджеру пришлось попросить своего директора по маркетингу переписать отчет. Она начала эту потенциально неудобную задачу, сославшись на сильные стороны отчета, а затем перешла к главному: слабым сторонам, которые необходимо исправить. Директор по маркетингу, казалось, понял и принял комментарии своего руководителя, но его версия содержала лишь незначительные изменения и не устраняла основные недостатки.Когда менеджер сказал ему о ее неудовлетворенности, он обвинил ее в том, что она ввела его в заблуждение: «Ты сказал мне, что это нормально».

Тупик возник из-за разных языковых стилей. Для менеджера было естественным смягчить критику, начав с похвалы. Сообщение подчиненному о том, что его отчет неадекватен и его необходимо переписать, ставит его в невыгодное положение. Похвалить его за хорошие стороны — это ритуальный способ сохранить лицо для него. Но директор по маркетингу не разделял предположения своего руководителя о том, как следует давать обратную связь.Вместо этого он предположил, что то, что она упомянула первым, было главным, а то, что она подняла позже, было второстепенным.

Те, кто ожидает обратной связи от того, как ее представил менеджер, оценят ее такт и сочтут более резкий подход излишне бессердечным. Но те, кто разделяет предположения директора по маркетингу, сочли бы грубый подход честным и серьезным, а менеджер — вводящим в заблуждение. Поскольку предположения каждого из них казались самоочевидными, каждый обвинял другого: менеджер думал, что директор по маркетингу не слушает, и он думал, что она не общалась четко или передумала.Это важно, поскольку показывает, что инциденты, неопределенно обозначенные как «плохое общение», могут быть результатом различных языковых стилей.

Комплименты.

Обмен комплиментами — распространенный ритуал, особенно среди женщин. Несовпадение ожиданий по поводу этого ритуала поставило Сьюзен, менеджера в области управления персоналом, в невыгодное положение. Она и ее коллега Билл выступили с докладами на национальной конференции. В самолете домой Сьюзен сказала Биллу: «Это был отличный разговор!» «Спасибо», — сказал он.Затем она спросила: «Что ты думаешь о моем?» Он ответил пространной и подробной критикой, так как она неловко слушала. Ее охватило неприятное чувство подавленности. Почему-то ее позиционировали как послушницу, нуждающуюся в его экспертном совете. Хуже того, она должна была винить только себя, поскольку она, в конце концов, спросила Билла, что он думает о ее разговоре.

Но просила ли Сьюзен получить ответ? она спросила Билла, что он думает о ее выступлении, она ожидала услышать не критику, а комплимент.Фактически, ее вопрос был попыткой исправить неудачный ритуал. Первоначальный комплимент Сьюзан Биллу был своего рода автоматическим признанием, которое, по ее мнению, более или менее необходимо после выступления коллеги, и она ожидала, что Билл ответит соответствующим комплиментом. Она просто говорила автоматически, но он либо искренне неправильно понял ритуал, либо просто воспользовался возможностью, чтобы насладиться позицией критика. Какой бы ни была его мотивация, именно попытка Сьюзен спровоцировать обмен комплиментами открыла ему дорогу.

Хотя этот обмен мог произойти между двумя мужчинами, не кажется случайным, что он произошел между мужчиной и женщиной. Лингвист Джанет Холмс обнаружила, что женщины делают больше комплиментов, чем мужчины ( Anthropological Linguistics , том 28, 1986). И, как я заметил, меньше мужчин, вероятно, спросят: «Что вы думаете о моем выступлении?» именно потому, что вопрос может вызвать нежелательную критику.

В социальной структуре групп сверстников, в которых они растут, мальчики действительно ищут возможности унизить других и занять для себя позицию «один выше».Напротив, один из ритуалов, которые изучают девушки, — это занять позицию «один вниз», но при условии, что другой человек осознает ритуальную природу самооправдания и вернет его обратно.

Обмен мнениями между Сьюзен и Биллом также показывает, как характерные женские и мужские стили могут поставить женщин в невыгодное положение на рабочем месте. Если один человек пытается свести к минимуму статусные различия, поддерживать видимость, что все равны, и сохранять лицо для другого, в то время как другой человек пытается сохранить позицию «один вверх» и избегать позиционирования как «один вниз», человек, ищущий единого позиция вверх, скорее всего, получит его.В то же время человек, который не прилагал никаких усилий, чтобы избежать позиции «один вниз», скорее всего, окажется в ней. Поскольку женщины с большей вероятностью возьмут (или примут) роль ищущего совета, мужчины более склонны интерпретировать ритуальный вопрос женщины как просьбу о совете.

Ритуальная оппозиция.

Извинения, смягчение критики похвалой и обмен комплиментами — обычные для женщин ритуалы, которые мужчины часто воспринимают буквально. Обычный среди мужчин ритуал, который женщины часто воспринимают буквально, — это ритуальное противодействие.

Женщина по связям с общественностью рассказала мне, что с отвращением и тревогой наблюдала, как ее сослуживец яростно спорил с другим коллегой о том, чье подразделение должно пострадать от урезания бюджета. Однако еще больше ее удивило то, что вскоре они стали такими же дружелюбными, как и раньше. «Как вы можете притвориться, что драки никогда не было?» спросила она. «Кто делает вид, что этого никогда не было?» — ответил он, озадаченный ее вопросом так же, как и ее поведение. «Это случилось, — сказал он, — и все кончено». То, что она воспринимала как буквальную драку для него, было рутинной частью ежедневных переговоров: ритуальной схваткой.

Многие американцы ожидают, что обсуждение идей будет ритуальной борьбой, то есть исследованием через словесное противодействие. Они представляют свои собственные идеи в наиболее достоверной и абсолютной форме и ждут, чтобы увидеть, не бросят ли им вызов. Принуждение к защите идеи дает возможность проверить ее. В том же духе они могут сыграть адвокатов дьявола, оспаривая идеи своих коллег — пытаясь вытащить дыры и найти слабые места, — чтобы помочь им исследовать и проверять свои идеи.

Этот стиль может хорошо работать, если его разделяют все, но те, кто к нему не привык, скорее всего, упустят его ритуальную природу. Они могут отказаться от идеи, которая подвергается сомнению, принимая возражения как указание на то, что идея была плохой. Хуже того, они могут воспринять оппозицию как личную атаку и могут счесть невозможным сделать все возможное в спорной среде. Люди, непривычные к этому стилю, могут оградить себя от высказывания своих идей, чтобы отразить потенциальные атаки. По иронии судьбы, такая позиция делает их аргументы слабыми и с большей вероятностью вызовет нападение со стороны драчливых коллег, чем отразит их.

Ритуальное противостояние может даже сыграть роль в том, кто будет принят на работу. Некоторые консалтинговые фирмы, которые набирают выпускников ведущих бизнес-школ, используют метод конфронтационного собеседования. Они предлагают кандидату «раскрыть дело» в режиме реального времени. Партнер одной фирмы сказал мне: «Женщины, как правило, хуже справляются с подобным взаимодействием, и это определенно влияет на то, кого нанимают. Но на самом деле многие женщины, которые не «хорошо тестируют», оказываются хорошими консультантами. Часто они умнее некоторых мужчин, которые под давлением выглядели аналитическими гигантами.”

Те, кому не нравится словесное противодействие — женщины или мужчины — рискуют показаться неуверенными в своих идеях.

Уровень вербальной оппозиции варьируется от культуры одной компании к другой, но я видел примеры этого во всех организациях, которые я изучал. Любой, кому не нравится этот лингвистический стиль — включая некоторых мужчин, а также многих женщин — рискует оказаться неуверенным в своих идеях.

Орган по ведению переговоров

В организациях формальные полномочия исходят от занимаемой должности.Но о фактических полномочиях нужно договариваться изо дня в день. Эффективность отдельных менеджеров частично зависит от их навыков ведения переговоров и от того, подкрепляют ли другие их усилия или подрывают их. То, как лингвистический стиль отражает статус, играет тонкую роль в размещении людей в иерархии.

Управление вверх и вниз.

Во всех компаниях, которые я исследовал, я слышал от женщин, которые знали, что они делают превосходную работу, и знали, что их коллеги (а иногда и их непосредственные начальники) тоже знали об этом, но считали, что начальство — нет.Они часто говорили мне, что что-то постороннее их сдерживает, и находили это разочаровывающим, потому что считали, что все, что должно быть необходимо для успеха, — это хорошо выполнять свою работу, что превосходные результаты должны быть признаны и вознаграждены. Напротив, мужчины часто говорили мне, что если женщин не продвигали по службе, то только потому, что они просто не в духе. Однако, оглядываясь вокруг, я увидел свидетельства того, что мужчины чаще, чем женщины вели себя так, чтобы их узнавали те, кто мог определять их продвижение по службе.

Во всех компаниях, которые я посетил, я наблюдал за тем, что происходило в обеденное время. Я видел молодых людей, которые регулярно обедали со своим начальником, и старших мужчин, которые ели с большим начальником. Я заметил, что гораздо меньше женщин искали людей самого высокого уровня, с которыми они могли бы есть. Но у человека больше шансов получить признание за проделанную работу, если он расскажет об этом вышестоящему руководству, и это легче сделать, если линии связи уже открыты. Кроме того, имея возможность поговорить с начальством, мужчины и женщины, вероятно, будут по-разному рассказывать о своих достижениях из-за разных способов их социализации в детстве.Мальчиков награждают сверстники, если они рассказывают о своих достижениях, а девочек вознаграждают, если они преуменьшают свои. Лингвистические стили, распространенные среди мужчин, могут дать им некоторые преимущества, когда дело доходит до управления.

Все выступающие знают о статусе человека, с которым разговаривают, и соответствующим образом корректируются. Все говорят по-разному, когда разговаривают с начальником, чем с подчиненным. Но, что удивительно, способы, которыми они корректируют свой разговор, могут быть разными и, таким образом, могут проецировать разные образы самих себя.

Исследователи в области коммуникаций Карен Трейси и Эрик Айзенберг изучали, как относительный статус влияет на то, как люди критикуют. Они составили деловое письмо, в котором содержались некоторые ошибки, и попросили 13 студентов мужского и 11 женского пола разыграть ролевую игру с критикой по двум сценариям. В первом выступающем был начальник, разговаривавший с подчиненным; во втором говорящий был подчиненным, разговаривавшим со своим начальником. Исследователи измерили, насколько сильно выступающие пытались не задеть чувства человека, которого они критиковали.

Можно ожидать, что люди будут более осторожны в том, как они критикуют, когда они находятся в подчиненном положении. Трейси и Айзенберг обнаружили, что эта гипотеза верна для мужчин, участвовавших в их исследовании, но не для женщин. Как они сообщили в Research on Language and Social Interaction (Volume 24, 1990/1991), женщины больше беспокоились о чувствах другого человека, когда они играли роль начальника. Другими словами, женщины были более осторожны, чтобы сохранить лицо для другого человека, когда они справлялись с трудностями, чем когда они справлялись с ними.Этот образец напоминает способ социализации девочек: от тех, кто в чем-то лучше, ожидается, что они будут преуменьшать свое превосходство, а не выставлять напоказ.

В моих собственных записях общения на рабочем месте я наблюдал, как женщины разговаривают подобным образом. Например, когда менеджеру нужно было исправить ошибку, допущенную ее секретарем, она сделала это, признав наличие смягчающих обстоятельств. Она сказала, смеясь: «Знаешь, здесь трудно что-то делать, не так ли, когда сюда входят все эти люди!» Менеджер сохраняла лицо своей подчиненной, точно так же, как студентки разыгрывали ролевые игры в исследовании Трейси и Айзенберг.

Это эффективный способ общения? Надо спросить, для чего эффективно? Этот менеджер создал в своей группе благоприятную атмосферу, и работа была проделана эффективно. С другой стороны, многие женщины из самых разных сфер деятельности говорили мне, что их начальники говорят, что они не обладают должным авторитетом.

Косвенность.

Другой лингвистический сигнал, который меняется в зависимости от силы и статуса, — это косвенность — тенденция говорить то, что мы имеем в виду, не объясняя это таким количеством слов.Несмотря на широко распространенное в США убеждение, что лучше всегда говорить именно то, что мы имеем в виду, косвенность является фундаментальным и широко распространенным элементом человеческого общения. Это также один из элементов, который больше всего варьируется от одной культуры к другой, и он может вызвать огромное недоразумение, когда говорящие имеют разные привычки и ожидания относительно того, как его использовать. Часто говорят, что американские женщины более косвенные, чем американские мужчины, но на самом деле все склонны действовать косвенно в некоторых ситуациях и по-разному.Принимая во внимание культурные, этнические, региональные и индивидуальные различия, женщины, скорее всего, будут косвенно указывать другим, что им делать, что неудивительно, учитывая готовность девочек заклеймить других девочек как властных. С другой стороны, мужчины особенно склонны к косвенному признанию вины или слабости, что также неудивительно, учитывая готовность мальчиков подталкивать мальчиков, занимающих позицию «один вниз».

На первый взгляд может показаться, что только сильные мира сего могут сойти с рук голыми командами вроде: «Положи этот отчет на мой стол к полудню.«Но власть в организации также может привести к запросам настолько косвенным, что они совсем не похожи на запросы. Начальник, который спрашивает: «Есть ли у нас данные о продажах по продуктовым линейкам для каждого региона?» был бы удивлен и разочарован, если бы подчиненный ответил: «Скорее всего, да», а не «Я вам это принесу». Несмотря на подобные примеры, многие исследователи утверждали, что люди, занимающие подчиненные должности, с большей вероятностью будут говорить косвенно, и это, безусловно, верно в некоторых ситуациях. Например, лингвист Шарлотта Линде в исследовании, опубликованном в журнале « Language in Society » (том 17, 1988 г.), изучила разговоры «черного ящика» между пилотами и вторыми пилотами перед авиакатастрофой.В одном особенно трагическом случае самолет Air Florida врезался в реку Потомак сразу после попытки взлета из национального аэропорта в Вашингтоне, округ Колумбия, в результате чего погибли все, кроме 5 из 74 человек, находившихся на борту. Оказалось, что у пилота не было опыта полетов в ледяную погоду. У второго пилота было немного больше, и при анализе стало душераздирающе ясно, что он пытался предупредить пилота, но сделал это косвенно. Обеспокоенный наблюдением Линде, я изучил стенограмму разговоров и нашел доказательства ее гипотезы.Второй пилот неоднократно обращал внимание на непогоду и образование льда на других самолетах:

Второй пилот: Посмотри, как лед просто висит на его … ах, спине, сзади, видишь? Видишь все эти сосульки сзади и все такое?

Пилот: Ага.

[Второй пилот также выразил озабоченность по поводу долгого ожидания после устранения обледенения.]

Copilot: Мальчик, это, это проигрышная битва, пытаясь обмануть эти вещи; это [дает] вам ложное чувство безопасности, вот и все, что нужно.

[Незадолго до взлета второй пилот выразил еще одно беспокойство — по поводу ненормальных показаний приборов — но снова он не стал настаивать на этом, когда пилот не заметил его.]

Второй пилот: Это не кажется правильным, не так ли? [3-секундная пауза]. Ах, это не так. Хорошо —

Пилот: Да, есть 80.

Второй пилот: Нет, я не думаю, что это правильно. [7-секундная пауза] А, может быть, это так.

Вскоре после этого самолет взлетел с трагическими последствиями.В других случаях, помимо этого, Линде заметил, что вторые пилоты, которые являются вторыми в команде, с большей вероятностью выражают себя косвенно или иным образом смягчают или смягчают свое общение, когда они предлагают пилоту план действий. Стремясь предотвратить подобные катастрофы, некоторые авиакомпании теперь предлагают обучение вторых пилотов, чтобы они могли выражать свои мысли более уверенно.

Это решение самоочевидно подходит большинству американцев. Но когда я назначил статью Линде на семинаре для выпускников, который я проводил, один японский студент указал, что было бы столь же эффективно обучать пилотов улавливать намеки.Этот подход отражает представления о коммуникации, которые типичны для японской культуры, которая придает большое значение способности людей понимать друг друга, не выражая все словами. Либо прямолинейность, либо косвенность могут быть успешным средством общения, если участники понимают языковой стиль.

Однако в сфере труда на карту поставлено не только то, насколько понятна коммуникация. Люди, занимающие влиятельные должности, скорее всего, будут вознаграждать стили, аналогичные их собственным, потому что все мы склонны воспринимать логику наших собственных стилей как самоочевидную.Соответственно, есть свидетельства того, что на рабочем месте в США, где ожидается, что инструкции от начальника будут озвучиваться относительно прямо, те, кто, как правило, косвенно говорит подчиненным, что делать, могут быть восприняты как неуверенные.

Люди, занимающие влиятельные должности, скорее всего, будут вознаграждать языковые стили, аналогичные их собственным.

Рассмотрим случай менеджера национального журнала, который давал задания репортерам.Она имела обыкновение формулировать свои задания как вопросы. Например, она спросила: «Хотели бы вы сделать проект X с Y?» или сказал: «Я подумывал поставить вас на проект X. Все хорошо?» Это очень хорошо сработало с ее персоналом; им нравилось работать на нее, и работа выполнялась эффективно и упорядоченно. Но когда она проходила промежуточную оценку с собственным боссом, он раскритиковал ее за то, что она не ведет себя должным образом со своими подчиненными.

В любой рабочей среде человек, занимающий более высокое положение, имеет право навязать свое мнение о надлежащем поведении, частично обусловленное лингвистическим стилем.В большинстве контекстов США это мнение, вероятно, предполагает, что лицо, облеченное властью, имеет право быть относительно прямым, а не смягчать приказы. Однако бывают случаи, когда человек более высокого ранга придерживается более косвенного стиля. Владелец розничного магазина велел своему подчиненному, менеджеру магазина, что-то сделать. Он сказал, что сделает это, но неделю спустя все еще не сделал этого. Они смогли проследить проблему до следующего разговора: она сказала: «Бухгалтеру нужна помощь с выставлением счетов.Как бы вы относились к тому, чтобы помочь ей? » Он сказал: «Хорошо». В то время этот разговор казался ясным и безупречным, но оказалось, что они интерпретировали этот простой обмен очень по-разному. Она подумала, что он имел в виду: «Хорошо, я помогу бухгалтеру». Он подумал, что имел в виду: «Хорошо, я подумаю, что бы я почувствовал, помогая бухгалтеру». Он подумал об этом и пришел к выводу, что у него есть дела поважнее, и он не может пожалеть времени.

Владельцу: «Как бы вы относились к помощи бухгалтеру?» был, очевидно, подходящим способом отдать приказ «Помогите бухгалтеру с выставлением счетов.Те, кто ожидает, что приказы будут отдаваться как явные императивы, могут найти такие высказывания раздражающими или даже вводящими в заблуждение. Но те, для кого этот стиль естественен, не считают себя косвенными. Они считают, что они вежливы или уважительны.

Эта статья также встречается в:

Что нетипично в этом примере, так это то, что человек с более непрямым стилем был начальником, поэтому менеджер магазина был мотивирован адаптироваться к ее стилю. Она по-прежнему отдает заказы таким же образом, но теперь менеджер магазина понимает, как она имеет в виду то, что говорит.В деловой среде США люди с самым высоким рейтингом чаще придерживаются более прямого стиля, в результате чего многие женщины, облеченные властью, рискуют быть оцененными начальством как не обладающие надлежащей манерой поведения и, как следствие, неуверенность в себе.

Что делать?

Меня часто спрашивают: как лучше всего критиковать? или Как лучше всего отдавать приказы? — другими словами, как лучше всего общаться? Ответ в том, что лучшего пути не существует. Результаты того или иного способа разговора будут варьироваться в зависимости от ситуации, культуры компании, относительного ранга говорящих, их языковых стилей и того, как эти стили взаимодействуют друг с другом.Из-за всех этих влияний любой способ разговора может быть идеальным для общения с одним человеком в одной ситуации и пагубным для другого в другой. Важнейшим навыком для менеджеров является понимание работы и силы лингвистического стиля, чтобы быть услышанными людьми, которые могут внести что-то ценное.

Например, может показаться, что проведение собрания в неструктурированном виде дает всем равные возможности. Но осознание различий в стиле разговора позволяет легко увидеть возможность неравного доступа.Те, кому комфортно выступать в группах, кому не нужно молчать перед тем, как поднять руки, или кто легко говорит, не дожидаясь признания, с гораздо большей вероятностью будут услышаны на собраниях. Те, кто воздерживаются от разговоров до тех пор, пока не станет ясно, что предыдущий оратор закончил, кто ждут, пока их узнают, и кто склонен связывать свои комментарии с комментариями других, прекрасно справятся на встрече, где все остальные соблюдают те же правила, но будут иметь Трудно быть услышанным на встрече с людьми, чьи стили больше похожи на первый образец.Учитывая типичную для мальчиков и девочек социализацию, мужчины с большей вероятностью усвоили первый стиль, а женщины — второй, что делает встречи более благоприятными для мужчин, чем для женщин. Часто можно наблюдать, как женщины активно участвуют в дискуссиях один на один или в женских группах, но их редко слышат на встречах с большой долей мужчин. С другой стороны, есть женщины, которые разделяют стиль, более распространенный среди мужчин, и они подвергаются другому риску — быть сочтенными слишком агрессивными.

Менеджер, осведомленный об этой динамике, может придумать любое количество способов гарантировать, что все идеи будут услышаны и оценены.Хотя ни одно единое решение не подходит для всех контекстов, менеджеры, которые понимают динамику языкового стиля, могут разработать более адаптивные и гибкие подходы к работе или участию в собраниях, наставничеству или продвижению по карьерной лестнице других, оценке эффективности и т. Д. Разговор — это источник жизненной силы управленческой работы, и понимание того, что разные люди по-разному выражают то, что они имеют в виду, позволит воспользоваться талантами людей с широким спектром языковых стилей.По мере того, как рабочее место становится более разнообразным в культурном отношении, а бизнес становится более глобальным, менеджеры должны будут стать еще лучше в чтении взаимодействий и более гибкими в адаптации своего стиля к людям, с которыми они взаимодействуют.

Версия этой статьи появилась в выпуске Harvard Business Review за сентябрь – октябрь 1995 года.

Роман: Локвуд, Патрисия: 9780593189580: Amazon.com: Книги

Похвала Никто не говорит об этом :

Названа «Самой ожидаемой книгой 2021 года» Harper’s Bazaar , Vulture , O, журнал Oprah , Parade , Refinery , Good Housekeeping , The Guardian , WIRED , USA Today , Buzzfeed , Esquire , AV Club и другие!

«Один из самых проницательных наблюдателей за зрелищем цифрового дискурса.. . Локвуд — острый и часто забавный социальный критик. Она мудро пишет об эмоционально неустойчивом ландшафте Интернета. . . многие из ее изображений вызывают воспоминания и часто красивы. . . Более изобретательный, чем гранильный, стиль миссис Локвуд искусен, но не драгоценен. . . То, что начинается как ироническая история об иронии, становится интимным и трогательным портретом любви и горя. Таким образом, роман, игравший с цифровой поверхностью современной жизни, обнаруживает, что нежное сердце бьется за всем этим. — Эмили Боброу, The Wall Street Journal

«Локвуд посылает бюллетень из будущего. . . [Она] намеревалась изобразить не просто разум посредством языка, как это делала Джойс, но и то, что она называет «разумом», тающее коллективное сознание, которое слилось с единичным сознанием ее главного героя. . . Локвуд понимает это правильно, имитируя среду, проницательно пародируя ее дух. . . Боже, какая она смешная! . . . Сама Локвуд умна, ее проза оригинальна, чрезвычайно интересна и остроумна.. . мощное и парадоксальное наблюдение о том, что цифровые платформы забирают у нас. . . Сочинения Локвуда приобретают новую глубину и более сфокусированную, более богатую красоту, поскольку ее главный герой удаляется от портала и все глубже погружается в осязаемое настоящее. . . Сочинения Локвуда сияют. . . это просто история о любви, бескорыстной и радостной ». —Александра Шварц, The New Yorker

«Чтение Патрисии Локвуд вызывает вопросы. Такие вопросы, как: как человек может с такой ясностью понимать себя и мир? Как человек может так сильно пережить вещи и так оживленно их выразить? Я смеюсь или плачу? Первый роман Локвуд так же прозрачен, остроумен и ломает мозги, как ее стихи и критика. — Молли Янг, Стервятник

«[Локвуд] мастер поразительной лаконичности, когда подчеркивает абсурдность, которую мы стали слишком ленивыми, чтобы замечать. . . Это головокружительный опыт, великолепно воспроизведенный, но совершенно разрушительный. После этого я много дней носился по дому, разбитый, но благодарный за напоминание о том, что эфемерный мир, который мы создали в сети, — это тень по сравнению с болью и привязанностью, которые мы счастливы испытывать в реальной жизни ». —Рон Чарльз, The Washington Post

«Вау.Не могу вспомнить, когда в последний раз я так смеялся, читая книгу. Какой изобретательный и потрясающий писатель. Патрисия Локвуд немного похожа на Джорджа Сондерса в том, что она может писать абстрактные персонажи и при этом делать их реальными, а не просто умело сочетать слова. Как и Лорри Мур, она каким-то образом сочиняет разрушительную историю из шуток. Я так рада, что прочитала это. Я действительно считаю эту книгу замечательной ». —Дэвид Седарис, автор Calypso

«Я действительно восхищаюсь и люблю эту книгу.Патрисия Локвуд — совершенно уникальный талант, и это ее лучшая, самая смешная, самая странная и самая впечатляющая работа ». — Салли Руни, автор книги Нормальные люди и Беседы с друзьями

«Чтение Патриции Локвуд похоже на просмотр калейдоскопа, построенного озорным колдуном — мир внезапно перестраивается в космические фрагменты. дивное, унизительное и непристойное. Никто не говорит об этом — яростно оригинальный роман, живой и нестабильный; книга строится как напоминание о том, как разрушения и связи бесконечно и удивительно порождают друг друга как в Интернете, так и в местах, где наше общее цифровое сознание никогда не может достичь. — Цзя Толентино, автор книги Trick Mirror

«[ Никто не говорит об этом ] — это архипредшественник социально-литературного стиля Остин. . . [Локвуд] пишет блестяще и едко — соблазн просто продолжать цитировать ее ». —Клер Уиллс, Нью-Йоркское обозрение книг

«Локвуд — современная словесная ведьма, ее письмо поочередно великолепно и грязно. . . Главное достоинство романа — то, как он превращает все уродливое и дешевое в онлайн-культуре […] в опыт возвышенности. Нью-Йорк Таймс Книжное обозрение

«Изобилие и сочувствие Локвуда всеядны, подходят для любого предмета и создали роман, который является свирепым и в то же время деликатным, прославляющим одну короткую жизнь, которая тоже ушла. рано к Богу ». Harper’s Magazine

«Локвуд настойчиво заставляет текст светиться. . . Именно ее поэтическое видение оживляет роман, внедренный в Интернет, но не ограниченный им. . . Никто не говорит об этом. формулирует одну версию пережитого опыта с большей достоверностью, чем у многих авторов. The New Republic

«Странный, хитроумно изощренный юмор и глубокая приверженность профанам как инструменту разоблачения и критики — отличительные черты стиля Локвуда. . . Несмотря на ее опасения по поводу растворения индивидуального разума в огромном безумии онлайн-дискурса, Локвуд — стилист, который только звучит как она сама. . . [она говорит] языком духа времени и [режет ножом] сердце духа времени одним и тем же жестом — своей способностью побеждать и юмором, и резкой критикой.. . грандиозный успех ». The Atlantic

«Остроумно и временами по-настоящему трогательно. . . Локвуд — феноменальный писатель, который внимательно следит за странностями онлайн-культуры и хрупкостью человеческого сердца ». —Роксан Гей, автор книги Not That Bad

«Потрясающий отчет о пустотах и ​​чудесах самого языка. Многое обязательно очень забавно. . . Читать метафоры [Локвуда] — все равно что смотреть, как кто-то вытаскивает скальпель и прорезает самую чистую линию, которую вы когда-либо видели, а затем в следующем предложении бросает нож через плечо с закрытыми глазами, улыбаясь.. . потом, когда я вернулся из книги, все наши языки казались освещенными изнутри, яркими и драгоценными ». Книжный форум

«Как раз та книга, которая нам нужна. . . Чувство, которое возникает при чтении «Никто не говорит об этом» , заключается в том, что Локвуд уделял больше внимания, чем, возможно, любой другой человек на земле, тому, каково это быть живым прямо сейчас ». Ярмарка тщеславия

«Захватывающий ум, который переключает между иронией и искренностью, нежностью и упадком.. . на удивление красиво. . . Локвуд — мастер широких, в высшей степени цитируемых прокламаций, которые бесстрашно стремятся охватить целые движения и эпохи. . . То, что мы не только покупаем эмоциональное прозрение ее персонажа, но и тронуто им, свидетельствует о ее навыках как редкого писателя, который может ориентироваться как в подлости, так и в сыре, шутливых твитах и ​​удивительной серьезности. Конечно, люди будут говорить об этой содержательной книге и о вопросах, которые поднимает Локвуд о том, что такое человек, что такое мозг и, самое главное, что действительно важно. —NPR

«Исследует смятение и горе, которые почти не поддаются языку, а также пугающее единообразие онлайн-стад». The New York Times

«Никогда еще опыт экстремальной онлайн-трансляции не был более интуитивным, чем в « Никто не говорит об этом », удивительном романе Локвуда. . . [это] определяет как мирское, так и глубокое в том, как мы живем в сети. Никто не говорит об этом напугает вас, вовлекет и выскребет вам кишки самым лучшим из возможных способов.» Esquire

« Глубоко войлочный. . . ослепительно, невероятно смешно и четко наблюдаемо. . . есть инстинктивное ощущение подлинного чувства, лежащего в основе выступления — неироничные эмоции, грубые и бессознательные. . . яркий привкус радости, горя и веселья в произведениях Локвуда ошеломляет ». Huffington Post

«Локвуд лучше всех других работающих писателей передает то, что Интернет делает для человеческого разума.. . [Она] невероятно забавный и проницательный писатель, поэтому я ожидал, что «Никто не говорит об этом» будет остроумным и мудрым. Чего я не ожидал, так это того, насколько это будет трогательно. Это особенная книга ». ПРОВОДНАЯ

«[A] заик и усыпан метафорами потрясающего совершенства. . . Что кажется наиболее оригинальным в «Никто не говорит об этом» — это описание Локвудом формирующего давления социальных сетей на самого себя. . . часто сияющий.. . главный герой, в сущности, не отвергает Интернет. Она выходит за пределы того, что когда-то считала бесконечным ». Сланец

«[Я] гениальный. . . Мимо проносятся удивительно злые шутки о славе, расе и политике. . . В конце этой героини появляется совсем другой. Я тоже. San Francisco Chronicle

«Дает ощущение, что вы прокручиваете ленту очень умного, очень онлайн-человека.Многие биты убивают. . . наполненная адреналином, резкая первая половина. . . отрывки возвышенной эмоциональной силы. . . доставляет нам нервные удовольствия от социальных сетей, используя в своих интересах этические и формальные требования романа ». Boston Globe

«Талант Локвуда рисовать жизнь словами не поддается описанию; на самом деле, попытки описания кажутся неловкими и излишними — просто погрузитесь в книгу, а затем, когда будете готовы поговорить, позвоните мне и возьмите в руки бокал вина! Локвуд — поэт, и ее повествование пронизано тем же чувством священности, что и некоторые стихи и песни.. . Я сильно смеялся и сильно плакал ». Гламур

«Нам не нужно беспокоиться о нашей культуре, пока есть такие люди, как Патрисия Локвуд, которые могут воплотить в ней человеческий опыт. Она создала роман из жизни, как и Джойс более века назад ». Chicago Tribune

«Печатает хаос и комедию социальных сетей. . . Со сдвигом повествовательной перспективы сродни The Sound and the Fury .. . Контраст романа должен говорить сам за себя, представляя два альтернативных стиля жизни, ни один из которых не удобен, но один бесконечно более человечен, чем другой ». Seattle Times

«Светящийся объект, который каким-то образом воспроизводит и украшает опыт пребывания в Интернете… очень приятный. Локвуд во многом напоминает мне Набокова — не столько стилем, сколько отношением к жизни, необычайной восприимчивостью к подаркам, печали и ошибкам существования.То, что Локвуду не хватает привередливости Набокова, она компенсирует острыми шутками. Стервятник , Молли Янг, Читать как ветер

«Чистый Локвуд — как главный герой, как поэт, эссеист, а теперь и завораживающий романист. Она знает, что любить разлад — не для того, чтобы оправдывать его, а для того, чтобы дать ему проявиться. Она выкапывает все глупости, которые только можно найти в этом мире, счищает их, выставляет на свет, позволяет им сиять, кладет в карман, как сокровища ». Тиски

«Наш лучший летописец абсурда.» GQ

« Твиттер-мудрец и успокаивающий голос эпохи цифровых технологий, надежнее смешнее, острее и лучше способных давать почти идеальные комментарии как к повседневным, так и к серьезным вещам, чем, возможно, кто-либо другой в этой сфере. Платформа Патрисия Локвуд — редкая жемчужина радости — она ​​предлагает хаотичное добро в онлайн-мире, который обычно склоняется к хаотическому злу ». Герника

«Локвуд зарекомендовала себя как необыкновенно странный и непочтительный голос в современной литературе.. . маяк оригинальной мысли ». Jezebel

«История настоящего аналогового человеческого чувства, душераздирающего и скрытого глубокого». Entertainment Weekly

«Отлично. . . Язык Локвуда всегда полон и прекрасен, как картины Сезанна. . . такой ясный, такой нежный, такой сияющий. . . Именно это сознание, в конце концов, и пробуждает плотная и скользкая проза Локвуда: не сознание Твиттера, а сознание мира.Быть живым в этом мире и испытывать к нему любовь ». Vox

«Интеллект Локвуда пылает на странице, и есть моменты блестящего лиризма». Minneapolis Star-Tribune

«Я не могу поверить, насколько блестящий роман, но только могу, потому что ваша работа невероятно, сверхъестественно изысканна». — Джулия Берик, Парижское обозрение

«Письмо кружится.. . искренне задумчивый. . . Многие из самых смешных и ярких медитаций [Локвуда] радостны ». The Baffler

«Проза Локвуда умеет хватать читателя за горло. . . ослепительно. . . Ее культовая репутация зиждется на танце ее предложений ». The Economist

«[ Никто не говорит об этом ] захватывает это безграничное онлайн-пространство […] и превращает его в элегантные виньетки. . . В сочетании с искусными образами Локвуда читать это завораживает.. . Он осознает себя и не боится показаться смешным, когда того требует момент ». USA Today

«Какими бы приятными и восторженными ни были ее письма, [Локвуд] не работает ради лайков. Ее цель в некотором роде традиционна: озвучить то, что ускользает от сублимации, понять раны, нанесенные просто живым. . . Непосредственный, тактильный, возбужденный и склонный к зоологии — это Локвуд. . . она овладела актом переживания и немедленного размышления, двухэтапным действием, которое она выполняет так же быстро, как и обновление своего браузера.» 4Колонны

« Слава. . . Последнее высказывание Патрисии Локвуд — это один из самых ярких намеков о жизни в сети. Он звучит как прокрутка всплесков настроенного веселья, лиризма и горя. Невероятно оригинальный и трогательный дебютный роман ». Стервятник «Выбирает»

«Когда Локвуд соединяет эти воспоминания вместе, она укрепляет фрагменты на нашей гибели, как интернет-подкованный Т.С. Элиот? .. . Как и читателям, читающим этот замечательный роман, ей напомнили о человеческой способности определять «реальную жизнь» ». Pittsburgh Post-Gazette

странная двойственность жизни в эпоху социальных сетей, реальности, в которой внутреннее и виртуальное постоянно сталкиваются. Впрочем, Патрисия Локвуд — редкий писатель; тот, чье произведение — будь то стихотворение, мемуары или твит — одновременно раскрывает суть крайне профанного и благоговейного.. . [Локвуд] обладает способностью отражать то, что ужасно смешно и так ужасно трагично в этом конкретном моменте времени ». Refinery29

«Патрисия Локвуд — гений. Никто другой не пишет об абсурдизме интернет-культуры с таким озорством, любовью и трепетом. Этот роман всколыхнул меня, а затем до слез. Я не смогу перестать думать об этом надолго ». —Лей Штайн, автор книги Self Care

«Книга Локвуда зацепила меня за две страницы.Ее наблюдения о темпе, тембре, температуре и удельном ядовитом весе социальных сетей настолько остры, настолько точны, что их словно показывают портрет за портретом. Во второй половине книги, когда мир надежд, генов и ожиданий пронзает богатую стену цифровой статики, эффект вызывает головокружение, боль глубока, нежность семьи, реагирующей на кризис, настолько реальная и яркая, что мы чувствуем присутствовать в комнатах с ними, пока они узнают параметры своего горя.И не только горе, что является еще одним прекрасным подарком этой книги. Локвуд бережет ее самое страстное, ее лучший язык для написания о мире ухода за ребенком с изнурительным генетическим заболеванием, словарь заботы, который труднее описать, чем наполовину Интернет. Этот роман — благословение, дар, трудная и великая вещь в мире ». — Джон Дарниэль

Патрисия Локвуд родилась в Форт-Уэйне, штат Индиана, и выросла во всех худших городах Среднего Запада.Она является автором романа «Никто не говорит об этом », финалиста Букеровской премии 2021 года и мемуаров Priestdaddy , которые были названы одной из десяти лучших книг 2017 года по версии The New York Times Book Review . и два сборника стихов, Balloon Pop Outlaw Black и Родина Отечество Homelandsexuals , New York Times Notable Book. Работа Локвуда появилась в The New York Times , The New Yorker , The New Republic и London Review of Books , где она является редактором.

Выдержка. © Печатается с разрешения автора. Все права защищены.

Часть первая

Она открыла портал, и разум встретил ее более чем на полпути. Внутри был тропический снег и снег, и первая снежная вьюга упала ей на язык и растаяла.

Крупные планы нейл-арта, камешек из космоса, сложные глаза тарантула, шторм, похожий на консервированные персики на поверхности Юпитера, «Едоки картофеля» Ван Гога, чихуахуа, сидящий на эрекции мужчины, брызги на двери гаража -крашен с надписью СТОП! НЕ ПИСАТЬ МОЕЙ ЖЕНЕ!

Почему портал казался таким приватным, когда вы входили в него только тогда, когда вам нужно было быть повсюду?

Она нащупала твердый зеленый мрамор дня в поисках трещины на линии волос, которая могла бы ее выпустить.Это нельзя было заставить. Снаружи воздух качался, облака сидели грудой набивки кушетки, а на юге неба было нежное место, где хотела появиться радуга.

Потом три глотка кофе, и окно открылось.

Я убежден, что мир становится слишком насыщенным, lol, — написал ей ее брат, тот, кто уничтожил себя в конце каждого дня личной кометой под названием Fireball.

Капитализм! Было важно ненавидеть это, несмотря на то, что именно так можно было получать деньги.Медленно, медленно она обнаружила, что движется к позиции, столь философской, что даже Иисус не мог ее удержать: она должна ненавидеть капитализм и в то же время любить монтаж фильмов в универмагах.

Политика! Проблема заключалась в том, что теперь у них был диктатор, которого, по мнению некоторых людей (белых), у них никогда не было раньше, а по мнению других людей (всех остальных), у них всегда был диктатор, постоянно, с начала Мир. Ее паниковала ее глупость, равно как и то, как теперь звучал ее голос, когда она разговаривала с людьми, которые еще не перестали быть глупыми.

Проблема заключалась в том, что диктатор был очень забавным, что, возможно, всегда было справедливо для всех диктаторов. «Абсурдизм, — подумала она. Внезапно все те русские романы, где мужчина превращается в чайную ложку ежевичного варенья на даче, обрели смысл.

Что это была за прекрасная мысль, яркая глубина, которую она заставила себя записать? Она открыла свою записную книжку с чувством предвкушения, которое всегда испытывала в таких случаях — возможно, это наконец то, что они вырежут на ее могильном камне.Там было написано:

Чак и сыр может прорезать дыру в моем-ты знаешь-что

«После твоей смерти», — подумала она, тщательно вымывая ноги под тонкими иглами с водой, потому что недавно она узнала, что некоторые люди этого не делают. Вы бы увидели небольшую круговую диаграмму, которая показала бы вам, сколько времени вы провели в душе, спорив с людьми, которых никогда не встречали. О, но это было почему-то менее достойно, чем тратить время на тщательное наблюдение за толщиной бобровых домиков на предмет признаков суровости приближающейся зимы?

Она возбуждала ?? Она очень боялась этого.

То, что было всегда:

Солнце.

Ее тело и легкая рябь у корней волос.

Почти музыка в воздухе, неупорядоченная, первичная и кружащаяся, как пряжа, выложенная своими цветами в ожидании.

Музыкальная тема детского шоу, в котором манекены оживали ночью в универмаге.

Anonymous History Channel: кадры серых миллионов марширующих, самолетов с акульими мордами, шелковых запусков ракет, грибовидных облаков.

Эпизод «Истинной жизни» о девушке, которая любила намазаться маслом, залезть в кастрюлю с овощным ассорти и притвориться, что каннибалы собирались ее съесть. Сексуально.

Почти сформировавшееся недомыслие, есть ли у меня баг ???

Какая жалость за все это, за все это.

Куда делась старая тирания, тирания мужа над женой? Она подозревала, что большая часть этого была направлена ​​на странные идеи о добавках, независимо от того, звучит ли винил «теплее», а какие кофеварки — не что иное, как дерьмо во рту кофейного христа.«Сто лет назад вы бы занимались добычей угля и родили бы четырнадцать детей, всех по имени Джейн», — часто удивлялась она, наблюдая, как мужчина ткнул пальцем в жену перед дисплеем Keurig. «Двести лет назад вы могли бы сидеть в кофейне в Геттингене, трясти ежедневную газету, размышляя о сегодняшних вопросах, — а я бы вытряхивал листы из окон, не зная, как читать». Но разве тирания не всегда казалась рукой того, что было?

Было ошибкой полагать, что другие люди жили не так глубоко, как вы.Кроме того, вы даже не жили так глубоко.

Количество происходящего подслушивания было огромным, а последствия еще не известны. Вокруг нее текли дневники других людей. Стоит ли ей слушать, например, разговоры подростков? Следует ли ей с такой жадностью следовать комплиментам, которые сельские шерифы делали порнозвездам, не подозревая, что их могут видеть другие люди? А как насчет того, что все женщины осознают, что у них на коленях один и тот же шрам? «У меня тоже есть этот шрам!» поднялась белая женщина, но ее быстро и эффективно отключили, потому что это было не то же самое, она прервала жизнь, мир, в котором она получила этот шрам, был другим.

Каждое утро она лежала под лавиной деталей, счастливая, фотографии завтраков в Патагонии, девушка, наносящая тональный крем с яйцом, сваренным вкрутую, сиба-ину в Японии прыгает с лапы на лапу, чтобы поприветствовать своего хозяина, призрачно-бледные женщины выкладывают фотографии своих синяков — мир сжимается все ближе и ближе, паутина человеческих связей стала такой густой, что превратилась в мерцающий и твердый шелк, а день все еще не открывался для нее. Что означало, что ей позволили это увидеть?

Если она начинала прикусывать нижнюю губу, что она почти всегда делала после молочно-кошачьей горечи утреннего кофе, она шла в ванную с плющом, растущим из его челки за окном, и очень тщательно рисовала ее. выразительно выразительно, богато, ярко-красного цвета — как будто у нее есть подпольный клуб, чтобы быть позже той ночью, где она будет обнажена, как пропавший блесток, где она будет выжимать целое закатное облако человеческое чувство к тексту из шести слов.

Что-то болело в затылке. Это было ее новое классовое сознание.

Каждый день их внимание должно сразу переключаться, как свет на косяк рыб, на нового человека, которого нужно ненавидеть. Иногда субъект был военным преступником, но иногда это был кто-то, кто сделал гнусную замену гуакамоле. Ее интересовала не столько ненависть, сколько быстрое затухание, как будто их коллективная кровь приняла решение. Как будто они были видом, который выпускает клубы яда или черные чернила в облако на дне океана.Я имею в виду, вы читали эту статью об интеллекте осьминога? Вы читали, как осьминоги выходят из моря на сушу в гладких и послушных армиях?

«Ахахаха!» — закричала она — новый и более забавный способ смеяться, глядя на кадры, на которых тела бросают во время карнавала на Ярмарке штата Огайо. Их траектории в воздухе были чистыми дугами радости, футболки текли на них жидкостью, только посмотрите, что могла сделать плоть, когда она сдавалась, вплоть до сдавшегося щелчка.. .

«Что такого смешного», — сказал ее муж, откинувшись боком на свой стул, свесив лезвие голени через одну руку, но к тому времени она прокрутила оставшуюся часть нити и увидела, что кто-то мертв, а еще пятеро свисают наполовину. в и -половину мира. «О Боже!» она сказала, как она поняла. «О боже, нет, боже!»

Каждую ночь в девять часов она теряла рассудок. Отрекся от нее, как от веры. Отрекся от него, как от престола, все ради любви. Она подошла к морозильной камере, открыла свежий воздух на лицо, нанесла отпечатки пальцев на иней на горлышко бутылки и налила что-то в стакан, что было очень-очень прозрачным.И тогда она была счастлива, хотя каждую ночь волновалась, как никогда не бывает со знанием, — хватит ли этого.

.

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *