Воспитатели расспрашивать про ссоры мамы и папы: Родитель — тоже человек: обидные слова ребенка и как на них реагировать

Содержание

Родитель — тоже человек: обидные слова ребенка и как на них реагировать

Психолог центра «Архитектура будущего» Александра Чернышева рассказывает родителям, откуда берутся обидные слова ребенка и как на них реагировать. 

— Часто во время ссоры люди произносят неприятные слова, которые впоследствии отрицают. Мы действительно говорим не то, что думаем, или в этом состоянии всплывает именно то, что мы так долго мы держали в себе?

— Встречаются оба варианта. Очень часто в запале ссоры произносятся те слова, которые изначально человек не намеревался произносить. Безусловно, об этих словах человек думает и держит их в голове. Однако это совсем не значит, что вне конфликтной ситуации он бы это высказал. В подростковом возрасте ссоры часто сопровождаются выплеском эмоций. Когда недовольство друг другом накапливается, в порыве ссоры, на эмоциях каждый может высказать то, что беспокоит его и раздражает в грубой форме.

— Что делать, если ребенок произнес обидную болезненную фразу, после которой кажется, что вернуться к прошлым отношениям не удастся?

-Во-первых, вспомните о так называемых «Я-высказываниях». Суть метода заключается в том, что мы говорим  про себя и свои эмоции: не «Ты меня обидел», «Ты меня расстроил», «Ты меня разозлил», а «Я обиделся», «Я расстроился» и «Я разозлился». Тем самым начните с признания существования своих эмоций.

Каждый человек знает болезненные точки родных и близких и может в ссорах неосознанно на них надавить. Ребенок, произнося обидную для вас фразу, делает именно это.

Во-вторых, необходимо помнить о том, что в отношениях между родителем и ребенком главная роль отводится родителю. Если вам кажется, что после произнесенных ребенком обидных слов к прежним отношениям не вернуться, значит, вы относитесь к ребенку как к равному, что неправильно. Главный – родитель, и его задача объяснить ребенку, какие последствия бывают из-за неприятных слов и выражений. В случае, если мы обижаемся и глубоко погружаемся в  обиду, мы оказываемся за рамками детско-родительских отношений, что вредно для обеих сторон.

— Давайте разберем наиболее часто встречающиеся фразы. Что означает, если ребенок говорит: «Ты меня не любишь»?

-Чаще всего – это запрос на внимание. Наиболее правильной реакцией родителя будет не отвечать: «Нет же, я тебя люблю», — а попытаться понять, чего ребенку не хватает. Нужно расспросить ребенка, почему ему кажется, что его не любят; как он вообще понимает, что любим близкими, то есть в каких действиях для него проявляется любовь.

Кстати, это полезно проанализировать и самим родителям: как вы понимаете, что вас любят. Другой вполне распространенный вариант – это попытка манипулирования: «Я хочу ту игрушку, тот гаджет» и т.п. Если вы понимаете, что сейчас именно такой случай, имеет смысл проговорить с ребенком о взаимосвязи любви и финансовых операций. Если родитель до этого легко шел на покупки и траты по первому желанию ребенка, то в понимании последнего на родителя накладываются некие обязательства в аналогичных ситуациях. Это своеобразный маячок о том, что не будет лишним поговорить с ребенком про финансовые отношения в семье.

— Если ребенок говорит «Ты меня не понимаешь»?

— Это наиболее часто встречающаяся фраза в период подросткового возраста, когда ребенку кажется, что его эмоции уникальны, и такого, как с ним, не было никогда и ни с кем. Здорово, если родитель сможет вспомнить себя в подростковом возрасте, чего ему хотелось от своих родителей. Возможно, в спокойной обстановке не будет лишним поделиться с ребенком этими воспоминаниями.

— Как можно трактовать слова «Лучше бы я умер» или «Вот умру, ты все поймешь»?

— Обычно за такими словами стоит сильная эмоциональная реакция со стороны ребенка. В то же время детям обычно сложно сформулировать сильные эмоции: малыши топают ногами и кричат: «Я тебя не люблю, ты плохой». Дети постарше могут сказать: «Вот я умру, тогда посмотришь».

Важно встать на место ребенка, попытаться понять, что он в этот момент испытывает. Немаловажно задавать ему вопросы: «Тебе сейчас больно, грустно?», «Ты сейчас злишься, правильно?».

Помогайте осознать саму эмоцию и подобрать ей правильное название. Если совместно с ребенком все обсудить, скорее всего, выяснится, что умирать он не собирается.

В крайнем случае, если ребенок часто так говорит, то это может уходить в манипулирование, точно так же, как и с любой другой фразой. Здесь важно иметь в виду, что дети часто высказывают то, чего взрослые боятся. Это бывает как со словами, так и с поведением. Когда ребенок лезет на окно в процессе ссоры, он осознает, что родитель боится этого. Если вы реагируете на это со страхом и паникой, то, с одной стороны, закрепляете у ребенка такое поведение, с другой, не переходите на уровень взаимодействия и прояснения его эмоций.

— Если родитель слышит в свой адрес: «Ты плохая мать», «Ты плохой отец»?

— Идея, что мы плохие родители, существует в нашем сознании с момента появления ребенка. Кроме того, родителю об этом активно напоминают близкие, знакомые, врачи, воспитатели и прочие люди, которые его окружают. Это самая простая вещь, которой родителя можно вывести из себя и заставить его чувствовать вину. Далее родитель либо начинает переживать и стараться для своего ребенка лучше, либо начинает сильнее злиться, так что ссора накаляется еще больше.

Эта фраза – попытка вывести на эмоцию и избавиться от своих эмоциональных переживаний. «Мне плохо, мне грустно, ты плохая мать!» — и вот мы скинули эмоциональное напряжение. Ребенок, тонко чувствуя, цепляет наши эмоции. Иногда это просто обида и манипуляции, а иногда это попытка достучаться и показать, что есть что-то конкретное, что ему не нравится. В последнем случае это вычисляется простым вопросом: «Что тебя не устраивает?». После него вы сможете перейти на конструктивный уровень решения проблем. Главное справьтесь с эмоциями и не переходите с ребенком на взаимные обвинения.

— Что кроется за фразой «Я тебя ненавижу»?

— В этой ситуации я бы прислушалась к тому, что чувствует родитель в этот момент. В нашем обществе табуированы проявления сильных негативных эмоций. Если мы вспоминаем о семье как понятии, то в ней традиционно ребенок не должен возмущаться, громко плакать на людях, злиться, а должен соответствовать образу хорошего ребенка. Поэтому он говорит «я тебя ненавижу», когда накопилось очень много эмоций и недовольств, настолько сильных, что случается взрыв.

— Если мы слышим от ребенка «Я ухожу из дома»?

— Опять же, разделяем на 2 пласта. Первый пласт – манипулирование. Если родитель среагировал правильно (продемонстрировал спокойствие и твердость позиции), то подобного в следующий раз не случится. Если мы этого боимся, то ребенок в каждом новом споре будет идти по этому пути. С другой стороны, если в отношениях все действительно хорошо, в семье взаимопонимание, обычно такой проблемы не возникает. Таким образом, это может быть пусть и манипулятивный, но все-таки сигнал о том, что ребенок чем-то обеспокоен.

— Как реагировать на «Ты испортила мою жизнь»?

— Эта фраза работает в обе стороны: ее можно услышать как от подростков в адрес родителей, так и наоборот.

Первое, что стоит сделать родителю, — это вспомнить, не говорил ли он сам таких слов ребенку. Если нет, возвращаемся к проговариванию собственных эмоций и обратно к «Я-высказываниям».

Если знаете, что говорили ребенку такое, важно осознать и понять, что проблема может быть глубже. Ребенок, привыкший к тому, что родитель обвиняет его в собственных жизненных неудачах, считает подобные фразы нормой. Соответственно, первым шагом к исправлению ситуации будет отказ родителя от подобного аргумента в ссорах и признание своей неправоты. Важно помнить, что ребенок, считающий себя виноватым в несчастье родителей, несет этот груз постоянно, что отражается на его самооценке и поведении.

— Как понимать фразу «Отстань от меня»?

— Ребенок произносит это, если его личные границы нарушаются. Например, родительского внимания слишком много, и его чрезмерно опекают или оно не такое, какое нужно ребенку, и к ребенку относятся по-детски. «Отстань от меня» вполне может быть сигналом о том, что родителя слишком много в жизни ребенка, причем не в формате старшего партнера, а в формате контролирующего полицейского.

«Какие оценки, что в школе, почему в комнате не убрался, почему бардак?»  — в рамках таких вопросов контакт с ребенком формальный, нежели дружеский, партнерский.

— Что делать, если ребенок заявляет «Ты ничего не понимаешь»? «Я взрослый, я умный, а ты старый»?

— Стоит подумать о том, почему ребенку кажется, что ваш опыт не может ничего ему дать. Возможно, пора переходить на более партнерские отношения с меньшим количеством нравоучений.

— Что необходимо сделать родителю, чтобы в будущем ребенок не облекал  негативные эмоции в форму обидных слов?

— Важно проговаривать ребенку собственные эмоции, которые возникают у вас в ответ на его слова. Если мы не будем этого делать, то в какой-то момент наши собственные эмоции могут выйти из-под контроля, приводя к эмоциональной буре, сильному и никому не нужному скандалу. Да и самому ребенку полезно понимать, что детско-родительские отношения все-таки иерархичны, так что в пылу самой сильной ссоры имеет смысл «выбирать выражения». А это легче всего достигается через спокойное объяснение родителями своих эмоций.

— Какие общие рекомендации можете дать для родителей, сталкивающихся с подобными высказываниями?

— Данные фразы являются маркером того, что у ребенка много сильных эмоций, которые он длительное время держал в себе, в результате чего их стало сложно объяснить нормальными необидными словами. После разбора конкретных ситуаций поговорите с ребенком о том, что злиться – это нормально, но нужно осознавать свои эмоции и их подоплеку. Такой вариант действий подойдет для детей доподросткового возраста.

Если говорить о подростковом возрасте, масштаб эмоций увеличивается в несколько раз. Ведь эмоциональная буря, сопровождающая процесс полового созревания, усиливает все реакции. Важно не забывать, что ребенок меняется, растет, ему важно получать от родителя не только защиту и контроль, но внимание и, по крайней мере, совещательное право голоса. Если вы хотите сохранить близкие отношения с ребенком, то помните, что даже самый маленький ребенок – это отдельная личность со своими чувствами, желаниями и потребностями. В таком случае коммуникация будет гораздо более успешной.

Биографическая справка:

Александра Чернышева

Александра Чернышева – психолог-консультант, закончила факультет психологии СПбГУ кафедру Кризисных и экстремальных ситуаций.

С 2007 Александра ведет индивидуальные, групповые консультации и тренинги с детьми и подростками, а также координирует работу лагеря «Архитектура будущего». К сфере ее научных и практических интересов относятся следующие темы:

  • «Уверенность в себе»,
  • «Интеллектуальная успешность»,
  • «Эффективность в общении».

Вы можете бесплатно забронировать путевку в лагерь «Архитектура будущего», в котором работает Александра:

Директор по маркетингу и PR incamp.ru

Навигация по записям

советы воспитателей / Новости города / Сайт Москвы

Первый поход в детский сад или возвращение туда после летних каникул — не самое простое время для детей и их родителей. Капризы, слезы, ссоры и споры мало кого оставляют равнодушным и добавляют стресса в семейные будни. Но, к счастью, есть немало педагогических и психологических приемов, которые помогут легче пережить это состояние и адаптироваться к новым условиям.

Секретами мастерства поделились опытные педагоги московских детских садов, которые 27 сентября отмечают профессиональный праздник. Они дали родителям и своим коллегам несколько практических советов, которые помогут лучше понять друг друга и поддержать детей.

Семейный климат-контроль

Когда родители решают отдать ребенка в детский сад, главный вопрос — как он там справится, не умея вроде бы элементарных вещей. Не зная, как пользоваться горшком, одеваться, спокойно есть или усидчиво заниматься. Его судорожно начинают обучать всему и сразу. Хотя эксперты не считают это главным. По их словам, важно подготовить ребенка к детскому саду психологически, а остальное придет со временем.

В основе такой подготовки должны быть любовь и понимание, считает воспитатель с 17-летним стажем Светлана Тулайкина. «Если у ребенка будет доверие к миру, если в семье его будут любить и принимать, тогда он будет чувствовать защиту, спокойно сможет войти в детский коллектив и воспринять нового взрослого», — рассказывает воспитатель школы № 236.

Нельзя ставить перед ребенком задачу повзрослеть за один день, считает Юлия Якубович, педагог дошкольного отделения школы № 1357 «На Братиславской», которая в прошлом году завоевала звание «Воспитатель года». 

«“Ты теперь большой, ходишь в детский сад, перестаем носить памперсы и выбрасываем пустышку!” — к таким резким переменам сложно приспособиться. Малышу для начала достаточно того, что он в новом месте и без мамы. Остальное можно сделать чуть позже. В первое время необходимо уменьшить факторы стресса», — отмечает она.

Поход в детский сад сравнивают со сменой места работы у взрослого. Ребенок тоже испытывает волнение, тревогу, страх неизвестности. Только для него они в три раза сильнее. А значит, сначала необходимо создать комфортный психологический климат. «Важно помочь ребенку не бояться нового окружения, научить спокойно и уверенно взаимодействовать со сверстниками. Родители могут создавать подходящую для этого среду, придумывать ситуации взаимопомощи, интересные игровые моменты», — считает воспитатель дошкольного отделения школы № 354 имени Д.М. Карбышева Даниил Семичев.

Знакомство с новым миром

Начинать подготовку к саду педагоги рекомендуют с рассказов о том, что это за место. Сначала можно просто гулять рядом, смотреть, как дети играют на площадках, общаются с воспитателем, как их забирают домой. Светлана Тулайкина советует поиграть в садик дома: выбрать игрушки, одна из которых станет воспитателем, а остальные — детьми. Они помогут показать обычные ситуации: обед, тихий час. Так можно постепенно сформировать понятный образ детского сада. «Обязательно нужно подстраивать режим дня под тот, который будет в детском саду. Примерно представлять, какое меню будет в там, и готовить такие же блюда дома. Обычно на такую подготовку достаточно лета», — говорит Светлана Тулайкина.

Процесс адаптации индивидуален: все зависит от способностей ребенка к коммуникации, личных особенностей и его окружения. «Если он регулярно общается с другими детьми, как правило, адаптация проходит быстрее. Но чаще встречаются дети, которым нужен мягкий процесс. Когда поначалу их приводят на несколько часов, постепенно знакомят с помещениями и воспитателями, которые должны настроить ребенка на нужный лад», — отмечает Даниил Семичев.

По словам Юлии Якубович, есть дети, готовые чуть ли не сразу остаться в детском саду на целый день, а есть те, кого стоит забрать уже через час. И в этом педагоги не видят ничего страшного. Существуют специальные приемы, которые сильно помогут семьям. «Приведите в сад не Петю или Дашу, а куклу или зайчика. Покажете ему вместе с ребенком игрушки, шкафчик, ребят, а потом положите спать на красивую кроватку. На следующий день Петя с зайчиком останутся в садике вместе, а потом расскажут маме, как прошел день. Пусть в садик ходит зайчик, а Петя будет в роли взрослого, который о нем заботится», — делится Юлия.

Сколько времени понадобится на адаптацию, зависит от конкретного случая. Если малыш ни с кем не оставался, кроме мамы, к детском саду он привыкнет не сразу. «Такого ребенка плавно вводят в новый режим. Сначала можно приходить не с утра, а на вечернюю прогулку, чтобы он видел, что детей забирают домой и никто в детском саду не остается. Буквально за 10–15 минут он сможет понять, что здесь безопасно и интересно», — рассказывает Светлана Тулайкина.

Категоричное нет

Когда все идет по плану, ребенок постепенно привыкает к новому месту и окружению, начинает легче отпускать маму, уходят слезы, а реакции становятся спокойнее. Понять, так ли это, поможет поведение ребенка. Если он начинает подавать руку педагогу, идет к нему на руки, не отторгает, значит, адаптация проходит мягко, с пользой и нужными результатами, говорит Даниил Семичев.

При этом ребенок все равно может иногда капризничать и говорить, что не хочет идти в сад. И к таким ситуациям тоже стоит отнестись спокойно.

«В беседе важно настраивать ребенка на позитивный лад. По дороге домой его надо расспрашивать, что было днем, и искать в его словах как можно больше положительных моментов. А еще воспитатель может заинтересовать ребенка тем, что будет завтра. Можно сказать, что без него ничего не получится, что он настоящий помощник воспитателя, сделав акцент на его самых сильных сторонах», — отмечает Даниил Семичев.

Если малыш категорически отказывается идти в сад, надо найти причину. Может быть, ему пока просто тяжело расстаться с мамой. Стоит попробовать заговорить ребенка: например, предложить показать воспитателю и ребятам, какая у него красивая новая одежда. Постепенно расставаться будет легче. Разобраться в других причинах поможет проигрывание ситуаций — ребенка можно спросить, чем он занимался, с кем играл (называя имена детей), какую сказку читал воспитатель, что ели на обед и о другом. «Важно за разговором выводить ребенка на положительные эмоции. Когда мама расспрашивает о негативе, ребенок понимает, что ей это интересно, значит, об этом надо думать и говорить», — советует Светлана Тулайкина.

При этом если родители пойдут навстречу истерике ребенка, который не хочет идти в сад, и развернутся домой, то ничего хорошего ждать не придется. Это будет повторяться часто. «В такой день лучше забрать ребенка раньше, если ему очень тяжело. Он должен понять, что истерика не выход. Я думаю, что и воспитатель пойдет навстречу и уделит ребенку чуть больше внимания», — добавляет Светлана.

Секреты расставания

Самым проблемным специалисты называют момент расставания ребенка с родителем — когда нужно попрощаться в раздевалке и пойти в разные стороны. Потом группе легче отвлечься и переключиться. Помочь здесь может ритуал прощания. Один из известных приемов называется «поцелуй в кармашке» или «поцелуй в ладошке»: мама целует ребенка в ладошку, этот поцелуй он может «положить» себе в карман или шкафчик, где тот будет храниться, пока малыш в детском саду. Еще можно дать ему с собой игрушку или платок, которые пахнут домом, — у каждого будет что-то свое. А потом мама скажет, когда придет, а ребенок помашет рукой в дверях или из окна.

Весь позитивный настрой может исчезнуть в раздевалке, где хором плачут дети. В такой ситуации воспитатели советуют подобрать другое время для прихода в группу — чуть раньше или чуть позже сильно плачущих одногруппников. По дороге стоит обсудить это с ребенком: рассказать, что другие дети, возможно, еще не поняли, как в группе весело. А по словам Даниила Семичева, ребят, которые легче адаптируются, можно взять в помощники воспитателю, чтобы они привлекали плачущих детей к игре.

Конфликт интересов

В детском коллективе, как и во многих взрослых, конфликты далеко не редкость. Особенно в первые дни, когда малыши еще не очень знакомы с друг с другом и новыми правилами. Задача родителей — понять причину проблемы, поддержать малыша и научить новым способам выражения чувств, не кусаться и драться, а играть вместе и договариваться, рассказывает Юлия Якубович.

Еще один помощник — сказкотерапия. Вместе с ребенком можно прочитать книгу, где есть моменты, иллюстрирующие ситуацию. Делать это надо эмоционально, но спокойно реагируя на поведение героя. А после необходимо вместе проанализировать текст.

«Ответить на вопросы: что было сделано не так, было ли обидчику приятно, чтобы ты чувствовал на его месте, помнишь, у нас была такая же ситуация, давай подумаем, правильным ли было твое поведение? Когда ребенок посмотрит на ситуацию со стороны, это не нанесет ему психологического урона и позволит не повторять негативных действий», — говорит педагог.

По словам Светланы Тулайкиной, важно спрашивать, что ты чувствовал, как думаешь, почему другой ребенок так поступил. «Необходимо разобрать ситуацию и помочь ее пережить. При этом стараться не уходить в негативные стороны, а понять, выслушать и подсказать, как действовать дальше», — рассказывает Светлана.

Эксперты повторяют: невозможно сделать так, чтобы ребенок вообще никогда не расстраивался. «В детском саду есть свой режим, там нужно подстраиваться под других — все это не так, как с мамой. Ребенок испытывает другие ощущения и эмоции. Но дети, у которых достаточно устойчивая психика, нормально проходят этот процесс», — напоминает воспитатель.

Подготовка родителей

Детский сад — новый этап для всей семьи. Подготовка к нему родителям нужна так же, как их чадам, а может, даже больше. «Дети обычно первый раз идут в садик с желанием и огромным интересом. Главное — поддержать это настроение у ребенка. И самим родителям не переживать», — советует Юлия Якубович, которой тоже скоро предстоит пройти все этапы адаптации со своим вторым ребенком.

Сегодня воспитатели общаются с родителями и отправляют им фотографии с помощью гаджетов. «Родителям это нравится, и они спокойны, а если мамы спокойны, значит, и детям хорошо!» — добавляет Юлия. Она рекомендует заранее подготовить себя к расставанию с детьми, а их — как можно раньше начинать приучать к новым людям. «Пусть к вам приходят гости, приезжают родные. Это поможет ребенку быстрее социализироваться и не бояться остаться без мамы, а родителям — быть спокойнее. Больше доверяйте педагогам, они профессионалы своего дела! Случайных людей в этой профессии не бывает», — говорит педагог.

Необходимо создать сильный и самый важный в этой ситуации тандем между педагогами и родителями. «Родителям важно прислушиваться к воспитателям, которые, как правило, люди знающие и подготовленные. Воспитатель же должен получить и проанализировать информацию о ребенке и посоветовать родителю приемы, которые помогут дома», — рассказывает Даниил Семичев. По его словам, родителям важно рассказывать максимально много о ребенке — его окружении, привычках, вкусовых предпочтениях. Тогда воспитатель сможет лучше сориентироваться и помочь.

Усатый нянь: четыре интервью с необычными воспитателями детских садов

Профессиональная скорая помощь

Приемы для легкой адаптации можно найти на интернет-ресурсах, в экспертных пабликах, специальной литературе. Светлана Тулайкина, например, рекомендует родителям книгу Анны Быковой «Мой ребенок с удовольствием ходит в детский сад!». Она помогла воспитателю во время подготовки к саду ее третьего ребенка. До этого Светлане пришлось столкнуться с трудностями адаптации средней дочери — они продолжались около двух лет. В сложных ситуациях Светлана рекомендует родителям разобраться, почему ребенку так тяжело, и по возможности вернуться на шаг назад — снова водить малыша в группу лишь на несколько часов.

Быстрее найти причину проблемы помогут педагоги-психологи, которые всегда сопровождают детей в саду. Объединив усилия, воспитатель, психолог и родители вместе обязательно найдут подходящее решение, отмечает Юлия Якубович. При этом на ребенка не придется давить.

«Ребенок ни в чем не виноват, все зависит от среды, в которой он находится. Поэтому важно действовать максимально в его пользу. Если процесс адаптации идет тяжело и долго, значит, так требует его организм. Бывает, что особых проблем нет, установился хороший контакт с воспитателем, но ребенок психологически не принимает детский сад. Нужно работать в его темпе, использовать различные приемы и действовать поступательно. Иногда для решения проблемы достаточно сменить группу. Возможно, ситуация сразу станет другой», — добавляет Даниил Семичев.

Подсказки воспитателям

Своя адаптация нужна и воспитателям, к которым приходит новая группа малышей. Они тоже привыкают к коллективу, знакомятся с интересами и особенностями каждого. Этому помогут несколько рекомендаций, которые дали коллегам наши собеседники.

Чтобы уменьшить переживания родителей, Светлана Тулайкина советует заранее выйти с ними на связь с помощью мессенджеров или социальных сетей. Педагог рассказала о случае из практики, который мгновенно снял многие родительские страхи: воспитатели, зная, что к ним придет младшая группа, записали видео, на котором рассказали о себе и группе. «Они показали, какие там кроватки и игрушки, как там чисто и светло, как ждут ребят. Родители увидели, что об их детях думают и заботятся, и им стало намного легче», — объясняет Светлана.

Еще один прием помогает привыкнуть к новым обстоятельствам детям, для которых очень абстрактно звучат фразы типа «мама скоро придет» или «мама придет после обеда». «В группе мы вешаем календарь-ленту с картинками или фотографиями детей. На одной они моют руки, на других — одеваются на прогулку и обедают. Так ребенок зрительно понимает, что ему осталось сделать до момента, когда придут родители», — говорит Светлана.

Юлии Якубович помогают цифровые технологии, которые в ее руках становятся не просто развлечением, а источником информации для детей. Воспитатель делает QR-коды: «Я размещаю в раздевалке сказочного героя с кодом, который, если посмотреть на него в волшебное окошко (планшет или телефон), будет всех приветствовать и предлагать познакомиться. Ребенок будет заинтересован общением, ему легче будет отвлечься и войти в группу». Тот же герой может расспросить малышей про их настроение или передать послание. QR-коды Юлия вешает даже на деревья и веранды на прогулке. Там она прячет интерактивные задания, подсказки или ответы.

А главный лайфхак от Даниила Семичева — сделать из группы не просто помещение с полками и игрушками, а пространство для детской реализации. «В таком месте ребенок может взять любую вещь, которая ему нравится. У него всегда есть возможность сменить деятельность, если он к ней не готов, пусть даже немного отходя от режима. Например, если идет занятие по математике, а кто-то из детей не хочет, ему надо дать возможность делать что-то другое», — рассказывает педагог. Он согласен с мнением, что среда может стать третьим воспитателем для ребенка и процесс адаптации в пространстве, которое нравится ребенку и создано специально для него, пройдет гораздо лучше.

Dont panic

Удачная адаптация к детскому саду важна всем: ребенку, родителям и воспитателю. Если есть возможность, эксперты советуют не сильно торопить друг друга и не забывать, кто в этой ситуации все-таки взрослый, а кто нет.

«Можно пожелать душевного спокойствия и принятия новых жизненных обстоятельств в более спокойном темпе. Побольше узнавать и учиться — знания сегодня везде, главное — желание. Желание сделать детство наших детей более счастливым, прожить время в детском саду радостно и найти там много новых друзей, в том числе среди воспитателей», — резюмирует Светлана Тулайкина.

чем опасно выяснение отношений на глазах у ребенка?

Ни для кого не секрет, что ссоры родителей в присутствии ребенка оказывают на последнего очень сильное негативное влияние. Однако такое чисто теоретическое знание редко останавливает взрослых от ругани и конфликтов при малыше. Чтобы в дальнейшем легче было остановить разгорающуюся ссору, «Я-родитель» предлагает разобраться более подробно и понять, в чем же конкретно заключается это негативное влияние.

Последствия ссор при ребенке.

  1. Плохое поведение. При виде конфликта между родителями ребенок испытывает бурю негативных эмоций, таких как страх, гнев, тревогу. И пока маленький человечек не знает способов, чтобы с ними справляться. Он может показать, что страдает, только с помощью криков, капризов, упрямства или непослушания. Одним словом, он пытается любым доступным ему способом привлечь внимание родителей, чтобы они помогли ему справиться с эмоциональной бурей внутри. Поэтому, если вы устали бороться с плохим поведением ребенка, необходимо посмотреть со стороны на собственное общение с партнером и с окружающими.

  2. Снижение иммунитета. Каждая ссора родителей для ребенка является стрессом, а стресс неизменно влияет на здоровье любого, даже взрослого человека. Если ребенок постоянно находится в стрессовой ситуации, иммунитет организма снижается и возникают болезни, которые принято называть психосоматическими. Поэтому зачастую в конфликтных семьях дети постоянно болеют.

  3. Психические расстройства. Под влиянием стресса страдает, конечно, и психика малыша. Крайними проявлениями могут стать страхи, ночные кошмары, заикание, энурез (недержание мочи), нервные тики или даже психические заболевания. При этом последствия могут наступать не сразу, а спустя годы. Либо они могут быть просто вовремя не замечены родителями, увлеченными «междоусобными войнами».

  4. Манипулятивное поведение. Некоторые родители, поссорившись на глазах у ребенка, ощущают свою вину перед ним. Пытаясь искупить ее, они дарят подарки, снимают запреты или покупают сладости. Такое поведение ведет к появлению маленького манипулятора в семье: он понимает, что может попросить все, что хочет, после ссоры родителей.

  5. Личный пример поведения в конфликте. Как известно, дети обучаются с помощью подражания своим родителям. Постоянно наблюдая ругающихся родителей, ребенок может усвоить агрессивные модели поведения в конфликтных ситуациях. Особенно остро это может проявиться в подростковом возрасте, когда негативные эмоции подстегиваются гормональными всплесками. И, как бы вы ни убеждали его, что надо уважать друг друга и жить мирно, он будет транслировать то, что вы делали, а не то, что говорили. Стремитесь разрешать конфликты конструктивно, спокойно и с уважением друг к другу. Тогда ваш малыш тоже научится этому, даже если не сразу.

  6. Трудности в собственной будущей семье. Подражание родителям переносится и в будущее детей. Если ребенок регулярно наблюдал семейные конфликты, именно такая «форма общения» для него становится нормальной. И других, более конструктивных инструментов для создания теплых семейных отношений у него просто не будет. Желаете ли вы своему малышу такой семьи в будущем?

Как минимизировать эти последствия

Конечно, лучше всего, если вы вообще не будете ссориться при ребенке. А при возникновении конфликта будете спокойно обсуждать ситуацию и приходить к совместному решению затруднений. Но это бывает не так просто в силу наших автоматических реакций на то, что нас не устраивает в другом человеке. К тому же, у всех порой бывает плохое настроение, неприятности на работе или просто усталость, которые мешают нам сдержаться вовремя. Идеальных людей не существует, как и идеальных семей, в которых никто и никогда не ссорится. А если такое и встречается, то сразу вызывает много вопросов о близости отношений в этих семьях. Поэтому, если в вашей семье время от времени возникает недопонимание, это нормально.

Но чтобы недопонимание не выливалось в открытый конфликт, необходимо разделять негативные эмоции и способы их выражения. Такие чувства, как злость, раздражение, гнев или обида, являются частью нашей человеческой природы, они нормальны, так же как и положительные. Мы имеем право испытывать эти чувства, и важно принимать собственные эмоции, не закрывая на них глаза, не замалчивая и не накапливая внутри. К тому же, мы обычно не можем контролировать их появление в ответ на какую-либо ситуацию. При этом в нашей власти проконтролировать их выражение. И это является нашей ответственностью перед другими людьми – особенно перед близкими и родными.

Самое главное – научиться останавливаться в тот момент, когда внутри закипает раздражение или злость. Существует много способов это сделать: сосчитать до 10, прежде чем что-то сказать, набрать в рот воды и не глотать ее, высказать вместо упрека комплимент или благодарность, подумать: «Как моя реакция отразится на наших отношениях? Улучшит она их или ухудшит?». Вы можете выбрать для себя подходящий или придумать свой, который будет вам помогать. И после того, как эмоции утихли, в спокойной обстановке и в отсутствии ребенка необходимо обязательно обсудить конфликтный вопрос, высказать ваши чувства (в форме «Я-сообщений») и прийти к совместному решению.

Конечно, такой способ «выяснять отношения» дается не сразу. Мало кому из нас в детстве показывали этот положительный пример. Но научиться ему стоит, ведь именно эта стратегия позволит вам наладить отношения в семье и подарить ребенку счастливое детство.

Что делать, если вы все-таки поссорились на глазах у ребенка

Если вам не удалось вовремя сдержаться и недопонимание вылилось в «разговор» на повышенных тонах, важно сгладить его последствия для вашего чада. Всеми силами старайтесь:

  1. Говорить и вести себя спокойно. Повышение голоса не придадут убедительности вашим доводам, а ребенка могут серьезно напугать. Еще в большей мере это касается ваших действий. Да, разбив пару тарелок или «распустив руки», вы сбросите свое накопившееся напряжение. Однако для малыша это может стать травмой, с последствиями которой ему придется разбираться всю жизнь.

  2. Избегать оскорблений и унижений. Вербальная (словесная) агрессия так же вредит ребенку, как и физическая. Дети очень чувствительны к эмоциям, вложенным в слова.

    Поэтому, даже если вы не используете бранные слова, ребенок почувствует ваше неуважение к маме или папе.

  3. Сохранять нейтралитет ребенка. Ни в коем случае не нужно спрашивать его мнения – кто прав в вашем споре, на чьей он стороне. И, тем более, убеждать в том, что правы именно вы. Это крайне травматично для малыша, ведь вы оба для него родные и любимые люди.

Лучше всего показать ребенку, что конфликт завершен – то есть после ссоры при нем же и помириться. Но часто и это не получается. В таком случае, после того как эмоции улеглись, признайте свою ошибку и извинитесь перед ребенком за то, что ему пришлось это увидеть. Как только вы почувствуете себя готовым, можно спокойно объяснить малышу, что произошло, что вы чувствовали и почему поругались. Важно подчеркнуть, что вины ребенка в произошедшем не было, так как маленькие дети часто думают, что причиной негативного поведения родителей являются они сами.

Доступными для детского понимания словами необходимо объяснить, что ссора не говорит о том, что кто-то виноват или один хуже другого, просто два человека не смогли договориться. Также важно озвучить, что ссора не приведет к разрыву отношений между мамой и папой, что они продолжают любить друг друга и своего сына или дочь.

Если же ссоры родителей, особенно с применением словесной или физической агрессии, имеют регулярный характер, необходимо остановиться и задуматься. Важно понять причины происходящего и исправить ситуацию как можно скорее, чтобы прекратить травматизацию ребенка. Лучше всего для этого обратиться за помощью к специалисту по семейным отношениям, так как самостоятельно бывает трудно разорвать порочный круг взаимных обвинений и упреков.

Предпринимая усилия по улучшению своих отношений с супругом (супругой), вы не только станете сами спокойнее и счастливее, но и сможете сделать более счастливыми своих детей.

Анастасия Вялых,
психолог портала «Я – Родитель»

Конфликты неизбежны в любых отношениях, в том числе и между родителями и детьми. Ответив на вопросы теста от портала Я – родитель, вы сможете выявить свой стиль поведения в конфликтах с ребенком.

Пройти тест

«Мама – мой самый жестокий насильник». 11 историй о том, почему взрослым детям так трудно принять и простить своих матерей

Иллюстрации Анастасия Писаренко

Здесь нет придуманных историй. За каждой исповедью стоит реальная, живая боль. Боль от материнской нелюбви.

В нашей культуре мать – это святое. Нельзя к ней чувствовать злость, обиду, иссушающую ненависть. Нельзя быть равнодушным. Только любовь и вечная благодарность. Несмотря на то, что многие проходят в своем детстве через ад абьюза, унижения и нелюбви. 

Мы предоставили слово таким детям, которые давно уже выросли, но все еще несут в себе эту боль. Потому что у каждого из них есть потребность высказаться и быть услышанными. Эти истории мы показали саратовским психологам и спросили у них – как быть, если детские травмы не отпускают до сих пор? Это был трудный текст и для героев, и для авторов. Имена героев изменены по их просьбе.

«Все абьюзеры были милосерднее моей мамы»

Валерия, 47 лет:

Не считаю детство счастливой порой. В моем детстве были одиночество, страх, отчаянье, физическое, эмоциональное и сексуальное насилие.

Мои родители развелись, когда мне было три года. Отец пил и бил маму. Сначала приходил к нам, просил прощения, а потом исчез. Вспоминать об отце можно было только в контексте, что он «сдох под забором». Я тайно разглядывала его фотографии и радовалась, что похожа на него. И еще в одиночестве плакала, приговаривая: «Если бы папа был рядом, он бы спас меня от мамы».

Маму я очень любила. Не помню, чтобы она играла со мной в какие-то игры или читала книжки. Но моей любви это не мешало. Маме всегда было важно мнение окружения. Не дай бог кто подумает, что у нее, матери-одиночки, не удалась дочь. И поэтому она, отличная хозяйка, душа компании, спешащая всем на помощь, била меня за малейшие провинности, за опоздания домой на пять минут, за плохое поведение, за четверки, за всю свою неудавшуюся женскую долю.

Я, по мнению мамы, всегда должна была быть первой, лучшей. Я и была – умница, отличница, активистка, избитый породистый щенок с грамотами и медалями, которым можно гордиться перед друзьями и родственниками.

Но больше всего я боялась не физической боли. Я боялась перепадов маминого настроения – криков («не смей так разговаривать со мной, я твоя мать!», «не позорь меня»), унижения («ты такая же слабовольная, как твой отец, сдохнешь под забором, как и он», «ты еще не человек, ты получеловек»), агрессии («считай, что у тебя больше нет матери»), оскорблений («я посвятила тебе всю жизнь, я из-за тебя не выхожу замуж, а ты свинья неблагодарная»), игнорирования меня (когда она делала вид, что меня не существует, и не разговаривала со мной).

Мама сливала в меня все свои аффекты: злость, обиды, страхи, боль. Я привыкла улавливать малейшие колебания ее настроения. Как будто от меня зависел ее душевный комфорт. Как будто именно я должна была спасать ее изо дня в день. Я же не имела права злиться, обижаться, должна была быть сильной. Я не плакала даже у стоматолога, когда никакими наркозами и не пахло. Я все время чувствовала любовь к маме, страх, вину и эту мучительную, тягучую, скручивающую боль в солнечном сплетении. И часто думала: «Лучше б меня не было».

Конечно, она целовала, обнимала, тормошила меня, когда ей этого хотелось. Больше всего я любила болеть. Тогда мама становилась тихой, заботливой. До сих пор помню прикосновение ее губ к моему лбу, когда она хотела понять, не поднялась ли у меня температура. 

Когда мне было 12 лет, ко мне в постель залез ее тогдашний мужчина и засунул мне руку под майку. Мне было больно (грудь только начала расти) и очень противно. Я рассказала об этом маме. Она так кричала, что я вру, что в тот момент я будто оглохла.

Я чувствовала панику, отчаянье, дереализацию, комната плыла у меня перед глазами. Но я привыкла, что «мать святая, мать всегда права». Ах да, еще всегда был прав учитель. 

В 14 лет меня затащила в постель учительница русского языка и литературы. Я тогда даже не знала слова «секс» и понятия не имела, что бывают гомосексуальные отношения. Когда в самый первый раз учительница застонала от удовольствия, я спросила: «Вам плохо?» То, что это был сексуальный абьюз, я поняла спустя много лет. Учительница объясняла, что это любовь. Мне так хотелось тепла, близости, поддержки, что я в это поверила. Поверила в то, что у меня такой вот странный первый сексуальный опыт. Меня не очень интересовало, что делают с моим телом. Я будто раскололась и наблюдала со стороны за тем, что происходит в постели. Это длилось два года. Не было ни одного человека, с кем бы я могла поделиться происходящим. Словно я находилась в вакууме, в безвоздушном пространстве. До сих пор рада, что не рассказала тогда об этом маме. Она бы меня растоптала, уничтожила.

В 18 лет до меня домогался еще один мамин мужчина. Когда я поздно возвращалась домой, задвигал за мораль и орал, что «если бы я была его дочь, он бы меня за косы – и об стену». От такого лицемерия я взбесилась и рассказала матери о его домогательствах. Конечно, она не поверила. Снова крики, скандалы. Тогда я ушла из дома на какое-то время.

А в 19 меня изнасиловали. Групповое изнасилование. Их было трое. Я сопротивлялась, дралась. Мне разбили лицо. Когда я доползла до дома и разрыдалась, мать сказала мне, ревущей, что я и виновата, что «не надо *** [распутничать]» и потребовала: «Не ори! Отчим услышит». Больше мы об этом не разговаривали. Но эти слова травмировали меня больше, чем само изнасилование. Я, конечно, понимаю, что у наших родителей было трудное детство, отсутствие психологической помощи, их никто не учил справляться со своими эмоциями и тем более эмоциями детей. Но не думаю, что нужны какие-то особенные знания или сверхчувствительное сердце для того, чтобы обнять и пожалеть изнасилованную дочь.

Однажды, когда я была уже взрослой, мама меня прокляла. Так и сказала: «Проклинаю тебя». Не то чтобы я была верующей, но от этих слов мне стало страшно.

Как я справлялась? Всеми способами, которые заглушали боль: алкоголь, секс, творчество (стихи), селфхарм, попытки суицида, антидепрессанты, поиски своего психотерапевта. Я будто прошла через войну и зачем-то выжила. Нелегко осознавать, что твой первый и самый жестокий насильник – мать. Все другие абьюзеры были милосерднее.

Я замуровала свое прошлое от себя и старалась никогда-никогда о нем не вспоминать. Я внешне открытый, легкий, вполне успешный человек, любящий шутить и много смеяться. И еще я сильная. Могу выстоять там, где другие слягут. И помочь этим другим. Только вина всю жизнь придавливала. Иногда ненависть к себе. И флешбэки.

Впервые я рассказала обо всем на психотерапии, когда нашла все-таки своего терапевта. Разверзся ад. Это была невыносимая многомесячная боль. Я вся была боль. Но я впервые узнала, что такое безусловные принятие, сострадание, любовь и доверие. А еще поняла, что на мать можно злиться, что со мной нельзя было так обращаться. Что ад, через который я прошла, ни хрена не норма. Это было открытием, откровением. Оказалось, во мне много ярости по отношению к матери.

Мы работаем на терапии и с этой яростью, и с тем, чтобы я приняла свое прошлое и себя. В моем случае это, видимо, долгий путь. Но я буквально затоплена благодарностью к терапевту. Я чувствую ценность своих мыслей, чувств, переживаний. Осознаю, что имею на них право. Что, оказывается, не обязательно опираться только на себя, что можно просить и получать помощь. И чувствую постоянную поддержку терапевта.

С мамой мы видимся один-два раза в год. Как-то я попыталась напомнить ей об одном эпизоде моей истории. Она позвонила моим сыну и мужу и сказала, что я все вру.

«Ты плохая дочь, уходи из дома!»

Елена, 56 лет:

Тебя уже нет больше двух лет, мама. Но почему-то меня «это» не отпускает до сих пор и, видимо, уже не отпустит. Может, из-за недосказанности – мы так и не проговорили всё. А еще потому, что «оно» перешло дальше, теперь уже к моему сыну.

Ты ушла, так и не пожелав меня выслушать, лишь однажды сказала, что тебе «не надо было на меня кричать», что было равносильно извинению, ведь ты никогда не извинялась.

А кричать ты любила, делала это самозабвенно, со вкусом, сама себя подогревала, входила в раж и в этом состоянии никого не слышала. Прорвать крикливую ругань было невозможно. Я оправдывалась, объясняла, доказывала – бесполезно. Тогда и выработала дурную привычку говорить мало (чтобы успеть вклиниться в паузу) и бить словом больно (чтоб достучаться). Когда я уже училась в старших классах, у тебя появился новый бзик: «Ты плохая дочь, уходи из дома». Я ушла после окончания школы – подыскивала квартиру и работу, пришла за вещами, и ты оставила меня. Не извинилась, но гнать перестала. 

Я все детство пыталась понять, чем же вызывала у тебя такую ярость на грани ненависти. Ведь я знала тебя и другой: ты разговаривала с нами у теплой печки, пекла «Наполеон», играла в настольные игры. Да и я не была плохой дочерью: полностью взяла на себя заботу о младшем брате и домашние дела, так как отец рано погиб и ты поднимала нас одна. Я жалела тебя, любила тебя, оправдывала тебя. До нового скандала.

А еще было стыдно перед соседями, ведь твой крик стоял на всю улицу. 

Ты не била, но могла так унизить, находясь в состоянии этого дикого транса-ора, столько гадостей наговорить, что еще хуже. Заводилась внезапно, с пол-оборота. Поводом могли быть разбитая тарелка, неубранные вещи, потерянный тобою же кошелек («признавайтесь, вы украли»). Однажды в запале вышвыривала белье из шкафа, под руку попался мой подарок. В школе на уроке труда к 8 Марта мы делали картину из пластилина на стекле, тебе очень понравилось. Схватила: «Не уберешь – разобью». До сих пор помню эту сцену как в рапиде: мы смотрим друг другу в глаза, затем подарок с размаху грохается об пол, летят осколки. Они во мне до сих пор.

Возможно, если бы я сразу выполняла твои приказы, была послушной, таких сцен не было. Но ведь ты же сама «выбивала» из меня слабохарактерность – чтобы «могла за себя постоять».

Однажды присутствовавшая при скандале знакомая сказала: «Ты за то время, что кричишь, дала бы ей тряпку, она и перемыла бы все полы». Эта фраза для меня стала ключом к разгадке: тебе просто нужен этот способ вампиризма. Чтобы вылить накопившуюся негативную энергию. А на роль девочки для битья была выбрана дочь. Возможно, потому что «пошла в породу отца», которого ты считала слабаком. На брате тоже отрывалась, но меньше – «ты старшая», или у него более легкий характер («в мою породу»), или потому что «сына всегда хотела».

Самое удивительное, что это не изменилось, когда мы сами стали родителями, я по-прежнему оставалась виновна во всех земных грехах. Чтобы сохранить свою психику, просто меньше общалась, уходила, видя, что ты начинаешь заводиться. И к прежним комплексам добавилось чувство вины за твою одинокую старость…

Я никогда не хотела тебе отомстить, но часто представляла тебя больной: ты лежишь в постели, я за тобой ухаживаю и все-все тебе рассказываю, а ты слушаешь и не перебиваешь. Это был единственный способ объяснить, что я чувствовала, когда была маленькой и такой же беспомощной. Чтоб ты поняла: ребенка надо любить, а не перебрасывать на него свои жизненные тяготы. Что дочь не «твое говно», а человек, которого нельзя ломать через хребет. Она не может быть такой, какой хочется тебе, просто потому, что она уже родилась другой. Помимо твоего или ее желания.

Но ты ушла внезапно. А незадолго до этого после очередного скандала и полуторагодовалого бойкота я пришла к тебе мириться, ведь ты никогда этого не сделаешь первая. Потому что могла не успеть и всю оставшуюся жизнь корила бы себя еще и за это.

Я перечитала уйму литературы по психологии, давно все разложила по полочкам, все поняла и простила тебя. Но заноза не выходит. Видимо, потому что я невольно поделилась ею со своим сыном. Больше всего на свете я бы хотела, чтобы неумение строить отношения с самыми близкими, доставшееся тебе от твоих родителей, закончилось на мне. Но, видимо, это проклятие рода.

Олеся Кавалерчик, системный семейный терапевт, клинический психолог:

Почему дети винят себя за насилие со стороны родителей?

Тяжесть произошедшего с героинями очевидна для них и специалиста. У психики нет понятия времени, часто события прошлого продолжают оказывать значительное влияние на нас в настоящем. 

Последствия насилия проявляются в форме особых жизненных сценариев, психосоматических заболеваний, суицидального и самоповреждающего поведения, различных злоупотреблений (наркотиками, алкоголем, лекарственными препаратами), нарушений, связанных с неприятием своего тела, нарушений в сексуальных отношениях с партнером.

Одной из самых острых для проживания является травма привязанности и развития, полученная в детстве, заключающаяся в разрыве безопасного контакта с фигурой значимого взрослого, осуществляющего заботу и защиту. Последствия таких травм затрагивают самые базисные, витальные механизмы формирования психического здоровья человека.

Привязанность обеспечивает выживание уязвимого человеческого детеныша за счет безусловного следования за фигурой родителя, процесс перенятия ребенком модели восприятия себя и мира, паттернов поведения и взаимодействия с окружением.

В ребенке буквально заложена изначальная потребность любить и оправдывать во всем своего значимого взрослого из-за страха быть покинутым (тождественно страху смерти).

На ранних этапах развития человек идентифицирует себя со своим телом, после – с эмоциями, и уже потом – с целостным образом, потому жестокое обращение с телом (удары, физические наказания, акты сексуального насилия) и психологическое насилие (грубость, крик, унижения и т.д.) влекут за собой деформацию я-концепции («если мне плохо» – значит, «я плохой»).

В истории Валерии у ребенка был сформирован ненадежный и игнорирующий тип привязанности (мать не удовлетворяет потребности ребенка в контакте, валидации эмоций, не контейнирует, не создает чувство защищенности и опоры, табуирует для ребенка выражение чувств злости и недовольства, отстаивание собственных границ).

В истории Елены привязанность также ненадежная, но амбивалентная: мать то демонстрирует модель здоровых отношений (разговоры у печки, торт «Наполеон»), то кричит и наказывает, чем создает у детей ощущение тревоги, постоянного страха.  

Часто холодность и жестокость матери к ребенку актуализируются ее личным травматичным опытом детства, что отражается на психической неготовности быть теплой, опорной и принимающей фигурой для своего ребенка. 

Мы можем лишь догадываться об истинных причинах, лежащих в основе подобных взаимоотношений с детьми, но то, что матери Валерии, по словам героини, было важно общественное мнение, может свидетельствовать об отчаянном поиске любви и принятия, попытке «добрать» от посторонних людей того, чего так не хватило самой, а именно принятия, любви, поддержки и признания «Я хорошая» мать, хозяйка, подруга. 

Люди, которые подвергались насилию в детстве, испытывают проблемы с эмпатией, часто приобретают склонность к агрессии и проявлению насилия в своей семье по отношению к близким. Это история межпоколенческая, мать недополучила любви и тепла от своей матери и не способна в полной мере реализовать материнский потенциал уже со своими детьми. Подтверждение этого – слова Елены, которыми она заканчивает свою историю: «Больше всего на свете я бы хотела, чтобы неумение строить отношения с самыми близкими, доставшееся тебе от твоих родителей, закончилось на мне. Но, видимо, это проклятие рода». Конечно, это не имеет ничего общего с «проклятием» и прочими вариантами мистификаций. 

Мать Валерии канализирует свои тяжелые эмоции посредством ребенка из-за недостатка ресурсов для выдерживания напряжения и чувства стыда. Невозможность смотреть в тяжелое и выдерживать стыд проявляется и в том, что она не верит дочери в историях про сексуальное насилие, обвиняет девушку в ответственности за изнасилование вместо помощи и поддержки и т.д. 

Мать Елены, предположительно, не прожила полноценно все стадии процесса горевания после смерти мужа, что стало одной из причин нехватки ресурса для полноценной эмоциональной вовлеченности в жизнь детей. Елена вынуждена осуществлять роль функционального родителя для младшего брата. Ребенку непосильно справляться с подобным напряжением семейной системы. 

Дети часто испытывают вину и стыд в ситуациях физического, психологического и сексуального насилия. С одной стороны, это связано с потерей контроля над своим телом и эмоциями, беспомощностью. С другой – детской психике сложно вместить, что родитель может быть плохим, сознание расщепляется, любимый родитель остается хорошим, а «плохая часть» – отправляется внутрь, в себе ребенок находит причины жестокого обращения с собой, погружаясь в чувство вины. 

Потребность уже взрослого ребенка донести до родителя то, насколько тяжело и плохо ему было в детстве, часто связана с отсутствием эмоциональной сепарации, невозможностью самостоятельно удовлетворять потребность в поддержке и принятии. Взрослые дети эмоционально незрелых родителей до глубокой старости «голодают» по молоку родительской любви. 

Нужно ли прощать своих матерей? Нет однозначного ответа. Каждый, переживший травму насилия, имеет право не прощать то, что простить невозможно, когда прощение равно предательству себя.

Однако возможно найти для себя объяснение (не оправдание!) мотивов, которыми были движимы обидчики. Простить – не значит согласиться с тем, что произошло; восстановить отношения или добиться сатисфакции – не значит предать себя и забыть о случившемся.

Куда важнее освобождение себя, решение не участвовать в прошлых событиях, «забрать кусок своей души» оттуда, где он с болью остался, отдать ответственность за случившееся тем, кто причастен, принять готовность жить со своими ранами и взять на себя заботу об их залечивании, не ожидая этого от кого-то другого.

«Важно не то, что сделали из меня, а то, что я сам сделал из того, что сделали из меня» (Жан-Поль Сартр).

«Какой-то своей частью моя мать военизирована»

Александра, 31 год:

Много чего невысказанного. Но до сих пор не могу об этом поговорить с матерью. Наверное, и не смогу.

Самая яркая по боли история. У меня никогда не было желания менять парней как перчатки. Я хотела найти «того самого», хотела семью и детишек. Начиная с 17 лет до сегодняшнего момента у меня всего было пять мужчин.

Итак, в 17 лет у меня начались первые половые отношения. В какой-то момент, даже зная, что предохранялась, я испугалась, подумав, что беременна. Решилась прийти к матери, рассказать про задержку. Она купила два теста. Один сделала сама, второй отдала мне. Потом скомандовала, чтобы я подошла к ней, и показала мне оба теста, велев определить, где чей. Зачем, я до сих пор не знаю. Оба теста были отрицательными. Я попросила не рассказывать отцу. Она рассказала, подчеркнув, что я шалава, а ему повезло, что он внезапно дедом не стал. 

Я лежала подавленная у себя в комнате, в слезах. Пришла мать и абсолютно спокойным, будничным тоном сказала, будто в лицо плюнула: «Мне очень жаль, что ты оказалась легкодоступной, которая трахается с любым мужиком под любым кустом». На какое-то время меня не стало.

Потом, когда меня разорвало от осознания, что мать назвала меня *** [женщиной легкого поведения], случился взрыв. Я крыла матом себя, посылала ко всем чертям мать, переживала, зачем родителям нужна такая дрянь, как я. Мать не ожидала от меня такой реакции. Ошалело встала и ушла из комнаты со словами: «Ты еще и больная на голову истеричка». Потом смутно помню: я царапала ногтями стены в истерике, орала и выла, настолько было больно. 

Отец пытался меня успокоить. В результате у них с матерью возник конфликт, мать кричала: «У тебя дочь ***** [распутничает], а ты ее защищаешь, она позор семьи!»

С того момента у нас с матерью началась холодная война. И длилась вплоть до моего первого брака. Тот брак был именно попыткой уйти в свободное плаванье, от постоянного контроля, скандалов и всех этих «ты должна, мы переживаем, не делай так», от подавления моего «Я».

Вторая история связана с периодом моего развода. Моему мужу кто-то написал в мессенджере, что я ему изменяю. Он поверил без всяких доказательств. Хотя у меня даже мысли такой не было. Я человек очень верный. Если люблю и живу с мужчиной, то все остальные мужчины меня перестают интересовать как возможные любовные партнеры. В силу наших тогдашних отношений мужу просто надо было за что-то зацепиться.

Муж уехал из Москвы в родной город подавать заявление на развод, рассказал о причине конфликта своей матери. Свекровь переиначила ситуацию и преподнесла уже моей матери собственную версию: будто мой муж застал меня «на горячем», вернувшись с работы.

Моя мать усомнилась в том, что я ничего плохого не сделала. Меня подкосило ее подозрение в такой тупой измене и отсутствие поддержки.

После этого я начала ежедневно пить. При этом работая в детском саду. Каждый вечер пила. Дремала час-другой и, как в тумане, ехала с ребенком на работу. Возвращалась, занималась домашними делами, укладывала спать сына и опять пила. И так почти месяц.

К великому сожалению, эти воспоминания постоянно всплывают. И куда мне это все слить до конца, как выговориться, я не знаю.

На мне до сих пор отражается воспитание меня не как нежной девочки, а как мужика, воина. Вся моя семья – военные. Моя мать – жена офицера, и какой-то своей частью она тоже военизировалась. 

А я урод в семье. Иногда мне кажется, что в прямом смысле урод – и по внешнему, и по внутреннему содержанию. Потому что не такая, как они. Думаю по-другому, разговариваю по-другому, интересуюсь другим. В этом смысле всегда была изгоем, человеком с другой планеты. И такой они меня не принимали.

У меня до сих пор серьезные проблемы с самовосприятием. Я не люблю себя. Не считаю себя красивой, умной, занимаюсь самоуничижением, самоедством. Не могу адекватно принимать комплименты, похвалу, могу даже нагрубить в таких случаях. У меня второй муж, заботливый, любящий, прекрасный отец для детей. Иногда он спасает меня от меня самой. Во мне огромный запас нежности и любви, которые я не могу до конца раскрыть. Как будто блок стоит.

Несмотря на все это, я постаралась найти в себе силы и простить маму, хотя бы частично. Сейчас у нас более близкие отношения, она много помогает, и я благодарна ей за это.

«Помню, как гребла за мамой говно, но я люблю ее»

Вера, 44 года:

Люблю маму. Каждый раз наворачиваются слезы, когда я с ней общаюсь. Люблю ее теперь как своего ребенка. Когда она умирала у меня на руках от инфаркта, когда в реанимации просила принести ей расческу, губную помаду и карандаш для бровей, я поняла, как ее люблю. ..

Но я помню, как гребла за ней говно, размазанное по квартире, как выводила ее из запоев, как выливала водку и не давала опохмеляться… Всегда буду помнить жуткие слова и фразы по отношению ко мне. Но я на нее не обижалась: за что ее прощать, она ни в чем передо мной не виновата, она такая, какая есть. Злилась – да и теперь злюсь, когда она начинает считать мои деньги.

В детстве всякое случалось. Совершенно жуткая для меня история (вот за нее я маму точно не простила), когда мне подарили на день рождения огромную куклу – пупса. Дядя из Германии привез. А мамина подруга подарила детскую мебель. Лет пять или шесть мне было. Это было такое богатство! Но мама взяла и все это отнесла в детский в сад, в свою группу (она была воспитателем). И мне это не просто не вернулось, но даже поиграть в это не пришлось. Это было предательством, аж до удушья.

Начиная с 12 лет я вязала безумные наряды из разных кусков пряжи, что мне отдадут или подарят. Каждый раз, когда я красовалась перед зеркалом, восхищаясь своим мастерством, мама говорила: «Сними и не позорься».

Мне 13 лет. Отдыхаем на турбазе. Я уже сформировалась. Стоим на пляже. Мама на меня смотрит и говорит: «Была бы ты красивой девкой, если бы не твои угри».

Мама с папой прожили 33 года вместе. Потом мама поехала в другой город, где познакомилась с мужчиной. Влюбилась. Он стал к нам приезжать. 

Мама жутко меня ревновала к своему мужчине, выгоняла из дома, обзывала проституткой, шалавой и тварью за то, что я вышла из своей комнаты в свитере и колготках, чтобы погладить юбку на кухне. Мне было 19. Сколько они лакали водки тогда….

Старшая сестра моя, кстати, так и спилась, совсем деградировала, растеряла навыки коммуникации. Мама пить перестала после инфаркта. 

Когда от меня ушел отец моей дочки (я тогда уже была паркетным журналистом, хорошо выглядела, нормально зарабатывала, появились интересные друзья, умные и богатые мужчины), дочке было четыре года. И как-то автоматически мама стала ею заниматься. Даже в больницу с дочкой ложилась. Жили мы втроем в маминой трехкомнатной квартире. Мою квартиру мама сдала квартирантам, причем пока я отдыхала на базе отдыха. В тот период у меня был женатый мужчина. Естественно, я общалась с ним тогда, когда ему удобно. Помню, мы вместе с ним провели субботу, он учил меня водить машину, а вечером подвез до дома. В воскресенье мы с мамой и дочкой готовили вкусности, общались. Позвонил мой мужчина, предложил пообедать вместе. Я стала одеваться. Мама развернулась ко мне и тихо так произнесла: «Нет, ты никуда не поедешь. Тебе хватит одного раза в две недели. Не надо так часто заниматься сексом». Обедать я уехала вместе с дочкой.

Во вторник уже выпроводила квартирантов из своей квартиры, в четверг заказала «Газель», чтобы перевозить вещи в свою квартиру. С мамой случился гипертонический криз. Она вызвала скорую, когда увидела, что я забираю кровати, диваны, игрушки. Я сказала, чтобы она училась жить одна. После того, как мы разъехались и стали ходить друг другу в гости, отношения наши стали корректнее.

Как я живу? Да нормально. Как я могу о чем-то сожалеть? Это моя жизнь. И ее не переделать. Был период, когда меня так затопил страх одиночества, что я меняла партнеров по двое за день. Безумный год был. Потом успокоилась, но начала пить. Однажды попала в больницу под капельницу на три дня: разрыв слизистой между пищеводом и желудком. Меня выворачивало кровью. Бросила пить совсем. Через год бросила курить.

Через пару лет, в 2010-м, меня накрыла депрессия. Панические атаки до обмороков. Я постоянно умирала. Только в 2011-м обратилась к психотерапевту. Он объяснил, что такое панические атаки. Начался период «таблеток счастья» – антидепрессанты, транквилизаторы… Два года проходила курс психотерапии. Все это время работала, работала, работала. Но есть то, что меня мучает. Я никогда не была замужем. Отец моей дочки так и не предложил мне выйти замуж. Никто из других мужчин никогда не говорил «выходи за меня замуж». Возможно, потому что я сама стала вести себя как мужчина.

Я принимаю жизнь: есть мама, сестра, дочь, друзья, мужчины, коллеги. .. Я дозированно со всеми общаюсь. Когда хочу. У меня нет слова «должна» по отношению к близким.

Мамина квартира для меня сейчас – место тыла. Я могу попроситься к ней ночевать, когда мне сильно плохо. Мы с ней обнимаемся, я люблю залезть к ней под мышку и полежать так. Мне нравится, как она пахнет, хотя теперь к ее запаху прибавился запах старости. Ни слова упрека или осуждения, даже когда приползаю к ней раненой и больной, от нее не слышу.

Иван Вдовенко, клинический психолог, сексолог:

Почему мама не любит?

В историях обеих героинь можно говорить о травме привязанности. Обе героини очень любят маму, тянутся к ней, мама не отвечает взаимностью, не успокаивает, не заботится, а, напротив, травмирует.

Ребенок от рождения получает право на жизнь, на свое мнение, на эмоции, на проявление сексуальности, любви и другие. Нередко эти права нарушены. 

Мы не можем сказать, что получили героини, они описывают то, чего не получили. Например, не получили права на проявление сексуальности (когда мама Александры говорит, что дочь ведет себя «как шалава», а мама уже взрослой Веры настаивает, что та может заниматься сексом только один раз в две недели).

У Александры под запретом право на собственное мнение, проявление эмоций. Когда она плакала и царапала стену, мать назвала ее истеричкой и ушла. 

История с игрушками, которые мама Веры отнесла в детский сад, – это отсутствие у ребенка права на собственные вещи. В самом маленьком возрасте (в два-три года) ребенок говорит «мое» и старается защищать свои игрушки. Почему мама так себя ведет? Здесь замешано социальное мнение. Она работает в детском саду. Принеся игрушки, она выделится среди взрослых и детей (дети будут играть, а им скажут, это «тетя Люда» принесла). Мама таким образом поднимает свой авторитет в социуме. 

У мамы Александры есть ощущение социальной правоты (то есть это не ее мнение, а мнение общества, когда она говорит о том, что дочь – позор семьи). А когда родитель выражает мнение общества, он сильно давит на ребенка. Как будто это не мать, а общество так решило. В этот момент для мамы как будто не существует дочери. Перед мамой как будто чужая девочка, которая очень плохо себя ведет. Ее надо наказать. Никаких теплых материнских чувств женщина в этот момент не испытывает. 

В дальнейшем такие травмы приводят к проблемам с противоположным полом, с друзьями, другими людьми. Человек может испытывать невроз, тревожность, склонность к алкоголизму и т.д. Какие-то триггерные точки, механизмы будут напоминать о травматичных событиях, возобновлять воспоминания вплоть до мельчайших подробностей и ощущений в теле и в эмоциях. 

Почему матери поступают так с детьми? Скорее всего, этих прав не было и у них самих. Если у меня самого не присвоено право, то и ребенку я тоже с трудом могу это дать. 

Ребенок – это эмоциональная нагрузка. У родителей, лишенных базовых прав, стрессоустойчивость, объемы любви невысоки. И когда дочь надевает мини-юбку, для мамы это травмирующее событие, внутри появляется много агрессии, с которой она не может справиться. 

Тем не менее взрослые дети пытаются наладить отношения с родителями. Людям свойственно тянуться к ресурсу – в данном случае родительскому. Всегда остается надежда, что мама готовила кулечек любви и теперь ее даст. Но ничего она не готовила, никакого кулечка нет. Там, где ты не получил ресурса, ты его никогда не получишь. Просто мы иногда дорисовываем картинки (вот мама стала мягче), фантазируем на эту тему. 

Когда с детства нарушен поток любви (любовь всегда движется сверху вниз в детско-родительских отношениях), во взрослой жизни трудно проявить себя. Такому человеку понятен сухой контакт, без любви. Потому что есть ощущение, что если проявишь любовь, тебя эмоционально пнут. Когда появляются любовь, забота, всепринятие, становится страшно. И люди часто убегают от этого. 

Как научиться любить себя? Путей работы над собой много. Это и терапия, и религия, и различные аскезы – кому что больше подходит.

На самом деле любовь к себе присутствует всегда. Когда ребенок говорит, что он плохой, он хочет, чтобы его просто похвалили, дали любви и убедили его в том, что он себя любит. Дело не в том, сможет ли наша героиня Александра полюбить себя, а в том, сможет ли ее кто-то убедить в том, что она себя любит. Это может сделать муж, если она его пустит, терапевт с помощью травматерапии. 

Можно сепарироваться от образов реальных родителей и создать образы желанных мам и пап, которые позволят реализовать базовые права. Психика плохо различает давние эмоциональные воспоминания от фантазий. То есть по деталькам можно создать идеальный образ мамы для себя. Которая будет любить и научит любви.

«Мечтаю забыть свое детство»

Андрей, 38 лет:

Основная эмоция, с которой ассоциируется детство, – страх. Физическое воздействие ко мне применялось редко (ну, отец пару раз выпорол ремнем да мать несколько затрещин дала с размаху). Главное ощущение – несоответствие тому образу идеального ребенка, который жил в голове у каждого из родственников. Иногда эти образы друг от друга отличались, и было непонятно, какой из них «правильно» идеальный.

Самым суровым наказанием было не собственно наказание (угол, лишение развлечений и т.д.), а огорчение родственника. Мама/папа/бабушка/дедушка обиделся/обиделись – всё, конец света: я полное ничтожество и не заслуживаю того, чтобы жить на Земле. Нужно как можно сильнее и дольше унижаться, чтобы заслужить их прощение. 

В подростковом возрасте, когда происходила перестройка не только организма, но и мировоззрения, меня продолжало угнетать все возрастающее ощущение собственной никчемности, «неправильности», ненужности. Как будто «товар» не соответствует заявленным характеристикам и потому неликвиден, даже на распродаже с огромной скидкой на него вряд ли кто позарится. 

Родители развелись, но при этом продолжали воевать за то, кто склонит меня на свою сторону. Мать постоянно обвиняла в том, что я весь в своего папашу-урода (даже когда я просто хотел есть или шел в туалет, звучали злобные реплики типа «весь в папашу, только жрать и срать, а толку никакого нет», слишком долго был в душе – «что угодно, лишь бы не уроками заниматься», делал уроки и не успел убраться или устал – «такая же свинья, как папаша, вас в один хлев надо поместить, давать помои раз в день, и пердите и срите там под себя»). А отец возмущался, что у меня «бабское воспитание». 

Для сверстников я был слишком «правильным» (я боялся долго проводить время в компании), а по возвращении домой меня часто ждал скандал с двух-трехчасовым ором на тему того, какой я дебил безмозглый, скотина бессовестная, что меня надо сдать в психушку, срочно вправить мозги, иначе меня ждет тюрьма или скорая гибель. 

Я научился по звуку открывающейся двери в подъездном тамбуре определять, кто именно заходит в коридор, и если понимал, что мать, у меня весь организм начинал сжиматься и трястись от страха: а вдруг она снова с порога начнет ругаться. 

Мои собственные вкусы, желания и устремления постоянно объявлялись дурью, которой нормальный человек маяться никогда не будет. 

Мать любила, глядя мне в глаза, монотонно-стонущим криком повторять: «От тебя ничего не зависит! У тебя НИЧЕГО НИКОГДА не получится!!».

Естественно, девочки мне тоже всегда нравились «не те»: «***** [женщина легкого поведения] очередная – кто сегодня позовет, с тем и трахается», – кричала мать. Когда я пытался заступиться за девушку, она билась в истерике: как я смею хамить самому родному человеку, для меня шалавы подзаборные важнее, чем родная мать. 

Долгое время все это я воспринимал как абсолютно нормальное явление. Мне и в голову не приходило, что где-то может быть по-другому. 

Все эти истории продолжают влиять на мою взрослую жизнь. Мне по-прежнему знакомы чувства обреченности, бесполезности, ненужности, сейчас они переносятся тяжелее, чем в подростковом возрасте. Пубертатом же уже не отмажешься. 

По-прежнему работает формула «счастье – это отсутствие несчастья». Я так же искренне поражаюсь, когда кто-то со мной общается дружелюбно, с интересом, вниманием и пониманием – и тут же включаю защитную реакцию в виде стёба или самоунижения: а вдруг сейчас ударят по больному? Долго мучаюсь, если кто-то не ответил на сообщение: наверное, я просто человека уже достал, а он из вежливости не посылает открыто. Начинаю «прощупывать почву» и уже действительно становлюсь навязчивым. .. 

Я работаю с психологом не первый год, и положительные изменения, безусловно, есть. Но глубокие травмы на то и глубокие, что одной условной «обработкой йодом» не обойдешься: зарастает все очень долго и медленно. Такое ощущение, что сейчас я преодолеваю период, который должен был пережить лет двадцать назад. 

Злости на мать у меня как таковой нет. Есть, видимо, обида… а злость в основном на себя. Я не хочу с ней даже проговаривать эту тему – было несколько попыток, из которых я понял, что она может при определенном настроении признать все, что я говорю, и даже извиниться, но дальнейшее общение опять продолжится в ключе «ты должен делать то, что я говорю, и вообще подумай, что люди скажут». 

Я мечтаю забыть все, что происходило со мной в детстве и особенно в подростковом периоде. Или, по крайней мере, стать к этим «мемуарам» более равнодушным. 

«Какого фига я должна нести ответственность за неудачный брак матери?»

Анастасия, 28 лет:

Мои родители развелись, когда мне было семь лет. Отношения их были абьюзивными. Мама была жертвой. В общем-то, у нее был выбор – быть жертвой или нет. Но в наших с ней отношениях у меня выбора не было. 

Как только родители развелись, а развелись они со скандалом, с разделом имущества, я стала слышать с завидной регулярностью, что мой папаня козел. Не слушать это у меня варианта не было. У мамы была очень большая обида. Результатом стало то, что мой отец перестал со мной общаться. Некоторое время папа забирал меня на каникулы, выходные. Мама вставляла палки в колеса. А отец мой такой неженка, что общаться со мной прекратил. Отношения восстановились, только когда я стала поступать в университет. 

Голос у меня прорезался лет в 15. На мамины закосы о том, что я копия отец, а отец козел и мудак, я начала говорить, что мне крайне это неприятно, что я это слушать не хочу, что пора сворачивать эту заевшую пластинку. Мама очень бурно реагировала, доходило до скандалов. Любая наша ссора сводилась к обсуждению отца. Она до сих пор не пережила обиду на него.  

Когда я стала общаться с отцом, убедилась сама, что он так себе человек. И маме не надо было об этом петь мне на протяжении 27 лет. По сути, она скидывала свою нерешенную психологическую проблему, свою боль по результатам брака на меня. Какого фига на мне, мама, лежит твоя ответственность за твой неудачный брак, почему я в этом виновата? 

Конечно, у меня есть на нее обида за это, но я не хочу прерывать отношения. Мы прекрасно общаемся, она мне очень сильно помогает. Но даже работа с психотерапевтом не дала мне возможности полностью отпустить эту ситуацию. 

Гораздо интереснее получилось с отцом. Наши с ним отношения тоже были абьюзивными, в которых я назначила себя быть жертвой. Уже студенткой я ездила к нему несколько раз за год в другой город. И каждый раз возвращалась оттуда с тяжелым сердцем. Он крайне сложный для общения человек. И только полтора года назад, когда я пошла к психотерапевту и рассказала, что вот я езжу к отцу и возвращаюсь оттуда со слезами на глазах, он меня спросил: а зачем ты туда ездишь, ты что, мазохистка? 

Такую простую мысль сказал психотерапевт: не обязательно любить своих родителей только потому, что они твои родители. Если тебе трудно, почему не прекратить отношения? Как много проблем решает эта мысль.

Еще появление своего ребенка позволило мне понять, что если ты своего ребенка любишь, ты сам проявляешь инициативу, ты хочешь знать, как твой ребенок живет. Ты хочешь, чтоб ему было хорошо, ты интересуешься им.

Как итог: я общаюсь с мамой, хотя часто вполуха, и прекратила общаться с отцом. И знаете, мне отлично. 

Асель Борисовская, психолог:

Можно ли прервать отношения с родителями?

Желание Андрея, судя по его истории, произрастает из веры в то, что если бы он был идеальным, его бы любили. Все люди хотят, чтобы их любили. Проблема возникает там, где это желание слишком болезненно разбивается об реальность. 

Ребенок ждет от матери любви, доброты и заботы. Но не просто ее не получает, а получает ненависть, как бы в наказание за то, что он сын своего отца, то есть тот, кто он есть. Это фундамент патологического чувства вины («я злюсь скорее на себя»). Так человек сам воспроизводит то отношение к себе (самоуничижение), которое он испытывал со стороны тех, на кого надеялся в детстве.  

Справиться с чувством обреченности и бесполезности можно, пока человек жив, пока хочет для себя лучшей жизни и готов прилагать к этому усилия. Варианты есть. Для психологической проработки вам понадобятся (здесь мы должны быть честными): время, деньги и много душевных сил. 

Как правило, люди обращаются к психологу, когда их душевное страдание достигает предела, и, обращаясь за помощью, они полуосознанно ждут, что теперь, в терапии, их жизнь будет становиться все лучше и лучше. Эта надежда естественна. Но специфика глубокой психологической работы такова, что ее целью является освободиться от того, что мучает, обнаружить себя под слоем травм и защитных механизмов, а не обрести новое сакральное знание. Если человек перегружен родительской ненавистью и своими бессознательными ответными чувствами, ничего «нового» в него не полезет – место уже занято. 

Чтобы освободиться, на каком-то этапе будет нужно «вспомнить всё» – и постепенно, погружаясь глубже, заново пережить. Это воскрешает старую боль. Иногда на это хватает своих душевных сил и поддержки терапевта, иногда этих ресурсов оказывается недостаточно, по разным причинам. Хорошая новость, что всегда можно пробовать снова, пока вы живы и хотите лучшей жизни. 

Иногда людям кажется, если они перестанут общаться с родителями, это принесет в их жизнь облегчение. Или, наоборот, жизнь наладится, если донести до мамы или папы, как больно их ребенку было в детстве, те поймут, признают, изменят свое отношение, наконец-то всё будет как должно было бы. 

Реальность такова, что это два отдельных направления работы – отношения с родителями во взрослом возрасте (которые могут оставаться абьюзивными или перестать быть таковыми) и психологическая травма. Общаться или нет – вопрос отношений между двумя уже взрослыми людьми. Избавиться от влияния детской травмы (которая встроена во внутренний мир человека как призма, через которую воспринимается реальный мир) – вопрос сугубо внутренней проработки. 

Могу ли я позволить себе не любить родителей и не испытывать чувство вины при этом? Над этим психологи и помогают работать людям.  

Парадокс в том, что когда удается высвободить застрявшие в глубине злость и ненависть, это место освобождается для любви. Прежде всего для любви к себе, хотя любовь к себе и любовь к родителям – на глубинном уровне одно и то же.

«Маму я не любила»

Ольга, 47 лет:

Слово «травма» не очень люблю и не принимаю в отношении себя. Мне даже в раннем детстве хватало философского подхода к жизненным обстоятельствам, чтобы не давать им себя как-то непоправимо ранить. 

Мама – человек неуравновешенный, истеричный. Поэтому били меня как за обычные проступки – испорченные или потерянные вещи, непослушание, за неосторожно сказанные слова, так и за то, что заболела – когда меня рвало или кашляла по ночам. Мама это объясняла тем, что я притворяюсь ей назло. Если она была разъярена на улице, то вела себя внешне спокойно, но стискивала мне руку так, что пальцы скрючивались в веревку. До сих пор это чувство кисть помнит. 

Самая сложная тема для меня – это общение с дедушкой и бабушкой с папиной стороны. Когда родители развелись, мама запрещала мне с ними видеться, а они приезжали через весь город ко мне в детский сад с гостинцами. Я научилась врать и прятать подарки. Когда это вскрывалось, мне доставалось очень сильно.

Била она без всяких скидок, вкладывалась по полной, использовала подручные предметы. Мы жили тогда в панельном доме-малосемейке, там все слышно сквозь стены через три квартиры. Отовсюду похожие звуки раздавались время от времени.

Много лет спустя сестра прятала у меня подарки, переданные ей отцом. Те же запреты, те же наказания. В раннем детстве ребенок воспринимает семью как данность. У меня такие родители, у Сашки такие, у Женьки совсем другие. Живи, приспосабливайся. Потом, у нас же было свободное детство. Практически бесконтрольное – кружки, секции. Я даже в садик ходила сама. Дедушка со мной много занимался, а бабушка просто не чаяла души. Мне хватало их любви, чтобы не зацикливаться на домашних проблемах. 

Маму я не любила. Точно помню момент, когда это поняла. Мыла полы и почему-то подумала – я не люблю свою мать. Мне тогда было лет двенадцать. Очень спокойно приняла это решение, будто оно всё расставляло на свои места. Без шока и излишней трагичности.

У меня была маленькая сестра, ее били за то же самое. Я учила ее перетягивать горло одеялом ночью, придушивать себя, чтобы не кашлять.  

Когда мама задерживалась, мы были с сестрой дома одни. Одни ели, одни ложились спать. Тогда к моему объективному беспокойству подмешивалось откровенное желание – а пусть с ней что-то случится, и мы будем жить одни! Я все умею. Зачем она нужна? 

В восемнадцать лет я ушла из дома. Сказала себе – если я тут останусь, то стану такой же. Ушла без претензий к прошлому, чтобы строить свою семью. Максимально не похожую на ту, в которой выросла. 

Сестру жалко было. Она человек другого склада. У нее была обида на жизнь, и она не могла, да и не пыталась с ней справиться. Все время что-то пыталась доказать маме, у них шла настоящая война. Все кончалось грандиозными скандалами, даже милицией и клеткой-обезьянником по заявлению мамы. Потом сестра совершила попытку суицида, лежала в больнице. Выписалась – неделю прожила у мамы, но та истерила. Я забрала сестру к себе, а мама пустила квартирантов. 

С сестрой у нас сложное общение, были перерывы. Сейчас она говорит только о хорошем, а темы, которые ее могут вывести из равновесия, резко игнорирует. Мне это кажется искусственным, но если эта формула ей подошла, то лучше так.

Мстить матери я никогда не хотела, хотела поменьше встречаться. Простить можно всё. Хотя бы потому, что с ней таки ничего не случилось и она благополучно возвращалась из кино, ее можно простить. Потому что если бы произошло то, чего я тайно хотела, то как бы я с этой травмой жила? 

Сейчас мы общаемся, и она даже успокоилась. Милая пенсионерка, ездит к нам на дачу, водит внучку на гимнастику и в музыкальную школу. Совсем другой человек. Спрашивать с нее нечего. Я один раз за всю жизнь пыталась ей задать вопрос, давно уже. Она возмущенно сказала: «Не было такого!» Может, она так и жила всю жизнь. Срывала зло, а потом говорила себе: не было такого – и сразу забывала. У меня нет зла по отношению к ней. Но не хочу, чтобы других детей били.

«Отдавать матери нечем – закрома пусты»

Марина, 42 года: 

Я не хочу рассказывать свою историю. Тяжело погружаться в эту бездну. Но не смогла проигнорировать тему, близка очень. На мой взгляд, у конфликта «мать – дочь» не бывает happy ending. Если это реальный конфликт, а не детские обиды: мол, в школьные годы била ремнем за двойки и не пускала на дискотеки. 

Реальный конфликт – это когда ты в 15 лет начинаешь подозревать, что «с тобой поступают как-то не так», в 20 осознаешь, что это на самом деле так, а в 30 и 40 хлебаешь это самое «как-то не так» полной ложкой. И все заверения, которыми в юности пичкали доброхоты-родственники («вырастешь, поймешь, как мама была права», «еще спасибо родительнице скажешь», «будешь взрослая, вместе с мамой посмеетесь»), рассыпаются под твоими ногами.

Это страшно, поскольку пуповинная связь чертовски сильна. И все эти годы тебя дерет на части чувство вины – не смогла наладить отношения с матерью, и жесткое понимание, что наладить ничего невозможно, ибо человек тебя не слышал ни в 15, ни в 30, ни в 40 лет. И не услышит никогда… 

Мать с возрастом начинает требовать все больше внимания и душевного тепла, а взять все это неоткуда… Поскольку ты этого материнского тепла (как и внимания) не получала.

Соответственно, и отдавать нечем – закрома пусты. И хотя все это понимаешь, чувствуешь себя при этом паскудно. Так уж получилось, что большинство моих подруг ведут с мамами задушевные разговоры на кухне. Щебечут часами по телефону, хвалятся успехами детей, обсуждают обновки. Берут родительниц на семейный отдых (мужья только «за»). А тебе снова больно, и чувство вины: почему у меня не так? Детская зависть и обида, хотя уже и поблекшая в красках…  

Правда, со временем выясняется, что ты – не одна. Свежеприобретенные приятельницы в разговоре «под винишко» слегка, кончиками пальцев, касаются больной темы (боже, как мы все боимся осуждения! ведь мать – это святое!). И если видят в глазах понимание, выплескивают свои истории. Страшные, трагические, не менее печальные, чем моя собственная. 

Причины конфликтов и разногласий разные, но итог у всех одинаков: «мать – абсолютно чужой человек». И каждая пытается найти соломинку, за которую можно уцепиться, чтобы этот маятник перестал раскачивать твою психику. 

Близкая подруга, каждый раз приезжавшая от своей родительницы оболганная, униженная, с трясущимися руками, как-то зашла в церковь. Просто не знала, куда еще идти. Попала к батюшке, долго готовилась, постилась, исповедовалась. Рассказывает с большими глазами: «Представляешь, что мне батюшка сказал?! Я ему выкладываю: мол, грех большой, не люблю свою мать, она всю жизнь по мне трактором ездит, принижает, абсолютно не ценит. А он мне говорит: любить вы должны Господа Бога, а мать – почитать». Простая истина, но для человека стала той самой соломинкой. И ее отпустило. К сожалению, не всем удается «зацепиться» и выплыть. Чаще выживших просто нет.  

Я не сержусь на свою мать и не чувствую к ней ненависти. Просто постепенно с ужасом начала осознавать, что этот человек разрушил не только свою жизнь (да, мне ее до сих пор жаль), но и жизнь нашей семьи, рассорив родственников. В итоге мать осталась одна, ждет от меня того самого внимания и тепла, а его нет. Есть только жалость, смешанная с легкой неприязнью. 

Олег Новоселов, психолог:

Как отпустить обиду на мать?

Степень травматизации ребенка зависит от степени психологической зрелости его мамы.Под словом «мама» мы чаще всего «понимаем» что-то любящее, заботливое, почти святое. Так ли это на самом деле? 

В силу менталитета, нашего воспитания часто восприятие нами родителей искажено. Роль ребенка – быть «под» родителями до определенного момента. Этот момент и есть наше «созревание». Не каприз или нежелание подчиняться, а именно зрелость. Если хотите: принятое решение брать на себя ответственность за свои поступки. 

Если мы не будем канонизировать роль родителя, то увидим обычного человека, у которого есть свои надежды, ожидания и ошибки. Как живые люди мы стремимся «взять» от жизни что-то хорошее (приятное). Это основа незрелого (детского) поведения. 

Мы все настолько разные, что это делает нас похожими друг на друга. В любом поступке, истории прочитанной или услышанной каждый из нас находит отголоски той или иной стороны героев этой истории. У нас разный жизненный опыт, разный психотип, характер. В одной семье растут разные дети. 

Вот этот момент, когда одна из героинь поняла, что не любит мать, на мой взгляд, дает понять, в каком возрасте произошла психологическая зрелость нашей героини. У ее младшей сестры этого не случилось, и старшая приняла на себя роль хорошей матери для сестры, а потом и для самой матери. Что, по сути, тоже не совсем верно. 

Зрелость – это то, чего не хватает современному человеку.

Будучи студентом как-то услышал фразу, сказанную в отношении нашей страны одним из приезжавших в период перестройки первых знаменитых психотерапевтов: «Вы страна недолюбленных детей». Очень точно сказано.  

Если больно в сорок лет – это обида. Обида на маму, на судьбу, на себя и свою жизнь. Многих эта обида толкает на поиск «мамок» или «папиков», которые должны нам что-то. Или еще худшую зависимость – алкогольную или наркотическую. Кто-то делает выводы и просто молчит о своей обиде, тем самым «отравляя» неокрепший мозг своим детям про то, как «нужно» относиться к своим родителям.

Как поступить? Работать над собой, любить своих детей. Не получается самому, обращаться за помощью. Кому-то в помощь духовный наставник, кому-то психолог. 

Возвратить отношения с мамой в зрелом возрасте проблематично, если вы их детьми не видели. Тут надо, скорее, пробовать создавать новые, взрослые, зрелые отношения. По сути своей это и есть «Почитай отца твоего и мать твою».

«Мама – звезда, а я – серая мышка»

Ирина, 50 лет:

Моей маме уже за семьдесят, но она до сих пор яркая, активная, занимается спортом, путешествует, постоянно ходит в театр и на концерты, много общается с подругами и такой была всегда, сколько я ее помню. У нее дома на самом видном месте висят ее фотографии в окружении друзей. В дальнем углу – фото внучки. Мое фото – на кухне.

Это принцип жизни: она – самая-самая. 

С моим отцом она развелась, когда я ходила в детский сад. Быстро вышла замуж второй раз. И мы переехали в село, где жил отчим. Из детских развлечений там я помню лес, катание на велосипедах и походы по помойкам, где мы с подружками собирали красивые стеклышки битой посуды. Моя мать была звездой – красивая, активная, она вела в школе кружок самодеятельности. Все ей восхищались. Я при этом росла обычным ребенком. Особых талантов у меня не было. Думаю, потому что никто их и не искал. Я тогда только читала запоем, из-за чего сильно посадила зрение.

Отчим начал сильно пить. Наша жизнь в деревне постепенно превратилась для меня в кошмар. Все каникулы я проводила в городе у бабушки. А через пять лет меня отправили к ней жить. Потом мать развелась с отчимом и тоже вернулась в город. 

После сельской школы, где я была почти отличницей, в городе мне было учиться очень тяжело, я скатилась на тройки. А мама продолжала свою активную жизнь: пела в хоре, занималась спортом, ходила в кружки кройки и шитья, устраивала личную жизнь. Была занята собой. Меня воспитывала бабушка. 

Каждый год мама ездила отдыхать в санатории или дома отдыха в других городах. Меня же отправляли в один и тот же пионерлагерь за городом. 

Я была ничем не примечательной, некрасивой серой мышкой – вся в прыщах, стриженная под мальчика, в маленьких, перекошенных очках. Мама, приходя домой, с восторгом рассказывала о дочерях своих подруг: у одной умница и комсомольская активистка, у другой рукодельница, а у третьей кулинарка. У меня же были только недостатки. 

Ей было все равно, что я чувствую и как я выгляжу. Мне было лет 14 , когда наша новая соседка-красавица обратила внимание, что я расту гадким утенком, и провела с мамой разъяснительную работу. Тогда меня первый раз отвели в парикмахерскую, где сделали модную завивку, и мне было разрешено пользоваться блеском для губ. 

Все мои сверстники гуляли, развлекались, ходили на дискотеки, я не могла себе этого позволить: в старших классах мама оформила меня на работу уборщицей. Хотя мы не настолько нуждались в деньгах. Отец платил хорошие алименты, которые по традиции клали на книжку. Они сгорели в 91-м. 

Когда мне исполнилось 16 лет, мама снова вышла замуж. Она хотела объединить нашу жилплощадь с жилплощадью нового отчима. Но тут вмешалась бабушка: меня оставили жить одну, но с условием содержать себя самой. Мне пришлось перевестись на вечернее отделение. Днем я работала, вечером училась. Личная жизнь не складывалась, потому что я была плохо одетой, некрасивой девушкой и остро ненавидела себя. 

Это были голодные девяностые. Мама ничем не помогала мне. Были месяцы, когда приходилось жить на одной картошке. Зимней одежды у меня не было. Сапоги были огромной роскошью. В итоге на первом курсе я тяжело заболела, чуть не осталась инвалидом.

Мама всегда любила меня, но по-своему, снисходительно, как человека, который ничего не добился. Критиковала меня за всё. Друзья, родственники всегда восхищались именно ей. А я со стороны наблюдала это, болезненно любила свою мать, жутко ревнуя ее ко всем, поскольку мы очень редко проводили время вместе.   

Замуж я вышла поздно, родила дочку, история повторилась. Моя мама не бросилась заниматься внучкой. Все свободное время она продолжала посвящать себе и своим увлечениям в компании подруг. Естественно, что у подруг внуки были лучше, быстрее набирали вес. По ее мнению, я всегда неправильно ухаживала за ребенком, не так гуляла, не тем кормила, не так одевала. Однажды она утащила в мороз ребенка гулять без шарфа, привела ее с красными щеками и сказала: «Посмотри, какая она румяная». Потом оказалось, что ребенок отморозил щеки. 

Внучкой она тоже не восхищалась. Хотя та, в отличие от меня, росла красивой, умной, занималась спортом, привозила медали с соревнований и при этом была отличницей в престижном лицее. Бабушка всегда считала, что мы ее отдали не в тот спорт, что она выбрала не ту профессию, стройность называла худобой.

Сейчас моей дочери за двадцать. Она самостоятельная, живет в другом городе. 

А я начала избавляться от комплексов и реализовывать свои таланты. Оказалось, они у меня есть. А еще оказалось, что я не серая мышка, а красивая женщина. Я сильно изменилась и чувствую себя человеком, который начал новую жизнь. 

Мама старается помогать мне и внучке финансово, но мы по-прежнему не близки, я очень мало рассказываю ей о своих достижениях, поскольку знаю, что она все равно раскритикует их, но и проблемами не гружу. Я очень рада, что у меня с моей дочерью совсем другие отношения. 

«Мама мечтала продать меня подороже одному человеку»

Вера, 33 года:

С мамой мы виделись редко. Из маленького городка, куда меня, двухмесячную, и ее, двадцатилетнюю, привезла бабуля, моя родительница мечтала сбежать. Что и сделала, когда мне не было и полутора лет. Второе образование, новый брак. 

Меня даже позже не забрали в другую семью, большую и крепкую семью отчима. Сказали, что бабушка не отпустила. Так до окончания школы я с бабулей и прожила. 

Мама только по праздникам. Но всегда с опозданием. Даже телеграммы с поздравлениями с моим днем рождения опаздывали на день-два.

Но все 16 лет я ее боготворила. А потом мы – два взрослых человека – стали жить вместе. 

Если вкратце, то мы так и не сошлись характерами. Она обвиняла меня в несостоявшихся отношениях с мужчинами, мечтала продать меня подороже одному человеку, чтобы он содержал ее и меня. Не вышло.

Я рано вышла замуж, а она пообещала развести нас через полгода.

Она хотела, чтобы я была всегда подле нее, чтобы слушала, смотрела в рот и жалела. Это назвалось пониманием. Так и было лет пять. Потом мне надоело. Я перестала потакать ее прихотям, капризам. Пыталась не общаться. Она звонила с проклятьями, даже когда родилась внучка. Сказала, что моя дочь мне за нее отомстит. 

И это еще цветочки. Там были и просьбы о самоубийстве, и подставы, и такие обиды, что нормальный человек пальцем у виска покрутит. Ну, о почивших лучше плохого не говорить… 

Ее не стало внезапно, глупая случайность погубила. Но мне сложно простить ее до сих пор. Она мне снится. И во сне мы всегда спорим о чем-то несущественном. Я надеюсь, что в другом мире она обретет покой. 

Наверное, это останется навсегда – детские обиды и отсутствие мамы все годы рядом. Семьи из нас так и не получилось, но мне совершенно не хочется такого для своих детей. Их, несмотря на свои амбиции, я никогда не брошу. И уж тем более не стану обвинять в том, что с кем-то не сложились отношения. Людей вокруг может быть много, жизнь тоже может удивлять, но дети всегда должны быть с матерью, видеть в ней любовь, чувствовать заботу и способность быть рядом в трудную минуту. 

«В переходном возрасте бабка устроила мне настоящий ад»

Тамара, 27 лет:

Рассуждать о святости материнства, наверное, можно, только когда человек сознательно решил стать родителем. А когда получается «залетела – надо рожать», уж лучше аборт. Когда мама забеременела, и она сама, и моя бабушка были за аборт. Дед настоял, что надо рожать. С ним у меня, кстати, единственным из всей семьи, хорошие, теплые отношения.

С мамой отношения непонятные. Когда мне было три, она оставила меня жить у бабушки. По каким причинам, мне неизвестно. Мама и сама тогда была ребенком. Родила меня, когда ей только-только исполнилось 18. Отца я не знаю, мне про него не рассказывали.

Бабушка у меня своеобразная женщина. В какой-то момент она решила, что я вырасту такой же, как мать. И стала меня пилить.

С 13-14 лет мне твердили, что я принесу в подоле, не получу образования и буду работать поломойкой. Это мое единственное предназначение. Хотя я училась отлично.

Когда начался переходный возраст, бабка устроила мне настоящий ад: не давала гулять, запрещала общаться с друзьями, не пускала в гости. Обзывали шлюхой, проституткой. Хотя у меня и в мыслях такого не было. И я начала протестовать: сначала курила за гаражами, потом стала приходить домой подвыпив. В моей школе такое поведение считалось крутым. 

Дома со мной не общались. Оценки хорошие приношу – и ладно. Чем бы я ни начинала заниматься – плаванием, рисованием, игрой на музыкальных инструментах, мне говорили, что я бездарность, что ничего у меня не выйдет. Даже когда я поступила в университет (и не в один, а во все, какие хотела, в моем городе) на бюджет, дома мне сказали, что я бестолочь и меня оттуда выгонят.

Курса с четвертого я стала сама зарабатывать себе на жизнь, университет закончила с красным дипломом и сразу устроилась работать по специальности. Все это время у меня в голове была установка, что я такая же, как моя мать, только хуже. И только недавно я начала понимать – нет, я совершенно другой человек. И у меня другая жизнь. 

Я чувствую глубокую обиду на маму за то, что она бросила меня. Что вместо того, чтобы быть со мной, строила свою личную жизнь, да так и не устроила. Променяла меня на какого-то алкаша. Если бы я осталась с ней, все могло бы быть по-другому. Не пришлось бы сейчас справляться с заниженной самооценкой и кучей комплексов. Не ощущать периодически, что я никому не нужна и не буду нужна. Я не знаю, что такое любовь в семье. Мне никогда не говорили, что меня любят. 

Сейчас я работаю с психологом. И да, теперь немного легче.

Мария Умнова, психолог, гештальт-терапевт:

Может ли бабушка заменить маму?

Эти истории откликаются обидой, болью, гневом, яростью, отчаяньем и беспомощностью. Такие же чувства испытывает и ребенок, оставленный матерью, отданный бабушке или предоставленный, как одна из героинь, сам себе. Меняется только степень этих чувств и возможность их обнаружить. 

Чем раньше мать оставляет ребенка, тем сложнее эти чувства осознать, но они все равно есть. «Оставить» ребенка – это не обязательно физически с ним расстаться, иногда похожие переживания есть и у детей, которые территориально живут с мамой, но эмоционально мама отстранена. Сложно говорить о «степени травматичности» таких событий. Потому что и у нашей психики, и в жизни есть компенсаторные механизмы и ресурсы. Иногда бабушка способна дать куда больше любви, принятия и поддержки, чем родная мать. Все очень индивидуально. 

В этих историях общим является то, что мать остается центральной фигурой для теперь уже выросших детей. Бабушки выполняют скорее формальную функцию опеки, а все эмоции сосредоточены вокруг материнской фигуры. В этом смысле можно говорить, что в этих примерах бабушки не заменили мам. 

Процесс взросления требует сепарации от родительских фигур. Как цыпленок, чтобы повзрослеть, должен вылупиться из яйца, так человек должен отделиться от мамы. Когда мы взрослеем, мама перестает быть главным человеком в нашей жизни. Тогда мы можем строить «взрослые» отношения. Главными людьми становятся супруги, потом собственные дети. 

В наших историях мамы остались в центре внимания уже выросших детей. Такая ситуация часто мешает созданию собственной семьи, а если такая семья создается, то часто муж (жена) и дети остаются статистами, первую скрипку продолжают играть отношения с мамой. Они занимают чувства, мысли, вызывают сильные эмоции. 

Как будет влиять такая история на взрослую жизнь человека? Все может быть очень по-разному. Выросший ребенок может стать недоверчивым, или наоборот, чрезмерно доверчивым, не способным вступать в близкие отношения, или со стороны его жизнь может выглядеть вполне благополучной. Это зависит от множества разных факторов, но подобный детский опыт определенно оказывает влияние. 

Как перестать чувствовать себя брошенным, преданным? Если вас предали или бросили, невозможно перестать это чувствовать, невозможно это игнорировать. Хотя люди часто пытаются это делать. Я знаю единственный способ – признать, что это было, и пережить все те чувства, которые эта ситуация вызвала. Пережить обиду, боль, страх, отчаянье, ярость. Это сложная задача. Это не всегда можно сделать до конца, иногда для этого требуется много времени. Иногда не хватает и жизни. 

Есть вещи, которые невозможно простить. Я думаю, главное тут – быть честным перед самим собой. И сказать себе: я не прощаю. И идти дальше. 

Когда-то мама была единственным и главным человеком в нашей жизни. И было очень страшно и больно быть брошенным этим самым главным и единственным человеком. Когда мы становимся взрослыми, мы можем увидеть свою маму просто женщиной, обычной женщиной, скорее всего несчастной, возможно, не очень мудрой, запутавшейся, одинокой, беспомощной, не знающей, как ей быть… 

И тогда может открыться возможность получить любовь от других людей. Спасибо маме за то, что она сделала – выносила и родила. А остальное можно пробовать получать от других людей, которые могут любить, которые могут давать тепло и поддержку. В этом смысле бабушка – хорошая, надежная, теплая и любящая бабушка – может заменить маму.

 

Перекрестные сочинения детей и родителей друг о друге — Сноб

Ничто так не помогает разобраться в психологических проблемах многих современных семей, как «перекрестные» сочинения детей и родителей друг о друге

Иллюстрация: Veronchikchik

Многие мои коллеги в период изоляции писали, что это очень подходящее и хорошее время для того, чтобы вдумчиво пройтись по Третьяковке с онлайн-экскурсией или наконец-то прочесть Кафку. Я от подобных советов решительно воздерживалась просто потому, что мои многолетние наблюдения за человеческой природой (и за собой в числе прочих) недвусмысленно подсказывали: тот, кто не мыслит себя без регулярных экскурсий в художественные музеи, посетит их онлайн во время изоляции без всяких подсказок, а тот, кто за 40 предыдущих лет Кафку не прочел, вряд ли кинется к его книгам в период эпидемии и личной и общественной неопределенности.

Однако что-то (или кого-то) поближе Кафки и Третьяковки можно по случаю и узнать получше, подумала я и предложила 50 семьям написать весенне-летние сочинения.

Темы были очень простые: «Все о моей матери» и «Все о моем сыне/дочери». Писали два члена семьи — мать и ребенок. Почему не отец? Я искренне полагаю, что от того, насколько хорошо знают друг друга мать и ребенок, в современном российском обществе в конечном итоге зависит больше, чем от аналогичного знания по линии ребенок — отец. Хотя в последние годы ситуация несомненно движется к некоторому равновесию.

Задания формулировались так:

Для ребенка: расскажи, что ты знаешь о своей матери. Именно знаешь, а не предполагаешь, не догадываешься, не чувствуешь по отношению к ней. Очень просто: что ты знаешь. Вот прямо сейчас.

Практически все дети писали это сочинение у меня в кабинете, пока я разговаривала с их матерями. Для упрощения работы детям я давала некоторые опорные пункты — образование, работа, увлечения, социальная жизнь матери и прочее.

Матери писали сочинения дома и присылали по электронной почте. Их задание было сложнее и ультимативней:

— Только факты, — велела я. — Не надо мне писать: «он добрый». Напишите: «Он всегда сам угадывает, когда у меня болит голова, и приносит таблетку, и еще он подобрал на улице двух брошенных котят, вылечил их и сам уже три года за ними ухаживает». Только так.

Практически все дети — 25 мальчиков и 25 девочек от 9 до 16 лет — инструкцию выполнили.

Две трети не знают, что конкретно делают их матери на работе.

Пятеро знают, как называется организация, в которой работает их мать.

Больше половины не могут назвать должность.

Также больше половины не знают, какое у матери образование, и только двое назвали конкретную полученную ею когда-то специальность.

У пятерых мамы учатся прямо сейчас. Только один точно сказал на кого.

Двое написали: моя мама любит свою работу, она сама мне говорила. Пятеро написали: моя мама не любит свою работу и работает там только из-за денег.

О каких-то действиях и фактах биографии матери до появления на свет самого ребенка («моя мама раньше ходила в горы») упомянули четверо из 50.

Семь человек знают, где и как их мать познакомилась с их отцом. Две трети достаточно точно описали внешность матери.

Хотя бы одно личностное практическое наблюдение — «моя мама обычно молчалива», «мама стесняется говорить с незнакомыми», «моя мама всегда все организовывает, и в семье, и когда мы едем куда-то с другими» — в семи сочинениях.

С описанием увлечений матерей, если не считать путешествий (22 человека), «поговорить с подругами» (17, все девочки) и «посидеть в компьютере, телефоне, посмотреть телевизор» (42 человека) — полный швах. Почти никаких индивидуальных черт. 12 детей написали, что их мама очень любит убираться в квартире. 17 — что обожает готовить. Трое в противовес — «ненавидит готовить» (этим я поверила безоговорочно).

«По всей видимости, больше всего мою маму заботит приготовление мною уроков».

«Ее очень интересует, во что мы с братом одеты — не холодно ли нам».

«Моя мама очень любит обследовать меня у разных специалистов, а потом лечить».

Рассказывая о социальной жизни, пятеро поименно перечислили друзей и подруг матери.

Еще восемь написали «у моей мамы много подруг».

Трое написали: моей маме бывает одиноко, она сама говорила.

Семнадцать: моя мама часто ругается с моим отцом (отчимом).

Десять: у моей мамы хорошие отношения с моим отцом, они не ругаются.

Впечатление такое, что «ругаются — не ругаются» в ви́дении детей единственный критерий хороших-плохих отношений.

Пятеро: моя мама хотела бы найти себе мужчину, чтобы он ей помогал.

Трое: моя мама хочет развестись, но пока не решается.

Один: моя мама сделала четыре пластические операции, но нам с папой сказала только о двух.

Еще один: моя мама занимается благотворительностью. Почему-то без уточнений, что именно она делает. Не знает?

32 сочинения, в той или иной формулировке: «Я сейчас понял, что на самом деле мало знаю о самом близком человеке — своей маме». Я, конечно, внутренне торжествовала, такое читая, ведь это уже результат.

30 из 50 пытались высунуться из предбанника, где писали, и что-то спросить. Трое приходили посмотреть, какого цвета у матери глаза.

Разумеется, многие не удержались от обобщающей фразы в конце своего сочинения типа: «Я очень люблю свою мамочку!», «Моя мама самая лучшая!» Но кто бы их за это осудил? Точно не я.

Практически все родители инструкцию не выполнили. Самой часто встречающейся в их сочинениях оказалась фраза «он у меня очень эмоциональный». Я абсолютно не экзальтирована, но когда прочитала ее в 40-й раз, у меня возникло совершенно иррациональное желание, явно из психологического арсенала плохой училки: взять красную ручку и вычеркивать, вычеркивать, вычеркивать.

Второй мой антифаворит — «он у меня способный, но ленивый». Определение, которое прямо на моих глазах искалечило сотни, если не тысячи судеб и испортило сотни детско-родительских отношений.

Удивительно, но большинство родителей даже не способны внятно и безоценочно описать внешность своих детей. У их детей это получается гораздо лучше, вот хороший пример: «Моя мама низенькая и полная, на одной щеке и на локтях ямочки, глаза большие, карие с зелеными крапинками, когда она смеется — а смеется она очень часто, — глаза закрываются круглыми голубыми веками и видны десны над ровными зубами. Движется мама, как будто катится, но очень быстро, раз — и она уже там, а ты даже и не заметил». Прекрасный портрет, согласитесь. Ни в одном родительском сочинении ничего даже близко похожего, как будто и не учились они все в школе на русской классике.

17 мам фактически переписали в сочинение медицинский анамнез: «Родился недоношенным, в год был диатез…» — и всякое такое. 33 подробно и внятно описали диагнозы ребенка в настоящий момент.

42 мамы (трогательное количественное совпадение) сообщили, что основным увлечением их ребенка является его телефон. Практически все отметили еще по одному увлечению, например: собирает лего, читает книги, рисует, любит гулять с друзьями. Про еще два увлечения написали 26 родителей, про три — 11.

Все перечислили посещаемые до пандемии коронавируса кружки, но из этого перечисления почти нигде нельзя было понять, что там сам ребенок, а что — родительские амбиции или рекомендации медиков.

На пункте с животными моя инструкция была просто не выполнена. «Любит животных» — что это значит? Каждый день гладит кошку? Или выпросил три аквариума, сам их обслуживает, разводит там редких рыбок и состоит в клубе аквариумистов? Понять это из родительских сочинений, увы, было невозможно.

36 родителей честно написали, что они почти не знают, с кем и как общается их ребенок, хотя и пытаются отслеживать. 29 отметили, что у ребенка бывают проблемы со сверстниками, о которых он сам им говорил. Пятеро упомянули о травле, ни в одном сочинении не была названа ее причина.

30 мам написали, что у их ребенка, кажется, нет «настоящих друзей», да, собственно, и времени на них нет.

Подробное и внятное, без «эмоциональности» и «способности, но ленивости», описание собственно характера и личности ребенка — «много говорит», «часто жадничает», «тяжело проигрывает», «упорный в достижении целей» (все это — с примерами) встретилось мне в пяти сочинениях из 50.

В 23 сочинениях описания скатывались в жалобы: «не слушает, что ему говорят», «не уважает старших» и тому подобное. В 11 — в беспредметные восхваления: «очень способный», «красивый», «с хорошим вкусом».

Все родители прочитали сочинения о себе. На мой вопрос: вы себя тут узнаете? Ухвачено ли главное? — положительно ответили 11 из 50. Остальным 39 я порекомендовала, не откладывая, рассказать своему ребенку о себе то, чего им в этих портретах-отражениях не хватило.

Все дети по уговору тоже прочитали родительские сочинения. На аналогичный вопрос про узнавание положительно ответили 36 детей. Я ожидала, что будет пять-шесть положительных ответов и вал подросткового протеста: «Нет, я не такой, я сложнее и интереснее, ты меня не знаешь и не понимаешь!» Но они согласились. С эмоциональностью и ленивостью, приматом гаджета над всем и отсутствием настоящих друзей. Как с таким портретом выходить в мир?

Я расстроилась. А потом подумала: может, это просто толерантность и нежелание расстраивать маму? Так до конца и не решила.

Но уверена, что это упражнение простое и полезное. И лето — хорошее время для того, чтобы что-то узнать о себе и о том, кто рядом.

В завершение приведу тронувший меня лично отрывок (Вика, 13 лет):

«У моей мамы много проблем. Муж ее бросил, на работе задерживают зарплату,  а моя бабушка долго болела и умерла в прошлом году. Но моя мама никогда не унывает, она говорит, что мир все равно прекрасен, и любит веселых, она ходит с подругами в кафе и водит нас с братом в музеи и погулять. А когда настал коронавирус, мы с мамой сделали спектакль, засняли его на видео и послали всем друзьям и родственникам, и даже у хомяка и собаки там были роли. И еще мы испекли огромный торт из семи коржей, ели сами и отнесли всем соседям. Моя мама сильная, и я хочу, когда вырасту, быть похожей на нее».

Ссоры родителей: Что чувствуют дети и нужно ли сохранять семью ради них

Ужины втроем, совместные прогулки, походы в кино – веселое беззаботное времяпрепровождение в компании мамы и папы. Что может быть лучше для любого ребенка? И вдруг, как гром среди ясного неба, развод и проблема выбора, с кем жить, как быть и что же теперь делать. Согласитесь, такие вещи «вдруг» не происходят. Грому и молнии предшествует целая череда раскатов в виде ссор, перебранок, поджатых губ и напряженных молчаний, в которых, как правило, дети, если и не участвуют напрямую, тем не менее частенько становятся разменной монетой, страдая еще больше взрослых. К тому же далеко не всякая ссора ведет к расставанию родителей, но любая из перебранок, свидетелем которой стал ребенок, не может не повлиять на детскую психику. Каким же образом нам выплескивать свои эмоции и выражать взаимное недовольство так, чтобы не навредить своему ребенку?

О сдержанности

Моя приятельница Людмила – мать двоих детей – лет десять назад имела не просто взрывной характер, а походила на настоящую пороховую бочку, готовую рвануть не то что от неприятного слова, а даже от неугодного взгляда. Ни у кого из знакомых не возникало сомнений: за свадьбой Люды с Сергеем быстро и неумолимо последует развод. Молодые ругались так, что соседям приходилось вызывать милицию, дабы никто никого не убил. За год совместной жизни они перебили три сервиза, несколько красивых ваз, порвали пять рубашек и два вечерних платья, расколошматили вполне приличные табуретки и, ко всеобщему удивлению, умудрились зачать ребенка. Вокруг все только вздыхали и охали и заранее жалели еще не появившегося на свет ребенка, которому, по всеобщему «компетентному» мнению, грозила безотцовщина. И что же? Детей у пары давно уже двое. Ругань и битье посуды остались в прошлом, а в ближайшем будущем они ждут рождения третьего малыша. В ответ на мой вопрос о том, как ей удалось усмирить свой буйный нрав, Людмила рассказала следующую историю: первая же брошенная ею на пол после родов тарелка вызвала такой оглушительный плач у ее обожаемой дочурки, что, испугавшись последствий (пупочной грыжи или, не дай Бог, заикания), она пообещала себе впредь избегать повышенной громкости во время скандалов.

– Вы больше не ругаетесь? – уточнила я.

– Ругаемся, – призналась Люда, поглаживая себя по беременному животу. – Шепотом. Прежде чем заорать или уронить что-нибудь, я просто считаю до десяти, и желание громить все вокруг исчезает.

В общем, если вы излишне эмоциональны и привыкли громогласно выпускать пар, научитесь делать паузу перед вспышкой, и тогда она не будет яркой настолько, чтобы омрачить существование вашего ребенка.

О манипуляции

Ребенок – мощное оружие для достижения своих целей. Она хочет пойти в зоопарк, он – поваляться дома у телевизора. «Пойди, детка, скажи папе, что ты очень хочешь посмотреть на белых мишек», – говорит она и упивается собственной изобретательностью. Поход в зоопарк обеспечен, а маленькая хитрость осталась незамеченной. Не осталась. Возможно, муж и закрыл глаза на этот «тонкий» прием, но ребенок, будьте уверены, его запомнил и сделал вывод: действовать так можно и нужно. Не удивляйтесь потом, когда в схожей ситуации он с успехом опробует эту линию поведения на вас.

А если хотите избежать подобного развития событий, пытаясь прийти к согласию с супругом или настоять на своем, не пытайтесь сделать ребенка союзником и привлечь его на свою сторону.

Помните: во время «войны» дети должны сохранять нейтралитет. Когда ребенка используют как средство манипуляции, когда он вынужден выбирать, на чью сторону встать в конфликте, он лишается самого главного – детства, ведь должен выполнять функцию взрослого и неожиданно нести возложенную на него родителями ответственность.

О любви

Если в семье прошла любовь, то, на мой взгляд, такую семью сохранять не стоит даже ради детей. Они – натуры тонкие и все чувствующие. Им нужна атмосфера радости и взаимопонимания, а не вынужденного терпения друг друга. К тому же если этого самого терпения у вас не хватает, и ребенок становится постоянным свидетелем выяснения отношений между родителями, его нервная система истощается и в буквальном смысле приходит в негодность. Такие дети становятся замкнутыми, стеснительными, могут начать писаться в кровать или часто плакать без причины.

Поверьте, в подобном случае ребенку лучше жить в неполной, но спокойной семье, чем постоянно находиться в «кратере дышащего лавой враждебности вулкана».

Но, конечно, в любой, даже самой замечательной и любящей семье, бывает, случаются ссоры. И иногда эмоции так зашкаливают, что уберечь детей от неприятных сцен не удается. Что же делать в этом случае? Пусть ребенок станет свидетелем не только ссоры, но и примирения. Когда страсти улягутся, обнимите и друг друга, и ребенка, и пусть он почувствует, что его пошатнувшийся мир вновь безоблачен и прекрасен. Ведь нет ничего прекраснее семьи, где мама с папой любят друг друга. А ссоры – это обычная жизнь, а в этой жизни, как известно, «милые бранятся – только тешатся».

Другие материалы Ларисы Райт читайте на Яндекс.Дзен

Действительно ли дети поражаются, наблюдая за спорами родителей?

Я спрыгнул с лестницы, перепрыгивая через каждую вторую ступеньку, как это делают девятилетние дети. Я не обращал внимания на неизвестную территорию, на которую собирался войти на кухне.

Мои родители дрались.

Всемогущий, бог ужасный бой, который ударил меня со всей силы в живот.

Мои родители никогда не ссорились. Или, по крайней мере, они хранили свои разногласия в тайне, подальше от глаз и ушей своих детей. Будучи самым младшим ребенком, я совершенно не подозревал, что между нашими родителями когда-либо существовало напряжение.

На мой взгляд, они никогда даже не ссорились из-за того, кто должен был заварить чай, поэтому участие в той драке было похоже на неудачный удар.

Мой живот свернулся в узел, и я почувствовал себя физически больным, наблюдая, как мои родители борются за то, что, как я думал, было в самый первый раз. Громкий, злой и яростный бой. Мой обычно тихий и спокойный папа был разгневан. Моя добрая и нежная мама была в ярости. Они кричали и бросали друг на друга пронзающие взгляды через стойку для завтрака.

Я был уверен, что это все. Я был свидетелем того момента, когда мои родители разошлись.Я виделась с папой раз в месяц, пока он не перестанет испытывать неудобства, связанные со мной. Моя мама в конечном итоге обиделась на меня, потому что я был свидетелем драки и как-то усугубил ее. Детские мысли блуждают.

Джеральдин Уолш.

Это был единственный раз, когда я видел, как мои родители ссорились. Я не слышал ни слова из их аргументов.Я видел только язык тела, слышал тон и чувствовал едкий воздух, который для меня был более разрушительным, чем то, из-за чего они боролись. Еще до того, как прошел день, все, что заставляло их сердиться, исчезло. Однако это произвело неизгладимое впечатление на мой маленький разум, и беспокойство о том, что мои родительские отношения рушатся, сохранялось некоторое время. 47 лет спустя они доказали мою неправоту.

Хрупкий

Я смотрю на себя сейчас и на свой 12-летний брак.С четырехлетним и годовалым ребенком мы раздражены, истощены и хрупки. Несмотря на все наши усилия, мы боремся перед нашими детьми больше, чем хотелось бы, поскольку воспитание маленьких детей сказывается на нашем терпении и разочаровании.

Меня беспокоит, как наши дети страдают, наблюдая, как мы ссоримся, гораздо чаще, чем когда-либо мои родители. Если один аргумент так повлиял на меня, как наши мелкие ссоры или иногда враждебные ссоры влияют на наших детей?

Как мы можем найти баланс, когда наши дети дают нам нежелательную импровизированную аудиторию? Меня беспокоит, что наши споры будут иметь долгосрочные последствия.

Социальный работник Лора Фоули признает мои опасения, говоря: «Многие исследования показывают, что существует прямая связь между ссорами дома и проблемами эмоционального и психического здоровья. Некоторые потенциальные черты характера и расстройства, которые возникают из-за того, что родители ссорятся, — это ОКР, трудности в социальном развитии, депрессия, антисоциальное поведение, агрессия и тревога ».

Лаура Фоли.

Как и в случае с тем аргументом, свидетелем которого я стал, Фоули говорит, что «слова влияют не только на человека, на которого они нацелены. Если ребенок видит или слышит, ему может быть больно. Семейный дом должен быть самым безопасным местом для ребенка. Дети всех возрастов проницательны и могут быстро эмоционально переживать, когда их безопасность ставится под угрозу теми, кто должен их защищать ».

То, как мы спорим, часто определяет атмосферу в доме и, в свою очередь, влияет на наших детей.Психолог-консультант Салли О’Рейли объясняет, что характер и качество драки будет зависеть от того, насколько разрушительна она для зрителей: «Конструктивные аргументы — когда родители не соглашаются, но ведут переговоры уважительно, что приводит к компромиссу и разрешению — могут быть поучительными, даже полезно ребенку.

«Деструктивные аргументы — в случаях конфликта, продолжительного крика, оскорблений, обзываний, обвинений, манипуляций и / или угроз — оказывают краткосрочное или долгосрочное негативное воздействие на эмоциональное, психологическое и социальное развитие детей.”

Clash

Наши аргументы больше похожи на повышенные голоса в плохих набросках Morecambe и Wise , поскольку мы расстраиваем друг друга и конфликтуем из-за стилей воспитания. Нет сильного негатива по отношению к другому человеку. Я, однако, виновен в том, что молча отказался от спора на потом, если заметил, что за мной наблюдают маленькие глазки. О’Рейли, который живет в Корке, предполагает, что деструктивные аргументы включают и эти невидимые аргументы.«Мы можем подумать, что у нас все хорошо, отложив аргумент на потом, но дети практически телепаты. Они остро чувствуют напряжение. Невыраженное негодование или обида не остаются незамеченными. Когда мы регулярно скрываем все эти чувства для общения, мы просто учим детей делать то же самое ».

Салли О’Рейли.

Фоли предполагает, что «между ссорящимися и несогласными родителями существует тонкая грань. Ключевым словом в различении этих двух является тон.Дети в возрасте шести месяцев могут улавливать аргументированные тона, ведущие к потенциальным изменениям в мозге из-за стресса. Драки создают эмоционально заряженную среду, которая лишает дом безопасности и создает эмоциональный стресс. Для сравнения, разногласия перед детьми могут быть положительными, если они также присутствуют, чтобы впоследствии стать свидетелями исправления ».

Возможно, наши аргументы, когда они сбалансированы и эмоционально не заряжены, могут стать учебным моментом.По словам О’Рейли, моделирование умения спорить может научить детей тому, что конфликты — это нормально. Она говорит: «Это нормально — иметь потребности, отличные от других. Злиться — это нормально, но нельзя оскорблять. Важно взять на себя ответственность за свои собственные чувства и действия и извиниться, если вы причинили боль или сделали что-то не так ».

Положительный аргумент — почти навык.

Когда эти маленькие глазки и уши смотрят и слушают, хорошо помнить, что нужно оставаться уравновешенным и дипломатичным.О’Рейли призывает нас поддерживать равновесие, следя за тем, чтобы: «Не было старых вещей, усугубляющих вину, и никаких манипуляций. Когда мы общаемся таким образом, мы с большей вероятностью будем услышаны и поняты. Ребенок, наблюдающий это, узнает, что нормально быть уязвимым, называть чувства, просить признания и ожидать разрешения.

Как избежать токсичных споров между родителями и учителями

С началом нового учебного года учителя и родители думают, как работать вместе, чтобы помочь детям получить от школы максимум удовольствия.

В прошлом году Департамент образования и профессиональной подготовки Виктории объявил, что обострение споров между родителями, школьными учителями и директорами приведет к независимому посредничеству.

Посредничество кажется чрезмерным и дорогостоящим, поэтому пришло время задать вопрос: как учителя и родители могут предотвратить обострение конфликтов?

Когда я был учителем, я обучал мальчика, чья репутация плохо воспитанного человека была легендой. Когда вы сказали, что он учится в вашем классе, его имя было встречено с жалостью и закатыванием глаз.Но этот мальчик, назовем его Уильям, очень хорошо учился в моем профессиональном компьютерном классе.

В честь этого достижения я решил попробовать сделать то, что говорится в исследовании, и работать с отцом Уильяма, чтобы помочь Уильяму оставаться на правильном пути. Я решил позвонить его отцу.

Папа ответил на звонок: «Лучше пусть будет хорошо». Он продолжил мой комплимент обличительной речью о «друзьях Уильяма [ругательства]», которые изображают из себя учителя и «зря тратят [свое] время». Объяснив, что я был одним из учителей его сына, он замолчал и почти прошептал: «Впервые за все мои годы в [школе] кто-то потрудился сделать комплимент моим детям.”

Отец Уильяма связывался со школой только тогда, когда Уильям плохо себя вел.

Это ситуация, в которой мы, как школа, могли бы сделать больше для Уильяма и его отца. Мы должны лучше справляться со сложными разговорами о поведении Мы могли бы даже лучше удовлетворить потребности Уильяма, если бы приложили больше усилий, чтобы привлечь его отца к обучению Уильяма.

Формирование позитивных отношений

Исследования показывают, что привлечение родителей к обучению ребенка с момента его подготовки может помочь улучшить успеваемость, социальную активность и удовлетворенность школьным опытом.Это также может помочь родителям чувствовать себя более комфортно, помогая своему ребенку дома.

Один из верных способов начать хорошее начало — это посетить собеседование родителей с учителем, даже в старшей школе.

Помимо интервью, ключевое значение имеет общение.

Некоторые школы активно приглашают родителей, в то время как другие поощряют учителей вступать в контакт, чтобы сделать родителям комплименты. Простой телефонный звонок, запись в справочнике или даже электронное письмо родителям — это простой способ установить контакт.

Хотя многие родители хотят установить связь со школой, некоторые опасаются, что это может быть чрезмерным вовлечением. Исследования показывают, что слишком много внимания может вызвать у ребенка стресс. Но то, насколько вовлечение будет слишком большим, зависит от ребенка, поэтому родители должны руководствоваться своими детьми.

Знакомство с учителем вашего ребенка

Начните с представления себя. Если ваш ребенок старше, встреча с классным руководителем может быть хорошим способом наладить контакт со школой.Если можете, сделайте это со своим ребенком, это поможет ему справиться с конфликтами с учителями.

Предотвращение конфликта

Иногда, даже из самых лучших побуждений, могут возникнуть конфликты между родителями и учителями.

Несмотря на то, что независимое посредничество рассматривается как решение, родители и учителя могут предпринять шаги для предотвращения эскалации конфликта.

Участие в школьной деятельности — например, посещение экскурсий, помощь в организации школьных дискотек, волонтерская работа в классе или уборной — может предотвратить конфликт.Эти мероприятия означают, что родители имеют репутацию в школе, известны персоналу и ученикам, а их дети видят, что их родители горячо поддерживают их образование.

Когда возникает конфликт, важно, чтобы обе стороны сохраняли непредвзятость и признавали точку зрения друг друга, уважительно излагая свою.

Причины конфликта будут зависеть от точки зрения.

Что умеют учителя

Учителя могут начать с обвинения родителей в том, что они чрезмерно или недостаточно вовлечены, но может оказаться, что в игре есть более сложные вопросы, чем можно выразить с помощью бойкого заявления.

Общие проблемы, с которыми сталкиваются учителя, включают негативное мнение родителей о стиле учителя или непризнание родителями недостатков своего ребенка. (У меня была своя доля разговоров с родителями, которые привели к тому, что «но он / она — ваша проблема с 8 утра до 3 часов дня» или «но мой ребенок не ведет себя таким образом дома, это должно быть ваша вина ».)

Учителя могут рано и часто связываться с семьей через справочник, электронную почту или по телефону. Эти контакты, сформулированные как способ приглашения родителей помочь своим детям, могут решить некоторые проблемы.

Что могут делать родители

Родители могут видеть конфликт, возникающий из-за того, что учитель обращается с ребенком, или из-за того, что стиль учителя не соответствует его потребностям.

Родители могут с уважением относиться к конфликтам, выделяя время для разговора с учителем без гнева или враждебности.

Согласно недавнему опросу, директора школ сталкиваются с возрастающей угрозой физического насилия со стороны родителей.

Родители должны убедиться, что они полностью понимают жалобы или опасения своего ребенка, прежде чем обращаться к учителю.

Некоторые утверждают, что детям следует в первую очередь попытаться разрешить конфликт. Родители могут помочь своим детям практиковаться в том, что говорить учителю, и поддержать их, посетив встречу между учителем и ребенком, на которой последний высказывает свои опасения.

* Изменено название произведения.

Что студенты говорят о семейных конфликтах в карантине, начале нового и героическом здравоохранении

В статье «Разорви и начни снова» автор Гарри Гиннесс пишет о самосовершенствовании и о том, как можно добиться лучших результатов из неудач и новых начинаний.

Итак, мы попросили студентов рассказать нам о своих собственных целях и решениях по личному развитию. Их откровенные комментарии убеждают нас в том, что каждая неудача — это возможность чему-то научиться, и зачастую наша лучшая работа может стать результатом этого.

Лучшие идеи рождаются в результате размышлений и черчения.

Часто мне приходится начинать все сначала. Например, когда я делаю заметки в классе, мне всегда приходится переписывать их после школы. Это больше связано с моим перфекционизмом. Недавно у меня был школьный проект, и в последнюю минуту я решил, что он недостаточно хорош, и начал заново.Это сделало ситуацию намного более напряженной, чем должна была быть, но я твердо верю, что нужно начинать все сначала. Если меня что-то не устраивает, я просто начну все сначала, потому что какой смысл довольствоваться тем, что вас не устраивает на 100%?

Хлоя, школа Пеннингтона

Обычно, когда я терплю неудачу, я размышляю над своими действиями и выбираю части, которые привели к отказу. Затем перезапускаю, но знаю, что не надо делать. Это опыт, который я переживаю практически каждый раз, когда начинаю арт-проект.Недавно мне поручили создать произведение искусства, которое представляет две противоположные эмоции. Я набросал около десяти идей и выбрал одну. Оказывается, десять набросков, которые я набросал, включая тот, который я выбрал, не следовали некоторым рекомендациям. Я полностью перезагрузил и набросал новую идею, связанную с историей меча в камне. В результате я создал то, чем гордился. Я узнал, что лучшие идеи рождаются в результате постоянного размышления и разработки.

Меррик Лю, Нью-Джерси

Я чувствую это на очень глубоком личном уровне.Я ставлю себе цель делать домашнее задание или тренироваться, чтобы улучшить себя. Как и большинство людей, я считаю, что прогресс вначале хорош, но как только однажды выходит из строя, вся система рушится, как карточный домик. В большинстве случаев они никогда не идут по плану, и я думаю, что эта статья проливает свет на важность вторых черновиков. Нам не нужно начинать заново с чего-то нового, но в конечном итоге с того же самого. Вместо этого мы можем посмотреть, где мы потерпели неудачу, а затем изменить нашу идею, чтобы действительно добиться успеха. Возможно, это не то, что вы планировали изначально, но вы оправдываете реалистичные ожидания.Планы не должны быть жесткими, вместо этого мы должны иметь мышление приспособляемости, когда хаос мира разрушает наши идеально структурированные, жесткие планы.

Эван Дженсен, NUAMES

Я человек, который любит все начинать сначала. На самом деле, когда я писал этот комментарий, я начал сначала… Начать с чего-либо сложно. Например, я недавно читал главу учебника. Это было тяжелое чтение и очень длинный отрывок. Когда у меня было около тридцати страниц, я понял, что забыл делать записи.Затем я столкнулся с решением: либо плохо разбираться в этой главе, либо начинать заново. Я обдумывал вопрос, но в конце концов решил начать все сначала. В конце я был очень рад, что решил начать заново, потому что смог уточнить некоторые из своих мыслей по поводу текста и лучше его запомнить.

Шон Хессион, средняя школа Хоггард в Уилмингтоне, Северная Каролина

Отказ — это нормально.

Мир, каким мы его знаем, состоит из неудач и состоит из возвратов после этих неудач.Эйнштейн и Опра однажды пожаловались на свои неудачи, но сделанные ими ошибки не стали препятствием для дальнейшего прогресса. Желаем ли мы прогресса эмоционально или физически, «начинать заново» и начинать снова может дать нам этот прогресс. Отступление от ситуации, оценка ее с холодной головой и взгляд на нее другими глазами могут иметь огромное значение при попытке чего-то достичь. Лично мне концепция отстранения от ситуации на какое-то время позволила мне по-настоящему задуматься о том, какие действия и решения лучше всего подходят для меня в долгосрочной перспективе.

Валерия Касас, Glenbard West HS, Глен Эллин, Иллинойс

Как воспитывать ребенка в команде

Большинство пар в то или иное время сталкивались с этой ситуацией — вы думаете, что вы должны дисциплинировать своего ребенка определенным образом , и ваш супруг или другой родитель хочет справиться с этим по-другому. Каждый из вас закрепляется на своем месте. И то, что начиналось как проблема между вами и вашим ребенком, быстро перерастает в проблему между вами и вашим супругом. Вы больше не воспитываете детей в команде.

В какой-то момент большинство пар не соглашаются и спорят о том, как воспитывать своих детей. В конце концов, вы и ваш супруг — разные люди, которые, естественно, иногда по-разному подходят к воспитанию детей — может быть, чаще, чем вам хотелось бы. В любом браке следует ожидать разногласий, особенно из-за воспитания детей.

Например, предположим, вы считаете, что вашего ребенка следует сурово наказать за нарушение комендантского часа, в то время как ваш супруг (а) не считает, что комендантский час — это такое уж большое дело. Или, возможно, вы не согласны с тем, как вести себя с плохими оценками, выпивкой или старшим ребенком, который все еще живет дома и не может жить дальше.В результате вы реагируете по-разному и оказываете разные стороны, когда дело касается последствий.

Вот правда: дети знают, когда их родители не едины в своих решениях относительно дисциплины. И их отсутствие единства вызывает беспокойство у этих детей, потому что они не уверены в правилах и в том, что важно, а что нет. И это беспокойство способствует дальнейшим проблемам с поведением.

Или, что случается часто, дети учатся избавляться от проблем с поведением, отталкивая одного родителя от другого.Дети очень быстро понимают, что, когда их родители ссорятся друг с другом, внимание больше не на них.

Дети также понимают, что если они могут заставить одного из родителей стать союзником, то теперь битва двое против одного, и обычно побеждает команда ребенок-родитель.

Это не та ситуация, в которой вы хотите находиться со своим супругом или ребенком. Вот почему единство с вашим супругом, даже если вы не согласны, важно в решении проблем поведения вашего ребенка.

Unity — это сложно, но достижимо.Следование приведенным ниже рекомендациям поможет вам убедиться, что разногласия между родителями не разрушают единого фронта, в котором ваш ребенок должен нести ответственность и вести себя надлежащим образом.

Родители должны поддерживать друг друга

Возьмите за правило, что если один родитель наказывает ребенка, другой родитель должен поддержать его, даже если другой родитель не согласен с наказанием. Вам и вашему супругу необходимо представить себя перед ребенком как единая команда, иначе это подорвет ваш авторитет как родителей.Позже, когда все станет спокойно и вы окажетесь вне пределов слышимости вашего ребенка, вы и ваш супруг можете обсудить альтернативные способы решения проблем.

Если вы не едины перед своим ребенком, ваш ребенок узнает, что он может обойти любое решение родителей, оттолкнув одного родителя от другого. Или обращаясь за помощью к одному из родителей, когда другой пытается дисциплинировать.

И поймите, что каждый раз, когда вы спорите с супругом по поводу воспитания детей, акцент смещается с того, на чем он должен быть, — с поведения вашего ребенка.Поэтому сосредоточьтесь на своем ребенке, когда он находится рядом. И разрешайте разногласия с супругом наедине.

Примечание. Если вы чувствуете, что супруг (а) причиняет физический или эмоциональный вред вашему ребенку, то вам нужно сказать: «Я не могу с этим мириться». Затем примите необходимые меры, чтобы убедиться, что ваш ребенок в безопасности.

Попробуйте обратиться к тому, кто более серьезно относится к проблеме

Если вы и ваш супруг не согласны в каком-либо вопросе и не можете найти компромисс, попробуйте послушать родителя, который думает об этом сильнее.

Допустим, вы не против, когда ваш 12-летний ребенок собирается ночевать в доме хорошего друга. Тем не менее, ваш супруг против. Вашему супругу неудобно позволять вашему ребенку обрести такую ​​независимость. Или, может быть, ваш супруг не доверяет другой семье. Но если вы по-прежнему непреклонны в своей позиции, вы можете сказать:

«Я так сильно переживаю по этому поводу. Я хочу, чтобы вы поддержали меня в этом вопросе, даже если вы не согласны с этим ».

или:

«Могу я попросить вас пойти со мной в этом, даже если вы не согласны? Не могу сказать, что это лучшее решение, но интуиция подсказывает мне попробовать.Вы можете поддержать меня в этом? »

Если ваш супруг (а) кажется наиболее непреклонным, постарайтесь приспособиться к его или ее положению.

Помните, цель не в том, чтобы добиться желаемого в 100% случаев. Цель состоит в том, чтобы эффективно воспитывать ребенка и в то же время поддерживать здоровые отношения с супругом.

Сочувствуйте своему ребенку, но не бросайте супруга под автобус

Если ваш супруг (а) о чем-то думает сильнее, и вы решили согласиться с его решением, вы можете сказать своему ребенку следующее:

«Я знаю, тебе тяжело, когда мы не отпускаем тебя на ночевку.Я вижу, это вас беспокоит, потому что вы чувствуете, что готовы к этой независимости ».

Вы сочувствуете чувствам своего ребенка, но не нарушаете единую позицию. Когда вы проявляете сочувствие, ваш ребенок также чувствует, что его понимают и что он не такой одинокий. Тем не менее, ваш ребенок все равно должен согласиться с решением, которое вы приняли вместе со своим супругом.

Но не бросайте супругу под автобус. Другими словами, ни в коем случае не унижайте своего супруга. И скажите своему ребенку, что это совместное решение, даже если за закрытыми дверями вы и ваш супруг не полностью согласны.

Когда родители ссорятся, дети не в курсе

Рассмотрим следующий сценарий:

Когда приходит время делать уроки, ваш сын говорит, что «ненавидит математику», и жалуется на своего учителя.

Ваш муж кричит на него и говорит, что ему нужно повысить его оценку по математике.

Ваш ребенок немедленно обращается к вам за помощью, и, как по команде, вы вскакиваете и говорите: «Оставьте его в покое — у него все в порядке».

Ваш муж отвечает: «Если бы у него все было хорошо, он бы получил лучшую оценку.”

Сейчас борьба накаляется. Вы отвечаете: «Вы слишком строги — вот почему он такой. Вы слишком строги с ним.

Между тем, пока продолжается драка, ваш ребенок зарылся головой в телефон и не выполняет домашнее задание, которое должен был делать.

В приведенном выше сценарии родители сосредотачиваются друг на друге, а не на своем ребенке. И когда это происходит, ребенок не несет ответственности за свое поведение, и недопустимое поведение продолжается.

И не только это, ссора между родителями повышает уровень беспокойства в доме, что повышает вероятность того, что ваш ребенок будет действовать или изолировать себя.

В конце концов, поведение вашего ребенка не изменится, если вы больше сосредоточитесь на борьбе с супругом, чем на том, чтобы требовать от ребенка ответственности за его поведение.

И поймите, что дети учатся настраивать одного родителя на другого, и многие дети будут манипулировать ситуацией в своих интересах. Они знают, что они не в курсе, пока вы ссоритесь со своим супругом.

Говорите о решениях родителей, когда вы спокойны

Говорите о родительских решениях, когда вы спокойны и можете прислушиваться к мнению друг друга, не проявляя чрезмерной критики или нападок.

Спокойствие позволяет вам обсуждать вещи с уважением. А уважение помогает вам найти общий язык, потому что уважение помогает вам понять друг друга.

Если вы разговариваете со своим супругом и обнаруживаете, что разговор становится все более и более враждебным, возьмите тайм-аут. Прогуляйтесь или покатайтесь. Когда вы вернетесь позже, назначьте время для разговора. Вы можете сказать своему супругу:

«Давайте поговорим об этом по несколько минут.Я просто послушаю тебя и не скажу ни слова. Я не стану вас перебивать. Просто позволь мне услышать, почему это так важно для тебя, потому что ты обычно не цепляешься за вещи так сильно ».

И имейте в виду, что враждебность — это не просто крики и драки. Враждебность может включать сарказм, пренебрежительные комментарии, унижение, скрытые угрозы и другие формы разрушительного общения. Не позволяйте разговору доходить до этого уровня — будьте внимательны, когда это происходит, и возьмите тайм-аут.

Изучите семейную историю своего супруга

Возможно, вам трудно понять точку зрения вашего супруга на воспитание детей, потому что она сильно отличается от вашей собственной, и в конечном итоге вы начинаете критиковать его образ мыслей.

Я рекомендую вам узнать семейную историю вашего супруга (а) и узнать, насколько глубоко укоренились эти убеждения. Это может помочь вам увидеть вещи более объективно и менее лично, и тогда вы сможете реагировать с меньшими суждениями. В процессе вы также лучше поймете свою собственную историю и систему убеждений.

Постарайтесь помочь друг другу увидеть, что вопросы безопасности и культурные нормы меняются со временем. То, что могло сработать, когда ваш супруг был ребенком, сейчас не имеет смысла. Или то, что работало в его семье, когда он рос, может отличаться от того, что будет работать в вашей семье сейчас.

Помните, это ваша семья, а не семья ваших родителей. Вы и ваш супруг должны определять правила в своей семье.

Слушайте своего супруга

Парам помогает дать друг другу несколько минут, чтобы поговорить о том, почему тот или иной вопрос важен.Если каждый из вас может потратить несколько минут, просто слушая другого человека, не реагируя, тогда вы дадите себе возможность прийти к соглашению друг с другом. Просто слушай. И не перебивай. Постарайтесь понять точку зрения своего супруга, и часто вы найдете точки соприкосновения, о существовании которых вы даже не подозревали. Можно сказать:

«Что мы можем сделать для компромисса?»

или:

«Я вас слышу. Теперь я понимаю, почему это так важно для вас. Я не так сильно думаю, но я поддержу ваше решение.”

Самое главное, вы оба будете знать, что вас услышали. И, как я упоминал ранее, если вы сделаете это в спокойном состоянии, вам будет намного легче конструктивно слушать.

Когда обращаться за профессиональной помощью

Если вам кажется, что вы все перепробовали, но все еще не можете прийти к согласию со своим супругом, возможно, вам потребуется профессиональная помощь в виде терапевта.

Хороший терапевт поможет вам найти способы продуктивно поговорить друг с другом.Хороший психотерапевт научит вас, как перестать бороться из-за каждой возникающей родительской проблемы. И это поможет вам объединиться в отношениях с ребенком.

У всех нас есть негативные коммуникативные привычки и паттерны, которые мы можем не заметить, если нейтральная сторона, например терапевт, не укажет нам на это. Отрицательные шаблоны общения могут включать следующее:

  • Отрицательная интерпретация комментариев
  • Присваивать другим более негативные мотивы, чем на самом деле
  • Отказ или отказ
  • Признание недействительным или игнорирование точки зрения вашего супруга

Эти модели общения приводят к эскалации враждебности.Действительно, то, что должно быть нормальным разговором или незначительное разногласие, превращается в ссору, но не из-за разногласий, а из-за того, как вы общаетесь.

Хорошая новость в том, что, когда пары осознают эти привычки, они могут значительно улучшить свое общение, и враждебность утихнет. В наступившем затишье они могут оказаться на одной волне или, как минимум, найти полюбовный компромисс.

Вы не поверите, но естественные разногласия между супругами могут быть источником силы.Различия могут помочь нам расширить наши взгляды и лучше понять друг друга. Просто поймите, что различия являются сильной стороной только в том случае, если мы можем эффективно общаться, не обращать внимания на мелкие обиды и прощать друг друга.

Суть в том, что у всех нас разные способы общения и разные системы убеждений — и это нормально. Никакие два человека не будут объединяться с одинаковыми взглядами и ценностями на сто процентов.

Важно собраться вместе, чтобы ваш ребенок не оказался в центре ваших различий.

Мои родители дерутся — Что мне делать?

Прежде всего, если ваши родители ссорятся, знайте, , это не ваша вина . Во-вторых, если вы находитесь в небезопасном месте (или кто-то ранен), обратитесь за помощью. Звоните 911, если кому-то нужна помощь.

Хорошо, убрал этот страшный отказ от ответственности. ТЕПЕРЬ … немного предыстории. У родителей есть много вопросов, по которым можно не соглашаться, и несогласие — НОРМАЛЬНОЕ. Воспитание детей / подростков и работа, оплата счетов, жизнь и т. Д.) сделать непросто. Родители собираются драться . Однако, поскольку вы читаете это, я подумал, что ваши родители много ссорятся (часто) или ВРЕМЯ (ссоры страшные). Мне очень жаль, что вы (и они) переживаете это.

Даже если ваши родители ссорятся из-за ВАС, это НЕ ВАША ПРОБЛЕМА. Если вы думаете: «Да, это моя вина. Если бы я мог делать _______ лучше, они бы не дрались », — ошибаетесь. Даже если вы измените поведение _______, ваши родители все равно не согласятся.Либо о вашем поведении, либо о том, как оплачивать счета, о том, какой отпуск взять на летние каникулы, либо о чем-то еще. Это не на тебе. Они взрослые и поймут, как пережить свои драки. Они разрешат разногласия по-своему.

Вы, вероятно, испытываете массу эмоций (злость, печаль, замешательство, испуг, безнадежность, злость), и это нормально. Лучше всего поговорить о своих чувствах с другом, взрослым, которому вы доверяете, и т. Д. Если ссора ваших родителей становится действительно тяжелой (и вы не в опасности), возможно, имеет смысл поговорить с ними об этом.*** НЕ ДЕЛАЙТЕ ЭТО ВО ВРЕМЯ ОДНОЙ ИЗ ИХ БОЙ! *** Они могут не осознавать, что их драка вышла из-под контроля, или что вы знаете, что они дерутся (не шутя об этом. Многие родители в шоке. чтобы узнать, что их дети слышат их драки). Я не могу смело рекомендовать всем подросткам говорить со своими родителями о драках. Пожалуйста, поговорите с взрослым, которому вы доверяете, если вы думаете о разговоре с родителями, и вам это страшно.

Я не знаю, что означают ссоры ваших родителей. Многие подростки спрашивают меня, собираются ли их родители развестись из-за ссор.Я не знаю этого ответа. Просто знайте, что все родители не согласны / ссорятся, и это не всегда означает, что развод близок.

Пожалуйста, поговорите с кем-нибудь, кому вы доверяете, знайте, что ссоры ваших родителей — не ваша вина, и берегите себя. На этот раз в вашей жизни пройдет…

Было ли это полезно? Что еще вы хотите знать о борющихся родителях?

Чему мы учимся у родителей: 10 историй, 10 уроков

Не секрет, что мои родители оказали ОГРОМНОЕ влияние на человека, которым я являюсь сегодня.На самом деле, я бы сказал, что они были самой большой причиной, по которой я так увлечен личными финансами и развитием. Вот как вы можете научиться у родителей.

Это мои настоящие родители, а не стоковая фотография!

Я помню, как в детстве гулял с мамой по универмагу и смотрел, как она ведет переговоры о ВСЕМ. Не имело значения, была ли это новая рубашка для меня или стиральный порошок из продуктового магазина. Она всегда была готова бросить вызов и поторговаться за меньшую цену.

Мой отец также невероятно сообразителен в финансовом отношении — почти до отказа. Однажды он потащил меня за собой, поскольку целую неделю вел переговоры с продавцом о более низкой цене на машину. Вот что интересно: когда он буквально собирался подписать документы на машину, он остановился, попросил продавца бросить бесплатные коврики, и ушел, когда они отказались.

Это целая неделя, на которую они поторговались по невероятно справедливой цене, только чтобы уйти, когда они не бросили коврики, которые он мог бы купить в Walmart менее чем за 50 долларов.У меня были широко раскрытые глаза и я был потрясен, как будто я только что прошел три дежурства в Наме, когда мы уходили из автосалона.

Что я хочу сказать? Две вещи:

  1. Мои мама и папа невероятно индийцы.
  2. Родители влияют на вашу жизнь более глубоким образом, чем вы можете себе представить.

Бонус: Если пандемия COVID-19 заставляет вас беспокоиться о деньгах, ознакомьтесь с моим бесплатным руководством по проверке ваших финансов на коронавирус и защитите свои деньги во время этой пандемии!

Что самое лучшее ВЫ узнали от своих родителей?

Некоторое время назад один из моих учеников задал этот удивительный вопрос — и мне он так понравился, что я захотел передать его всему сообществу IWT.

Она спросила участников одной из групп IWT в Facebook , чему мы научились у своих родителей и за что мы им благодарны. Мой ответ ниже.


Этот вопрос заставил меня задуматься: что мои читатели узнали от своих родителей? Итак, я спросил вас … и получил ТОННУ ответов.

Я хотел бы поделиться с вами 10 из лучших, которые я нашел сегодня.

Урок для родителей №1: Найдите браслет получше


Твой отец мудрый человек, Скотт.Он также повторил несколько мантр, которые любит повторять другой мудрец (то есть я). Когда речь заходит о переговорах, я всегда говорю о том, что нужно прыгать выше своей весовой категории, а именно о технике «дверь в лицо», когда дело касается получения более высокой зарплаты.

Мой любимый из двух его советов, однако, должен быть: «Найди лучшую группу». Мы всегда должны окружать себя людьми, с которыми мы можем учиться и расти. Вот почему так важно не только работать над своими социальными навыками, но и быть готовым найти кого-то, кто будет наставлять вас .

Урок для родителей №2: Иногда плохое может быть хорошим


После более чем десятилетнего использования IWT — что включает в себя создание десятков курсов, сотен статей и тысячи адресов электронной почты — я допустил свою долю ошибок…

… хорошо, я сделал кучу ошибок (и до сих пор делаю). Однако об этих ошибках я могу сказать одно: я, вероятно, узнал больше о том, как построить бизнес из неудач, чем из любой книги или статьи.

Самое приятное то, что эти уроки запомнились мне еще больше из-за того, насколько серьезными были некоторые ошибки.

Неважно, выберетесь ли вы из долгов, открываете собственное дело или копите деньги на что-нибудь. Вы должны научиться принимать свои «неудачи», поскольку скрытых побед , если вы когда-нибудь хотите добиться успеха в жизни. В конце концов, именно тогда вы узнаете больше всего.

Урок для родителей № 3: Пунктуальность, любезность отца-немца


Похоже, немецкая сторона ваших родителей сослужила вам хорошую службу, Ребекка! Не многие люди могут сказать, что их семьи дали им возможность ставить конкретные цели и вкладывать время в календарь, чтобы добиться результатов.Выработка таких прочных привычек абсолютно необходима, если вы хотите добиться успеха в жизни и карьере.

Я помню, что раньше мне было просто УЖАСНО находить время, чтобы просто сосредоточиться на развитии себя и своей компании. Именно тогда я решил запланировать время в своем календаре, чтобы сосредоточиться только на стратегии и исследованиях. Это означало:

  • Нет встреч
  • Нет звонков
  • Нет писем

И это творило чудеса. Некоторые из лучших курсов IWT появились в один из тех времен, когда «нет», и до сих пор остаются одной из моих лучших привычек.

Бонус: Хотите воплотить мечту о работе на дому в реальность? Загрузите мое полное руководство по работе из дома, чтобы узнать, как сделать работу на дому работой для ВАС.

Урок для родителей №4: Вещи не важны


Если вы какое-то время читали мой блог, есть кое-что, о чем я упоминал раньше: Любой может быть богатым .

При этом быть богатым — это не только деньги.Дело в том, что для ВАС значит быть богатым.

Для меня быть богатым — это не то, что у вас есть, или даже не деньги, которые у вас есть. Я всегда верил в то, что нужно действительно хорошо что-то делать, а затем передавать это другим. Это моя версия богатства — и поскольку многие из вас это читают, я невероятно богатый человек.

A Rich Life — это больше, чем деньги. Он начинается с управления своим собственным, а затем помогает ДРУГИМ стать богатым.

Урок для родителей №5: Учитесь, откуда мы пришли


Мне нравится эта идея «отрицательного примера», и она демонстрирует важную идею о том, что вы всегда должны чувствовать себя уверенно, выбивая и находя работу, которая вам нравится — будь то работа вашей мечты или открытие собственного дела .

Но я прекрасно понимаю, почему это невероятно пугающая мысль. Готовность упираться пятками в землю и говорить, что вы хотите активно заниматься чем-то, чем вы увлечены, противоречит всему, чему нас научило общество.

Мы должны получить степень, работать с 9 до 5 и уйти на пенсию, когда нам за шестьдесят, в квартиру во Флориде. Это невидимые сценарии, которые у нас были всю жизнь. Хитрость в том, чтобы признать их такими, какие они есть: абсолютная чушь.

Урок для родителей №6: Никогда не недооценивайте силу благодарственной записки


Одна суровая правда, которую стоит проглотить, — это тот факт, что не существует жестких и установленных правил для СТОЛЬКО многих вещей в жизни. Например: Создание собственного бизнеса. Вы можете следовать всем практическим руководствам, покупать все курсы, читать все книги, и вы все равно можете в конечном итоге наблюдать, как ваша тяжелая работа рушится и сгорает.

НО, если вы готовы пройти , пройдите лишнюю милю и сделайте то, что 99.999999% людей не хотят этого делать, вы получите за это несоразмерное вознаграждение.

Вот почему мне нравится, что вас учили никогда не «недооценивать силу благодарственной записки». Это один из тех маленьких штрихов, которые могут изменить ситуацию, например, после собеседования.

Урок для родителей №7: Найдите ценность в отложенном вознаграждении


Рим был построен не за один день, и то же самое касается вашей богатой жизни. Вот почему так неприятно, когда я получаю электронное письмо от человека, который говорит что-то вроде: «Я начал ваш курс по фрилансу неделю назад, но до сих пор не получил ни одного клиента! Что дает?»

Ценность, которую вы получаете от чего-либо, напрямую связана с количеством времени, которое требуется, чтобы это получить.Чем больше выигрыш, тем дольше это займет. Но если вы готовы придерживаться этого и потратить время на то, чтобы действительно убедиться, что вы правильно достигли своих целей, я обещаю вам, что вы увидите результаты.

Бонус: Если вас беспокоят личные финансы, вы можете улучшить их, даже не вставая с дивана. Ознакомьтесь с моим полным руководством по личным финансам, где вы найдете советы, которые вы можете реализовать СЕГОДНЯ.

Урок для родителей № 8: Представьте, если бы вы были умны…


Мне нравится, как отец Анджелы подходит к ситуациям.Это именно то, что я предлагаю людям, если они хотят преодолеть разрушительные барьеры, мешающие им достичь своих целей.

В конце концов, уверенность приходит от успеха на микрошагах. Допустим, вы хотите стать более уверенным в публичных выступлениях. Это идет со своим собственным набором барьеров:

  • Что, если я употреблю неправильное слово?
  • Что, если все будут смеяться надо мной — или того хуже — не смеются над моими шутками?
  • Что, если им всем станет скучно?

Часто этого достаточно, чтобы облажаться.Это самоисполняющееся пророчество.

Однако, если вы спросите себя: «Что, если бы я был абсолютным хозяином этого домена? Что бы я сделал? »

Вы точно не будете ошеломлены, тренируя речь перед семьей и друзьями. И вы не прочь поработать с людьми, мнению которых вы доверяете, пока не поймете все слова правильно. Вы просто сделаете то, что необходимо, чтобы стать лучшим оратором. Это фантастическая техника, чтобы со временем стать увереннее.

Урок для родителей № 9: Будьте честны, как бы жестоко это ни было


Да, Хурам, полностью согласен.

Я действительно верю, что жестокая честность имеет огромную силу — особенно когда она направлена ​​на вас самих. В конце концов, скольким из нас есть вещи, которые наши друзья НЕ рассказывают нам?

Может быть, вы неловко общаетесь? Может, ты не так хорошо готовишь, как думает твоя девушка? Вы всегда опаздываете и придумываете миллион оправданий, почему?

Когда нас никто не кричит об этом, происходит то, что мы начинаем принимать свою позицию в жизни.Мы думаем: «Это я, и ничего не изменит». Это состояние называется «выученной беспомощностью» и является основной причиной психических барьеров, мешающих многим людям добиться успеха.

Когда мы начинаем быть честными с самими собой, мы можем не только сосредоточиться на самом важном, но и можем, , говорить «нет» тому, что для нас просто неважно.

Урок для родителей № 10: «Воспользуйтесь всеми преимуществами образования»


Если есть что-то, что, я надеюсь, мои читатели почерпнули из моего блога, так это то, что вы всегда должны быть в состоянии любопытства.Будьте любознательны. Задавайте вопросы, если вы чего-то не понимаете и не боитесь искать дополнительную информацию в книгах, курсах или в школе.

Практически каждый родитель рекомендует получить хорошее образование, чтобы получить хорошую работу. Однако те из нас, кто работает, знают, что это не так просто.

Вот почему я собрал эту шпаргалку о том, как именно вы можете получить работу своей мечты в кратчайшие сроки.

Зарегистрируйтесь, чтобы получить доступ к БЕСПЛАТНОМУ тренингу!

Куда мне отправить мои лучшие советы по поиску работы своей мечты?

Когда твои родители сосут, как бабушка и дедушка

Фото: Эрик Путц, Вымпелы: Мэнди Милкс

Первая из многих ссор между Юлией * и ее свекровью началась из-за того, как (и нужно ли) отрыгивать ребенка.Свекровь Джулии приехала к ней через три недели после рождения сына, первого внука семьи d . «Я попросила ее дать ему хорошую отрыжку после кормления, и она посмотрела на меня и сказала:« Я не собираюсь бить своего внука ». Она сказала мне, что я бью своего ребенка!»

Когда вы беременны первым, бабушка и дедушка обычно являются частью мечты. Вы представляете, как они приносят замороженных обедов , когда ребенок родится, и они с радостью будут нянчиться, когда вы и ваш партнер будете готовы улизнуть на свидание.Все согласятся, гармонично. В конце концов, нужна деревня, верно?

Но, как и в большинстве случаев в воспитании детей, в действительности все обстоит сложнее. Бабушки и дедушки и родители часто не согласны с тем, что лучше, и вы можете не знать, насколько далеко расходятся ваши точки зрения, пока не окажетесь в самой гуще этого. Борьба за власть, подрыв и драки — обычное дело. Это непростая позиция: возможно, вы полагаетесь на помощь бабушек и дедушек по уходу за детьми, но вы также не можете контролировать их действия на микроуровне. особенно трудно игнорировать небрежные комментарии или суждения , когда вы недосыпаете или чувствуете себя неуверенно в своем выборе в качестве новой мамы или папы, когда начинаете разбираться в вещах впервые.

Конечно, есть много благодарных молодых родителей, которые рассказывают о своих прекрасных отношениях со своими родителями или родственниками. Но другие сообщают о постоянных спорах или отсутствии родственников, которые не помогают. Эта группа была более чем счастлива обедать — при условии, что они могли использовать псевдонимы, чтобы скрыть свою личность.

Когда Нана и папа — МВД
Некоторые говорили, что их родители, к их удивлению, вообще не участвовали в жизни их детей. Грейс *, которая живет в Калгари, чувствует, что ее бросила мать, которая еще не приехала из Торонто, чтобы увидеть свою двухлетнюю внучку. Вместо этого Грейс и ее малыш летят через всю страну , чтобы навестить ее, и во время своей последней пятидневной поездки в Торонто они видели бабушку только дважды в течение пары часов. Грейс говорит, что ее мать не заинтересована в разговорах на темы материнства или ребенка.«По словам моей мамы, она внесла свой вклад, когда вырастила детей». Свекровь Грейс живет ближе, примерно в 40 минутах езды от нее, но за последний год видела внучку всего дважды. «Я надеялся получить какое-то руководство. Кому-нибудь позвонить и спросить: «Как вы купаете ребенка? Как ты подстригаешь ей ногти? »Или просто поплакать или выплакаться — кто-то, кто сказал бы:« Все в порядке, ты справишься ».

Хотя не все истории столь же экстремальны, как история Грейс, многие из сегодняшних бабушек и дедушек не всегда готовы вернуться к уходу, когда рождаются их внуки.Отчасти это связано с географией: как и Грейс, у нас гораздо меньше шансов жить в одном городе с нашими родителями сейчас. А без сильных пенсий, которые были у предыдущего поколения, большему количеству бэби-бумеров приходилось работать в свои золотые годы, что затрудняло общение с внуками настолько, насколько им хотелось бы. (К тому же бабушка и дедушка, вероятно, будут работать в свои 60 лет.) Бабушки и дедушки бэби-бумеров с финансовой стабильностью могут все еще чувствовать себя достаточно молодыми и здоровыми, чтобы добиться выхода на пенсию своей мечты: путешествовать, заниматься своими делами. иметь хобби или исключить приключения из своих списков.

Фото: Эрик Путц, Вымпелы: Мэнди Милкс

Перегрузка мнений
Остальные, конечно, тоже задействованы. Мишель * говорит, что ее свекровь постоянно подрывала бы ее перед ее малышкой Кларой *. Например, когда Мишель входила в комнату, ее свекровь замечала: «Ой, мамочка идет». А когда Мишель наказывала Клару, бабушка говорила что-то вроде «Ой, мама тебя не любит».

«Дошло до того, что мой малыш спросил меня, люблю ли я ее.Это разбило мне сердце », — говорит Мишель. «Мне пришлось противостоять ей».

Ссоры с родственниками, конечно же, не новое явление. Но проблема усугубляется еще большим разрывом между поколениями. У нас рождаются дети позже, , поэтому дедушки и бабушки отдалились от родительских лет дальше, чем наши. Стили воспитания также сильно изменились: от мелочей (, когда начинать твердые тела, или , как уложить ребенка спать всю ночь, ) до более крупных тем.

«Произошел большой шаг [в родительских советах] от дисциплины и рутины к более заботливому подходу», — говорит Керри Гриер, специалист по обучению пациентов, который ведет занятия по воспитанию и уходу за детьми для молодых бабушек и дедушек в Торонто Саннибрук Хелс. Центр наук. Класс охватывает доказательства, лежащие в основе текущих рекомендаций по грудному вскармливанию, безопасному сну (включая укладывание детей спать на спине и ничему больше в их кроватке) и важности заботы о потребностях ребенка (например, поднимать его, когда он плачет) , отталкиваясь от мысли, что слишком много привязанности портит ребенка.

Эта смена была главной проблемой для Ахавы Триведи, мамы из Торонто. Она приняла привязанность к родителям, стиль, который пришел ей естественно, поскольку ее мать, родившаяся в Индии, воспитывала ее таким же образом. Однако родители ее мужа смотрят на вещи иначе. «Я чувствовал, как они воспитали моего мужа, и я сказал:« О, ты его часто забирал? », И его отец тут же сказал:« О нет, мы не хотели его баловать »». Если Ахава ребенок плачет, свекровь скажет: «Ну, дети плачут.Ахава решила не оставлять своего сына с этой стороной семьи, пока он не подрастет, или пока они не согласятся заботиться о нем так, как это согласуется с ее философией воспитания.

Самые ранние стадии с новорожденным — обычная точка напряжения, особенно когда измученные новые мамы или папы пытаются узнать, кто они как родители — бабушки и дедушки склонны пытаться взять верх. Но молодые родители найдут желаемое, только проведя время со своими младенцами и сделав несколько ошибок, а бабушки и дедушки должны дать им для этого возможность.Это может означать, что Нане нужно прикусить язык и давать советы только по прямому запросу, или это может означать установление четких правил, ограничивающих посещения родственников лишь несколькими часами в день или не чаще одного раза в неделю. Если бабушка и дедушка больше всего счастливы, когда они заняты, попросите стирку или помощь с едой вместо ухода за ребенком.

По мере того как младенец становится старше, неизбежно возникают новые споры, например, бутылочек против груди, или все в порядке с тренировкой во сне плачущим, — возможно, два из самых эмоционально заряженных минных полей.Различная диета и выбор дисциплины также вызывают разногласия.

Линетт *, бабушка, имеющая докторскую степень в области когнитивной и педагогической психологии, следит за последними исследованиями в области воспитания детей. Она читала о некоторых опасностях совместного сна (также называемого совместным сном), прежде чем ее дочь решила разделить постель со своим первым ребенком. Когда подруга, работающая медсестрой по акушерству, рассказала ей о младенцах, выпадающих с больничных коек в результате совместного сна, Линетт настолько забеспокоилась, что обсудила это со своей дочерью.«Но она показала мне несколько книг, в которых говорилось, что это может быть нормально, и сказала:« Мама, эти авторы говорят, что все в порядке ». К сожалению, я купила для нее книги», — говорит она со смехом. «Она просто настроена спать вместе ».

У ее дочери двое детей, и Линетт все еще пытается ее убедить. «Я рассказываю ей любые истории или информацию, с которыми сталкиваюсь: это постоянный поток информации», — говорит она. «В большинстве случаев у нас не было больших разногласий, но совместный сон был трудным.Я понял, что есть вещи, которые мы делаем по-другому, и мне просто нужно ей доверять ».

Когда Гриер просит новых родителей рассказать, что было бы более полезным в период раннего сближения , возникает общая тема: «Пожалуйста, отойди от ребенка».

«Новые родители думают:« Мы ценим вашу помощь и что вы любите своего внука, но это не ваш ребенок. Пришла твоя очередь ».

Фото: Эрик Путц, Вымпелы: Мэнди Милкс

Это не ты, а я
Молодым родителям может быть полезно знать, что это эмоционально чувствительное время и для молодых бабушек и дедушек, и что наблюдение за их детьми, выполняющими обряды отцовства, может вызвать старые раны или сожаления.«Иногда в моем классе плачут бабушки, — говорит Гриер. «Они говорят:« О, если бы я кормила грудью. Моя свекровь сказала, что это отвратительно, и что сейчас не было поддержки, связанной с грудным вскармливанием , , так что я перестала ». Они испытывают эмоции, которых не испытывали в течение долгого времени. И многие дедушки с энтузиазмом участвуют, потому что чувствуют, что в первый раз упустили роль отцов ».

Она также обнаружила, что бабушка и дедушка, которых она учит, хотят учиться.«На пилотном этапе многие люди недоумевали, зачем мы предлагаем этот курс. Они сказали: «Кто это сделает?» Это означает, что им нужно научиться воспитывать детей, но они уже это сделали. И все же уроки очень популярны, и мои ученики восприимчивы. Я слышу комментарии вроде: «Моя свекровь пришла, когда у меня родился ребенок, и это был кошмар». Некоторые становятся бабушками и дедушками близнецов или недоношенных детей и чувствуют себя неподготовленными к их потребностям.

Наш выбор родителей в отличие от наших мам и пап может также рассматриваться как подразумеваемая критика их подхода, когда мы были детьми.Дженнифер Колари, детский и семейный психотерапевт, автор книги Connected Parenting , , говорит, что видит два типа битв — например, когда бабушка и дедушка хотят дать детям сахар и позволить им не ложиться спать, пока они не спят. теряют сознание, а в другом — бабушки и дедушки хотят установить более строгие ограничения, чем те, которые устраивают родители. Удивительно, но она говорит, что второй сценарий более распространен.

Часто, говорит она, бабушки и дедушки что-то понимают: дети процветают благодаря более четким границам и менее снисходительному стилю воспитания.Эта концепция стала вирусной в прошлом году после того, как вышла скандальная книга Леонарда Сакса Крах родителей: как мы причиняем боль нашим детям, когда относимся к ним как к взрослым , . Сакс, похоже, перекликается с тем, что говорили некоторые бабушки и дедушки на протяжении многих лет, предлагает слишком много власти нашим детям, что приводит к проблемам с поведением . «Иногда родители не держатся за границы. А бабушки и дедушки такие: «Это не работает». Эти границы очень важны », — говорит Колари.

Но независимо от типа конфликта, Колари советует большинству родителей сделать шаг назад и отпустить. По ее словам, для бабушек и дедушек совершенно нормально устанавливать свои собственные правила дома. «В жизни нет последовательности, — говорит она. «У детей будут разные учителя или разные правила в лагере. Им очень приятно видеть, как быть в разных ситуациях, узнавать, что работает, а что нет в разных условиях ».

Конечно, будут ситуации, когда вам нужно будет стоять на своем: время отхода ко сну нельзя отодвинуть до полуночи, следует соблюдать ограничения в питании, и все, что касается безопасности, не подлежит обсуждению.Колари говорит, что если вам нужно обсудить конфликт, делайте это вдали от детей и начните с отражения позиции другого человека. «Скажи:« Я знаю, что ты меня вырастил, и ты знаешь, как это сделать, и я знаю, что мы должны устанавливать ограничения для наших детей ».

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован.