Зависимые и созависимые: В чем различие между зависимостью и созависимостью? Откуда они берутся?

Содержание

В чем различие между зависимостью и созависимостью? Откуда они берутся?

В основе склонности к зависимому поведению лежит разочарование в ранних отношениях. Человек, пережив в них сильную фрустрацию, начинает искать всевозможные суррогаты любви, которой ему не хватило.

Происходить это может на разных уровнях:

  1. На биологическом уровне человек ищет замену Другому в каком-либо веществе или физическом состоянии. Это может быть пищевая, алкогольная, наркотическая или порно-зависимость. Также сюда можно отнести зависимость от экстремальных видов спорта и прочие подобные вещи, связанные с выбросом в кровь различных гормонов. Объединяет это все тот факт, что человек ищет удовлетворения своей потребности в близости вне человеческих взаимоотношений, обычно не осознавая этого противоречия. Да, человеческие взаимоотношения тоже могут присутствовать в его жизни, но им отведено второе место: потребность в веществе или состоянии становится важнее потребности в человеке. Это происходит потому, что отношения с веществом или состоянием гораздо более предсказуемы и управляемы, чем отношения с человеком.
    Потенциально отношения с человеком могут дать несравнимо большее удовлетворение, но зависимый человек в это не верит, потому что в его опыте такого удовлетворения никогда не было, или было недостаточно. Потребность которую хочет удовлетворить зависимый человек на этом уровне — потребность в безопасности.
  2. На психологическом уровне человек впадает в эмоциональную зависимость от другого человека. Важно отметить, что в данном случае Другой воспринимается в первую очередь, как объект, вызывающий приятные чувства и эмоции, и в этом смысле эта зависимость не сильно отличается от химической. Но, тем не менее, здесь уже есть место для субъективности и другой человек в этих отношениях важен. Потребность, которая стремится к удовлетворению на этом уровне — потребность в принятии и близости.
  3. На социальном уровне человек становится зависимым от успеха, денег, социального одобрения, власти. Он всячески стремится возобладать этими вещами, чтобы утолить свою жажду любви. Главная неудовлетворенная потребность на этом уровне — в признании и уважении.
  4. На духовном уровне человек становится зависимым от идей, здоровых и не очень. Идеи для него становятся важнее живых людей и отношений с ними. Неудовлетворенная потребность — в наличии смысла жизни.

Это деление достаточно условно и обычно эти уровни пересекаются между собой. Люди очень многогранны и изобретательны в своем приспособлении к окружающей действительности и используют разные способы, чтобы заглушить боль от разочарования в близких отношениях. Но какими бы совершенными ни были эти способы, они не способны заменить удовлетворения от реальной близости с живым человеком.

В случае с созависимостью человек становится зависим от благополучия другого человека. Он находит удовлетворение в том, чтобы делать другому хорошо, при этом вынося свои потребности за скобки. Созависимый человек, в обмен на это может получать безопасность на биологическом уровне, принятие Другого на психологическом, социальное одобрение и уважение за свою бесконечную доброту и готовность жертвовать собой — на социальном, и осмысленность своей жизни — на духовном.

Cозависимость сидит в нас очень глубоко и прочно, так как ею пропитано все вокруг, и мы фактически вырастаем в созависимом поле. Мало кому удается избежать этой участи. Люди, склонные к созависимости — это хороший клей для общества, защищающий его от распада, поэтому обществом созависимость всячески поддерживается. И людям, привыкшим к такому опыту, созависимость и вправду дает некоторое удовлетворение на всех уровнях. Поэтому отказаться от созависимых форм поведения так сложно. Человек часто предпочитает замучить себя до смерти, потому что, перестав быть созависимым, он рискует потерять вообще все: начиная с базовой безопасности и заканчивая смыслом своего существования. По крайней мере, ему так кажется.

Весь это цикл выглядит трагично. Люди, разочаровавшись в близости с другими людьми, создают ситуацию всеобщей зависимости, которая способствует развитию созависимых форм отношений. Созависимость поддерживает деструктивную структуру и этим еще больше усугубляет ситуацию.

Выход из этого есть. Важно научиться слышать, понимать и уважать свои истинные потребности и активно реализовывать их, уважая при этом потребности Другого. Это легко сказать, но чрезвычайно сложно сделать. Это кропотливая работа, требующая большого усердия и терпения, которая не обходится без скатывания обратно в деструктивный опыт. Любой выход из зависимых и созависимых форм отношений сопровождается страхом, болью, виной, стыдом и прочими крайне неприятными чувствами. Это похоже на состояние тяжелого похмелья, когда внутри так больно и пусто, что кажется, что ты умираешь, и хочется скорее облегчить свою участь любыми доступными способами. Но эти способы обычно поддерживают зависимость, а иногда и усугубляют ее. Важно научиться проживать это состояние абстиненции, чтобы истинные потребности могли ожить и выплыть наружу. Обычно это уже описанные потребности в любви, принятии, близости, признании, уважении, осмысленности жизни. Для того, чтобы чувствовать себя счастливым, эти потребности важно научиться удовлетворять здоровым способом, который обычно более длинный и тернистый.

Гораздо проще играть с чит-кодами, но дает ли такая игра настоящее удовлетворение? На мой взгляд, нет.

В деле выхода из зависимых и созависимых моделей поведения нужно обладать смелостью и решимостью, и, при этом сталкиваться со своей и чужой уязвимостью и слабостью и как-то считаться с этим. Эту амбивалентность крайне тяжело переживать. Но, несмотря ни на что, этому можно научиться, если дать себе достаточно времени.

Как перестать цепляться за партнёра — Wonderzine

Ещё одна черта созависимости — перепутанность ролей. Созависимый человек пытается быть для близкого психотерапевтом, врачом, диетологом, личным менеджером — вместо того, чтобы быть просто партнёром или другом, делить жизнь и впечатления от неё. Сходить с близким человеком к врачу, помочь ему выбрать психотерапевта или составить резюме можно и вне созависимых отношений. Но, в отличие от обычной помощи, при созависимости человек хочет подменить желания другого своими, пытается насильно проталкивать его туда, куда он не очень-то рвётся попасть.

На этом месте человек, который мыслит как созависимый, обычно возражает (очень резонно в его системе координат): «Но если его (её) не подтолкнуть, он (она) и делать ничего не будет! Так и не бросит пить, будет лежать на диване и не работать, продолжать болеть и чахнуть». Это, к сожалению, правда: взрослый человек может выбрать не заботиться о своём здоровье, не зарабатывать денег или жить с химической зависимостью. И тогда перед его партнёром или другом, скорее всего, встанет вопрос о том, насколько комфортны и приемлемы близкие отношения с тем, кто ставит под угрозу свою жизнь, отказываясь от лечения, или почти не бывает трезвым, или с тем, кто не работает и кого нужно содержать. Люди, переживающие созависимость, настолько боятся угрозы расставания, что предпочитают действовать и думать за другого вместо того, чтобы непредвзято посмотреть на его поведение и решить, хотят ли они быть рядом с таким человеком.

Идея улучшать чужую жизнь вместо своей — центральная для созависимых. Если поискать истоки этого желания, скорее всего выяснится, что они хотели бы хорошей жизни всё-таки для себя: в достатке, спокойствии, с человеком, которого интересует что-то, кроме пива и компьютерных игр, который не рискует умереть каждую неделю от передозировки. Но у них есть представление, согласно которому достичь этого напрямую, самостоятельно невозможно — и они пытаются достигнуть хорошей жизни как бы через другого человека, чаще всего того, кто совершенно для этого не подходит. Например, вместо того, чтобы самостоятельно строить собственную карьеру, «мотивируют» партнёра попросить о повышении.

«Семья зависимого человека или что такое созависимость?»

Обучение » Открытые тренинги и семинары » Для психологов и тренеров » «Семья зависимого человека или что такое созависимость?»

«Семья зависимого человека или что такое созависимость?». Теория и практика работы.
Мастерская  повышения профессиональной компетенции для психологов и психотерапевтов
Ведущие: Инна Ильина и Ирина Васильева
Общий объем программы — 72 академических часа

Отзывы участников и ведущих

Цель программы: обучить специальным навыкам консультирования в ситуации наличия в семье зависимого человека.

 Мастерская адресована психологам, которым важно быть более компетентным в вопросах зависимости и созависимости, кто ориентирован на работу с такими клиентами. Максимально полезна начинающим психологам.

Формы работы: 

  • Обучающие семинары 
  • Выездные семинары-практики в Доме надежды на Горе 

В результате работы в мастерской участники:

  • Познакомятся с особенностями консультирования созависимых клиентов
  • Проработают свои сложности в работе с созависимыми клиентами
  • Узнают о разных видах помощи созависимым, в том числе так называемых «низкопороговых»
  • Поработают со своими сложными случаями в режиме супервизии
  • Выработают свою стратегию и тактику терапии созависимых

 

Видео от ведущей Инны Ильиной о практике работы с созависимыми клиентами

 

Зачем  практическому психологу понимать, что происходит в семье зависимого человека, и что такое созависимость?

Ситуация, когда в семье есть зависимый человек, очень распространена. Это значит, что многие наши клиенты имеют опыт жизни рядом с таким, как правило, значимым для них человеком. Известно, что родные зависимых сами приобретают со временем определенные  черты и паттерны  зависимого поведения, которые получили название «созависимость». Что такое созависимость? Это эмоциональная зависимость от поведения другого — ожидание «когда же он изменится/поправится/поймет», «станет таким, как я хочу», попытка «спасти» через постоянный контроль значимого другого. Это выученное поведение, образ жизни и мышления, которые доставляют очень много неудобств и  страданий.

Интересно, что созависимое поведение имеет обыкновение закрепляться и не исчезает, даже если человек больше не живет вместе с зависимым супругом/партнером/родителем/ребенком. Созависимый выступает в роли «носителя вируса зависимого поведения» в роду. Например, велика вероятность, что у человека, который вырос рядом с зависимым взрослым, но сам не страдает никакими зависимостями (при условии, что он не осознает свою созависимость и ничего для себя не делает), будут зависимыми муж, дети или внуки.

Понимание специалистами  феномена созависимости позволит лучше понимать клиента и себя в процессе терапии, структурировать информацию, полученную в ходе работы, видеть шире, что происходит, а значит, быть более точными и профессиональными в работе. Например, узнав, что у клиента в семье кто-то пил или пьет, был «особенным» — мы можем ожидать определенного рода поведения и построения отношений, быть «как бы предупреждены» об определенном «наборе» сложностей. Или наоборот, столкнувшись с набором каких-то черт, предположить наличие зависимого члена в семье, о котором часто умалчивается.

На нашей мастерской мы сделаем акцент на выявлении знаков созависимого поведения, помогающих ее диагностировать, рассмотрим эффективные стратегии в работе с такими клиентами. Обнаружим «ловушки», в которые  здесь попадает психотерапевт. Мы будем учиться видеть и различать  «игры, не приносящие радости»,  быстро меняющиеся роли клиента в этой игре, а также замечать свой собственный внутренний треугольник Карпмана, который приходит в движение, когда мы сталкиваемся с манипуляциями других людей. Работа с созависимостью требует определенных знаний и умений.

У нас будет возможность познакомиться с работой группы сопровождения родственников выздоравливающих пациентов в Реабилитационном центре для алкоголезависимых «Дом надежды на Горе». Выбор алкогольной зависимости сделан по причине распространенности этой проблемы, а также наглядности трудностей, которые присутствуют в работе не только с членами семей алкоголиков, но и любыми созависимыми клиентами.

 

В программу обучения входят: 2 двухдневных семинара, 2 однодневных выездных семинара-практики в Реабилитационном Центре Дом надежды на Горе с группой созависимых родственников:

1-й семинар. Что такое созависимость. Трудности в работе и «ловушки», в которые попадается психотерапевт. 20 часов 

Характерологические особенности созависимых. Механизмы зарождения созависимости и факторы, влияющие на ее поддержание. Дисфункциональная семья. Детские роли выживания и сценарии. «Взрослые дети алкоголиков»: предопределенность  поведения и трудности в работе. Три лица жертвы —  треугольник Карпмана, стратегии  в работа. Последствия «обволакивающего насилия» (С.Вакнин). 

2 выездных однодневных семинара-практики с группой созависимых родственников пациентов РЦ ДНГ. 20 часов 

Профессиональная позиция психолога в работе с созависимыми, в том числе с членами семьи алкоголика, наркомана и др. Сложности взаимодействия с семейной дисфункциональной системой и их преодоление. Знакомство с низкопороговой помощью, ее возможностями и ограничениями.

2-й семинар. Психотерапия созависимости.  20 часов 

Стратегии и тактики терапии созависимости. Метафора отношений клиент-терапевт «родитель-ребенок» — ее своевременность и ограничение в работе с созависимым клиентом. Разные направления и теории в помощь при работе с созависимостью: транзактный анализ Э.Берна, терапия личностного роста В.Сатир, теория привязанностей Дж. Боулби, многопоколенная семейная система М.Боуэна, структурный подход С.Минухина, стратегический подход К.Витакера, К.Манадес, П.Пэпп, М.Палаццолли, Варги А.Я., экзистенциальная терапия И.Ялома, Р.Мэя, Э.Спинелли и т.д. Работа с сильными чувствами (стыд, вина, гнев, др.), психологическими границами, выбором, ответственностью.

В рамках семинаров предусмотрена возможность супервизии трудных случаев из практики участников, также в программу входит самостоятельная работа – феноменологическое  описание  случая  человека, страдающего созасисимостью.

Общий объем программы – 72 академических часа. По окончанию обучения выдается Удостоверение о повышении квалификации. 

Ведущие:

Инна Ильина — психолог, тренер, супервизор, специалист по работе с зависимым поведеним. Практика в области психотерапевтического консультирования с 1992 года, ведет индивидуальный и семейный прием, с 1995 года разрабатывает и проводит авторские программы по работе с ПТСР, зависимостями, телесно-ориентированной психотерапии.  Подробнее…

Ирина Васильева — кандидат медицинских наук, психотерапевт, психиатр, практика в области консультирования с 1996 года. Большой опыт работы с клиентами с химической, алкогольной и пищевой зависимостями. Подробнее…

 

Отзывы участников и ведущих Мастерской:

Подводим итоги. Закончилась программа «Семья зависимого человека: или что такое созависимость?» Теория и практика работы. Быстро пролетело два месяца, в течение которых мы занимались в Мастерской, которая задумывалась как пространство повышения профессиональной квалификации для психологов.

Мы много работали над «обнаружением» терапевта в отношениях с такими непростыми клиентами, как созависимые, разбирали контрпереносы, «ловушки», в которые попадает терапевт. Исследовали сам феномен созависимости и поражались его емкости – тому, что он включает много других явления, которые сопровождают дисфункциональные семьи – брошенность, нарушение привязанности и  сепарации и т. д. Складывали «характерологический и поведенческий портрет» созависимого человека, помогающий  видеть масштаб «внутренних разрушений», которые во внешней жизни могут проявляться в крайностях, например, как выученная беспомощность или как подчеркнутая независимость и  суперуспешность.

Мы с коллегой предложили для мастерской контекст алкогольной зависимости – чтобы на его фоне созависимость просто было более «выпукло» видно. Хотя стать созависимым можно не только в алкогольной семье… Но алкоголизм – распространенное явление настолько, что зачастую становится фоном жизни, который люди как бы не замечают. И это справедливо и для терапевтов тоже. Как известно, отрицание – самая сильная защита, свойственная любым зависимостям. Поэтому надо отметить любопытный распространенный факт – многие специалисты помогающих профессий обнаруживают наличие в своей семейной системе зависимого родственника как бы «внезапно».

У нас тоже не обошлось без личностных открытий, вот отзыв одного из участников:

«Мастерская дала мне много профессионального и личностного. Благодаря тому, что она была растянута во времени, у меня была возможность пересмотреть контекст своей родительской семьи; принять тот факт, что мой отец  алкоголик, а мать созависимая ; признать свои особенности в связи с этим. В итоге мастерская позволила мне:

— понять причины ощущения безысходности в работе с созависимым, на самом деле связанные с моей семейной историей;

— ощутить тот стыд, который парализует созависимого клиента и лучше его понять; 

— легче видеть признаки созависимости; 

— понимать системность контекста семьи зависимого и созависимого

— научиться использовать свои реакции на клиента в работе с ним»

 

Другие отзывы:

 

«У меня есть ощущение логичности построения программы – от пристального, детального разбора явления созависимости на первом семинаре, через встречу с ними в ДНГ, к терапевтическим подходам. Я вижу сейчас более точно и диагностирую более явно, появились ориентиры в терапии, и хотелось бы еще дальше прорабатывать «сложности».Я с первого семинара  видела, что участники группы очень разные, но была рада возможности общения с людьми с различным опытом. Благодарна всей группе и  ведущим – мы несомненно обогатили друг друга». (Н.1)

 

«Я много для себя  уношу с этих 6 дней. Важным для меня было увидеть контекст своей семьи и своей истории, свои переживания в связи с этим. Сильные впечатления от поездок в ДНГ – увидеть, как это бывает, какие крайние формы принимает… сразу понятно о чем речь идет. Очень много раздаточного материала – ценно его обилие и щедрость. Появилось свое умение узнавать, видеть, диагностировать созависимость у клиентов. Очень ценно было погружаться в отдельных клиентов – этому помогла супервизия. Важно было, что на семинарах мы  обращались как  к пространству индивидуальной терапии, так и к семейному контексту – это давало видение «системности проблемы».  Внутренне была готовность еще раз съездить в ДНГ и еще пообсуждать, понаблюдать это пространство работы, уж очень интересны участники». (И.)

 

«Сначала было ощущение разношерстности группы, но после поездки в «Дом Надежды на Горе» (ДНГ) – группа больше объединилась и стало совсем ресурсно. Мало!!! )) Хочется еще: поездок, ролевых игр, тюторских групп… Ухожу с очень приятным чувством наполненности. И благодарности. Очень ценны разборы  контрпереносов, и ваши уточняющие вопросы, которые дают минитерапию». (Ж.)

 

«Самым важным было обобщение материала и информации, которая известна, присвоение этого материала и поясняющие комментарии ведущих. Но самое значимое – все что касалось чувств терапевта в  процессе работы, какие-то знаки, которые напрямую не говорят о моих чувствах, но по которым я могу их узнать. Все, что связано со мной, как с терапевтом находящимся в этом процессе,  мои контрпереносы». (Л.)

 

«Я очень рада, что была здесь все это время. Мне было важно то, как вы видите эту тему, так как я в теме созависимости давно, и с разных сторон ее изучала. Я здесь в этом пространстве обращалась к себе как к терапевту. У меня есть разные места, где я к себе как к созасисимому обращаюсь, а здесь я видела себя терапевта и то, как «клиентское» откликается во мне, как я реагирую на это, мои чувства, мой контрперенос – это очень-очень ценно. Вы все время обращали внимание: «смотрите, как вы вовлекаетесь» — и это помогало видеть, что я уже вышла из терапевтической позиции и  уже «с собой». Вы помогали мне формировать мою профессиональную позицию. Это мастерская, где можно исследовать – себя, как клиента и терапевта. Мне понравились все упражнения, которые мы делали, особенно с «рукой и падением» — мы говорили о том, какая вообще может здесь быть помощь, как зависимому, так и созависимому. Важно видеть, как в отношениях с клиентом разворачиваются все те же проблемы границ, ответственности, выбора и т.д. Супервизия оказалась очень важна!  Поездки в ДНГ –  было очень «сильно»  оказаться в этой среде, увидеть неприкрытую созависимость, работающего консультанта по химической зависимости, … я увидела, как я откликаюсь, как у меня возникают чувства к этим людям – на кого-то я прямо сильно злюсь. Помогали вопросы, обращающие  к себе от ведущих: «что задевает, что вовлекает?». Было очень интересно и важно исследовать семейный контекст – сама игра, где вдруг «возникла» семейная система со всеми ее дисфункциями вокруг папы-алкоголика, генограмма – как инструмент работы и разные подходы-видения. Хочется продолжать  это исследовать, как и треугольник Карпмана – оказалось, что и там много возможностей для осмысления и движения. Еще раз очень сильно поняла и прожила, как важно видеть стыд, не уходить от него. Хочется, чтобы курс был длиннее – хочется демонстрационных сессий, еще больше ролевых игр. Есть четкое ощущение профессионализма ведущих, и знание, что я могу обратиться, так как мне очень нравится ваш подход в работе. Я вам благодарна за ваше ведение группы. Я рядом с вами чувствую свою профессиональную позицию». (И.)

 

Если кратко, то участники отметили как важное:

  • Последовательность и системность работы, логику обучения.
  • Обращение и соприкосновение с личным опытом созависимости – было логично и естественно встроено в процесс обучения.
  • Опыт открытости ведущих и  участников группы.
  • Возможность участвовать в супервизии.
  • Поездки в Реабилитационный Центр «Дом Надежды на Горе», и возможность обсудить уведенное, соединить теорию и практику.
  • Обилие раздаточного материала.
  • Использование контрпереноса и  работу с сопротивлением в терапии.
  • Опыт работы с «тяжелыми» чувствами – вины, стыда, гнева.

Также участники отметили, как пожелание, важность добавить еще 2 дня по 8 акад. часа, сделав не просто 2 выездных дня по субботам, а добавив воскресенья (им всем дружно хотелось больше ролевых игр).

 

Кому полезно пройти обучение в Мастерской (со слов участников):

1. Всем начинающим психологам.

2. Работающим психологам, заинтересованным в повышении своей профессиональной квалификации

3. Тем, кто «работает в теме» зависимости.

4. «Помогающим» работникам – например, соцработникам, работникам службы опеки

 

Зачем психологам прорабатывать тему созависимости?

  • чтобы увидеть себя, как терапевта в заведомо сложных ситуациях с клиентами, которые не умеют строить отношения, манипулируют, включены в бесконечные «игры не приносящие радости»
  • чтобы не привязывать созависимость только к алкоголизму и наркомании, увидеть это явление шире (например, через дисфункциональные семейные системы, нарушения привязанности, сепарации и т.д.)
  • чтобы знать «куда смотреть, чтобы увидеть», имея дело с созависимым человеком, как представителем дисфункциональной семейной системой

 

Синдром созависимости в семье,

Когда семья сталкивается с таким заболеванием как наркомания, помощь требуется не только человеку страдающему синдромом, но и членам его семьи. Часто основным механизмом защиты семьи является отрицание аддикции(зависимости), ее масштабов, тяжести, последствий и важности для жизни семьи. От родственников наших пациентов можно услышать такие фразы как: «это не мне нужна помощь, лечите его (её)», «у меня всё в порядке, это он болен» и т.д. Болен, конечно, пациент, но помощь нужна и другим членам семьи, не осознавая, сами они, могут поддерживать зависимость своего мужа (жены). Давайте разберёмся с тем, что такое созависимость вместе с психологом наркологического диспансерного отделения Ириной Владиславовной Бахтиной.
— Что же такое созависимость?
— Слово «созависимость» состоит из двух частей: зависимость — потеря свободы, рабство; со- что означает «совместный». Созависимый человек – это тот, кто полностью поглощен тем, чтобы управлять поведением другого человека и совершенно не заботиться об удовлетворении собственных жизненно важных потребностей. Созависимость в известном смысле – это отказ от себя. E.B. Isaacson описала три основных правила, принятые в семьях больных зависимостью: «не доверяй» – это правило вытекает из непостоянства семейной жизни и невозможности предвидеть будущее; «не чувствуй» – в семьях происходит подавление чувств – и гнева, и радости; «не говори» – это правило требует держать в «секрете» все, что связано с аддикцией в семье. Так как родственник страдающий синдромом зависимости становится центром для семьи и притягивает всё внимания на себя, семья изолируется от знакомых, отодвигает свои интересы, начинает жить ради зависимого родственника. Такое поведение члена (членов) семьи не только «подпитывает» зависимое поведение, но и усугубляет их здоровье как душевное, так и физическое.
— То есть каждый член семьи может стать созависимым?
— Да, каждый … Это жены и мужья, родители, дети, люди, страдающие зависимостью, до и после активного периода болезни. Такая «забота» о других предполагает некомпетентность, беспомощность другого, неспособность его делать то, что выполняет за него созависимый близкий. Все это дает возможность созависимым чувствовать себя постоянно необходимыми, незаменимыми. Многие поступки созависимых мотивированы страхом, который является основой любой зависимости. Помимо страха, в эмоциональной палитре преобладают тревога, стыд, вина, затянувшееся отчаяние, негодование, ярость, обида, жалость к себе, гнев. И со временем созависимые начинают игнорировать свои чувства, ведь проще не чувствовать душевную боль, жить в мире иллюзий. Они склонны игнорировать проблемы или делать вид, что ничего серьезного не происходит. Созависимые отрицают у себя наличие признаков созависимости. Именно отрицание мешает им попросить помощи для себя, затягивает и усугубляет зависимость больного и держит всю семью в дисфункциональном состоянии. У созависимых часто возникают психосоматические нарушения, это заболевания вызванные стрессом. Созависимые болеют, поскольку пытаются контролировать то, что в принципе не поддается контролю. Они много работают и тратят много сил на то, чтобы выжить. Это ещё одна причина, по которой следует обратиться за помощью к психотерапевту, клиническому психологу, так и в группы самопомощи для родственников зависимых. Наиболее уязвимы — дети, им приходится приспосабливаться к сложившейся ситуации. Ребёнок своим поведением пытается стабилизировать ситуацию в семье, компенсировать неадекватность родителей.
— А есть ли выход?
— Выход из этой ситуации возможен лишь через сознательный отказ от этой роли. Психологическая помощь созависимым дает огромный выигрыш им самим в виде оздоровления и личностного роста, а также их родственникам, страдающим зависимостью, и подрастающим в семье детям.
Получить консультацию вы можете в кабинете наркологической помощи для детей и подростков наркологического диспансерного отделения МГКБ по адресу: г.Мытищи, ул. Трудовая, д.17/39, телефон 8(495)5826782.

Особенности психотерапевтической работы с клиентами с зависимой структурой личности

В статье речь пойдет не о зависимых от различных веществ людях, а о клиентах с зависимой структурой личности.

В классификаторах психических расстройств при описании людей с зависимой структурой личности используются термины «Зависимое расстройство личности» (рубрика «Расстройства зрелой личности и расстройства поведения у взрослых в МКБ-10) и «Расстройство личности в виде зависимости» (рубрика «Расстройства личности» в DSM-IV).

К характерным признакам данного расстройства личности относятся: активное или пассивное перекладывание на других принятия большинства важных решений в своей жизни, отсутствие самоконтроля, недостаток уверенности в себе, «приклееность» к объекту зависимости, отсутствие психологических границ и др. Данные психологические характеристики часто сопровождаются различными симптомами. Среди них часто встречаются: психосоматические болезни, алкоголизм, наркомания, девиантное поведение, созависимые и контрзависимые проявления.

Чаще всего зависимая структура личности проявляется в форме зависимого и созависимого поведения. Следовательно, зависимость и созависимость это разные формы проявления зависимой структуры личности.

Общим для них является ряд личностных свойств: психический инфантилизм, патологическая привязанность к объекту зависимости с той лишь разницей, что в случае зависимости таким объектом будет вещество, а в случае созависимости – другой человек.

В фокус профессиональной деятельности психолога/психотерапевта чаще попадает созависимый клиент.

Типичные характеристики созависимой личности – включенность в жизнь Другого, полная поглощенность его проблемами и делами. Созависимая личность патологически привязана к Другому: супругу, ребенку, родителю. Кроме выделенных качеств, для созависимых людей также характерны:

 

  • низкая самооценка;
  • потребность в постоянном одобрении и поддержке со стороны других;
  • неопределенность психологических границ;
  • ощущение своего бессилия что-либо изменить в деструктивных отношениях и др. [2, с. 22].

 

Созависимые люди всей своей жизнью делают членов своей системы зависимыми от них. При этом созависимые активно вмешиваются в жизнь зависимого, контролируют его, знают, как лучше поступать и что делать, маскируя свой контроль и вмешательство под любовь и заботу. Другой член пары – зависимый – обладает, соответственно, противоположными качествами: он безынициативен, безответственен, не способен к самоконтролю.

Традиционным является взгляд на зависимых как на некое социальное зло, а на созависимых как на их жертв. Поведение созависимых, как правило, социально одобряется и принимается. Однако, с психологической точки зрения, вклады созависимого в такие патологические отношения ничуть не меньше зависимого. Созависимый сам не в меньшей степени нуждается в зависимом – он зависимый от зависимого. Это вариант так называемой «человеческой» зависимости.

Созависимые сами поддерживают отношения зависимости, а когда они обостряются до симптома, то тогда обращаются к специалисту, чтобы он «вылечил» зависимого, то есть по сути – вернул его в прежние зависимые отношения.

Любые же попытки зависимого выйти из-под контроля созависимого вызывают у последнего много агрессии.

Партнер созависимого – зависимый – воспринимается как объект и его функция в паре созависимый-зависимый сравнима с функцией объекта зависимого (алкоголь, наркотик…). Эта функция состоит в том, чтобы «затыкать дыру» в идентичности созависимого посредством объекта (в нашем случае – партнера) для того, чтобы получить возможность ощутить себя целым, обрести смысл жизни. Неудивительно, что для созависимого зависимый, несмотря на все свои недостатки (с точки зрения созависимого), оказывается так важен, ведь он обеспечивает для него важнейшую функцию – смыслообразующую. Без него жизнь созависимого теряет всякий смысл. У зависимого для этого есть свой объект. Отсюда такая сильная привязанность созависимого к зависимому.

Неудивительно, что в картине Мира созависимого Другой занимает такое важное место. Но при всей важности и фиксированности на Другом, отношение к нему чисто инструментальное – как к функции. На самом деле Другого для созависимого, в силу его эгоцентрической позиции, как отдельного человека с его переживаниями, чаяниями, желаниями просто нет. Да, Другой присутствует в картине Мира созависимого, даже гипертрофированно, но только функционально.

Причиной формирования как зависимой, так и созависимой структуры личности является незавершенность одной из наиболее важных стадий развития в раннем детстве – стадии установления психологической автономии, необходимой для развития собственного «Я», отдельного от родителей. По сути речь идет о втором рождении – психологическом, рождении Я как автономного образования со своими границами. По мнению Г. Аммона, «…формирование границы Я в симбиозе является решающей фазой развития Я и идентичности. Это возникновение границы Я, способствующее различению Я и не-Я в плане формирования идентичности, становится возможным благодаря первично заложенным функциям Я ребенка. В формировании границ Я ребенок зависит также от постоянной поддержки окружения, своей первичной группы, в особенности матери» [1, с. 65].

В исследованиях М. Малер было установлено, что у людей, которые в возрасте двух-трех лет успешно завершают эту стадию, существует целостное внутреннее ощущение своей уникальности, четкое представление о своем «Я» и о том, кто они такие. Ощущение своего Я позволяет заявлять о себе, полагаться на свою внутреннюю силу, брать ответственность за свое поведение, а не ожидать, что кто-то будет управлять тобой. Такие люди способны быть в близких отношениях, не теряя при этом себя. М. Малер считала, что для успешного развития психологической автономии ребенка необходимо, чтобы психологической автономией обладали оба его родителя [5]. Ведущим условием для такого рождения Я ребенка является его принятие родительскими фигурами. В том же случае, когда родители в силу разного рода причин не способны принимать (безусловно любить) своего ребенка, он остается в состоянии хронической неудовлетворенности в принятии своего я и вынужден всю свою жизнь безуспешно пытаться отыскать это ощущение либо навязчиво «цепляясь» за другого (созависимый), либо компенсируя это ощущение химическими суррогатами (зависимый).

В плане же психологического развития зависимый и созависимый находятся примерно на одном уровне. Безусловно, это уровень пограничной организации структуры личности с характерными для него эгоцентризмом, импульсивностью как неспособностью удерживать аффект, низкой самооценкой. Пара зависимый-созависимый образуется по принципу дополнительности. Сложно представить пару человека с автономным Я и созависимого.

Общим для них является также патологическая привязанность к объекту зависимости. В случае созависимой структуры личности таким объектом, как говорилось ранее, выступает партнер. В случае зависимой – «нечеловеческий» объект. Неясен механизм «выбора» объекта, но и в том, и в другом случае мы имеем дело с зависимой структурой личности.

Каким образом люди с такой структурой личности попадают на психотерапию? Чаще всего психолог/психотерапевт имеет дело с двумя видами запроса:

1. Запрос делает созависимый, а клиентом психолога/психотерапевта становится зависимый (созависимый приводит либо отправляет на терапию зависимого). В этом случае мы встречаемся с нестандартной для психотерапии ситуацией: заказчиком выступает созависимый, а клиентом становится зависимый. Данная ситуация представляется прогностически неблагоприятной для терапии, поскольку здесь мы реально не имеем дело с клиентом – не соблюдается одно из необходимых условий терапии – признание клиентом собственного «вклада» в сложившуюся проблемную ситуацию, как, впрочем, и отрицание наличия самой проблемы. В качестве примера рассматриваемой ситуации можем привести случаи обращения родителей с запросом «исправить» проблемное поведение ребенка, либо одного из супругов, желающего избавить партнера от патологической привычки.

2. Созависимый сам обращается за терапией. Это прогностически более перспективный вариант для терапии. Здесь мы в одном лице имеем дело и с клиентом, и с заказчиком. Например, родители обращаются за профессиональной помощью с желанием разобраться в проблемных отношениях с ребенком, либо кто-то из супругов хочет с помощью психотерапевта понять причину не устраивающих его отношений с партнером.

Если в первом случае психотерапия в принципе невозможна, то во втором у созависимого клиента появляется шанс. Несмотря на это, такие клиенты обычно плохо поддаются психотерапии, так как спектр их проблем обусловлен базисным дефектом их психики. Отсутствие самоконтроля, инфантилизм, ограниченная сфера интересов, «приклеенность» к объекту зависимости являются серьезным вызовом для психолога/психотерапевта.

Зависимые клиенты легко распознаются уже при первом контакте. Чаще всего в роли инициатора встречи выступает созависимый близкий родственник зависимого – мать, жена… Нередко первым чувством клиента является удивление. И не случайно. Поговорив со звонившей матерью о проблемах ее мальчика, закономерно интересуешься, сколько ему лет? К своему удивлению узнаешь, что мальчику 25, 30, а то и больше… Так сталкиваешься с одним из центральных качеств личности зависимого – его инфантильностью. Суть психической инфантильности в несовпадении психологического возраста и возраста паспортного. Взрослые мужчины, женщины в своем поведении демонстрируют нетипичные для их возраста детские черты – обидчивость, импульсивность, безответственность. Такие клиенты сами не осознают своих проблем и не способны просить о помощи у окружения – обычно за помощью обращаются их родственники или кто-то приводит их на терапию буквально «за руку». Психотерапевту предстоит работать с «маленьким ребенком», не осознающим своих желаний, потребностей, своей отдельности от окружения. Зависимые всегда остаются для созависимых детьми.

Работа как с зависимыми, так и созависимыми клиентами не ограничивается отношениями терапевт-клиент, а неизбежно втягивает психотерапевта в полевые отношения. Психологу/терапевту приходится работать не с одним человеком, а с системой. Он постоянно оказывается втянутым в эти системные отношения. Для психолога/терапевта это очень важно осознавать. Если он оказывается втянут в системные отношения, то теряет профессиональную позицию и становится профессионально неэффективным, так как нельзя изменить систему, находясь в самой системе.

Одной из форм «втягивания» терапевта в систему являются так называемые треугольники. Треугольники являются необходимым атрибутом жизни зависимых-созависимых. С. Карпман, развивая идеи Э. Берна, показал, что все многообразие ролей, лежащее в основе «игр, в которые играют люди», может быть сведено к трем основным – Спасателя, Преследователя и Жертвы. Треугольник, который объединяет эти роли, символизирует одновременно их связь и постоянную смену. Этот треугольник можно рассматривать и в межличностном, и во внутриличностном плане. Каждая ролевая позиция может быть описана при помощи набора чувств, мыслей и характерного поведения.

Жертва – это тот, чью жизнь портит тиран. Жертва несчастлива, не достигает того, чего могла бы при условии освобождения. Она вынуждена все время контролировать тирана, однако ей это плохо удается. Обычно жертва подавляет свою агрессию, однако она может проявляться в виде вспышек ярости или аутоагрессии. Для поддержки патологических отношений жертве необходимы внешние ресурсы в виде помощи от спасателя.

Тиран – это тот, кто преследует жертву, при этом зачастую считая, что последняя сама виновата и провоцирует его на «плохое» поведение. Он непредсказуем, не отвечает за свою жизнь и нуждается в жертвенном поведении другого человека для выживания. Только уход жертвы или устойчивое изменение ее поведения могут привести к изменению тирана.

Спасатель – это важная часть треугольника, которая дает «бонусы» жертве в виде поддержки, участия, различных видов помощи. Без спасателя этот треугольник бы распался, так как у жертвы не хватало бы собственных ресурсов для жизни с партнером. Спасатель также получает свою выгоду от участия в этом проекте в виде благодарности жертвы и ощущения собственного всемогущества от нахождения в позиции «сверху». Психологу/терапевту на первых порах отводится роль спасателя, но в дальнейшем он может быть включен и в другие роли – тирана и даже жертвы.

Анализируя терапевтические отношения в работе с описываемыми клиентами, необходимо отметить, что они (отношения) достаточно неустойчивы по причине сопротивлений в работе со стороны как клиента (зависимого-созависимого), так и терапевта.

Созависимый (чаще всего заказчик терапии) недоволен результатами работы, так как психолог/психотерапевт делает не то, чего бы он хотел. Он чаще всего сознательно сопротивляется терапии, всячески ей препятствует, используя арсенал от самых безобидных способов – отговорок зависимого от терапии, до достаточно серьезных – угроз как клиенту терапии, так и самому терапевту.

Зависимый (клиент) – с одной стороны сознательно хочет изменений, с другой – бессознательно всячески ей сопротивляется, так как патологически привязан к созависимому. Он инфантилен, безынициативен, его удерживает вина, страх. Он часто бессознательно подключает к сопротивлению объекты системы.

У психолога/терапевта также могут неосознанно включаться механизмы сопротивления работе. Чувства, которые он испытывает к клиенту, сложно отнести к разряду позитивных: страх, злость, безысходность…

Страх возникает в результате того, что позиция психолога/терапевта довольно уязвима, ей легко можно нанести вред, так как содержание психологической помощи недостаточно понятно простым обывателям. В работе психолога/терапевта нет четких объективных критериев успешности терапии. Позиция психолога/терапевта уязвима и в юридическом плане – зачастую у него отсутствует лицензия на такого рода деятельность в силу законодательных особенностей. Позиция специалиста также неустойчива и в плане конкуренции с коллегами-медиками – «психотерапевтами в законе». Любая жалоба со стороны недовольного заказчика может создать много сложностей у психолога/психотерапевта.

Отчаяние связано с тем, что работа с такими клиентами долгая и медленная, а изменения незначительные и неустойчивые.

Злость обусловлена тем, что клиент – манипулятор, пограничная личность, он большой специалист по нарушению психологических границ, в том числе и границ терапии и терапевта.

При работе с клиентами с зависимой структурой личности важно помнить ряд важных моментов.

В случае, когда клиентом является зависимый, терапевт работает не с клиентом, а с системным феноменом, клиент – это симптом дисфункциональной системы. В связи с этим работать с клиентом как симптомом в индивидуальной терапии оказывается невозможно. В этом случае лучшее, что может сделать психолог/психотерапевт, – попытаться привлечь на терапию созависимого. В работе же с созависимым стратегически важным будет не включаться в системные отношения (система сильнее), а поддерживать в клиенте его психологическую автономию. Общая стратегия в работе как с зависимым, так и созависимым – ориентация на их психологическое взросление.

Терапия созависимой личности – это терапия взросления. Истоки созависимости, как мы отмечали ранее, лежат в раннем детстве. Терапевту необходимо помнить, что он работает с клиентом, который по своему психологическому возрасту соответствует ребенку 2-3 лет. Следовательно, цели терапии будут определяться задачами развития, характерными для этого возрастного периода. Терапию с клиентами с зависимой структурой личности можно рассматривать как проект по «выращиванию» клиента; такую терапию метафорически можно представить как отношения мать-ребенок. Данная идея не является новой. Еще Д. Винникотт писал, что в «терапии мы пытаемся имитировать естественный процесс, который характеризует поведение конкретной матери и ее ребенка. … именно пара «мать – младенец» может научить нас основным принципам работы в обращении с детьми, у которых раннее общение с матерью было «недостаточно хорошим» или оказалось прерванным» [3, с.31].

Основная цель терапии с клиентами с зависимой структурой личности – создание условий для «психологического рождения» и развития собственного «Я», что является основой для его психологической автономии. Для этого необходимо решить ряд задач в психотерапии: восстановление границ, обретение чувствительности клиента, прежде всего к агрессии, контакт со своими потребностями, желаниями, научение новым моделям свободного поведения.

Использование метафоры «родитель-ребенок» в психотерапии созависимых клиентов позволяет определить стратегию работы с ними. Психологу/терапевту следует быть безоценочным и принимающим разнообразные проявления Я клиента. Это предъявляет особые требования к осознанию и принятию терапевтом отвергаемых аспектов собственного Я, его умению выдерживать проявления различных чувств, эмоций и состояний клиента, прежде всего его агрессии. Проработка деструктивной агрессии делает возможным выход из патогенного симбиоза и отграничение собственной идентичности [1, с.111].

Психологу/терапевту придется приложить много усилий в создании доверительных отношений, прежде чем клиент позволит себе больше свобды в выражении собственных чувств и переживаний. Появление на следующем этапе работы контрзависимых тенденций клиента с агрессивными реакциями в сторону терапевта – негативизма, агрессии, обесценивания – необходимо всячески приветствовать. У клиента появляется реальная возможность получить в терапии опыт проявления своей «плохой» части, при этом сохраняя отношения и не получая отвержения. Такой новый опыт переживания принятия себя значимым Другим может стать основой принятия самого себя, что послужит условием для построения здоровых отношений с ясными границами. Терапевту же на этом этапе терапии необходимо запастись вместительным «контейнером» для «складирования» негативных чувств клиента.

Отдельная важная часть терапевтической работы должна быть посвящена обретению клиентом чувствительности к своему Я и его интеграции. Для клиентов с зависимой структурой личности свойственна избирательная алекситимия, заключающаяся в неспособности осознавать и принимать отвергаемые аспекты своего Я – чувства, желания, мысли. Вследствие этого у созависимого, по определению Г. Аммона, существует «структурный нарциссический дефект», проявляющийся в существовании «дефекта границ Я» или «дыр Я». Задачей терапии на этом этапе работы является осознавание и принятие отвергаемых аспектов Я, что способствует «залатыванию дыр» в Я клиента. Открытие позитивного потенциала «негативных» чувств – бесценные инсайты клиента в этой работе, а их принятие – условие интеграции его идентичности.

Критерием успешной терапевтической работы является возникновение у клиента собственных желаний, открытие в себе новых чувств, переживание новых качеств своего Я, на которые он сможет опираться, а также способность оставаться в одиночестве.

Важным моментом в терапии клиентов с зависимой структурой личности является ориентация в работе не на симптомы зависимого поведения, а на развитие идентичности клиента. Необходимо помнить, что Другой, как описывалось выше, выполняет структурообразующую функцию, придающую созависимому ощущение целостности его Я, а в целом – смысла жизни. Ф. Александер говорил об «эмоциональной бреши», остающейся в больном после устранения симптома. Он подчеркивал также опасность психотической дезинтеграции, которая может следовать после этого. Эта «эмоциональная брешь» как раз и обозначает «дыру в Я», структурный дефицит в границе Я пациента. Поэтому целью терапии должно быть содействие пациенту в формировании функционально эффективной границы Я, которая приводит к ненужности зависимого поведения, заменяющего или защищающего эту границу.

Важным критерием успешности работы с такого рода клиентами является преодолении ими эгоцентрической позиции. Это проявляется в том, что клиент начинает замечать в терапевте и в других людях их человечность – ранимость, чувствительность. Одним из маркеров такого новообразования является появление у клиента чувства благодарности.

Психотерапия клиента с зависимой структурой личности – долгосрочный проект. Существует мнение, что ее длительность исчисляется из расчета один месяц терапии за каждый прожитый год клиента. Почему эта терапия длится так долго? Ответ очевиден – это терапия не конкретной проблемы человека, а изменение его картины Мира и таких его структурных компонентов, как концепция Я, концепция Другого и концепция Жизни.

Зависимые отношения

Человеку, который осознал свою зависимость, понял, что он страдает и когда с партнером вместе, а еще больше, когда они врозь, необходимо изменить это.

• Сначала, необходимо осознать, что быть независимой, самостоятельной личностью – это не страшно. Вы выросли, вы теперь можете сами все решать и отвечать за свои действия.

• Затем— суметь очертить свое личное пространство, отделить собственные интересы от интересов семьи, от интересов любимого, и осознать свою собственную значимость. Не быть лишь чьим-то дочерью, сыном, мужем, женой, подругой, а стать своей СОБСТВЕННОЙ самостоятельной личностью.

• Стоит так же найти свои интересы.

Большинство осознают, что они попали в порочный круг психологической зависимости от любимого человека, только когда их обожаемый партнер решает с ними расстаться, развестись.

Если партнер уходит из пары, то у созависимого начинается настоящая «ломка». Хочется испытывать чувства любви, удовольствия, радости, а источника их получения больше нет. Что же делать?

К сожалению, редко в подобной ситуации люди понимают необходимость в квалифицированной помощи психолога.

Чтобы выкарабкаться в первые моменты стресса может понадобиться помощь других — близких, детей, родителей, друзей, психологов.

Если же этого нет, то человек либо находит новый источник этих ресурсов: вступает в новые созависимые отношения, либо начинает злоупотреблять алкоголем или другими химическими препаратами, или попадает в зависимость от компьютерных игр, или становится трудоголиком. То есть создает новую созависимость.

Большинство созависимых людей не могут прямо сказать своему партнеру, что они хотят, думают и чувствуют. Вместо этого они используют манипуляции: ворчат, обвиняют, спасают, выглядят беспомощными, оскорбляют и т.д. И оба участника таких отношений, как правило, стараются управлять друг другом. Они оправдываются, рационализируют и вводят в заблуждение, могут изводить партнера, грозить ему или вести себя подчеркнуто скромно. И часто они имеют в виду следующее: «Если бы ты меня действительно любил, ты бы понял, что мне необходимо, и дал мне это».

Таким людям сложно, а порой и невозможно, быть честными даже самим с собой. Они надеются, что кто-то прочитает их мысли, и прилагают усилия для того, чтобы прочесть мысли других людей.

Работа с психологом в таких ситуациях помогает человеку освободиться от существующей созависимости и научиться строить отношения без манипуляций, открыто обсуждая с партнером свои желания и чувства.

Изменив себя, вы можете изменить и отношение к вам близких и окружающих.

Но для начала сделайте первый шаг — признайте, что психологическая зависимость от человека или как ее еще называют созависимость имеет место быть в вашем случае. Пока нет осознания проблемы, вроде и не понятно с чем бороться, от чего избавляться?


в поисках выхода — Реальное время

Зависимость — явление, известное многим семьям не понаслышке. Это давно признанная проблема, методы решения которой активно и успешно применяются на практике. Но мало кто задумывается о проблеме созависимости. Что такое созависимость? Это тоже своего рода болезнь, которая в значительной степени является результатом адаптации к семейной проблеме, и часто созависимым приходится даже сложнее, чем зависимым. Созависимые — это те люди, которые не отвернулись от родного человека и борются каждый день с ним и его проблемой. Именно для таких людей в клинике «Инсайт» еженедельно по выходным проводятся лекции и терапевтические курсы.

…Созависимые. Именно так называют тех, кто приходит по субботам в клинику «Инсайт» на лекции для родственников пациентов клиники. Супруги, родители (многие из них приехали ради этой лекции из других городов республики. — прим. ред.), люди разного пола, возраста и достатка, они сидят кружком на красивых креслах и, слушая ведущего, постепенно сами привыкают так себя обозначать. Созависимые. Их всех роднит здесь не только причина присутствия, но и выражение лица — опустошенное и при том стоическое. Жертвенное. Хотя у кого-то жертвенность уже заметно переросла в плохо сдерживаемую ненависть.

«У каждого свой крест». Многие понимают это как обязательное принятие беспомощности, своей и зависимого, перед судьбой. Некоторым начинает даже подсознательно нравиться этот образ Жертвы — ведь общество их жалеет, вроде как понимает. Но это — тупиковый путь, ведущий к гибели. И зависимого, и его семьи.

Люди, приходящие на курсы для созависимых в клинику «Инсайт» — настоящие бойцы. «Ты должен быть зависим, чтобы я был ценен», — эту неприглядную истину своего статуса, метко сформулированную кем-то «в теме», они пока не готовы признать. Но уже, стиснув зубы, борются за тех, кто наверху, двумя этажами выше, их всей душой сейчас ненавидит, ворочаясь на больничной койке: «Эх, родственнички, упекли-таки! Ох, доберусь до вас, дайте только выйти отсюда!». Или лежит в прострации, вдруг осознав, во что превратил свою жизнь — в выжженную землю. И, что самое страшное, — не только свою…

Но до этапа осознания зависимым своей жизни как «выжженной земли» еще надо дожить. И — идти дальше по пути к избавлению, как бы ни было тяжело. Психологи знают: если зависимый получает прощение на фазе раскаянья, мол, больше никогда и ни за что, то его рецидив — лишь вопрос времени.

— Первый этап — это отрицание зависимости, яркое, открытое. Пациент утверждает, что он тут оказался «по ошибке» и вообще не наш «клиент». Осознав, что хода назад нет, человек приходит в бешенство. Поэтому второй этап — гнев. Бывало, что и в палате закрывались, объявляя голодовку, били посуду, или родственников всех проклинали. Не пугайтесь — это нормально, это даже хорошо! Все вновь прибывшие проходят через это, — слова ведущего курсов для созависимых, коуча клиники «Инсайт» Михаила, вроде бы успокаивают небольшую аудиторию.

— Зависимые почему-то уверены, что они имеют право тысячи раз обманывать близких, но близкие их — никогда. И тут я им говорю: хочешь, открою один секрет? Ты не поверишь — мир не вертится вокруг тебя! — восклицает ведущий, как бы обращаясь к невидимому пациенту.

Более того, по словам Михаила, если зависимый, оказавшись в клинике, вдруг заявил: «Все ок, я все понял и осознал, больше не буду», — это тревожный знак. Как правило, такие хитрецы начинают звонить родственникам и умело «бить» по их слабым местам, которые детально знают. «Они привыкли манипулировать вами. И поэтому мы такие звонки на первых порах запрещаем», — объясняет коуч.

Ну а если на этом, начальном этапе не справиться с отрицанием, не преодолеть гнев и не отпустить его, то это рано или поздно приведет к гибели человека. «Зависимость от алкоголя или наркотиков — это смертельная болезнь, от нее умирают, если больного вовремя не остановить», — утверждает Михаил

Родственники понимающе вздыхают. Но затем снова — вопросы, вопросы, вопросы… С места, лично, снова лично… По сути, вопросы об одном и том же: как снова поверить, как поддержать, как уберечь от рецидива потом, когда кошмар, казалось бы, навсегда в прошлом? Как не «повестись», когда тобою явно манипулируют (и это еще надо вовремя осознать. — прим. авт.), то давя на жалость, то угрожая?

Ведущий терпеливо отвечает всем, успокаивает, мягко убеждает. Глядя на него — симпатичного, крепкого, свежего лицом мужчину средних лет, которому очень идет фирменная «инсайтовская» зеленая тенниска (из-за этой формы пациенты за глаза и не без ехидства называют местный персонал «зелеными человечками». — прим. ред.) — трудно, очень трудно поверить, что когда-то он сам был частью этого порочного круга. Михаил не скрывает, что в прошлом был зависим от «зеленого змия». Но — вышел из этой схватки победителем (не случайно его имя с древнееврейского переводится как «равный, подобный Яхве (Богу)».— прим. ред.), волевым решением изменив судьбу.

Родившись во Владивостоке, Михаил после победы над зависимостью работал в реабилитации одной из местных клиник. Далее — стажировка в Красноярске, как в коммерческих, так и в государственных реабилитационных учреждениях. Вскоре его пригласили в Казань, на работу в «Инсайт». Теперь Михаил помогает другим — не осуждая, не порицая, но защищая, разъясняя, предлагая практические инструменты для работы над собой. Причем не только подопечным из числа пациентов клиники, но и их родственникам.

По словам Михаила, созависимые и зависимые испытывают не просто схожие — одни и те же проблемы. И ответственность за возникновение зависимости, как и за ее устранение, лежит на обеих сторонах— пятьдесят на пятьдесят. Именно поэтому в «Инсайте» на курсах для созависимых родственникам предлагаются те упражнения и тренинговые задания, что и их близким, проходящим лечение или реабилитацию в клинике.

— Слияние. В этом главная проблема созависимых отношений. Казалось бы, сейчас самое время родственникам в первый раз вздохнуть спокойно: больной находится в клинике, с ним ведется очень интенсивная, каждодневная, ежечасная профессиональная работа. Ну, чем не повод улыбнуться? — обращается к аудитории ведущий.

— Повод, — словно эхо, повторяет за ним одна из слушательниц, привлекательная, но явно усталая женщина средних лет, и уголки ее губ едва трогает улыбка. Усталость от борьбы за близкого человека будто навеки впечаталась в ее некогда красивое лицо. Она смотрит на стену напротив, но это взгляд уже не Жертвы, а Бойца, в прямом смысле вступившего в битву за близкого человека не за жизнь, а на смерть.

В зависимости нет «плохих», и нет других, на их фоне «белых и пушистых». Есть только зависимые и созависимые. Признание зависимости как болезни — первый шаг на пути к ее излечению, говорят врачи. Признание созависимости как факта совместной ответственности с больным за происходящее — первый шаг на пути к общему излечению, утверждает Михаил.

Выход есть, но он — в конце общего пути, который можно пройти этому тандему только вместе. Даже если на этом пути вас будет разделять стена клиники. Это лучше, чем невидимая и нерушимая стена всю оставшуюся, с позволения сказать, жизнь — пока смерть не разлучит вас.

Да, зависимого человека не пугают ни смерть, ни закон. Он тысячу раз обманывал и близких, и себя. Но есть одна вещь, которая, по словам Михаила, вызывает у больного неподдельный, осознанный, искренний страх — это перспектива остаться в одиночестве. От созависимого требуется многое — мужество, терпение, понимание. И, несомненно — безусловное доверие специалистам клиники, готовых вместе с вами бороться за ваших близких до победного конца.

Бесплатный звонок по России: +7 800 505-02-74 (круглосуточно)

Единый телефон: +7 (843) 56-10-100 (круглосуточно)

Сайт: ins-clinic.ru

Интернет-газета «Реальное время»

Справка

Имеются противопоказания. Необходима консультация специалиста

БизнесКейс

Созависимые или просто зависимые: в чем большая разница?

Созависимость — это не то же самое, что просто быть зависимым. И в некотором смысле важно, чтобы эти два типа зависимости были признаны отдельными (как это часто не бывало). Не то чтобы созависимые люди не зависели от других. Но, как это ни парадоксально, они в первую очередь зависят от зависимости другого человека от них. Так что же особенного в таких отношениях? Потому что, как покажет этот пост, это не очень полезно для обеих сторон.

Также важно отличать созависимые отношения от взаимозависимых. Поскольку с психологической точки зрения созависимость явно дезадаптивна и дисфункциональна. В нем может быть определенная взаимозависимость, но он отрицательно симбиотичен, в отличие от взаимозависимости. Потребность в зависимости сама по себе не является нездоровой. У всех они есть. Однако во взаимозависимых отношениях каждая сторона может спокойно полагаться на помощь, понимание и поддержку другой стороны. Это нечто вроде «добавленной стоимости».Отношения способствуют устойчивости, находчивости и внутренней силе обоих людей. При этом каждая партия остается самодостаточной и самоопределяющейся. Они поддерживают четкую идентичность помимо отношений и вполне могут стоять на собственных ногах.

Напротив, созависимое объединение — это объединение, в котором обе стороны на больше -зависят друг от друга. Это отношения, в которых два человека настолько сильно опираются друг на друга, что оба остаются «неуравновешенными».В их отчаянных попытках удовлетворить основные потребности в зависимости их истинная личность искажается, а их развитие и потенциал — в личном, социальном и профессиональном плане — подавляются. Отношения взаимны только в том смысле, что они позволяют им обоим избежать столкновения со своими худшими страхами и неуверенностью в себе. В отличие от здоровой зависимости (определяемой здесь как взаимозависимость) созависимому человеку в таких отношениях необходимо , чтобы он чувствовал себя хорошо.Они просто не могут чувствовать себя так, как будто , если только они не отдадут себя или не «принесут себя в жертву» своему партнеру. К сожалению, не будучи зависимыми (иногда фактически как спасательный круг), они чувствуют себя одинокими, неадекватными, незащищенными и недостойными.

Давайте теперь глубже погрузимся в беспокойство и тайный стыд тех, кто страдает от этого недуга.

Как правило, в детстве нуждающиеся родители созависимых постоянно внушали им, что их собственные желания и потребности следует рассматривать как второстепенные по сравнению с нуждами их опекунов.В той степени, в которой эти дети пренебрегали своими потребностями и сосредоточивались на родительских интересах, они чувствовали себя ценными. Но в той мере, в какой они позволяли себе отстаивать свои собственные, вполне законные потребности в зависимости, они подвергались либо косвенному наказанию (например, молчаливое обращение), либо прямому (словесное или физическое нападение).

Столько слов им сказали, что они эгоистичны и должны чувствовать себя виноватыми, думая только о себе. И здесь следует отметить, что в таких семьях, по крайней мере, один из родителей, вероятно, был наркоманом, остановившимся в своем развитии и (по-детски) стремящимся компенсировать свои прежние лишения с помощью «замещающей» [читай, оскорбительной] зависимости от своих родителей. ребенок.То есть они определили роль ребенка с точки зрения обслуживания им , а не наоборот.

Таким образом, большинство созависимых в детстве узнали, что для того, чтобы быть «достаточно хорошими», чтобы их приняли родители, они должны отрицать или подавлять многие из своих мыслей, чувств и импульсов. Пытаясь обезопасить свои хрупкие (и столь обремененные тревогой) родительские узы, от них требовалось забыть о том, что им действительно нравится, чего они хотят и в чем они нуждаются — даже о том, кем они были . Так что можно ожидать, что, когда они вырастут и попытаются жить своей собственной жизнью, они будут обременены глубокой, усвоенной «программой», регулярно напоминающей им, что для того, чтобы быть принятыми другими, они должны были удовлетворить свои собственные потребности. — что в этот момент они могут лишь смутно признать — подчиняться другим ».Ранние эмоциональные программы выживания , которые когда-то были адаптивными, но больше не подходящими, продолжают контролировать их мысли и действия.

Итак, как их можно охарактеризовать, как взрослых?

  • Их самооценка зависит от признания других (т. Е. Они не могут себя -подтверждать или, независимо, одобрять самих себя).
  • Их (хрупкое) чувство собственного достоинства и благополучия чрезвычайно уязвимо, что делает их очень чувствительными и реактивными по отношению к другим.
  • Их способность отстаивать свои потребности в отношениях (и, если предположить, что они привержены отношениям, не только со своим партнером, но и с другими) сильно ограничена. И если они все-таки будут их отстаивать, они, скорее всего, впоследствии почувствуют себя виноватыми.
  • Их чувство ответственности сосредотачивается больше на чувствах, потребностях, желаниях и желаниях другого человека, чем на их собственных. Следовательно, отношение, действия и реакции других обычно определяют то, что они говорят и делают.
  • Их основная способность устанавливать границы с другими — и, возможно, с их просьбами или требованиями к ним — сильно ограничена (как это было изначально с их назойливыми родителями, которые регулярно «использовали» их, чтобы компенсировать заботу, которую они сами никогда не получали. из их смотрителя).
  • Их поведение в значительной степени продиктовано скрытым страхом остаться в одиночестве и, следовательно, чувством покинутости, отвержения или отвержения.
  • Их чувства воспринимаются не столько как их собственные, сколько как связанные с поведением другого человека.
  • Их ощущение себя в ситуациях разногласий таково, что они жертвы, которых нельзя услышать, сочувствовать или понять.
  • Их (навязчивая?) Лояльность к другим может существенно выходить за рамки того, что оправдано, и может в конечном итоге причинить им вред.
  • Их личные ценности подвергаются вторичному угадыванию, принесены в жертву или игнорируются, когда они конфликтуют с ценностями других людей. Чтобы защитить отношения, они на самом деле готовы отказаться от собственной целостности.

Тем не менее созависимые — и это один из самых увлекательных аспектов их характера — внешне может не выглядеть зависимым. То есть они могут замаскировать, даже до неузнаваемости, свою настоятельную зависимость от других для подтверждения своей фундаментальной ценности. Как? Говоря и делая вещи, которые заставляют их казаться вполне властными, даже контролирующими.Научившись в детстве угождать своим родителям и умиротворять их, большинство из них может быть «управленческим» по отношению к другим, и таким образом, чтобы передать противоположное мнение о себе.

Скрыть от других — да и от самих себя — то, что их жизни действительно кажутся неконтролируемыми , они могут:

  • Станьте тем человеком, от которого зависят других , благодаря чему они будут выглядеть сильнее, умственно и эмоционально, чем они есть на самом деле. Фактически, именно потому, что они верят, что не могут или не должны зависеть от других (опять же, рассмотрите их эгоцентричных опекунов), они связывают свое принятие другими с «управлением» им.
  • Станьте профессиональными «волонтерами», регулярно выходя за рамки служебного долга, чтобы продемонстрировать свою ценность.
  • Потратьте много времени, пытаясь убедить других, что думать, чувствовать и делать (хотя здесь опять же, основной мотив не столько в том, чтобы контролировать других, а в том, чтобы чувствовать себя более защищенными в своих отношениях с ними).
  • Неоднократно оказывать услуги, дарить подарки или предвосхищать потребности других (хотя в основном для того, чтобы повлиять на реакцию других на них, превращая их великодушие в своего рода взятку).
  • Поощряйте других позволить им быть их опекунами или доверенными лицами — или иным образом стать для них незаменимыми (в надежде исключить любой шанс быть брошенным, что может пугать их).
  • Возьмите на себя роль лица, решающего проблемы, лица, принимающего решения, лица поддержки, спасителя или спасителя (см. Непосредственно выше).
  • Используйте секс, чтобы увеличить вероятность принятия, путая секс с настоящей близостью (что, учитывая их прошлое, является для них весьма проблематичным [то есть сбивает с толку]).
  • Манипулировать людьми и ситуациями путем установления связи с ними или (искусственно) связи с ними.

Обратите внимание, что во всех этих случаях поведение созависимых — будь то контролирующее, манипулятивное, поддерживающее, сверхответственное, жертвенное или спасающее — определяется той же никогда не удовлетворенной детской потребностью: быть полностью, безоговорочно принятым их опекунами. И это включает в себя способность чувствовать себя в безопасности и защищенной, с заботой, сочувствием, уважением, уважением — одним словом, воспитал .Так что в их серьезно заблуждающихся взрослых поисках (к сожалению, условного) принятия в отношениях они мало что сделают.

Более того, как уже говорилось, несмотря на притворство силы и неэгоистичное желание служить другим (вместо того, чтобы каким-то образом побуждать других служить им ), основная зависимость такого большого количества их поведения должна быть очевидна. Ведь буквально «отдать себя» другим воспринимается ими как необходимость, если они хотят облегчить свои неуверенность в себе и самооценки.Само их самоощущение (каким бы недостоверным оно ни было) требует, чтобы они делали все возможное, чтобы получить одобрение других. И они предвидят и удовлетворяют потребности других зависимых, в основном для того, чтобы укрепить свою шаткую веру в свое достоинство. Наконец, не доверяя другим (поскольку они никогда не могли доверять своим родителям — которые неизбежно становились их образцами того, «как быть» в отношениях), их собственная тщательно культивированная надежность, по иронии судьбы, заставляет их использовать в своих интересах (как, аналогично, их нуждающиеся опекуны использовали свои обычные детские зависимости, чтобы воспользоваться ими).

Слово , зависимое от кода , первоначально использовалось как синоним более раннего термина активатор . В широком смысле, помощники помогали наркоманам в их компульсивной зависимости, беря на себя ответственность, оправдывая их или сводя к минимуму или отрицая многочисленные последствия их дисфункционального поведения. Как правило, их проблема заключалась в чрезмерном употреблении алкоголя, поскольку название первоначально было получено от Анонимных Алкоголиков и растущее признание того, что проблемы алкоголиков лучше всего понимались в более широком контексте семьи и друзей, которые (пусть и невольно) поддерживали — или, по крайней мере, позволяли — их «болезненное» поведение.

Итак, если созависимые непреднамеренно способствуют тому, что вредно для здоровья и благополучия пострадавшего человека, они предположительно помогают, насколько они полезны ? И ответ довольно прост. Как Шон М. Берн пишет в своем блоге Psychology Today Presence of Mind: «В дисфункциональных отношениях помощи помощь одного человека поддерживает (делает возможным) неуспеваемость другого, его безответственность, незрелость, зависимость, откладывание на потом или плохое психическое или физическое здоровье.«И« помощник делает это, делая такие вещи, как спасение другого из затруднительного положения, которое он сам собой навязывает, преодолевая их негативные последствия для них, приспосабливаясь к их нездоровому или безответственному поведению и заботясь о них так, чтобы они не развивались и не проявляли компетенций. нормально для людей их возраста или способностей ».

Созависимые, на самом деле, культивируют зависимость наркомана от себя, им самим тоже не помогает. Наркоман может удовлетворить свою потребность быть нужным — и, таким образом, быть оцененным другим.Но отношения препятствуют их росту на . Это мешает им вырасти и стать автономными, самовыражающимися и самоутверждающимися. В некотором смысле отношения, хотя и на удивление стабильны, регрессируют для обеих сторон. Несомненно, они могут опираться друг на друга (зависимые больше ради материальной поддержки, созависимые больше ради большей эмоциональной безопасности). Но союз не начинает отражать какую-либо здоровую зависимость — или взаимозависимость.

Кроме того, если наркозависимый предпочитает алкоголь (или что-то еще, включая активность или процесс, пристрастия, такие как азартные игры), то наркотиком зависимого зависимого является сам наркоман.То есть , и из них потребуют лечения, если они хотят избавиться от патологической зависимости. И хотя здесь нет места для рассмотрения различных вариантов, которые могут помочь им стать по-настоящему взрослыми, есть много статей и книг, которые могут направить их — или, фактически, вас самих, если вы лично отождествляете себя с тем, что я » описывал. Но, по крайней мере, эта статья должна помочь вам лучше понять это важное и слишком распространенное явление.И потенциально это может быть полезно в ваших отношениях с теми, кто страдает таким сложным и запутанным расстройством.

© 2014 Леон Ф. Зельцер, доктор философии. Все права защищены.

Созависимость и расстройство зависимой личности

Здоровые отношения имеют естественные аспекты зависимости, которые создают уверенность и взаимное доверие. Однако бывают случаи, когда эта зависимость может выходить за рамки обычных границ, заставляя человека чувствовать себя неспособным самостоятельно заботиться о своих потребностях.С другой стороны, из-за желания чувствовать себя нужным человек может отказаться от своих личных потребностей, чтобы заботиться о другом человеке. Этот тип поведения наблюдается как при созависимости, так и при зависимом расстройстве личности (ЗПР).

Кодозависимость и DPD проявляются по-разному и вызывают разные типы поведения. Одно из основных различий между созависимостью и зависимым расстройством личности состоит в том, что DPD классифицируется как расстройство психического здоровья, а созависимость — это поведение.

Определение и характеристики кодовой зависимости

Созависимость определяется как поведение в отношениях, которое является крайним и односторонним с целью помочь или доставить удовольствие другому человеку в отношениях. Человек с созависимостью должен быть востребован, и он пойдет на все, чтобы пожертвовать своими потребностями и желаниями в пользу другого человека. Часто созависимые люди основывают свою самооценку на том, что они нужны.

Общее поведение и симптомы взаимозависимости могут включать:

  • Счастье, зависящее от заботы о другом человеке
  • Сохранение отношений, несмотря на обидное поведение другого человека
  • Ставить нужды другого человека превыше всего
  • Не выражать личные потребности или желания или чувствовать себя виноватым
  • Испытывает тревогу в отношениях, но не может расстаться

Симптомы зависимого расстройства личности

Зависимое расстройство личности характеризуется потребностью и зависимостью от других.Помимо случайной привязанности, человек с DPD страдает тревогой и страхом разлуки. Истинная независимость в любой сфере жизни отсутствует, и они будут зависеть от другого человека, чтобы принимать повседневные решения за них. В своем стремлении к заботе, поддержке и одобрению человек с DPD будет избегать разногласий и соглашаться на лечение, которое он иначе не одобрил бы.

Типичное поведение и симптомы DPD могут включать:

  • Затруднения в принятии решений без чрезмерных советов или заверений со стороны других
  • Не берут на себя ответственность за основные сферы жизни
  • Быть пассивным и избегать разногласий из-за боязни неодобрения
  • Нежелание быть одному и чувство дискомфорта, заботясь о себе
  • Быстрый поиск новых отношений после того, как предыдущие отношения закончились

Сходства в вопросах зависимости

Сходства между созависимостью и зависимым расстройством личности сосредоточены на вопросах зависимости.Созависимый человек зависит от другого человека, который в них нуждается, в то время как человек с DPD зависит от ухода, предоставляемого другим человеком. Самоощущение человека искажено в обоих условиях, что мешает личностному росту и здоровому развитию как внутри, так и вне отношений.

Оба условия способствуют развитию нездоровой динамики отношений. Хорошие отношения основаны на балансе отдачи и получения, удовлетворения потребностей любимого человека при одновременном удовлетворении личных потребностей. Созависимость и DPD, как правило, приводят к односторонним отношениям либо из-за чрезмерного внимания к собственным потребностям, либо из-за чрезмерного внимания к нуждам партнера.

Различия между созависимыми и зависимыми лицами

Зависимость от отношений может быть положительным качеством, которое способствует здоровым отношениям. С другой стороны, созависимость вредит человеку и отношениям.

Есть некоторые различия между зависимым человеком и созависимым человеком:

  • Зависимые: Отношения являются приоритетом для обоих людей, но счастье можно найти в других интересах, друзьях и развлечениях.Оба человека в отношениях могут открыто выражать свои проблемы и потребности. Опора друг на друга взаимна, и оба человека высоко ценят свои отношения.
  • Созависимые: Отношения являются односторонними в отношении интересов одного человека в отношениях. Счастье зависит от заботы о другом человеке, часто включая жертвы за счет созависимого человека. Внешние интересы сильно ограничены, поскольку время и энергия сосредоточены на заботе о другом человеке.Выражение личных потребностей и желаний считается неважным или вообще не принимается во внимание.

В то время как зависимость — это нормальное поведение в отношениях, зависимое расстройство личности — это крайнее одностороннее проявление зависимости. Примеры поведения DPD и поведения взаимозависимости включают следующее:

  • DPD: Не выходить из дома, потому что вторая половинка остается дома, не принимать решения о выборе одежды или еды без совета со стороны второй половинки или не поддаваться жестокому обращению из-за страха, что другой человек уйдет.
  • Созависимость: Жизнь сосредоточена вокруг потребностей значимых других, а личные потребности игнорируются в пользу другого человека. Самооценка и удовлетворение связаны с заботой о другом человеке и потребностью в нем, а личные стремления и интересы отсутствуют или ограничены.

Ключевые моменты: созависимость против расстройства зависимой личности

Проблемы взаимозависимости и DPD вредны для значимых отношений и личностного роста.Хотя проблемы разные, они могут способствовать возникновению негативного эмоционального цикла в личных, социальных и профессиональных условиях. Первый шаг к лечению — это выявление проблемы. Некоторые ключевые моменты о созависимости по сравнению с DPD включают:

  • Требуется созависимый человек
  • Созависимый человек основывает самооценку и удовлетворение в жизни на заботе о другом человеке, не заботясь о личных потребностях
  • Человек с DPD хочет и нуждается в крайней заботе
  • Человек с DPD боится одиночества и полагается на другого человека в принятии повседневных решений

Если вы или кто-то из ваших знакомых имеет признаки DPD или созависимого поведения и борется с употреблением алкоголя или психоактивных веществ, свяжитесь с нами в The Recovery Village.Один из наших представителей может обсудить подходящие для вас планы лечения.

Заявление об отказе от ответственности: The Recovery Village направлена ​​на улучшение качества жизни людей, борющихся с употреблением психоактивных веществ или психическим расстройством, с помощью фактических материалов о природе поведенческих состояний, вариантах лечения и связанных с ними результатах. Мы публикуем материалы, которые исследуются, цитируются, редактируются и рецензируются лицензированными медицинскими специалистами. Предоставляемая нами информация не предназначена для замены профессиональных медицинских консультаций, диагностики или лечения.Его не следует использовать вместо совета вашего врача или другого квалифицированного поставщика медицинских услуг.

В чем разница между зависимостью и созависимостью в отношениях?

«Созависимость» — одно из тех слов, которые часто используются, когда люди говорят о проблемах в отношениях. Скорее всего, у вас есть общее представление о том, что это означает — или, по крайней мере, что это не положительная динамика в отношениях (несмотря на то, что это звучит так. Так сбивает с толку!).Но если созависимость — это плохо, как насчет зависимости от партнера? Это нормально? В чем именно разница между зависимостью и созависимостью в отношениях? Один лучше, чем другой?

Чтобы ответить на этот вопрос, я обратился к экспертам, и я был искренне удивлен их ответами. Как выяснилось, по словам психолога Эрики Мартинес, «нет разницы между зависимыми и созависимыми отношениями. Это те же отношения». Ждать. Какие? Мартинес продолжает объяснять, что основное различие сводится к той роли, которую вы играете в отношениях: «зависимый» или «созависимый».«

» Мартинес сообщает Elite Daily, что это означает, что «зависимый полагается на созависимого, чтобы заботиться о нем, поддерживать, исправлять и, как правило, помогать ему или ей. В некоторых случаях иждивенец действительно не может позаботиться о себе, а в других это состояние усвоенной беспомощности », — объясняет она.« Созависимый делает все необходимое и привыкает быть тем, с кем люди (включая иждивенца) обратиться за помощью. Таким образом, чувство собственного достоинства и самоуважения созависимых часто связаны с их способностью исправлять вещи, проявлять инициативу, помогать другим, угождать людям и т. Д.«В этом заключается одна из основных проблем взаимозависимости, как объясняет автор и эксперт по взаимоотношениям Алексис Николь Уайт:« Созависимые не могут принимать собственные решения или признавать свои собственные чувства ». Вот почему Мартинес говорит:« Созависимые склонны терять свои собственные. чувство собственного достоинства в таких отношениях ».

Итак, возникает вопрос — если вы проявляете признаки созависимых отношений — что вы можете с этим поделать? Мартинес говорит, что есть определенно положительные шаги, которые вы можете предпринять, чтобы помочь разрешить динамику в отношениях — но то, как вы это сделаете, будет зависеть от того, какую роль вы занимаетесь.«Если вы зависимый, — говорит Мартинес, — то, что делаете что-то для себя, отказ от усилий созависимого по оказанию помощи — хорошее начало».

Для созависимых это все о том, чтобы отступить и позволить зависимым стать более независимыми. Другими словами, «позволяя иждивенцам делать что-то самостоятельно, помогая только тогда, когда их просят, обучая иждивенцев делать что-то с первого раза, чтобы они могли продолжать делать это в будущем, и находить личное удовлетворение в увлечениях / занятиях, которые не «Не вовлекайте иждивенцев», — говорит Мартинес.Но внести такие изменения, особенно когда шаблон в отношениях настолько укоренился, может быть очень сложно, поэтому Мартинес говорит, что вам не нужно делать это в одиночку. «Есть также группы поддержки анонимных созависимых (CoDA), которые регулярно встречаются, и многие люди считают их полезными», — говорит она. Она также рекомендует пойти на терапию самостоятельно или вдвоем, чтобы «[помочь] изменить эту межличностную динамику к лучшему».

В конечном итоге цель состоит в том, чтобы создать симметрию в отношениях, говорит терапевт по сексу и отношениям Стефани Тредгилл, потому что, как она говорит Elite Daily, «здоровые отношения включают в себя управление всеми тремя факторами — зависимостью, взаимозависимостью и независимостью — в интересах отношение.Это требует баланса ». И хотя не всегда легко исправить отношения, это вполне возможно, если вы оба готовы внести изменения. К счастью, вам не нужно делать это в одиночку. Слушайте экспертов и ищите в группы консультирования и поддержки. Поначалу это может показаться пугающим, но вы сильнее, чем думаете.

Посмотрите ленту «Best of Elite Daily» в приложении Bustle App , чтобы узнать больше подобных историй!

Как узнать, состоите ли вы в здоровых отношениях… или нет.- По божественному замыслу для женщин

День ее рождения — день радости. Родители забирают ее домой из больницы, в них кипят волнение и трепет.

«Мы можем это сделать?» — удивляются они, считая пальцы рук и ног и ходят на цыпочках в ее комнату ночью, чтобы убедиться, что она все еще дышит.

Ее зависимость от них одновременно пугает, подавляет и отрезвляет. В те ранние годы она во всем полагается на них. Ее жизнерадостность волнует и утомляет.Ее требования непрекращаются. Ее любопытство по поводу все в равной степени расстраивает и юмористично.

Постепенно, с годами, ее желание заявить о себе и добиться некоторой независимости растет. Она проверяет слово «нет» с разными результатами. Она сопротивляется правилам и страдает от последствий. Ее родители дают ей все больше и больше свободы, поскольку она растет в ответственности и завоевывает доверие. Она использует эту свободу для принятия решений, предварительно не посоветовавшись с ними. Некоторые из этих решений работают хорошо, некоторые — нет.

Наконец-то настал день, когда она ушла из дома. Ее родители смахивают слезы с глаз, когда она садится в машину и уезжает. Дали ли они ей инструменты и ресурсы, чтобы она могла стоять на ногах и делать свой собственный путь в этом мире?

Они наблюдают за ее достижением вехами: окончанием колледжа, ее первой профессиональной работой. Они встречают мужчину, за которого она выходит замуж, смотрят, как она связывает себя с ним. Они радуются приходящим внукам. И они ценят отношения, которые у них с ней сейчас, основанные на взаимной любви и поддержке.Хотя она всегда будет нуждаться в них определенным образом, ее потребности изменились. Она взрослая.

Но что, если это совсем не то?

Что, если вместо этого ее отец бросил семью, когда она была маленькой? Что, если ее мама развалилась? Что, если ее детство потеряно в одно мгновение?

Ее мама впадает в глубокую хроническую депрессию, перемежающуюся моментами неистовой энергии, когда вращающаяся дверь мужчин распахивается. Как самая старшая, она становится ответственной за своих братьев и сестер.Она поднимает их по утрам, одевает, кормит, ходит с ними в школу.

Ей десять.

Из-за долгих рабочих смен ее мама сильно полагается на нее в других вопросах помощи. Поэтому она часто готовит обед, занимается стиркой и другими домашними делами. Она встроенная няня, когда у мамы свидание. Или, когда мама чувствует себя подавленной, подавленной или просто огорченной из-за карт, которые ей вручила жизнь, она сидит на кровати и слушает, как мама сетует и жалуется. Иногда она укладывает маму спать, прежде чем взять пустые бутылки из-под вина и выбросить их.

По мере того, как она переходит в подростковый возраст, ее обида на маму растет. Но что ей делать? Маме она нужна. Она нужна ее братьям и сестрам. Она задается вопросом, какое будущее ее ждет. Сможет ли она когда-нибудь делать то, что хочет делать ?

Она обнаруживает, что она нравится парням, но их внимание сбивает с толку. В частности, ее постоянно приглашают на свидание. Она рада, что он замечает ее, потому что он довольно милый. Это должно означать, что она особенная. Она начинает с ним встречаться, но тайно.Она знает, что мама рассердится и запретит. Но она задается вопросом, не потому ли, что это помешало бы образу жизни мамы.

Их отношения бурные. В равной степени восторг, когда он хорошо с ней обращается, сочетается с замешательством и обидой, когда это не так. Он ревнует, когда она разговаривает с другими парнями в школе. Ему не нравится, когда она хочет тусоваться с подругами. Он хочет, чтобы она была с ним все время. Она обнаруживает, что делает для него то, что, как она знает, неправильно, например позволяет ему копировать ее домашнее задание.И прикоснись к ней. Это одновременно и захватывающе, и страшно. «Но вот что такое любовь», — говорит она себе, думая о своей маме и мужчинах, которые приходили и уходили за эти годы.

Иногда он напоминает ей ее маму. Но мысль о его потере пугает. Он любит ее. Кем бы она была без него? Да, он иногда обижает ее своими словами. Он даже пару раз был груб. Но потом он всегда сожалеет, и она знает, что он имеет в виду именно это, когда говорит, что этого больше не повторится.

Он неожиданно бросает ее. Он говорит, что она не потушит. Он говорит, что ей стало скучно. Он говорит много того, что причиняет ей боль … и приставает.

Она, наконец, оканчивает среднюю школу и поступает в местный общественный колледж, чтобы продолжать помогать дома. Она встречается с другими парнями, но изо всех сил пытается найти того, кто хочет большего, чем секс. Каждый раз, когда она спит с парнем, они ее бросают. Почему они не могут любить ее такой, какая она есть, а не только за то, что она им дает?

«Вы слишком созависимы», — говорят ее друзья.Но что это вообще значит? Неужели это правда?

Она чувствует растущее разочарование из-за мужчин … и своей мамой. Почему люди, которых она любит, продолжают ее подводить? Даже ее братья и сестры по-прежнему слишком полагаются на нее. Берут и берут, но не возвращают.

Она решила перестать ожидать чего-либо от кого-либо — так она не пострадает. Она начинает отталкивать людей, даже друзей. Она отказывается от парней, которые хотят пообщаться или пообщаться. Она сосредоточена на учебе, но ей одиноко. «Что ж, лучше, чем быть разочарованным», — возражает она.

Однако со временем она начинает бороться с депрессией и тревогой. Воодушевленная помощью, она наконец идет в консультационный отдел колледжа. Может, они помогут ей во всем разобраться.

Вот что она узнает…

Намерение означает заботу о других в достаточной степени, чтобы в первую очередь позаботиться о себе. Вы должны быть здоровыми . Ваши отношения должны быть здоровыми.

«Они?» — спрашивает ее терапевт.

«Откуда я знаю?» она бросает назад.

«Ответ на этот вопрос… это зависит от обстоятельств».

«От чего зависит?»

«От чего вы зависите , от ради здоровья и счастья».

Зависимость

«С младенчества до юношеского возраста мы зависим от своих родителей», — утверждает ее терапевт. «Они поддерживают нас всем необходимым в жизни. Они любят и поддерживают нас, направляют нас учениями и исправлениями. То есть, если они правильно делают свою работу. Быть зависимым означает, что полагается на или находится под контролем кем-то или чем-то.Зависимость не обязательно негативна, как в случае с детьми. Но когда мы созреем и достигнем совершеннолетия, ожидается, что мы станем менее зависимыми, менее зависимыми от своих родителей. Мы принимаем решения за себя, мы начинаем платить по собственному усмотрению, вместо того, чтобы они оплачивали все или большую часть наших расходов. Большинство родителей надеются, что их взрослые дети достигнут этих вех ».

«Не моя мама», — думает она про себя.

Независимость

«Эти вехи, — продолжает терапевт, — указывают на то, что мы достигли показателя независимости ».Быть независимым — значит принимать решения без посторонней помощи. Полная независимость означает, что мы ни на кого не полагаемся ».

«Это хорошо, правда?» она спрашивает.

«Это?» ее терапевт бросает вызов. «Возможно ли вообще быть полностью независимым? Иногда мы доводим желание быть независимыми до крайностей ».

«Что ты имеешь в виду?» она спрашивает.

«Наше желание не полагаться на других часто вызвано болью, разочарованием, предательством.Мы больше не хотим, чтобы нас подводили. Мы не доверяем людям. Мы рассматриваем нужду в других как слабость, и, наоборот, мы рассматриваем «стоять на собственных ногах» как силу. По правде говоря, мы все так или иначе зависимы. Иногда наша зависимость здорова, иногда нет «.

«Вы имеете в виду созависимость?» она вопросы.

Созависимость

«Да, именно так. Иногда наша зависимость от других может быть чрезмерной и мешать нам развивать необходимые жизненные навыки, чтобы иметь возможность жить осознанно и вносить свой вклад в благополучие других здоровым и сбалансированным образом.Можно даже полагаться на других в плане нашего самосознания и благополучия. Когда это происходит, это может указывать на кодозависимость . Созависимые отношения требуют двух человек. Человек А проявляет психологическую или физиологическую зависимость определенного типа, часто приводящую к аддиктивному поведению. Эта зависимость приводит к тому, что Человек А слишком сильно полагается на Человека Б. Человек Б, в свою очередь, получает удовольствие от потребности человека А . Эти двое образуют крайне дисфункциональные, односторонние отношения.Один берет, другой дает. Оба зависят от из-за их чувства собственного достоинства ».

Она думает о нуждах своей мамы. Обо всех парнях в ее жизни, которые отбирали у нее, но ничего не вернули. Она думает о зависимости своих братьев и сестер от нее по-разному.

«Как я могу узнать, состою ли я в созависимых отношениях? Есть какой-нибудь тест или контрольный список? » она спрашивает.

«Типа. Созависимые люди часто обладают этими качествами ». Терапевт дает ей памятку, и она читает следующее:

  • Низкая самооценка

  • Изо всех сил пытается сказать «нет» или постоять за себя

  • Желание доставить удовольствие другим или позаботиться о них. за счет собственного здоровья

  • Эмоциональная реактивность

  • Чрезмерный контроль

  • Плохие коммуникативные навыки

  • Ложь

  • Постоянная потребность быть с другим человеком

  • Счастье связана с тем, как этот другой человек обращается с вами

  • Отрицание наличия проблем

Читая список, она узнает в себе несколько черт.

Взаимозависимость

«Так почему же не быть независимым ответ?» — снова разочарованно спрашивает она. «Я не понимаю».

«Ну, никто из нас не может быть полностью самодостаточным, не так ли? И мы не должны этого хотеть ».

«Не надо? Почему нет?» она отвечает.

«Подумайте об этом на мгновение. Что вам нужно для поддержания жизни? Для поддержания благополучия? Вам нужна еда, одежда и кров. Мы все зависим от природных ресурсов, созданных Богом. Они нужны нам одинаково.Мы также полагаемся друг на друга в вопросах поддержки, утешения, ободрения и, да, любви ».

«Да, но вот в чем проблема», — с горечью говорит она. «Люди подвели тебя. Или они слишком сильно на тебя опираются ».

«Вы правы. Это действительно случается. Люди не идеальны. Отношения не идеальны. Очень важно знать, как определить разницу между взаимозависимыми отношениями и кодозависимыми ».

«Взаимозависимые?» она спрашивает. «Какая разница?»

«Ну, взаимозависимые отношения — это баланс.Существует взаимная уверенность, взаимопонимание между двумя людьми, в семье или даже в сообществе. Чтобы быть взаимозависимым, вы должны быть уверены в отношениях, не теряя при этом своей индивидуальности. Вам нравится быть с этим человеком, но вы можете действовать без него, а он без вас. Ваша самооценка не зависит от общения с этим человеком «.

«Откуда это тогда?»

«Ааааа. Что ж, это разговор на другой день.

Она покидает встречу, размышляя обо всем, что они обсуждали, и о том, как это к ней относится.Терапевт дал ей о чем подумать, а также о некоторых вещах, над которыми можно было бы написать и поразмышлять. Она с нетерпением ждет следующего сеанса, чтобы продолжить вносить важные изменения в свой взгляд на отношения. Она знает, что на это потребуется время. Ей нужно многому не научиться, и ей предстоит решить несколько серьезных проблем с доверием. Но в конце концов она видит надежду.

А ты?

Вы страдаете от нездоровых отношений? Вы слишком зависимы от всех неправильных людей или слишком от независимых ? Оба являются рецептами катастрофы в отношениях!

С христианской точки зрения зависимость не является нездоровой, если ваша зависимость от Бога.

« Вот, Бог мне помощник; Господь поддерживает мою жизнь ». (Псалом 54: 4, ESV)

Полностью полагаться на Бога, позволяя Ему направлять и направлять вашу жизнь, — это самое здоровое решение, которое вы можете принять. Только Он может показать вам, как выглядит настоящая любовь. Такая любовь необходима для здоровых, взаимозависимых отношений с другими людьми.

Чтобы узнать, состоите ли вы в созависимых или взаимозависимых отношениях, загрузите мою бесплатную викторину.

Источники:

Существует ли созависимое расстройство личности?

Расстройства личности — это особый тип расстройства поведенческого здоровья, которое влияет на способность человека функционировать и поддерживать высокое качество жизни.Люди, которые борются с расстройством личности, могут испытывать трудности с поддержанием здоровых отношений и часто имеют искаженное представление о себе и других. Созависимое расстройство личности может повлиять на качество жизни и взаимоотношений человека и может возникать вместе с другими расстройствами психического здоровья.

«Созависимость» изначально относилась к кому-то в отношениях с человеком, борющимся с расстройством, связанным с употреблением психоактивных веществ. Однако современные определения этого термина охватывают широкий спектр зависимого поведения — эмоционального, социального или физического.Концепция созависимости по-прежнему применяется к семьям с зависимостью от психоактивных веществ, но она также относится и к другим ситуациям, в которых нет употребления наркотиков или алкоголя. Созависимость имеет множество признаков и симптомов, но наиболее частым следствием этого является то, что люди, страдающие этим, пренебрегают заботой о себе до такой степени, что созависимость может нарушить восприятие, самоидентификацию и даже самооценку. Созависимые люди больше, чем просто зависят от других — их счастье определяется удовлетворением потребностей и желаний других, даже если они необоснованны.

Созависимость — это психическое заболевание?

Созависимость — это психическое заболевание? Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам, 5-е издание (DSM-5), обеспечивает исчерпывающую основу для симптомов и классификации состояний поведенческого здоровья. Еще в 1986 году эксперты в области психического здоровья утверждали, что созависимость должна быть официально признанным состоянием психического здоровья с квалификационными диагностическими критериями, заимствованными из других расстройств, включая зависимое расстройство личности, пограничное расстройство личности, истерическое расстройство личности и даже посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР). ).Однако попытки сделать созависимость признанным расстройством оказались безуспешными. Последняя версия диагностических критериев, DSM-5, включает только зависимое расстройство личности в качестве официального диагноза, а не созависимость.

Аргумент против установления четкого диагноза созависимости проистекает из идеи, что это состояние слишком сильно перекликается с другими психическими расстройствами, чтобы заслуживать собственного диагноза. Например, симптомы созависимости в значительной степени совпадают с зависимым расстройством личности (DPD), а также с пограничным расстройством личности (BPD).Однако более поздние исследования показывают, что, хотя люди с созависимыми личностями могут проявлять черты как DPD, так и BPD, есть также люди с созависимостью, у которых нет ни того, ни другого, что позволяет предположить, что созависимость является уникальным состоянием психического здоровья.

В чем разница между расстройством зависимой личности и созависимостью?

Зависимое расстройство личности (DPD) имеет наибольшее совпадение с созависимостью. Основное различие между DPD и созависимыми людьми заключается в характере отношений.Созависимые люди, как правило, проявляют зависимые черты, ориентированные на конкретного человека, в то время как зависимое расстройство личности относится к зависимым чертам по отношению к другим в целом. Точно так же человек с пограничным расстройством личности борется со стабильностью в межличностных отношениях, в то время как созависимость предполагает особую зависимость от человека.

На самом базовом уровне созависимость — это психологическое состояние, при котором люди чувствуют крайнюю зависимость от определенных близких в своей жизни.Эта зависимость часто прогрессирует до такой степени, что пострадавшие люди чувствуют ответственность за действия и чувства своих иждивенцев. По мере прогрессирования состояния это может повлиять на самооценку и самооценку.

Созависимость не является ни официально признанным расстройством личности, ни официальным психическим заболеванием. Скорее, это уникальная психологическая конструкция, которая во многом перекликается с другими расстройствами личности.

Симптомы созависимости

Знакомство с признаками состояния — первый шаг в понимания созависимости как проблемы. Человек, который борется с созависимостью, может проявлять признаки:

  • Низкая самооценка
  • Дисфункциональная семейная динамика
  • Депрессия
  • Беспокойство
  • Напряжение
  • Неспособность или трудности с выражением эмоций
  • Трудно сказать нет или установить границы
  • Сильно реагировать даже на небольшие происшествия

Кроме того, созависимый часто чувствует себя обязанным заботиться о других и чувствует потребность нравиться всем.Проблемы близости, страх быть брошенным и спутать любовь с жалостью — общие черты. В целом, эти симптомы относятся к отдельному человеку или семье, а не к зависимому расстройству личности, когда симптомы распространяются на людей в социальной сети в целом. Пройдите тест на созависимость , чтобы лучше понять симптомы и черты характера, присущие людям, которые борются с этим заболеванием.

Созависимые против зависимых

Изучая симптомы созависимости, важно понимать, что созависимые отношения обычно включают две стороны: созависимую и способствующую.Это существенно отличается от отношений, в которых человек зависит от другого. В последнем случае чувства зависимости могут иметь взаимный ответ, а могут и не иметь его; в созависимых отношениях инициатор более чем счастлив принять поведение и жертву созависимого.

В то время как зависимые отношения могут быть здоровыми, созависимые отношения нет. Часто созависимый человек не имеет интересов или чувства ценности вне отношений. Чрезмерная преданность помощнику может привести к тому, что созависимый будет пренебрегать другими обязанностями, отношениями и даже карьерой.В то время как большинство отношений включают своего рода зависимость от другого человека, созависимые создают идентичность и жизнь вокруг этого человека. Готовность посредника принять такое поведение создает цикл взаимозависимости, который может быть трудно изменить без соответствующего вмешательства.

Что вызывает созависимость?

Созависимые взрослые часто имеют травмы в детстве или имеют сложные отношения со своими родителями или опекунами. Их усвоенное поведение часто проистекает из того, что их опекуны учат тому, что их собственные потребности не так важны в их жизни, как потребности других.Следующие лица установили соединения с кодовой зависимостью :

Семейная динамика

Дисфункциональная семейная роль s часто связана с созависимостью. Например, взрослым с созависимостью в детстве могли сказать, что они не важны, а их чувства не получили подтверждения со стороны важных взрослых. Созависимые взрослые, возможно, слышали, что они жадные или эгоистичные, если они пытались ставить собственные потребности на первое место.

Проживание с физически или психически больным членом семьи

Игра в роли опекуна с раннего возраста может привести к созависимому поведению во взрослом возрасте.Например, уход за любимым человеком, страдающим наркотической зависимостью, может привести к возникновению цикла созависимости во взрослом возрасте. Фактически, исследования показывают, что 90 489 детей, которые растут с родительскими потребителями психоактивных веществ, 90 490 испытывают трудности с сохранением значимых, здоровых привязанностей в более позднем возрасте.

Связь между созависимостью и зависимостью

Созависимость и зависимость часто возникают одновременно в отношениях. Когда человек борется с зависимостью от наркотиков или алкоголя, близкие могут сыграть жизненно важную роль, помогая этому человеку искать помощи и находить мотивацию пройти процесс выздоровления.Однако созависимые отношения могут иметь противоположный эффект. Человек с расстройством, связанным с употреблением психоактивных веществ, находящийся в отношениях с созависимым, может сделать преодоление зависимости от алкоголя или наркотиков еще более сложной задачей.

Точно так же созависимому человеку может быть трудно пройти через процесс созависимого выздоровления из-за необходимости помочь человеку с зависимостью от наркотиков или алкоголя. Отношения между зависимым и созависимым человеком часто саморазрушительны и будут оставаться таковыми без соответствующего вмешательства.

Лечение созависимости

Лечение созависимости может потребовать вмешательства, основанного на доказательствах, таких как когнитивно-поведенческая терапия (КПТ), мотивационное интервью, индивидуальные и групповые сеансы терапии. Целостный взгляд на человека и семью, включая сопутствующие проблемы, такие как зависимость и психическое заболевание, может помочь составить план лечения. Советы по борьбе с созависимостью во время наркозависимости могут быть разными, поэтому поговорите со специалистом, чтобы определить наилучший курс действий.

Созависимость не может быть официальным диагнозом, но это уникальная психологическая конструкция, которая оказывает заметное влияние на личность и динамику семьи. Важно распознать признаки и симптомы состояния, а также роль, которую оно играет в подпитке расстройств, связанных с употреблением психоактивных веществ, и дисфункциональных семейных ролей. Созависимый может способствовать развитию наркотической зависимости у партнера или друга, а человек с расстройством, вызванным употреблением психоактивных веществ, может способствовать созависимому. Этот цикл созависимости может быть очень трудно остановить без соответствующего вмешательства и лечения.Процесс восстановления взаимозависимости требует особого подхода, основанного на динамике отношений.

Family First предлагает комплексные научно-обоснованные вмешательства для лечения наркотической и алкогольной зависимости, а также нарушений психического здоровья. Наши услуги по ведению семейных дел помогают отдельным лицам и их семьям понять важность семейной системы в процессе выздоровления. Свяжитесь с нами , чтобы узнать больше о наших услугах и уходе, ориентированном на семью.

Созависимые и взаимозависимые отношения — Центр гендерной и сексуальной терапии

В то время как созависимые отношения обсуждаются с большей наглядностью, все еще существует довольно много неясностей в отношении того, что именно означает этот термин.Созависимость — это когда один человек в отношениях стремится к самооценке и признанию, уделяя приоритетное внимание потребностям своего партнера и заботе о нем. Многие люди в этой динамике имеют плохие границы, желание контролировать поведение или действия своих партнеров, беспокойство, низкую самооценку, страх быть брошенным и бороться с близостью. У созависимых людей часто возникают раны привязанности в раннем детстве, такое поведение является попыткой излечиться от детских травм. Стратегии, которые вы использовали, чтобы выжить в подростковом возрасте, действительны, но могут быть не тем, что вам нужно для исцеления.

Когда вы поглощены потребностями партнеров в отношениях, легко забыть, что вы также можете сказать свое слово в том, какие отношения вы хотите иметь. Какая динамика кажется вам здоровой и питательной? Удовлетворяются ли ваши потребности в этих отношениях? Чувствуете ли вы, что можете быть эмоционально уязвимыми со своим партнером (-ами), и они будут оставлять для вас место?

Самые здоровые отношения — это те, в которых вы можете поддерживать друг друга в трудные времена, не принимая на себя эмоции и ответственность другого человека за его счастье.Вы можете поддерживать друг друга в жизни, имея при этом собственные эмоции, реакции и процессы. Если вы поймете, чего вы хотите от отношений, это поможет вам достичь этого с любовниками.

Признаки, что вы можете созависимы

  • Вы склонны любить людей, которых можете пожалеть и спасти

  • Вы чувствуете ответственность за действия других

  • Вы делаете больше, чем ваша доля в отношениях, чтобы сохранить покой

  • Вы боитесь быть брошенным или одиноким

  • Вы чувствуете ответственность за счастье своего партнера

  • Вам нужно одобрение других, чтобы обрести самооценку

  • Вам трудно приспособиться к изменениям

  • Вам трудно принимать решения и часто сомневаетесь в себе

  • Вы не хотите доверять другим

  • Ваше настроение контролируется мыслями и чувствами окружающих

Источник: Willingway Центр наркологии

Исцеление от созависимых паттернов.

По мере того, как вы излечиваетесь от своих взаимозависимых проблем свиданий, самым важным шагом является установление собственной личности вдали от партнера (ов). Это означает, что вы планируете время в одиночестве, выбираете новые проекты / хобби и проводите время с друзьями. Обязательно уделяйте время тому, что доставляет вам радость вне работы, друзей и отношений. Вдохните жизнь в то, что заставляет ваше сердце биться. Чем более обширна ваша жизнь вне ваших отношений, тем меньше вероятность того, что вы снова вернетесь в созависимость.Чтобы избавиться от привычек, нужно потрудиться, поэтому проявите терпение. Иногда вы можете чувствовать, что хотите исправить все, что идет не так с человеком, которого вы любите, — вместо этого попробуйте просто слушать, удерживать пространство и подтверждать то, что он чувствует.

Ценности взаимозависимости.

Вместо того, чтобы чувствовать зависимость от своего партнера (-ов), взаимозависимость позволяет вам ценить существование друг друга. Каждый, кто вовлечен в динамику отношений, может активно выбирать, как они будут вовлечены.Взаимозависимость — это уход от «нужды» друг в друге к искреннему выбору друг друга каждый день. Взаимозависимость ценит эмоциональную близость, которую вы разделяете с другими, при сохранении твердого чувства собственного достоинства. Это дает больше места, чтобы быть уязвимым и честным в отношении своих желаний, границ и потребностей, поскольку они меняются с течением времени. В созависимых отношениях есть уверенность в том, что один партнер «нуждается» в другом, что создает ощущение застоя. Взаимозависимые отношения, с другой стороны, оставляют место для роста и изменений, не чувствуя угрозы.

Вот несколько ключевых ценностей взаимозависимых отношений:

  • Активное слушание

  • Здоровые границы

  • Время для личных интересов

  • Четкое общение

  • Личная ответственность за поведение и эмоции

  • Создание безопасности друг для друга, чтобы быть уязвимыми

  • Взаимодействие и взаимодействие друг с другом

  • Открытый и доступный язык тела

  • Не бояться сказать «нет»

  • Не хранить части вы скрываетесь, чтобы доставить удовольствие своему партнеру (партнерам)

Строительные блоки для развития отношений

Предоставление вашему партнеру (-ам) возможности исследовать их чувства также жизненно важно для построения заботливых отношений.Это означает, что вы оба можете обращаться друг к другу за близостью, поддержкой и привязанностью, не боясь потерять себя в отношениях или оказаться под контролем. В хороших отношениях будет возможность опираться друг на друга для поддержки, принимать индивидуальные жизненные решения без страха потерять отношения и иметь чувство собственного достоинства, не зависящее от привязанности вашего партнера (ов). Взаимозависимость проистекает из чувства безопасности как внутри себя, так и в отношениях.

Все авторы блогов занимают должности в Центре гендерной и сексуальной терапии (G & STC).Для получения дополнительной информации о наших терапевтах и услугах, пожалуйста, свяжитесь с нами .

Разница между зависимостью и созависимостью

« Созависимость можно описать как компульсивную зависимость в любви от зависимого человека, который, в свою очередь, не может любить здоровым или постоянным образом».

~ Dr. Дж. Ричард Кукерли, Восстановление любви: созависимость с Corecovery

Как вы думаете, быть зависимым от — это то же самое, что быть созависимым?

На самом деле это совсем не одно и то же.

Можно полагаться на кого-то еще

В здоровых отношениях оба человека спокойно полагаются на другого человека в вопросах поддержки, понимания и помощи. Присутствие друг друга добавляет что-то положительное в обе жизни. На самом деле, более правильным именем могло бы быть взаимозависимость , и это ХОРОШО.

В конце концов, все мы время от времени нуждаемся в помощи других, и приятно знать, что мы можем доверять кому-то другому, который будет рядом с нами.

Созависимость = искаженные отношения

Созависимость , с другой стороны, является признаком крайне нездоровых, дисфункциональных отношений.

Созависимый человек полностью потерял равновесие — его потребности и желания становятся вторичными по сравнению с потребностями другого человека. Поскольку они «должны быть необходимы», созависимые люди определяют себя своими усилиями позаботиться о ком-то еще. Сама их личность теряется.

Это особенно верно в отношениях, затронутых злоупотреблением психоактивными веществами.Часто партнер, не пьющий / не употребляющий наркотики, адаптируется к роли «смотрителя», постоянно пытаясь защитить или убрать человека с расстройством, вызванным употреблением психоактивных веществ.

Из-за этого искажения созависимый человек начинает страдать вместе с зависимым — лично, профессионально и социально. Все остальные сферы их жизни подвергаются негативному влиянию, потому что они «жертвуют» всем своим вниманием, временем, энергией и ресурсами злоупотребляющему психоактивными веществами. Почему? Потому что они думают, что их усилия помогут человеку отказаться от употребления.

И вот в чем дело — созависимые люди НЕ помогают своим зависимым близким. Напротив, они позволяют зависимости продолжаться. В конце концов, если зависимому человеку никогда не придется сталкиваться с последствиями своих действий, какую мотивацию он должен изменить?

Тем временем созависимый супруг / партнер / родитель / друг начинает обижаться на своего любимого человека, злоупотребляющего психоактивными веществами.

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *