Родительский авторитет это: Родительский авторитет в семейном воспитании
Родительский авторитет в семейном воспитании
РОДИТЕЛЬСКИЙ АВТОРИТЕТ В СЕМЕЙНОМ
ВОСПИТАНИИ
Родительская семья считается одним из самых важных и влиятельных факторов воспитания любого ребенка. Семейные условия, включая социальное положение, род занятий, материальный уровень и уровень образования родителей предопределяют жизненный путь ребёнка. Нет практически ни одного социального или психологического аспекта поведения ребёнка, который не зависел бы от семейных условий.
Большую роль в воспитании ребёнка играет родительский авторитет.
Так что же такое «родительский авторитет»? Откуда он берётся?
Слово «авторитет» в
переводе с латинского означает «власть», «влияние».
Родительский авторитет – это важная составляющая успешности воспитания детей в семье, он является одним из сильнейших воспитательных факторов.
Не стоит думать, что родительский авторитет приходит сам по себе, он приобретается годами самоотверженной работы обоих родителей. Не все родители правильно понимают смысл данного слова, не знают слагаемых родительского авторитета. Поведение родителей в семье и вне её, отношение родителей к семье, детям, родственникам, посторонним людям, поступки родителей – это лишь малая часть слагаемых родительского авторитета.
Можно добавить, что
главным условием авторитета родителей является их гражданское лицо – личное
поведение, их общественная и производственная работа. Такие родители точно
знают потребности и интересы своих детей, во всём оказывают им помощь,
внимательны к индивидуальным и
возрастным особенностям ребёнка.
Авторитетность любого родителя состоит в том, чтобы спокойно проанализировать создавшуюся ситуацию и предъявить ребёнку требования так, чтобы он понял: об этом ему говорится раз и навсегда. Чтобы стать настоящим авторитетом для своего ребёнка, родители не должны бояться критики со стороны своих детей, так как в современном мире дети умеют то, чего их родители не умеют. Родители, которые хотят сохранить свой авторитет должны учиться у своих детей, не бояться задавать вопросы на интересующие их темы.
Родители, которые
сталкиваются с трудностями в воспитании ребёнка, склонны думать, что авторитет даётся от
природы, что это особый талант. Если таланта нет, то и поделать ничего нельзя.
Это явная ошибка. Авторитет может быть организован в каждой семье. Здесь
родителям важно знать, что существует авторитет истинный и ложный. Приобретение
истинного авторитета – кропотливый труд отца и матери.
А.С. Макаренко, анализируя семейное воспитание, выявил несколько видов ложного авторитета родителей, которые встречаются и в современных семьях.
Авторитет подавления. Чаще всего этим авторитетом страдают отцы. Это проявляется в постоянном ворчании, раздражении взрослого, наказанием ребёнка за любую провинность. Родительский террор держит в страхе всю семью. Не нужно доказывать, как вреден такой авторитет. Он никого не воспитывает, а только приучает детей держаться дальше от гневных родителей, вызывает детскую ложь, человеческую трусость, развивает жестокость. Из забитых и безвольных детей выходят слякотные, никчёмные люди, самодуры, которые всю свою жизнь мстят за подавленное детство.
Авторитет педантизма.
В этом случае родители наполняют жизнь
ребёнка бесконечными поучениями и назидательными разговорами.
Авторитет любви.
Это один из самых распространённых видов ложного авторитета. Многие родители
убеждены: чтобы дети слушались, нужно, чтобы они любили родителей, а чтобы заслужить любовь ребёнка,
необходимо постоянно показывать свою
родительскую любовь. Нежные слова, бесконечные лобзания, ласки, признания
сыплются на детей в совершенно избыточном количестве. Родители ревниво следят
за выражением детских глаз и требуют нежности и любви.
Авторитет любви таит
много опасностей. Здесь формируется семейный эгоизм. Ребёнок устает, очень
скоро он замечает, что папу и маму можно обмануть, только нужно это делать с
нежным выражением лица. Родителей можно
даже запугать, стоит только надуться и показать, что любовь начинает проходить.
С малых лет ребёнок начинает понимать, что людьми можно манипулировать. Он не
может сильно любить других людей,
поэтому подыгрывается к ним без всякой любви, с холодным и циничным расчётом.
Иногда бывает, что любовь к родителям сохраняется надолго, но все остальные
люди рассматриваются как посторонние и чуждые, к ним нет симпатии, нет чувства
товарищества.
Это очень опасный вид авторитета. Он выращивает неискренних и лживых эгоистов. Часто первыми жертвами такого эгоизма становятся сами родители.
Авторитет доброты. Здесь детское послушание тоже организуется через детскую любовь, оно вызывается уступчивостью, мягкостью, добротой родителей. Папа или мама выступают в образе доброго ангела. Они всё разрешают, им ничего не жаль для ребёнка, они боятся всяких конфликтов, предпочитают семейный мир и готовы пожертвовать чем угодно ради семейного благополучия. Очень скоро в такой семье дети начинают командовать родителями, родительское непротивление открывает самый широкий простор для детских желаний, капризов и требований. Иногда родители позволяют небольшое сопротивление, но поздно, в семье уже образовался вредный опыт.
Авторитет дружбы.
Отец и сын, мать и дочь могут быть друзьями и должны быть друзьями, но родители
должны оставаться старшими членами семейного коллектива, а дети их воспитанниками.
Весьма распространён в последние годы тип ложного
авторитета, названный А.С. Макаренко авторитетом
чванства. Родители в такой семье чрезмерно кичатся своими достижениями,
подчёркивают их окружающим. В подобных семьях гордятся не тем, что «умеют», а
тем что «имеют». В этих семьях царит культ денег и связей, перепутаны истинные
и ложные ценности. В обстановке постоянного подчеркивания своих преимуществ,
выражения пренебрежения к окружающим, не имеющим того, что является для этих
семей главным, взрослые формируют у детей психологию потребителей.
Авторитет подкупа – самый безнравственный вид авторитета, когда послушание покупается подарками и обещаниями.
Бесспорно, в семье возможно некоторое поощрение, нечто похожее на премирование, но нельзя премировать детей за послушание, за хорошее отношение к родителям. В некоторых случаях допускается премирование ребёнка за хорошую учёбу, выполнение трудной работы, но заранее объявлять ставку и подстёгивать соблазнительными обещаниями не стоит.
Мы рассмотрели основные
виды ложного авторитета. Существуют и
другие его виды. Есть авторитеты весёлости, учёности, расстояния и многие
другие. Однако бывает, что родители вообще
не думают ни о каком авторитете. Сегодня родитель за пустяк наказал ребёнка,
завтра признался ему в любви,
послезавтра что-нибудь пообещал в
порядке подкупа, а на следующий день снова наказал, да ещё и упрекнул за все
свои добрые дела. Такие родители мечутся
в полном бессилии и не понимают того, что
делают.
Есть родители, которые в воспитании используют разные виды авторитета. В таком случае ребёнку приходится быть дипломатом, он учится лавировать между папой и мамой. Наконец, бывает и так, что родители просто не обращают внимания на детей и думают только о своём спокойствии.
Семья — это большое и очень ответственное дело. Родители руководят этим делом и отвечают за него перед обществом и детьми. Если родители всё делают честно, разумно, если перед ними поставлены правильные цели, если они отдают полный отчёт в своих действиях и поступках, это значит, что у родителей в семье есть авторитет.
Как только дети
начинают подрастать, естественно возникает интерес, где работают родители,
каково их общественное положение. Как можно раньше дети должны узнать, чем
живут и чем интересуются их родители.
Дело отца или матери должно выступать перед ребёнком как серьёзное,
заслуживающее уважения дело. Заслуги родителей в глазах детей должны быть,
прежде всего, заслугами перед обществом, действительной ценностью, а не только
внешностью. Родители не должны представляться детям рекордсменами в своей
области или ни с чем несравнимые гении. Дети должны видеть заслуги
и других людей. Гражданский
авторитет родителей повысится в глазах детей, если это – не авторитет выскочки или хвастуна, а авторитет члена коллектива.
Если родителям удастся воспитать своего ребёнка так, что он будет гордиться
целым предприятием, на котором работает
один из родителей, если его будут радовать успехи этого предприятия,– значит, ребёнок воспитан правильно.
Любой родитель должен
знать, чем живёт, чем интересуется, что любит, чего не любит, что хочет и чего
не хочет его ребёнок. Родители должны знать, с кем он дружит, во что играет,
что читает, как воспринимает прочитанное. Если он учится в школе,
родители должны знать, как он относится
к школе, к учителям, какие у него
затруднения, как он ведёт себя в классе. Вся деятельность ребёнка и его
контакты постоянно должны быть в поле
зрения каждого родителя.
Но это вовсе не значит, что мама и папа должны преследовать своего ребёнка постоянными и надоедливыми расспросами или назойливым шпионством. Родители должны с самого начала так поставить дело, чтобы дети сами рассказывали о своих делах, друзьях, чтобы им всегда хотелось рассказывать о себе.
Для всего этого не требуется много времени, а нужно только внимание к детям и их жизни.
Если у родителей будет такое знание и такое внимание, это обязательно заметит ребёнок и в будущем будет благодарен своим родителям.
Настоящие родители
часто используют авторитет помощи в своей семье, так как в жизни ребёнка
бывают случаи, когда он не знает, как
поступить, когда ему нужен совет или
какая-то помощь. Может быть, ребёнок не обратится за помощью к родителям, так
как не умеет этого делать, родители сами должны прийти с помощью.
Помощь должна приходить незамедлительно и оказываться ненавязчиво, иногда полушутя. Каждый родитель знает жизнь своего ребёнка, поэтому должен почувствовать, как поступить наилучшим образом. Бывает, что помощь нужно оказать особым способом. Например, принять участие в детской игре, познакомиться с товарищами детей, побывать в школе и поговорить с учителем. Если в семье несколько детей, то к делу оказания помощи могут быть привлечены старшие братья и сестры.
Родительская помощь не
должна быть навязчива, надоедлива, утомительна. Иногда просто необходимо
предоставить возможность ребёнку самому выбраться из затруднительной ситуации,
чтобы он привыкал преодолевать препятствия и разрешать сложные вопросы. В таких ситуациях родители
обязаны внимательно следить за тем, как ребёнок выходит из затруднительного
положения, нельзя допускать, чтобы он запутался и пришел в отчаяние. Иногда
даже нужно, чтобы ребёнок видел
насторожённость родителей, внимание и доверие к его силам.
Авторитет помощи, осторожного и внимательного руководства счастливо дополнится авторитетом знания. Ребёнок будет чувствовать постоянное присутствие родителей рядом, их разумную заботу и внимание.
Именно линия
ответственности является ещё одной важной линией родительского авторитета. Ребенок не должен думать, что родительское
руководство семьей и им самим есть
удовольствие или развлечение. Он должен знать, что родители отвечают не только за себя, но и за него
перед обществом. Любой родитель должен открыто и твёрдо сказать своему ребёнку,
что ему нужно ещё многому учиться, что он должен вырасти хорошим человеком и
гражданином, что родители отвечают за достижение этой цели, и они не боятся
этой ответственности. В этой линии ответственности лежат начала не только
помощи, но и требования. Любое требование должно быть выражено в самой суровой
форме, не допускающей возражений. Нужно сказать, что требование только и может быть сделано с
пользой, если авторитет ответственности уже создан в представлении ребёнка.
Если дети уважают своих родителей, прислушиваются к их советам и требованиям, это значит, что в семье существует родительский авторитет.
Чтобы в каждой семье были хорошие отношения родителей с детьми, нужно знать некоторые истины:
— родители должны правильно выстраивать отношения со своими детьми
— родители должны преодолевать отрицательное отношение к своим детям.
— каждый родитель должен быть творческой личностью
— родители должны уметь слушать своих детей
— родители не должны провоцировать конфликты
От
отношения к человеку как к высшей ценности зависит психологическая атмосфера в
семье.
Что такое родительский авторитет и как построить его без угроз и наказаний
При этом понимание и согласие между капитанами (родителями) и командой (детьми) достигаются с помощью личного примера капитанов, четких договоренностей, распределения обязанностей и мотивирования команды на плодотворное сотрудничество. И все это вместо шантажа, угроз, подкупов и наказаний, которые, как мы знаем, приводят не к сотрудничеству, а к вражде между капитанами и командой.
Почему я привела в пример все эти ужасные вещи: подкуп, шантаж и прочее? Да потому что мы с вами, дорогие родители, используем все эти техники каждый день и не по одному разу (это не критика, это факт). «Если ты сейчас пойдешь со мной, я куплю тебе конфету», «Если вы будете продолжать ТАК себя вести – неделю без планшета», «Что ты натворил! Иди сейчас же в свою комнату и подумай о своем поведении!» Узнаете? Ну что же, нас можно понять. Мы хотим, чтобы все было хорошо, чтобы они слушались, чтобы было тихо (хоть иногда). Но мы не всегда знаем, как этого добиться. И потому часто автоматически используем тот арсенал, который получили от своих взрослых – родителей, дедушек-бабушек, учителей в школе, тренеров и прочих. Но все эти приемы уже не работают, жизнь не стоит на месте – нам нужны новые воспитательные модели. Так вот, гибкий родительский авторитет – это и есть новая модель. Она непроста в использовании, требует много внимания, сосредоточенности и последовательности, но результат гарантирован.
Три кита, на которых держится корабль родительского авторитета:
Родители понимают, что ответственные взрослые – это они
Это значит, что взрослые с детьми не спорят (спор может быть между капитанами или между членами команды, но не между капитаном и кем-то из команды). Безусловно, это не означает, что между детьми и родителями не может быть диалога, наоборот, он обязателен – но диалог это не спор.
Также мы на них не обижаемся. Когда взрослый обижается на ребенка, он становится не капитаном, а обиженным юнгой, которого заставили дежурить в неурочное время. Диалог в таком состоянии невозможен. Если мы обижены, то мы захотим ответить обидчику, отомстить ему или просто надуться и пойти поплакать, даже если это наш собственный ребенок (да, когда мы обижаемся, мы эмоционально возвращаемся в свое детское состояние и не можем реагировать соответственно своему нынешнему возрасту, статусу и опыту).
Родители понимают и учитывают потребности ребенка
Потребности – это не «я хочу / не хочу», а то, что ребенку необходимо. Мы довольно неплохо знаем, что им нужно есть, когда спать, что надеть. При этом в их эмоциональных потребностях мы разбираемся не очень-то (и понятно, почему — в детстве нас самих не научили разговаривать о чувствах). Для того чтобы их понимать, есть две возможные стратегии: или вспомнить себя ребенком и попытаться влезть в их шкуру в конкретной ситуации, или представить себе себя в аналогичной, но уже взрослой ситуации.
Вариант один: вспомнить себя в детстве. Вот приходит к ребенку в гости друг и хочет играть во все его игрушки. А ваш (жадина) делиться не желает. Он не знает, чего ожидать от гостя – тот ведь может забрать любимую игрушку домой или, чего доброго, сломать! И вообще, чего он здесь все трогает – это же моя территория. Кстати, это очень важно для ребенка – уметь отстаивать свои личные границы. Так что мы ему спокойно говорим: «Солнышко, я понимаю, что тебе трудно делиться своими игрушками и ты боишься. Во-первых, друг обязательно вернет тебе твою машинку после того, как поиграет с ней немного. И давай попросим его быть с ней аккуратным и не бросать на пол. И знаешь, когда приходят гости, мы же их угощаем чаем? Так вот, ты как будто немного угощаешь гостя твоими игрушками». Чувствуете разницу?
Вариант два: Перед тем, как сказать ему «отдай игрушку, надо делиться», вы пытаетесь представить себе своего приятеля, который пришел в гости и просит покататься на вашей новой машине несколько дней. Представили свою реакцию? Захотите, чтобы вам кто-то сказал «ну чего ты жадничаешь, надо же делиться»?
Родители принимают (ну ладно, стараются принять) своего ребенка таким, как он есть
Мы не можем никого изменить, но мы можем изменить свою реакцию. Когда мы думаем о плохом поведении нашего ребенка, мы тут же решаем, что мы – плохие родители. То есть, когда ребенок ведет себя как-то не так, мы сразу чувствуем, что и мы какие-то не такие. Это время от времени чувствует буквально каждый родитель, и это нормально. Мы не можем избавиться от этих чувств, но мы можем обратить на них внимание, признать факт их существования и постараться не позволять им управлять своими отношениями с ребенком.
Ребенок приходит к нам с врожденными качествами, темпераментом, проблемами. Потом еще набирается всякого от нас. И не все это нам нравится. Но наша любовь к ребенку не должна зависеть от его качеств – ему нужно, чтобы мы любили его таким, какой он есть, только потому, что он существует. Дети, кстати, именно так нас и любят – совершенно бескорыстно, просто потому, что мы есть. Поэтому мы можем сказать ребенку, что нас не устраивает его поведение. Более того, мы даже можем запретить ему вести себя определенным образом. Но мы должны стараться никогда не разочаровываться в ребенке, не думать, что он «какой-то не такой». Вы ведь не готовы его променять ни на какого другого ребенка, правда? Поэтому, никогда не стоит говорить: «вот посмотри, как Машенька хорошо себя ведет, почему же ты так не можешь?».
А теперь немного о правилах:
Если мы хотим, чтобы ребенок действовал по общим домашним правилам, то эти правила должны быть ему известны заранее. Например, распорядок дня должен быть изображен в картинках и повешен на видном месте. Поведение также должно быть регламентировано. Например: «У нас дома все разговаривают друг с другом тихо и вежливо. Тот, кто нарушает это правило, кричит и сердится, должен прервать все занятия и идти успокаиваться в специально выделенное для этого место».
Таких правил должно быть несколько (4-5), вместе с распорядком дня они помогают ребенку обозначить важные для него границы поведения. Каждое правило должно включать в себя логичное и выгодное для ребенка последствие его выполнения. Например: «Утром мы собираемся быстро. И, если успеваем сделать все необходимое, у нас остается время почитать книжку / посмотреть мультик перед выходом из дома».
Желательно, чтобы правила были сформулированы в позитивном тоне, вместо слов НЕТ, НЕЛЬЗЯ, которые всегда вызывают сопротивление, используем ДА, НУЖНО, СТОИТ. То есть у ребенка всегда должна быть выгодная альтернатива нежелательному для нас поведению. Тогда получается, что мы всегда предоставляем ему выбрать сценарий – вести себя в соответствии с ожиданиями родителей (и за этим последует выгодный для ребенка результат) или сопротивляться (и тогда результат будет невыгодным для него).
Важно, чтобы ребенок понимал, что эти правила созданы для того, чтобы всем дома (и ему в том числе) было лучше, спокойнее и приятней, а не воспринимал их как что-то, что придумали родители, чтобы им командовать.
Подумайте о том, какие правила поведения вы бы хотели завести у себя дома, организуйте распорядок дня, и вы увидите насколько удобнее станет договариваться с ребенком.
Роль родительского авторитета в воспитании ребенка.
Семья оказывает влияние на формирующуюся личность ребёнка не только непосредственным целенаправленным воздействием взрослых её членов, но и всем образом жизни. Отношение в семейном коллективе требует взаимопонимания, ответственности, умение организовать отношения на принципах равенства, уважения.
Если родители – люди добрые, отзывчивые, заботливые, внимательные, живут общими интересами, а семейный коллектив сплочён трудовыми обязанностями, такая семья положительно влияет на воспитание детей. Таким образом, молодая семья фактически создаёт свою культуру отношений, воспитания, общения.
Формирование личности определяется всем образом жизни семьи. А.С. Макаренко называл его «общим тоном семьи». Он действует на ребёнка независимо от отца и матери, а подчас даже вопреки им. Общий тон семьи создаётся личностью родителей. В семье, где отец и мать не делят домашние заботы на «женские» и «мужские», одинаково уважительно и заботливо относятся друг к другу, своим родителям, детям, ребёнок видит примеры доброго отношения к людям. С раннего возраста малыш живёт в обстановке положительного отношения к окружающим, любви, дружбы, доверия, взаимопонимания.
В практике семейного воспитания распространена и такая ошибка, когда родители, осознав, что поступили неправильно, не признаются в этом своим детям под предлогом «не потерять авторитет». Дети дошкольного возраста могут не замечать поведения родителей, но в подростковом возрасте оценка подвергается всё поведение родителей, что не проходит бесследно.
Авторитет родителей — важная составляющая успешности воспитания детей в семье. Приобретение истинного авторитета в глазах собственного ребенка — кропотливый труд отца и матери. Авторитетность родителей в глазах ребенка — это, прежде всего, желание ребенка говорить родителям правду, какой бы горькой она не была. Так будут поступать дети в том случае, если родители объяснят им, что прожить жизнь, не совершая ошибок, невозможно. Авторитетные родители не ставят перед собой задачу наказать ребенка, для них важным является осознание ребенком степени тяжести совершенного проступка по отношению к другим людям и самому себе.
Также стоит отметить, что авторитет не приобретается автоматически с «приобретением» ребенка. Он нарабатывается годами.
Какие же типичные ошибки мы совершаем при общении со своими детьми, и как их избежать?
Существует много ложных оснований для авторитета.
1. Авторитет подавления. Если родители дома всегда сердиты, при всяком удобном и не удобном случае хватается за палку или ремень, на каждый вопрос отвечает грубостью, каждую вину ребенка отмечает наказанием, то это и есть авторитет подавления. Такой авторитет вызывает детскую ложь и человеческую трусость, и в то же время он воспитывает в ребенке жестокость.
2. Авторитет педантизма. Этот тип авторитета схож с предыдущим и направлен, прежде всего, на формирование у ребенка навыков безвольного подчинения. Все же, хочется надеяться, что родители делают это неосознанно.
Методы, которые применяются для формирования этого типа авторитета, действительно очень педантичны: родители, как правило, не считаясь с мнением ребенка на этот счет, отдают приказания, которые он обязан беспрекословно выполнить. Мотивы для таких действий могут быть совершенно разные: порой родители просто боятся, что ребенок сам не в состоянии принять правильное решение, и поэтому дают ему «алгоритм действий», даже не выслушав его мнение по этому поводу, а порой родители просто стремятся лишний раз продемонстрировать свою власть перед своим чадом.
Но вне зависимости от мотивации, итог все равно один – родители не приобретают необходимый авторитет в глазах малыша, основанный на уважении и любви, а просто подавляют его волю, растя несамостоятельного и инфантильного человека, привыкшего подчиняться.
3. Авторитет резонерства (назидания). В этом случае родители буквально заедают детскую жизнь бесконечными поучениями и назидательными разговорами. Вместо того чтобы сказать ребенку несколько слов, может быть, даже в шутливом тоне, родитель усаживает его против себя и начинает скучную и надоедливую речь. Такие родители уверены, что в поучениях заключается главная педагогическая мудрость. В такой семье всегда мало радости и улыбки. Родители изо всех сил стараются быть добродетельными, они хотят в глазах детей быть непогрешимыми. Но они забывают, что дети — это не взрослые, что у детей своя жизнь и что нужно эту жизнь уважать. Ребенок живет более эмоционально, более страстно, чем взрослый, он меньше всего умеет заниматься рассуждениями. Привычка мыслить приходит к нему постепенно и довольно медленно, а постоянные разглагольствования родителей, постоянное их зуденье и болтливость проходят почти бесследно в их сознании. В резонерстве родителей дети не могут увидеть никакого авторитета.
4. Авторитет демонстративной любви. Это у нас самый распространенный вид ложного авторитета. Многие родители убеждены: чтобы дети слушались, нужно, чтобы они любили, родителей, а чтобы заслужить эту любовь, необходимо на каждом шагу показывать детям свою родительскую любовь. Нежные слова, бесконечные лобзания, ласки, признания сыплются на детей в совершенно избыточном количестве. Если ребенок не слушается, у него немедленно спрашивают: «Значит, ты папу не любишь?» Родители ревниво следят за выражением детских глаз и требуют нежности и любви. Часто мать при детях рассказывает знакомым: «Он страшно любит папу и страшно любит меня, он такой нежный ребенок»
Такая семья настолько погружается в море сентиментальности и нежных чувств, что уже ничего другого не замечает. Мимо внимания родителей проходят многие важные мелочи семейного воспитания. Ребенок все должен делать из любви к родителям.
В этой линии много опасных мест. Здесь вырастает семейный эгоизм. У детей, конечно, не хватает сил на такую любовь. Очень скоро они замечают, что папу и маму можно как угодно обмануть, только нужно это делать с нежным выражением. Папу и маму можно даже запугать, стоит только надуться и показать, что любовь начинает проходить. С малых лет ребенок начинает понимать, что к людям можно подыгрываться. А так как он не может любить так же сильно и других людей, то подыгрывается к ним уже без всякой любви, с холодным и циническим расчетом. Иногда бывает, что любовь к родителям сохраняется надолго, но все остальные люди рассматриваются как посторонние и чуждые, к ним нет симпатии, нет чувства товарищества.
Это очень опасный вид авторитета. Он выращивает неискренних и лживых эгоистов. И очень часто первыми жертвами такого эгоизма становятся сами родители.
5. Авторитет доброты. Это самый неумный вид авторитета. В этом случае детское послушание также организуется через детскую любовь, но она вызывается не поцелуями и излияниями, а уступчивостью, мягкостью, добротой родителей. Папа или мама выступают перед ребенком в образе доброго ангела. Они все разрешают, им ничего не жаль, они не скупые, они замечательные родители. Они боятся всяких конфликтов, они предпочитают семейный мир, они готовы чем угодно пожертвовать, только бы все было благополучно. Очень скоро в такой семье дети начинают просто командовать родителями, родительское непротивление открывает самый широкий простор для детских желаний, капризов, требований. Иногда родители позволяют себе небольшое сопротивление, но уже поздно, в семье уже образовался вредный опыт.
6. Авторитет дружбы. Довольно часто еще и дети не родились, а между родителями есть уже договор: наши дети будут нашими друзьями. В общем это, конечно, хорошо. Отец и сын, мать и дочь могут быть друзьями и должны быть друзьями, но все же родители остаются старшими членами семейного коллектива, и дети все же остаются воспитанниками. Если дружба достигнет крайних пределов, воспитание прекращается, или начинается противоположный процесс: дети начинают воспитывать родителей. Такие семьи приходится иногда наблюдать среди интеллигенции. В этих семьях дети называют родителей Петькой или Маруськой, потешаются над ними, грубо обрывают, поучают на каждом шагу, ни о каком послушании не может быть и речи. Но здесь нет и дружбы, так как никакая дружба невозможна без взаимного уважения.
В чем же должен состоять настоящий родительский авторитет в семье?
Существует несколько базовых правил, следуя которым с самого начала, можно сформировать собственный авторитет в глазах своего ребенка. Каковы же эти правила?
1. Помните, что слагаемых родительского авторитета очень много: отношения в семье, мнение родителей друг о друге, мнение родителей о других родственниках и друзьях, поступки родителей, отношение родителей к людям вообще и к близким людям в частности, отношение родителей к ребенку и его друзьям.
2. Будьте естественны перед своим ребенком, ведь дети чувствуют «игру».
3. Будьте открыты перед ребенком, доверяйте ему (даже в мелочах) – и тогда ребенок тоже будет доверять Вам. А доверие ребенка – очень важная составляющая авторитета.
4. Не требуйте от ребенка идеальности, а донесите до него, что ошибки могут совершать все, и у всех имеется право на ошибку. В том числе и у Вас самих. Тогда малыш не будет бояться рассказывать Вам о каких-то своих неблаговидных поступках.
5. Не наказывайте ребенка, какую бы ошибку он не совершил – сделайте так, чтобы он САМ осознал степень своей вины. Проанализируйте вместе с ним ситуацию, пусть он сам, где был не прав и подумает, что можно было бы сделать в данной ситуации и как исправить сложившееся положение.
6. Вы должны быть примером своих слов для ребенка. Например, если Вы говорите о пользе чтения классики – на Вашей тумбочке тоже должны быть не глянцевые журналы. А если Вы говорите о вреде курения – сами бросьте курить. А если даже Вы сорветесь – см.пункт 4. Тогда ребенок сам поможет Вам справиться с собой, не теряя при этом доверия к Вам.
7. Умейте просить прощения и прощать других за их ошибки. Если ребенок будет видеть, что Вы, совершив неблаговидный поступок, просите прощения – у супруга, родственника или даже у него самого – ему будет проще попросить прощения, когда это будет необходимо.
8. Не бойтесь критики со стороны своих детей – тогда Вы покажете им, что не только взрослые имеют право иметь свое мнение и критиковать других.
9. Не критикуйте в жесткой форме друзей своего ребенка, иначе он может озлобиться, а Вы потеряете его доверие. Если у Вас имеются сомнения в том, что это достойные люди – пообщайтесь с ними, пусть ребенок пригласит их к Вам домой, чтобы пообщаться всем вместе. Если Ваши сомнения не развеялись, а только укрепились – можете ненавязчиво сказать об этом ребенку, но выбор друзей все равно останется за ним. Если Ваши опасения не беспочвенны – все равно, рано или поздно, это откроется, и дружба распадется – но без Вашего участия.
10. Интересуйтесь жизнью ребенка и ни в коем случае не критикуйте ее. Если Вас приводит в ужас музыка, которую слушает Ваш сын, скажите, что-то вроде: «Мне это непривычно. А что тебе нравится в этой музыке?». Если Вы падаете в обморок от его пирсинга, попросите объяснить, что в этом «прикольного» — возможно, Вы просто чего-то «не понимаете».
11. Не угрожайте своему ребенку и не оскорбляйте его – все это не сыграет положительную роль в формировании Вашего авторитета перед ним.
12. Привлекайте детей к обсуждению важных семейных вопросов – они должны чувствовать, что их мнение учитывается. Да и вообще, старайтесь проводить с детьми как можно больше своего свободного времени. Они это оценят!
Официальный сайт ГБОУ НКК ПФО имени Маргелова В. Ф.
Как сохранить родительский авторитет?
Авторитет родителей одно из важнейших условий воспитания детей, и все родители стремятся привить детям уважение к себе. Пока ребёнок маленький, это нетрудно, но когда ребёнок начинает взрослеть, сохранить авторитет бывает нелегко. В стремлении любыми силами сохранить свой авторитет родители часто допускают серьёзные педагогические просчёты, которые больше вредят, чем помогают в такой ситуации. Хочу заметить, что взрослые не замечают главной ошибки – подмены истинного уважения ребёнка ложным авторитетом.
Предлагаем вам рассмотреть некоторые из видов ложных авторитетов.
Авторитет подавления.Метод воспитания, основанный на запугивании, часто используется нашими родителями, в тех случаях если «ребёнок отбился от рук». Таких родителей не интересуют проблемы, которые возникают у ребенка: при любом неповиновении они позволяют себе раздражаться, повышать голос, сердиться и даже могут отшлёпать непослушное чадо. Мы, учителя, часто наблюдаем картину: родители разговаривают с детьми тоном, не терпящим возражений, в беседе с ребёнком слушают и слышат только себя и радуются, если их « воспитание» вызывает у детей волнение и страх. В результате такого домашнего террора часто вырастают безвольные, забитые, лживые и жестокие дети, которые могут всю жизнь пытаться отомстить окружающим за своё подавленное детство.
Авторитет педантизма.Некоторые родители, стараясь проявлять строгость в воспитании, отдают ребёнку приказы и требуют их беспрекословного выполнения, не считаясь мнениями или интересами самих детей. Такое поведение родителей может быть продиктовано самыми добрыми намерениями: опасениями, что их чадо примет неверное решение, стремлением решить за ребёнка все его проблемы. Хочется предостеречь таких родителей, что такой подход формирует у ребёнка навыки безвольного и бездумного подчинения. Такие дети растут несамостоятельными и инфантильными, но со временем всё равно начинают сопротивляться требованиям взрослых просто из чувства противоречия. А если они встречают того, кто кажется и более авторитетным, то вопреки желаниям родителей начинают подчиняться тому человеку, независимо от моральных качеств.
Авторитет расстояния.Многие наши папы и мамы предпочитают заниматься своими делами, оставляя детей на попечение бабушек, нянь, домработниц. Такая ситуация может сложиться в неполных семьях, где, чаще всего, родитель работает с утра до ночи. В этом случае ребёнку приходится слышать от бабушки: «Мама велела, мама сказала», но маме завоевать родительский авторитет таким способом бывает практически невозможно. Также трудно бывает добиться подлинного отцовского авторитета и в том случае, если отца почти никогда не бывает дома, а ребёнка воспитывает главным образом неработающая мать.
Авторитет родительского положения.Чаще всего такой авторитет встречается в семьях, где кто – то из родителей занимает высокий пост, владеет серьёзным бизнесом. Если родители дома постоянно подчёркивают своё высокое положение, хвастаются своим достижениями и высокомерно относятся к окружающим, то дети поначалу хвастаются перед своими родителями, но со временем запросы растут, их перестаёт удовлетворять положение родителей, каким бы высоким оно не было, и в долгосрочной перспективе сохранить такой родительский « авторитет» тоже бывает невозможно.
Авторитет назидания.Такой ложный авторитет создаётся, если родители мучают ребёнка бесконечными поучениями и назиданиями. Вместо того, чтобы сделать понятное замечание в несколько слов, родители при каждом удобном случае читают ребёнку длинные нравоучения, подчас повторив одно и то же по несколько раз, и в качестве поучительных примеров приводят свой собственный опыт, который может совершенно не соответствовать ситуации или даже быть негативным. В глазах детей родители стараются казаться добросовестными добродетельными и непогрешимыми, а достигают совершенно иного результата: дети очень быстро перестают реагировать на подобные нравоучения, озлобляются на родителей, перестают их уважать и считаться с их мнением.
Авторитет любви.Некоторые родители непрерывно лобзают и ласкают своё чадо, требуя проявлений ответной нежности. Избыточные ласки, похвалы, поцелуи и признания в любви сыплются из родителей, как из рога изобилия, и от ребёнка требуют, чтобы он всё делал из любви к родителям. Молодые папы и мамы часто спрашивают: «Ты почему это не сделал?», «Ты что маму не любишь?».Таким отношением добиться от ребёнка уважения нельзя: он очень быстро начинает чувствовать фальш и спекулировать на отношениях, «ты – мне», « а я – тебе».В результате дети растут расчётливыми, циничными, а иногда даже жестокими и агрессивными, и ни в грош не ставят родителей.
Авторитет доброты.Когда послушное поведение достигается мягкостью, беспринципностью и уступчивостью родителей, создаётся самый неподходящий вид родительского авторитета – авторитет доброты. Мама или папа разрешают ребёнку всё, бояться конфликтов и готовы пожертвовать чем угодно, чтобы доказать ему, какие они замечательные и добрые. Такое поведение представляет самую большую опасность для родительского авторитета: дети растут капризными, неуправляемыми и ни капли не уважают взрослых.
Авторитет подкупа. Когда хорошее поведение ребёнка «покупается» подарками или обещаниями каких – нибудь благ, то такой ложный авторитет называют авторитетом подкупа:»Будешь вести себя хорошо – куплю новый мобильник».
Дети начинают приспосабливаться и хитрить, выторговывая наиболее выгодные для себя условия. Если такое «воспитание» продолжается долго, дети осваивают приёмы шантажа, и однажды можно услышать от ребёнка: «Не купите скутер – уйду из дома!»
Завоевание авторитета у собственных детей это сложная задача, решать которую приходится ежедневно. Но если удаётся решить, то в выигрыше оказываются и родители, и дети.
Есть несколько важных правил, которые следует соблюдать родителям в воспитании детей.
Родительский авторитет определяют многие факторы: отношение в семье, мнение родителей о других людях, отношение родителей к друзьям детей, поступки родителей в разных житейских ситуациях. Если вы ждёте от ребёнка уважения, то проявите искреннее внимание к тому, что его волнует, к его проблемам, тревогам, увлечениям. Учитесь понимать детский сленг. Если вам что – то не нравится в увлечениях вашего ребёнка, не спешите их критиковать – возможно, вы их просто не понимаете, пусть ребёнок вам объяснит.
Не следует в присутствии ребёнка критиковать его учителей, друзей, одноклассников, даже если они вам совершенно не нравятся. Будьте честны с детьми, не давайте обещаний, которые не можете выполнить. Не опекайте ребёнка слишком сильно – дайте ему возможность быть самостоятельным. Ребёнку нельзя угрожать, его нельзя унижать. Не налагайте на детей слишком строгие ограничения: запретный плод сладок!
Не требуйте от детей идеальности, дайте им право на ошибку. Не спешите наказывать за проступок, помогите осознать, в чём он неправ.Не стесняйтесь попросить прощения у ребёнка, если вы неправы – это не унизит ваш авторитет, а наоборот, поднимет его.
Привлекайте детей к обсуждению семейных вопросов: покупки крупных вещей, планов на выходные, меню праздничного стола. Тогда дети будут знать, что с их мнением считаются.
Формируйте у ребёнка уважение к труду как к таковому, а не к размеру заработной платы. Тогда ребёнок будет знать, что уважение измеряется не в рублях, его определяют другие – нравственные ценности.
Родителям на заметку
Здравствуйте мы сегодня поговорим о воспитании наших детей в семье, в обществе. Ведь общество и семья неразрывно связаны, их жизнедеятельность во многом взаимообусловлена. Семья всегда была и остаётся одной из наивысших человеческих ценностей. Это неоспоримо. Ведь семья является той ближайшей социальной средой, с которой человек находится в постоянном взаимодействии. Семья выступает как первичный воспитательный коллектив, единственный по своей сути воспитательный институт, влияние которого на своё нравственное и эмоциональное развитие человек ощущает с рождения. Наш отец и наша мать уполномочены обществом воспитать будущего гражданина нашего Отечества, они отвечают перед обществом. На этом и основывается их родительская власть и их авторитет в глазах своих детей.
Однако, будет просто неудобно в самой семье перед детьми доказывать родительскую власть постоянной ссылкой на такое общественное полномочие.
Наконец, самый смысл авторитета в том и заключается, что он не требует никаких доказательств, что он принимается как несомненное достоинство старшего, как его сила и ценность, видимая так сказать, простым детским глазом. Отец и мать в глазах ребёнка должны иметь этот авторитет.
Откуда берётся родительский авторитет? Как он организуется?
На эти и многие другие вопросы, касающиеся воспитания ответил великий педагог А. С. Макаренко в 1937 году в своей статье о родительском авторитете.
Те родители, у которых дети «не слушаются», склонны иногда думать, что авторитет даётся от природы, что это особый талант. Эти родители ошибаются. Авторитет может быть организован в каждой семье и это даже не очень трудное дело.
К сожалению, встречаются родители, которые организуют такой авторитет на ложных основаниях. Они стремятся к тому, чтобы дети их слушались. Это составляет их цель. Авторитет и послушание не могут быть целью. Цель может быть только одна: правильное воспитание. Только к этой одной цели и нужно стремиться. Детское послушание может быть только одним из путей к этой цели.
Авторитет, построенный на ложных основаниях, только на очень короткое время помогает. Скоро все разрушается, не остаётся ни авторитета, ни послушания. Бывает и так, что родители добиваются послушания, но зато все остальные цели воспитания в загоне: вырастают, правда, послушные, но слабые люди.
Есть много сортов такого ложного авторитета.
АВТОРИТЕТ ПОДАВЛЕНИЯ. Это самый страшный сорт авторитета, хотя и не самый вредный. Больше всего таким авторитетом страдают отцы. Если отец дома всегда рычит, всегда сердитый, за каждый пустяк разражается громом, при всяком удобном и неудобном случае хватается за палку или за ремень, на каждый вопрос отвечает грубостью, каждую вину ребёнка отмечает наказанием, то это и есть авторитет подавления. Такой отцовский террор держит в страхе всю семью, не только детей, но и мать. Он приносит вред не только потому, что запугивает детей, но и потому, что делает мать нулевым существом, которое способно быть только прислугой. Не нужно доказывать, как вреден такой авторитет. Он ничего не воспитывает. Он только приучает детей подальше держаться от страшного папаши. Он (авторитет) вызывает детскую ложь и человеческую трусость и в тоже время он воспитывает в ребёнке жестокость. Из забитых и безвольных детей выходят потом либо слякотные, никчёмные люди, либо самодуры, в течение всей своей жизни мстящие за подавленное детство. Этот самый дикий сорт авторитета бывает только у очень некультурных родителей и в последнее время, к счастью, вымирает.
АВТОРИТЕТ РАССТОЯНИЯ. Есть такие отцы, да и матери, которые серьёзно убеждены в следующем: чтобы дети слушались, нужно поменьше с ними разговаривать, подальше держаться, изредка только выступать в виде начальства. Особенно любят этот сорт авторитета в интеллигентских семьях. Здесь сплошь и рядом у отца какой-нибудь отдельный кабинет, из которого он показывается изредка, как первосвященник.
Бывают такие и матери. У них своя жизнь, свои интересы, свои мысли. Дети находятся в ведении бабушки или даже домработницы. Такой авторитет не приносит никакой пользы и такая семья не может быть названа разумно организованной семьёй.
АВТОРИТЕТ ЧВАНСТВА. Это особый вид авторитета расстояния, но более вредный. У каждого гражданина есть свои заслуги. Но некоторые люди считают, что они самые заслуженные, самые важные деятели, и показывают эту важность на каждом шагу, показывают и своим детям. Дома они даже больше пыжатся и надуваются, чем на работе. Они только и делают, что толкуют о своих достоинствах. Они высокомерно относятся к остальным людям. Бывает, что поражённые таким видом отца, начинают чваниться и дети. Встречается такой авторитет и у матерей.
ЧВАНСТВО — Спесь, важничанье, тщеславие, пустая, неосновательная горделивость.
АВТОРИТЕТ ПЕДАНТИЗМА. В этом случае родители больше обращают внимания на детей, больше работают, но работают как бюрократы. Они уверены в том, что дети должны каждое родительское слово выслушивать с трепетом, что их слово-святыня. Свои распоряжения они отдают холодным тоном, и раз оно отдано, то немедленно становится законом. Такие родители больше всего боятся, как бы дети не подумали, что папа ошибся, что папа-человек не твёрдый.
ПЕДАНТИЗМ — (от итал. pedare, воспитывать) — явление, встречающееся в различных областях жизни, но чаще всего сопровождающее ученость и педагогическую деятельность. Педант — человек, из-за формы упускающий из виду содержание, ревниво соблюдающий привычный порядок в мелочах и совершенно замкнувшийся от умственного развития и движение вперед.
АВТОРИТЕТ РЕЗОНЁРСТВА. В этом случае родители буквально заедают детскую жизнь бесконечными поучениями и назидательными разговорами. Вместо того, чтобы сказать ребёнку несколько слов, может быть даже в шутливом тоне, родитель усаживает его против себя и начинает скучную и надоедливую речь. Такие родители уверены, что в поучениях заключается главная педагогическая мудрость. В такой семье всегда мало радости и улыбки. Родители изо всех сил стараются быть добродетельными, они хотят в глазах детей быть непогрешимыми. Но они забывают, что у детей своя жизнь и что нужно эту жизнь уважать. В резонёрстве родителей дети не могут увидеть никакого авторитета.
РЕЗОНЁРСТВО — «склонность к бесплодному мудрствованию», «словесная опухоль» (И. П. Павлов). Речь изобилует сложными логическими построениями, вычурными абстрактными понятиями, терминами, нередко употребляемыми без понимания их истинного значения.
АВТОРИТЕТ ЛЮБВИ. Это у нас самый распространённый сорт ложного авторитета. Многие родители убеждены: чтобы дети слушались, нужно, чтобы они любили родителей, а чтобы заслужить эту любовь, необходимо на каждом шагу показывать детям свою родительскую любовь. Нежные слова, бесконечные лобзания, ласки, признания сыплются на детей в совершенно избыточном количестве. Родители ревниво следят за выражением детских глаз и требуют нежности и любви. Такая семья настолько погружается в море сентиментальности и нежных чувств, что уже ничего другого не замечает. Мимо внимания родителей проходят многие важные мелочи семейного воспитания. Ребёнок всё должен делать из любви к родителям. Здесь вырастает семейный эгоизм. Очень часто дети замечают, что маму и папу можно обмануть, только это нужно делать с нежным выражением. Их можно даже запугать, стоит только надуться и показать, что любовь начинает проходить. Ребёнок начинает понимать, что к людям можно подыгрываться. Иногда любовь к родителям сохраняется надолго, но все остальные люди рассматриваются как посторонние и чуждые, к ним нет симпатии и чувства товарищества. Это очень опасный вид авторитета. Он выращивает неискренних и лживых эгоистов. Часто первыми жертвами такого эгоизма становятся родители.
АВТОРИТЕТ ДОБРОТЫ. Это самый неумный сорт авторитета. В этом случае детское послушание также организуется через детскую любовь, но она вызывается уступчивостью, мягкостью, добротой родителей. Папа или мама выступают перед ребёнком в образе доброго ангела. Они боятся всяких конфликтов, предпочитают семейный мир, готовы чем угодно пожертвовать, только бы всё было благополучно. Очень скоро в такой семье дети начинают командовать родителями.
АВТОРИТЕТ ДРУЖБЫ. Довольно часто ещё и дети не родились, а между родителями есть уже договор: наши дети будут нашими друзьями. Это, конечно, хорошо. Но если дружба достигнет крайних пределов, воспитывание прекращается или начинается противоположный процесс – дети начинают воспитывать родителей. Такие семьи наблюдаются среди интеллигенции. Здесь нет и дружбы, так как она невозможна без взаимного уважения.
АВТОРИТЕТ ПОДКУПА. Самый безнравственный вид авторитета, когда послушание просто покупается подарками и обещаниями. Разумеется, в семье тоже возможно некоторое поощрение, но ни в каком случае нельзя детей премировать за послушание, за хорошее отношение к родителям.
Мы рассмотрели несколько сортов ложного авторитета. Кроме них есть ещё авторитеты: весёлости, учёности, «рубахи – парня», красоты. Но бывает часто так, что родители вообще не думают ни о каком авторитете, живут как – нибудь и как попало и как – нибудь тянут волынку воспитания детей. Такие родители всегда мечутся, как угорелые кошки, в полном бессилии, в полном непонимании того, что они делают. Бывает и так, что отец придерживается одного вида авторитета, а мать другого. Детям приходится быть дипломатами и научиться лавировать между папой и мамой. Наконец, бывает так, что родители не обращают внимания на детей и думают только о своём спокойствии.
В чём же должен состоять настоящий родительский авторитет в семье?
Главным основанием родительского авторитета только и может быть жизнь и работа родителей, их гражданское лицо, их поведение. Семья есть большое и ответственное дело. Родители руководят этим делом и отвечают за него перед обществом, перед своим счастьем и перед жизнью детей. Если родители делают это дело честно, разумно. Если перед ними поставлены значительные и прекрасные цели. Если они сами себе всегда дают полный отчёт в своих действиях и поступках. Это значит, что у них есть и родительский авторитет.
Дело отца или матери должно выступать перед ребёнком как серьёзное, заслуживающее уважение дело. Ни в коем случае родители не должны представляться детям как рекордсмены в своей области, как ни с чем не сравнимые гении. Дети должны видеть и заслуги других людей. Только такие родители, живущие полной жизнью, граждане нашей страны будут иметь у детей настоящий авторитет. Вы должны искренне, на самом деле жить такой жизнью, вы не должны стараться особо демонстрировать её перед детьми…
Прежде всего вы должны знать, чем живёт, интересуется, что любит, чего не любит, чего хочет и чего не хочет ваш ребёнок. Вы должны знать, с кем он дружит, с кем играет и во что играет, что читает, как воспринимает прочитанное. Как он относится к школе и к учителям, какие у него затруднения, как он ведёт себя в классе. Вы не должны неожиданно узнавать о разных неприятностях и конфликтах. Вы должны их предугадывать и предупреждать. С самого начала вы должны так поставить дело, чтобы дети сами вам рассказывали о своих делах, чтобы им хотелось вам рассказать, чтобы они были заинтересованы в вашем знании.
АВТОРИТЕТ ЗНАНИЯ. По мысли А. С. Макаренко, родительский авторитет опирается прежде всего на знание того, чем живёт ребёнок: его привязанностей, интересов, проблем. Это значение получено не напрямую, а исподволь, в результате постоянного, неназойливого наблюдения. А. С. Макаренко считал, что авторитет знания непременно приведёт к авторитету помощи, когда ребёнок просит помочь потому, что уверен — они знают лучший путь. Родительская помощь не должна быть навязчива, надоедлива, утомительна. В некоторых случаях необходимо предоставить ребёнку самому выбраться из затруднения, нужно, чтобы он привыкал преодолевать препятствия и разрешать более сложные вопросы. Но нужно всегда видеть, как ребёнок совершает эту операцию.
Авторитет помощи, осторожного и внимательного руководства счастливо дополнится авторитетом знания. Вот именно линия ответственности является следующей важной линией родительского авторитета. Ребёнок должен знать, что вы отвечаете не только за себя, но и за него перед обществом.
(Проводится анкета «Занимаюсь ли я воспитанием своего ребёнка).
Сейчас я прочитаю отрывок из стихотворения средневекового поэта Себастьяна Брандта:
Ребёнок учится тому,
Что видит у себя в дому,
Родители пример ему.
Кто при жене и детях груб,
Кому язык распутства люб,
Пусть помнит, что с лихвой получит
От них всё то, чему их учит.
Там, где аббат не враг вина,
Вся братия пьяным-пьяна.
Не волк воспитывал овец,
Походку раку дал отец.
Коль видят нас и слышат дети,
Мы за дела свои в ответе.
И за слова: легко толкнуть
Детей на нехороший путь.
Держи в приличии свой дом,
Чтобы не каяться потом.
Родительский труд – очень тяжёлый труд. Это, пожалуй, самая трудная на свете душевная работа. Она требует сверхтерпения, самообуздания, пересиливания усталости, одоления неумений. Она требует постоянного самосовершенствования.
Никогда не бейте своих детей! Ибо жестокость порождает зло, трусость, лицемерие, страх. Воспитать душу ребёнка способно только домашнее тепло, лад между близкими людьми.
В психологии воспитания принято считать, что самым большим наказанием для ребёнка должно быть огорчение родителей.
Народная мудрость гласит: сильна семья – крепка держава. Самое лучшее наследство – воспитанность. Дружная семья гору сдвинет. На что и клад, коли в семье лад.
А вот несколько советов от психологов — как прожить хотя бы один день без нервотрёпки, поучений, взаимных обид:
1.Будите ребёнка спокойно: проснувшись, он должен увидеть вашу улыбку и услышать ласковый голос. Не подгоняйте его сутра, не дёргайте по пустякам, не укоряйте за ошибки и оплошности, даже если «вчера предупреждали».
2. Не торопите, умение рассчитать время – ваша задача, и если это вам плохо удаётся, то вины ребёнка в этом нет.
3.Не отправляйте ребёнка в школу без завтрака: до школьного завтрака ему придётся много поработать.
4. Не прощайтесь, предупреждая и направляя: «смотри не балуйся», «веди себя хорошо», «чтобы сегодня не было плохих отметок» и т. п. Пожелайте ему удачи, подбодрите, найдите несколько ласковых слов. У него впереди трудный день.
5. Забудьте фразу «Что ты сегодня получил?». Встречайте ребёнка после школы спокойно, не обрушивайте на него тысячу вопросов, дайте расслабиться (вспомните, как вы сами чувствуете себя после тяжёлого рабочего дня, многочасового общения с людьми). Если же ребёнок чересчур возбуждён, если жаждет поделиться чем-то, не отмахивайтесь, не откладывайте на потом, выслушайте, это не займёт много времени.
6. Если видите, что ребёнок огорчён, но молчит, не допытывайтесь, пусть успокоится, тогда и расскажет всё сам.
7.Выслушав замечания учителя, не торопитесь устраивать взбучку и постарайтесь, чтобы ваш разговор с учителем происходил без ребёнка.
8. После школы не торопите садиться за уроки, необходимо два-три часа отдыха для восстановления сил. Лучшее время для приготовления уроков с 15 до 17 часов. Занятия вечерами бесполезны, завтра придётся всё начинать сначала.
9. Не заставляйте делать все уроки в один присест, после 15-20 минут занятий необходимы 10-15-минутные «переменки»
10. Во время приготовления уроков не сидите «над душой», дайте возможность ребёнку работать самому, но уж если нужна ваша помощь, наберитесь терпения. Спокойный тон, поддержка, похвала необходимы.
11. В общении с ребёнком старайтесь избегать условий: «Если ты сделаешь, то…». Порой условия становятся невыполнимыми вне зависимости от ребёнка, и вы можете оказаться в очень сложной ситуации.
12. Найдите (постарайтесь найти) в течение дня хотя бы полчаса, когда вы будете принадлежать только ребёнку, не отвлекайтесь на домашние заботы, телевизор, общение с другими членами семьи. В этот момент важнее всего его дела, заботы, радости и неудачи.
13. Выбирайте единую тактику общения всех взрослых в семье с ребёнком, свои разногласия по поводу педагогической тактики решайте без него. Если что-то не получается, посоветуйтесь с учителем, врачом, психологом, не считайте лишней литературу для родителей, там вы найдёте много полезного.
14. Будьте внимательны к жалобам ребёнка на головную боль, усталость, плохое состояние. Чаще всего это объективные показатели утомления, трудности учёбы.
15. Старайтесь не вспоминать перед сном неприятностей, не выяснять отношений, не обсуждать завтрашнюю контрольную и т. п.
Как родители формируют свой авторитет
Фильм «Век помрачения»
Этот папа не считал нужным быть требовательным к детям, теперь они его просто игнорируют — «Успокойся, ты делаешь мне больно, псих!»
скачать видео
![](/800/600/https/ds04.infourok.ru/uploads/ex/11d5/001979bc-d183ebf5/img8.jpg)
Авторитет надо формировать. Авторитет формировать — можно. Как?
Авторитет родителей начинается с достоинства их жизни. Если папа пьет, а мама неряха, их педагогические разговоры с детьми едва ли будут иметь силу. Родители имеют авторитет тогда, когда они действительно умнее, взрослее и ответственнее своих детей.
Авторитет родителей поддерживается окружением. Авторитет родителей усиливается, если он поддерживается окружением. В культурах, где авторитет родителей традиционно высок, воспитывать детей проще. Что можем сделать мы сами? — Мы, взрослые можем заботиться об авторитете друг друга. Хорошо, если авторитет папы поддерживает и мама, и бабушка. Правильно, если авторитет мамы поддерживается и отцом, и свекровью, и всеми остальными значимыми взрослыми. В хорошей семье, если ребенок проявляет неуважение к матери, маме не нужно беспокоится: папа объяснит ребенку, как нужно относится к матери. В обратную сторону — аналогично. Правило простое: «Авторитет мамы защищает отец. Авторитет отца защищает мама».
Ближайшее естественное требование, это согласованность действий родителей. Также см.→
Авторитет — это сочетание заботы и требовательности. Авторитет родителей растет, когда родители сочетают в своем подходе заботливость и требовательность. Детей нужно любить и одновременно следить за тем, чтобы дети вели себя как следует, в том числе по отношению к родителям. Если дети проверят родителей на прочность, родители должны показать свою твердость. Требовательность без заботливости воспринимается как давление, заботливость без требовательности не вызывает уважения: дети быстро «садятся на шею». Формула эффективного воздействия: «Умный человек с железной рукой в бархатной перчатке». Учитесь требовательности! Приучайте себя к заботливости!
Фильм «Майор Пэйн»
Авторитет снижается и пропадает, когда родители требовательны без заботы и, более того, издеваются над ребенком.
Смотри видео из фильма «Майор Пэйн». Майор Пэйн был в жесткой конфронтации с детьми, не желающими заниматься военной подготовкой, но его требовательность всегда была под знаком заботы: «Это будет нужно вам!», и он смог доказать детям, что он действительно о них заботится. Отчим, приехавший к сыну, пьян и вызывает отвращение, а его требования подчиниться — скорее, желание унизить и ощутить собственное превосходство.
Какие требования к детям работают на повышение авторитета родителей? — Во-первых, дети должны знать, что такое формат общения со старшими, и этот формат соблюдать. Во-вторых, детей нужно приучить выполнять распоряжения родителей. И, в-третьих, в ситуации проверки ребенком родительской устойчивости родителям нужно проявить твердость. См.→
Видео от Яны Счастье: интервью с профессором психологии Н.И. Козловым
Темы беседы: Какой женщиной нужно быть, что успешно выйти замуж? Сколько раз женятся мужчины? Почему нормальных мужчин мало? Чайлдфри. Воспитание детей. Что такое Любовь? Сказка, которой бы лучше не было. Плата за возможность быть рядом с красивой женщиной.
РОДИТЕЛЬСКИЙ АВТОРИТЕТ — зачем он нужен?
Родители как будто забывают, в какое они живут время. Каждый должен понимать, что в семье он не полный бесконтрольный хозяин, а только старший ответственный член коллектива.
А.С. Макаренко
Авторитет – одно из важных условий семейного воспитания. Семья оказывает влияние на формирующуюся личность ребенка не только непосредственным целенаправленным воздействием взрослых ее членов, но и всем образом жизни. Отношения в семейном коллективе требуют взаимопонимания, ответственности, умения организовать отношения на принципах равенства, товарищества, уважения.
Если родители – люди добрые, отзывчивые, заботливые, внимательные, живут широкими общественными интересами, а семейный коллектив сплочен общими трудовыми обязанностями, такая семья положительно влияет на воспитание детей. Но если они ведут праздный образ жизни, не хотят трудиться на производстве, им чужды высокие идеалы, семья замкнута в своем узком мирке или каждый ее член живет своей жизнью, в такой семье царит черствый эгоизм. Воспитание в ней серьезно осложнено.
Стиль внутрисемейных отношений каждая молодая семья вырабатывает непросто. Совместная жизнь молодых супругов, впервые годы, приводит порой к столкновению индивидуальных представлений, сформированных каждым супругом в родительской семье, о цели семьи, распределении семейных обязанностей и т. д. Каждая семья накапливает свой опыт воспитания, вырабатывает взгляд на его цели, конкретное содержание, способы реализации и др. Таким образом, молодая семья фактически создает свою культуру отношений, воспитания, общения.
Большинство родителей понимают значение авторитета в деле воспитания. Но как завоевать авторитет у ребенка, знают далеко не все. Родители должны осознать, что свои отношения можно координировать так, чтобы, проявляя терпение и такт, воспитывать у ребенка уважение к каждому из родителей.
К сожалению, родители не всегда владеют культурой общения и отношений: нередко они критикуют друг друга в присутствии родственников, друзей, детей. По данным социологов, чаще так поступают жены. Они уверены, что ведут себя правильно, стремясь «улучшить» своих мужей. Психологи обнаруживают, что в семейной этике такое положение приводит к противоположному: критика одного супруга другим задевает человеческое достоинство, самолюбие, вызывает обиду, напряженность в отношениях, ведет к эмоциональным срывам, конфликтам. Между супругами накапливаются отрицательные чувства друг к другу, разрушаются эмоциональная близость и контакт, подрывается авторитет. Так возникает отчуждение, которое иногда приводит к распаду семьи.
Авторитет родителей держится на поддержке друг друга, уважении, возвышении личности каждого. В глазах детей авторитет родителей основан на достойном образце поведения.
А.С. Макаренко, анализируя семейное воспитание, вывел несколько видов ложного авторитета родителей, которые встречаются и в современных семьях.
1) Авторитет любви: родители в таких семьях захваливают ребенка, демонстрируют ему свои чувства, оберегают от любых трудностей. Все это с постоянной тревогой за жизнь и здоровье ребенка создает в семье эгоиста, который подрастая, ни с кем не считается, у которого формируется иждивенческая позиция.
2) Авторитет доброты: родители все разрешают ребенку. Они все прощают, исполняют любую прихоть и капризы. Дети командуют родителями, капризничают, упрямятся, требуют недозволенного. В результате семья вырастит баловня, предъявляющего непомерные претензии, требования, мало дающего обществу и семье, не признающего запретов.
Дети этих двух видов воспитания трудно входят в детский коллектив.
3) Авторитет подавления: складывается авторитарный стиль внутрисемейных отношений, исходящий главным образом от отца. При непослушании, сопротивлении отец раздражается и начинает кричать. В такой семье часто наказывают ребенка. Естественно, что вырастает безвольный, замкнутый, забитый ребенок или, наоборот, деспот.
4) Авторитет педантизма: родители стремятся сохранить дистанцию между собой и ребенком, разговаривают с ним подчеркнуто сухо, скучно, по любому поводу читают длинные нотации, назидания. Обычно с ребенком в таких семьях не считаются, его мнения не спрашивают. В такой обстановке ребенок либо подчиняется и выполняет все распоряжения взрослых, либо начинает протестовать, капризничать, упрямиться. В результате вырастает безвольный, безынициативный, несамостоятельный человек с неуживчивым характером.
5) Авторитет чванства: родители чрезмерно кичатся своими достижениями, подчеркивают их окружающим. В подобных семьях гордятся не тем, что «умеют», а тем, что «имеют». В этих семьях царит культ денег и связей, перепутаны истинные и ложные ценности. В обстановке постоянного подчеркивания своих преимуществ, выражении пренебрежения к окружающим, не имеющим того, что является для этих семей главным, взрослые формируют у детей психологию потребителей. Дети в таких семьях вырастают хвастунами, белоручками, расчетливыми дельцами и бездельниками.
6) Авторитет подкупа: послушание детей и хорошее отношение к себе родители, сами того не замечая, «подкупают» у ребенка с помощью подарков, бесконечных обещаний. «Будешь хорошо себя вести, тогда куплю…» – эту фразу мы часто слышим в разговоре матери с ребенком. В такой семье растет ребенок, который никогда не станет делать что-то невыгодное для себя. Он из всего постарается извлечь пользу.
Формирование личности ребенка определяется всем образом жизни семьи. А.С. Макаренко называл его «общим тоном семьи». Он действует на ребенка независимо от отца и матери, а подчас даже вопреки им. Общий тон семьи создается личностью родителей, их гражданским лицом: идейно-политической сознательностью, отношением к общественному труду, а также и к домашнему труду, направленному на удовлетворение потребностей всех членов семейного коллектива. В семье, где отец и мать не делят домашние заботы на «женские» и «мужские», одинаково уважительно и заботливо относятся друг к другу, своим родителям, детям, ребенок видит примеры доброго отношения к людям. С раннего возраста малыш живет в обстановке положительного отношения к окружающим, любви, дружбы, доверия, взаимопонимания.
Памятка для родителей «Авторитет – основа воспитания»
- Требовательное отношение к себе – основа авторитета родителей. У взрослых не должно быть расхождения между словом и делом.
- Основанием авторитета является жизнь и работа родителей, их общественные дела, поведение, отношение к окружающим, ответственность за воспитание детей перед обществом, перед самим собой.
- Важно создавать эмоционально положительную атмосферу в семье, соблюдать педагогический такт в отношениях друг с другом, с детьми.
- Благоприятная атмосфера семейных отношений создается тогда, когда родители с уважением относятся к проблемам своих детей и их друзьям.
- Необходимо по возможности чаще проводить интересные семейные досуги, где ребенку с неожиданной стороны раскрываются взрослые члены семьи: отец и мать предстают веселыми, остроумными, интересными людьми.
- Духовное общение с детьми – одно из условий поддержания авторитета родителей. При этом важно содержательное общение родителей с ребенком: чтение детских книг, разнообразные совместные занятия и игры, приобщение ребенка к полезным увлечениям отца и матери (занятия спортом, рукоделием, художественной самодеятельностью, коллекционированием и др.).
- Детей дошкольного возраста недаром называют «почемучками». Пытаясь постичь окружающую жизнь, они задают массу вопросов. Важно проявлять терпение и такт, отвечая на детские вопросы.
- Доверительные отношения между взрослыми и детьми устанавливаются и в тех случаях, когда родители умеют признаться в своих ошибках.
- С обещаниями родители должны быть особенно осторожными. Невыполнение обещанного необходимо тщательно обосновать. Не следует допускать обещаний, которые невозможно выполнить. Детям дошкольного возраста нельзя говорить неправду. Фальшь в словах отца и матери ребенок тонко чувствует.
Подготовлено психологом ОППП Марченко Ю.Н.
с использованием Интернет- ресурсов
Родительские права: права и обязанности родителей
Под родительскими правами понимаются права и обязанности родителей в отношении своих детей с момента их рождения до 18 лет. власти, родители принимают решения, которые влияют на благополучие их детей.
Что такое родительская власть и что произойдет, если родители разойдутся?
Родительские полномочия: права и обязанности
В соответствии с родительскими правами родители имеют следующие права и обязанности по отношению к своим детям:
- опека
- надзор
- физическая и психологическая защита
- охрана здоровья и безопасность
- образование
- обеспечение продуктами питания
- уход за ними
родитель власть дает родителям право принимать все решения, необходимые для их благополучие детей.Например, родители могут принять следующие решения:
Родители также могут временно передать кому-либо определенные части своих родительских полномочий, такие как опека, надзор или образование. Например, это происходит, когда за детьми присматривает няня.
Кто принимает решения о детях после разрыва родителей?
Пока они живут вместе, родители совместно пользуются своими родительскими правами, независимо от того, состоят они в браке или нет.
Если родители больше не живут вместе и только один из них имеет опеку над детьми, другой родитель по-прежнему сохраняет родительские права.
- Родитель, не имеющий опеки, теряет только право опеки. Родитель, имеющий опеку, решает, где будут жить дети.
- Родитель, у которого нет опеки, по-прежнему имеет все другие права и обязанности родительской власти (например, образование, обеспечение продуктами питания, решения в отношении здравоохранения).
Находиться с детьми означает, что родитель, которому принадлежит опека, осуществляет родительские права каждый день, в то время как другой родитель делает это на расстоянии.Но с родителем, у которого нет опеки, необходимо консультироваться по всем основным решениям, касающимся детей.
Какое главное решение? Вот несколько примеров:
- выбор школы
- медицинское обслуживание, необходимое для состояния здоровья ребенка
- некоторые виды лечения, такие как подтяжки
- долгосрочные занятия и увлечения
Общее правило, родитель, не имеющий опеки над детьми также имеет следующие права:
- см. Табели успеваемости
- сходить на родительские собрания
- получить информацию о медицинской помощи детям
Развод: изменение словарного запасаС 1 марта 2021 года в Законе о разводе больше не используются термины «опекунство» или «доступ».В настоящее время в законе используется термин «время для родителей», чтобы описать отношения разведенного родителя с ребенком в браке. Для получения дополнительной информации см. Нашу статью Развод: что такое «время для родителей» и что делать при переезде. |
Когда родители не соглашаются в решениях о детях
Если родители не согласны с основным решением, касающимся детей, то один из родителей может обратиться в суд, чтобы решение вынесло судью, независимо от того, кто является опекуном.
Вот несколько ситуаций, когда родитель может спросить мнение судьи:
- Родители не согласны с принятым решением брать относительно детей.
- Один из родителей принимает все решения относительно дети, не посоветовавшись с другим родителем.
- Один родитель отказывается дать другому родителю важная информация о детях.
Судья примет решение, исходя из наилучших интересов детей.
Новые партнеры родителей и решения в отношении детей
Новые партнеры родителей, например парни или подруги, не имеют родительский авторитет, даже если они действуют как родитель.
Утрата родительских прав
В редких случаях родитель может полностью или частично потерять родительские права и право принимать решения в отношении детей.
Отобрать родительские права может только судья.
Сохранение родительских прав | Строительные блоки Penfield
Воспитание детей — это, пожалуй, самый сложный опыт, который мы можем предпринять, став взрослыми. Не существует формулы или техники, которые подойдут для каждого ребенка, и мы часто тратим время, пытаясь выяснить, что работает с нашим конкретным ребенком.Хотя каждый ребенок индивидуален и у каждого ребенка разные потребности, желания и желания, каждый ребенок выигрывает от структуры и безопасности. Все дети хотят знать, что окружающие их взрослые, особенно их родители, заботятся о том, чтобы они были в безопасном и заботливом месте. Одна из самых важных вещей, которые мы можем сделать, чтобы обеспечить нашим детям это структурированное, безопасное и стабильное место, — это поддержать родительский авторитет.
Детям важно знать, кто отвечает за семью.Но как насчет родителя, который столкнулся с трудностями в поддержании власти? А что насчет родителя, который позволил своим детям жить с кем-то еще? Или как насчет родителя, который изо всех сил пытался сохранить контроль в семье? Как родитель, важно восстановить и сохранить доверие и уважение к главе семьи.
Примите свою роль родителя
Роль родителя заключается не только в том, чтобы устанавливать правила и выносить наказания. Роль родителей заключается в обеспечении структурированного, безопасного и стабильного места для роста детей.Примите необходимые меры, чтобы убедиться, что у вас есть четкое представление о ваших семейных ценностях, а затем установите семейные правила, которые помогут поддержать эти семейные ценности. Сядьте со своими детьми и поговорите о правилах для семьи. Если вы боретесь с этим, вы можете получить совет разными способами. В Интернете есть множество сайтов с советами и идеями по воспитанию детей, и в большинстве сообществ есть центры ресурсов для родителей. Вы можете пойти на занятия по воспитанию детей, где вы сможете узнать о различных способах работы со своими детьми и почерпнуть идеи для определения своих семейных ценностей.
Будьте последовательны
Если у вас есть четкое представление о ваших семейных ценностях и у вас есть семейные правила, придерживайтесь их. Даже если вы плохо себя чувствуете или ваш ребенок плохо провел день в школе, придерживайтесь своих семейных ценностей и следуйте правилам. Четко сформулируйте свои ожидания и установите ограничения. Говори, что думаешь, и думай, что говоришь. Дети добиваются большего успеха, когда им дают четкий набор правил, по которым они могут жить своей повседневной жизнью.Твердость не означает, что вы не можете прислушиваться к их отзывам. Дети умны, а взрослые не всегда правы. Иногда дети могут придумывать решения разногласий, которые могут сделать всех счастливыми. Просто убедитесь, что вы выполняете свои решения и то, что обещаете делать.
Будьте готовы к испытаниям
Наконец, восстанавливая родительские права, будьте готовы к нескольким ухабам на дороге. Дети любого возраста будут проверять вас и проверять ваш авторитет.Знайте, что это нормально, и это случается в каждой семье в тот или иной момент. Вот несколько советов, которые следует помнить, когда вы чувствуете, что испытываете трудности:
- Сохраняйте спокойствие, собранность и все под контролем. Все наладится.
- Когда последствия к действиям установлены, стойте твердо.
- Дайте ребенку возможность следовать вашим правилам.
- Используйте дисциплину, соответствующую проступку.
- Знайте, что делать дальше, если ваши дети не следуют вашим указаниям.
Всегда помните, вашим детям нужен структурированный, безопасный и стабильный дом. Вы поступаете правильно, забирая себе родительский авторитет.
Какие тактики вы использовали для сохранения родительской власти?
Валери Вудс, мать троих детей, учится в аспирантуре Университета Маунт Мэри, изучает Консультации по вопросам сообщества. Вудс ведет уроки в рамках программы «Психическое здоровье Америки», включая «Управление гневом», «Воспитание родителей» и «Расширение прав и возможностей женщин».Узнайте больше о психическом здоровье в Америке, посетив сайт www.mhawisconsin.org.
Родительские права, опека и право доступа Archieven
Родительские права относятся к ответственности за уход и воспитание несовершеннолетних детей: каждый имеет право и обязан воспитывать своих детей и заботиться о них. Таким образом, это отличается от права доступа или разделения (повседневной) заботы и воспитания. Например, два разведенных родителя могут иметь родительские права, но дети не могут находиться с обоими ровно половину времени.Хотя ежедневные задачи по уходу могут быть разделены неравномерно, это не влияет на авторитет — или, по крайней мере, не должно.
Родители, обладающие полномочиями решать все важные для ребенка вопросы, такие как выбор школы и основные медицинские процедуры. Кроме того, родители, обладающие полномочиями, несут ответственность за любой ущерб или долги, понесенные несовершеннолетним (в зависимости от его возраста). На практике это означает, что один из них является законным представителем ребенка и управляет его имуществом.
Дети всегда должны находиться под властью.Родители ребенка могут иметь совместную власть, или власть может принадлежать одному из родителей или даже ни одному из родителей. Родительские права прекращаются автоматически, когда ребенок достигает совершеннолетия, то есть ему исполняется восемнадцать лет.
Опека — это власть над ребенком, находящимся под опекой. Опекун не является родителем ребенка, но может быть родственником или молодежным учреждением. Когда опекун и их партнер имеют совместную власть над ребенком, это называется совместной опекой, например в случае приемных родителей.
Когда ребенок рождается во время или до брака, оба родителя имеют власть, и они сохраняют ее после развода. Когда дети рождаются вне брака, это не применяется. Мать, рожающая ребенка, получает полномочия в соответствии с положениями закона, а другой партнер может получить полномочия по запросу обоих партнеров путем (признания и / или) записи в реестре полномочий. Это не требует судебного разбирательства.
План воспитания детей
Все вопросы, касающиеся детей, изложены в плане воспитания детей.План воспитания является обязательным при подаче заявления о разводе или прекращении зарегистрированного партнерства через суд. Сожительствующие родители, которые разводятся, не обязаны заключать соглашения о детях в плане воспитания.
Споры между родителями разрешаются судом. Это может включать определение основного места жительства ребенка, изменение разделения заботы и воспитания или планы по перемещению внутри страны или за границу. Если сожительствующие родители, которые оба обладают родительскими правами, хотят запросить решение по аналогичным вопросам в суде, план воспитания также является обязательным.
Если невозможно представить план воспитания детей, то есть в случае острых конфликтов между родителями, адвокат может обосновать ходатайство о временном приостановлении выполнения этого требования или о решении суда, ограниченном только конкретными вопросами.
По запросу другого родителя суд может попросить изменить совместные родительские права на единоличные для запрашивающего родителя. Это происходит в случае острых конфликтов, которые вряд ли разрешатся в ближайшем будущем, и которые сказываются на ребенке.Такие запросы могут быть успешными только в случае серьезных проблем.
Право доступа и разделение ухода и воспитания
Право доступа — это взаимное право человека (родителя, бабушки и дедушки, отчима, третьего лица) и несовершеннолетнего поддерживать контакт. Для родителей, обладающих родительской властью, это также включает право и обязанность заботиться о ребенке и воспитывать его (разделение опеки и воспитания).
Когда родители, имеющие общие полномочия, расходятся после брака или совместного проживания, они должны определить, как они хотят разделить заботу и воспитание в плане воспитания, как упомянуто выше.
Согласно статье 8 Европейской конвенции о правах человека (ЕКПЧ), любой, кто поддерживает или поддерживает «семейную жизнь» (или «частную жизнь») с ребенком, имеет право доступа к ребенку. Это означает, что каждый, кто имел более или менее интенсивный контакт с ребенком, имеет право продолжить этот контакт. Для оценки может использоваться Международная конвенция о правах ребенка (CRC). Суд может принять иное решение, если продолжение контактов не в интересах ребенка, например, если доказано, что родитель не несет ответственности в отношениях с ребенком.
Выше уже говорилось, что полномочия — это не то же самое, что право доступа; уход и воспитание ребенка не могут распределяться равномерно, даже если родители имеют совместные полномочия. Доступ или ежедневный уход — это не то же самое, что совместное или равное воспитание. Родитель может иметь право доступа даже без совместного разрешения, а родители, обладающие совместными полномочиями, не обязательно имеют доступ к ребенку. В целом, однако, родитель, обладающий властью или поддерживающий «семейную жизнь» с ребенком, всегда будет иметь (право) доступ к ребенку.В 2013 году Верховный суд Нидерландов разработал для судей различные «инструменты» для облегчения (будущего) доступа, и эти инструменты следует применять в своих постановлениях. Соображения Верховного суда были следующими:
«(…) Если судья сочтет недостаточными основания, данные родителем, обладающим полномочиями, для отказа от сотрудничества с планом доступа или планом доступа, судья должен принять все соответствующие меры, чтобы мотивировать родителя, обладающего полномочиями, начать сотрудничество. Это обязательство со стороны национальных властей и, следовательно, со стороны судей, основано на ст.8, из которого следует, что эти органы власти должны приложить все усилия для облегчения реализации семейной жизни между родителями и их детьми (см. Также ЕСПЧ, 17 апреля 2012 г., дело 805/09). Суд может направить стороны к медиации с их согласия. Без согласия сторон суд может назначить оценку третьей стороной, такой как Совет по защите детей, или экспертное заключение с применением медиации (также известной как судебная медиация). Другой вариант — отложить решение и ввести временную схему контактов.В этом случае будет проведено слушание о ходе работы, на котором обе стороны смогут выразить свое мнение о выполнении схемы и вопросах, связанных с доступом. Вероятность более активного участия судьи увеличивается, поскольку родитель, обладающий полномочиями, предоставляет недостаточные основания для мотивации их отказа от сотрудничества (…) »[1].
[1] Верховный суд Нидерландов, 17 января 2014 г., ECLI: NL: HR: 2014: 91
3 Характеристики здорового родительского авторитета — Ширли Солис
Недавно я разговаривал с мамой, цель которой — быть здоровым авторитетом.Мы начали изучать понятие авторитета и его значение для нее как для родителей. Во время нашей коучинг-сессии я понял, что, хотя авторитет — это обычное слово в нашем обществе, для большинства его определение не очень ясное.
Существует так много типов авторитета, и по этой причине у всех может возникнуть путаница, если будет правильное определение авторитета.
Подумайте об этом…
Если мы говорим о государственной власти, это может выглядеть в одну сторону. Тогда как у полиции могло бы получиться иначе.И ни в одном из этих примеров определение авторитета не будет полностью подходящим для воспитания детей, потому что стратегии в каждом из этих примеров просто не будут работать в построении прочных отношений с нашими детьми. В идеальном мире все эти авторитетные деятели должны жить по одним и тем же принципам, но потребности и ценности нашего общества не допускают этого. В результате у нас есть все вышеперечисленное в качестве примеров, а также воспоминания наших авторитетных родителей, которые, возможно, проделали или не проделали хорошую работу по предоставлению четкого определения здорового родительского авторитета.
Следовательно, — это наша обязанность и ответственность — продолжить изучение этой темы, , не предполагая, что мы знаем, что это такое, или предполагая, что мы делаем хорошую работу.
Есть 3 важные характеристики, которые каждый родитель должен учитывать в отношении своего авторитета:
- Здоровый родительский авторитет — это привилегия. Наша власть дана нам Богом, и ее не следует воспринимать как должное или злоупотреблять ею, создавая отношения типа «мой путь или дорога».Если мы осознаем, как часто родители и власти в целом злоупотребляют этой властью, И РЕЗУЛЬТАТЫ И ПОСЛЕДСТВИЯ, которые это вызвало у детей и в нашем обществе, вы будете более осторожны при использовании этой привилегии. Поймите, если у вас есть такая власть, это не значит, что ваши дети будут автоматически уважать вас. Вы должны заслужить от них право хотеть слушать вас из любви, а не только потому, что вы занимаетесь властью над их жизнью. Когда у ребенка есть здоровый родительский авторитет, ребенок охотно слушает и принимает отношения, которые у него / нее есть с родителем или авторитетным лицом.Мы не можем обмануть детей. Если мы злоупотребляем своей властью или минимизируем нашу ответственность, они либо скажут нам, либо будут действовать.
- Здоровый родительский авторитет означает безоговорочную любовь к своим детям. Одна из наших основных ролей как авторитетных лиц — создать безопасное пространство для наших детей, чтобы они могли быть самими собой, чтобы они знали, что их принимают. Родители часто контролируют ситуацию или манипулируют ею, часто из страха. Когда присутствует страх, это явный признак того, что мы любим своих детей условно и ограничивающие убеждения в наших отношениях.Было бы легко думать, что мы контролируем наших детей, чтобы получать хорошие оценки, потому что мы их любим, но в любви есть свобода, и величайшая любовь — дать другому человеку возможность управлять собой соответствующим образом. Прекрасный пример этого — Бог. Бог — идеальный авторитет в моей жизни, хотя так было не всегда. Изначально я видел в Боге авторитетную фигуру, которая будет наказывать меня за все мои плохие поступки и каждый раз следить за тем, чтобы я за них платил. Сегодня я моделирую свой родительский авторитет после моего нового опыта общения с Богом.Он очень открыт со мной и любит меня безоговорочно. Чтобы уравновесить свободу, которую Он предлагает, Бог устанавливает здоровые границы и естественные последствия для нас, чтобы мы могли процветать, без какого-либо контроля… и при всем этом Он не боится нашего поведения. Его главная роль — любить нас безоговорочно.
- Здоровый родительский авторитет ведет семью с сильным видением. Пожалуйста, считайте генерального директора растущей компании хорошим примером здорового родительского авторитета. Даже несмотря на то, что он / она находится на «вершине» компании, он / она не помешаны на контроле, пытаясь управлять всеми сотрудниками на микроуровне.В противном случае он / она не смог бы выполнять свою работу. Скорее, главная роль этого генерального директора состоит в том, чтобы быть провидцем, лидером, тем, кто наделит полномочиями тех, за кем они следят. Как родитель, вы должны быть такими дальновидными. Поощряйте своих детей и дайте им представление о том, что вы видите для своей семьи. Позвольте своим детям расти и развиваться как лидеры, всегда тренируя их, обучая и наставляя их для получения нового опыта.
Вот видео, в котором я больше делюсь своими мыслями о том, что такое здоровый родительский авторитет:
Ссылка на Youtube: Healthy Parental Authority
Вопрос: Кто являются авторитетными фигурами в вашей жизни и как вы относитесь к власти? Как вы думаете, какие еще черты присущи здоровому родительскому авторитету?
советов по родительскому контролю и полномочиям
×
Неуважение… неповиновение … ответ … отсутствие мотивации …
Расстроены и измучены поведением вашего ребенка?
Получите БЕСПЛАТНЫЙ личный план воспитания детей сегодня.
Начать опрос Нет, спасибо
У вашего ребенка вспышек гнева , таких как истерики, бить, бить стены и бросать вещи?
Назад Следующий
Хотите узнать, как использовать последствия более эффективно?
Назад Следующий
Backtalk… жалобы … аргументы … отношение … просто игнорирование вас
Вы боретесь с неуважением или словесными оскорблениями со стороны вашего ребенка?
Назад Следующий
Вашему ребенку был поставлен диагноз оппозиционно-вызывающее расстройство (ODD)?
Или ваш ребенок демонстрирует последовательную и суровую модель гнев, раздражительность, споры, неповиновение и мстительность по отношению к вам или другие авторитетные фигуры?
Назад Следующий
Запугивание… агрессия … физическое насилие и насилие …
Вы обеспокоены тем, что ваш ребенок может причинить физический вред вам или другим людям?
Назад Следующий
Вы должны выбрать хотя бы одну категорию для создания личного плана воспитания детей:
Назад Следующий
Составление личного плана воспитания детей
границ | Стили воспитания и отношения между родителями и подростками: посредническая роль поведенческой автономии и родительского авторитета
Введение
Различия в стилях воспитания и качествах взаимоотношений между родителями и детьми — давние темы исследований в области психологии развития и семейной психологии.Предыдущие исследования показали, что стили воспитания являются критическими факторами семейного контекста, которые тесно связаны с отношениями между родителями и подростками (Shek, 2002). Несмотря на большое количество исследований связи между стилями воспитания и отношениями между родителями и подростками, существующие исследования в основном сосредоточены на прямом влиянии стилей воспитания на отношения между родителями и подростками, в то время как основные механизмы, посредством которых стили воспитания связаны с отношениями родитель-подросток. отношения редко исследуются.В настоящем исследовании изучались возможные опосредствующие эффекты ожиданий подростков в отношении поведенческой автономии и убеждений в законности родительской власти, на связь между различиями в стилях воспитания и вариабельностью конфликтов и сплоченности в отношениях на выборке молодежи из материкового Китая. Мы также проверили, различались ли прямые и опосредованные эффекты для девочек и мальчиков.
Стиль воспитания и отношения между родителями и подростками
Стиль воспитания определяется как совокупность отношения и поведения родителей к детям и эмоционального климата, в котором проявляется поведение родителей (Дарлинг и Стейнберг, 1993).В области воспитания огромное влияние оказали типологический подход Маккоби и Мартина (1983) и Баумринда (1991) к концептуализации воспитания. Они классифицировали воспитание детей на четыре типа в зависимости от отзывчивости и требовательности (Maccoby, Martin, 1983; Baumrind, 1991). Авторитарный стиль воспитания отличается отзывчивостью и требовательностью. Авторитетные родители обеспечивают не только поддержку и тепло, но также четко определенные правила и последовательную дисциплину (Baumrind, 1991).Авторитарный стиль воспитания характеризуется низкой отзывчивостью, но высокой требовательностью. Родители этого стиля склонны произвольно использовать враждебный контроль или суровое наказание, чтобы добиться согласия, но они редко дают объяснения или позволяют словесные компромиссы. Снисходительный стиль воспитания характеризуется низкой требовательностью, но высокой отзывчивостью. Снисходительные родители отзывчивы к своим детям и удовлетворяют их потребности, но им не удается установить надлежащую дисциплину, контролировать поведение или требовать зрелого поведения.Наконец, небрежный стиль воспитания характеризуется низкой отзывчивостью и требовательностью. Небрежные родители ориентированы на родителей и редко занимаются воспитанием детей. Они не заботятся о своих детях и не устанавливают правил.
Подростковый возраст — критический период развития, который требует от родителей и молодежи пересмотра своих отношений (Laursen and Collins, 2009). Существующие исследования показали, что различия в стилях воспитания связаны с различиями в особенностях взаимоотношений родителей и подростков.В целом, большинство исследований с западными выборками неизменно показывают, что авторитетный стиль воспитания связан с более высоким уровнем сплоченности родителей и подростков (Nelson et al., 2011) и более низким уровнем частоты конфликтов (Smetana, 1995), интенсивностью конфликта (Smetana, 1995 ) и тотальный конфликт (McKinney, Renk, 2011). Напротив, авторитарный стиль воспитания связан с более низкой сплоченностью (McKinney and Renk, 2011) и более высокой частотой конфликтов (Smetana, 1995; Sorkhabi and Middaugh, 2014), интенсивностью (Smetana, 1995) и полным конфликтом (McKinney and Renk, 2011).Например, на выборке американских подростков Сметана (1995) обнаружил, что более частые и интенсивные конфликты были предсказаны более авторитарным воспитанием и менее авторитарным воспитанием. Аналогичным образом Соркхаби и Миддо (2014) проанализировали данные американских подростков азиатского, латиноамериканского, арабского, европейского или другого этнического происхождения. Они обнаружили, что подростки авторитарных родителей сообщали о меньших конфликтах, чем подростки с авторитарными родителями.
Большинство предыдущих исследований связи между стилями воспитания и конфликтом и сплоченностью родителей и подростков было сосредоточено на одном или другом (e.г., Сметана, 1995; Нельсон и др., 2011; Соркхаби и Миддо, 2014). Однако конфликт не является противоположностью сплоченности, и рост одного из них со временем не обязательно связан с ослаблением другого (Zhang et al., 2006). Чтобы всесторонне понять связь между стилями воспитания и этими двумя аспектами взаимоотношений родителей и подростков, необходимо изучить оба этих аспекта. Кроме того, в большинстве предыдущих исследований редко выделяли частоту и интенсивность конфликтов или не изучали их одновременно. Частота конфликта относится к тому, как часто происходит конфликт, тогда как интенсивность конфликта относится к величине эмоционального возбуждения, которое происходит во время конфликта.Предыдущие исследования этих двух аспектов конфликта дали неоднозначные результаты. Например, Сметана (1995) обнаружил, что связи стилей воспитания с частотой и интенсивностью конфликтов очень похожи. Напротив, Assadi et al. (2011) сообщили, что частота была ниже для авторитарных родителей и выше для авторитарных родителей, но только авторитетное воспитание было связано с интенсивностью. Таким образом, необходимо изучить интенсивность и частоту конфликтов.
Еще один серьезный пробел в литературе заключается в том, что в некоторых предшествующих исследованиях рассматривались все четыре стиля воспитания.Нам известно только одно американское исследование (подростков, злоупотребляющих психоактивными веществами), в котором изучались конфликты, сплоченность и все четыре стиля воспитания (Smith and Hall, 2008). На самом деле, также важно изучить взаимосвязь между снисходительным и небрежным стилем воспитания и конфликтами и сплоченностью между родителями и подростками. В частности, небрежный стиль воспитания, который характеризуется как отстранение от процесса воспитания детей, может быть разрушительным для отношений между родителями и подростками. Таким образом, в свете пробелов в литературе, указанных выше, нашей первой основной целью было изучить связи между всеми четырьмя стилями воспитания и конфликтом между родителями и подростками (частотой и интенсивностью) и сплоченностью.Основываясь на предварительных данных, мы предположили, что конфликт (частота и интенсивность) будет самым высоким, а сплоченность — самой низкой для молодежи с авторитарными родителями, а конфликт — самым низким, а сплоченность — самым высоким для подростков с авторитарными родителями.
Автономия подростков и представления о родительской власти
Несмотря на многочисленные предыдущие исследования связи между стилем воспитания и особенностями взаимоотношений между родителями и подростками, на удивление немногие исследовали механизмы, которые могли бы объяснить эту связь.Мы также устранили этот пробел в текущем исследовании. Согласно интегративной модели Дарлинга и Стейнберга (1993), стили воспитания влияют на результаты подростков, изменяя степень, в которой подростки принимают попытки своих родителей социализировать их. Когда родители используют определенные стили для воспитания детей, подростки становятся не просто пассивными социальными существами, но и играют активную роль в формировании отношений между родителями и подростками и в интерпретации родительского поведения таким образом, чтобы это влияло на их собственные результаты.Особенно важным для этого психологического процесса является отношение подростков к поведенческой автономии и законности родительского авторитета (Darling et al., 2007).
Ожидания подростков относительно поведенческой автономии
Автономия, в отличие от принудительного поведения, отражает действия, которые возникают в результате действия самого себя, а не других (Chen et al., 2013). Вариации стиля воспитания связаны с индивидуальными различиями в убеждениях подростков о независимости. Было показано, что авторитетное воспитание является наиболее полезным для молодежи в плане содействия здоровому нормативному развитию автономии (Baumrind, 1991).Напротив, авторитарные родители обеспечивали слишком много строгости и надзора за своими детьми, в то время как снисходительные и пренебрежительные родители обеспечивали недостаточный контроль и руководство. Подростки с неавторитетными родителями с большей вероятностью будут стремиться к большей поведенческой автономии, которая не удовлетворяется надлежащим образом (Bush and Peterson, 2013). Однако важно отметить, что не все исследования находят, что авторитетное родительство является оптимальным для автономии молодежи — различия в выводах могут быть связаны с характеристиками выборки или используемыми критериями (например,г., Дарлинг и др., 2005; Чан и Чан, 2009).
Развитие автономии подростков, в свою очередь, может влиять на особенности взаимоотношений родителей и подростков. Родители и подростки ожидают увеличения автономии с возрастом, но подростки обычно требуют автономии раньше, чем их родители готовы ее предоставить (Jensen and Dost-Gözkan, 2015; Pérez et al., 2016). Стремление подростков к большей автономии, чем их родители хотят предоставить им, побуждает молодежь больше контролировать свои собственные дела и более критически относиться к контролируемому поведению своих родителей — модель, которая вызывает конфликт и снижает сплоченность (Fuligni, 1998; Zhang и Fuligni, 2006).
Убеждения подростков о родительской власти
В дополнение к изменениям в развитии автономии, подростковый возраст также является периодом изменения отношения молодежи к родительской власти — в частности, степени, в которой родительский контроль рассматривается как надлежащее расширение их роли (Darling et al., 2008). ). По сравнению с другими стилями воспитания, у авторитетных родителей есть дети и подростки, которые с большей вероятностью одобряют законность родительского авторитета (Smetana, 1995; Darling et al., 2005; Trinkner et al., 2012). Напротив, авторитарные родители склонны определять проблемы как слишком жестко подпадающие под родительскую юрисдикцию, а снисходительные и пренебрежительные родители определяют их слишком снисходительно (Smetana, 1995; Baumrind, 2005). В таких случаях подростки и родители могут быть лишены возможности обсуждать и согласовывать соответствующие границы, что, в свою очередь, может заставить молодежь сомневаться и сомневаться в законности родительского авторитета.
Отношение к легитимности власти также связано с особенностями взаимоотношений родителей и подростков.Подтверждение подростками родительского авторитета связано с большей сплоченностью и меньшим количеством конфликтов с родителями (Zhang et al., 2006; Jensen and Dost-Gözkan, 2015) — в одном исследовании эта закономерность обнаружена в Мексике, Китае, Филиппинах и странах Европы. семьи (Fuligni, 1998).
В целом, существуют четко установленные связи между стилем воспитания, убеждениями подростков (в частности, об автономии и родительском авторитете) и качествами взаимоотношений между родителями и подростками. Однако эти различные конструкции не были изучены все вместе в одном исследовании.Кроме того, хотя в предыдущих исследованиях изучались связи между стилями воспитания и отношениями между родителями и подростками, не было исследований, которые бы проверяли, опосредуют ли эти ассоциации ожидания подростков в отношении поведенческой автономии и поддержки родительского авторитета. Таким образом, наша вторая цель состояла в том, чтобы проверить гипотезу о том, что ожидания поведенческой автономии и вера в законность родительской власти будут опосредовать связь между стилями воспитания и конфликтом и сплоченностью между родителями и подростками.
Роль подросткового пола
Третья и последняя цель настоящего исследования заключалась в изучении потенциальных гендерных различий в отношениях между стилями воспитания, конфликтом и сплоченностью родителей и подростков, ожиданиями подростков в отношении поведенческой автономии и одобрения родительского авторитета. Есть основания ожидать, что различия будут обнаружены, хотя результаты могут отличаться в зависимости от стилей воспитания и рассматриваемых особенностей родительско-подростковых отношений. Например, Шек (2002) сообщил о связи между родительским негативом и более серьезным конфликтом между родителями и подростками, только для девочек.Эти различия могут отражать различные цели социализации для мальчиков и девочек, при этом девочки ориентированы больше на семейные отношения и подчинение, а мальчики ориентированы на автономию и самостоятельность (Shek, 2002; Zhang et al., 2006). Основываясь на предыдущем исследовании, мы ожидали найти более сильную связь между стилем воспитания и особенностями отношений между родителями и подростками у девочек по сравнению с мальчиками. Однако, учитывая отсутствие предшествующих исследований убеждений об автономии и родительской власти как посредниках, у нас не было гипотез относительно пола как модератора этих опосредующих эффектов.
Китайский культурный контекст
В заключение, еще одним обоснованием для текущего исследования было рассмотрение нехватки исследований семей материкового Китая, опубликованных в международной литературе. Существующие данные почти полностью основаны на исследованиях семей из западных промышленно развитых стран, хотя в материковом Китае проживает самое большое количество детей и подростков в мире — в 2016 году 13% или почти каждый восьмой из 0–14-летнего населения земного шара. летние (Всемирный банк, 2017).Нам известно только об одном актуальном опубликованном исследовании стилей воспитания и отношений между родителями и подростками, которое показало, что авторитетные матери демонстрируют самый высокий уровень, а авторитарные матери — самый низкий уровень сплоченности матери и подростка (Zhang et al., 2017). Добавление к литературной базе данных из незападных стран, таких как Китай, способствует расширению и углублению знаний о процессах взаимоотношений родителей и подростков.
Изучение семей материкового Китая также дает уникальную возможность изучить семейные процессы, потому что его культура сильно отличается от западных контекстов.Особо выделяются две особенности. Во-первых, Китай был уникальным в мире своей «политикой одного ребенка», проводившейся правительством с 1979 по 2016 год. Это привело к значительным изменениям в семье, которые часто называют семейной структурой «4-2-1» (четыре бабушка и дедушка, двое родителей и один ребенок). В этом контексте отношения между стилями воспитания и конфликтами и сплоченностью родителей и подростков в Китае могут отличаться от таковых в западных культурах. Во-вторых, китайская культура уходит корнями в конфуцианство, которое подчеркивает коллективистские ценности, такие как соответствие социальным нормам, подчинение власти, установление прочных отношений с другими и избегание конфронтации (Peterson et al., 2005). В этой строгой иерархической структуре запросы отдельных лиц на автономию и любое поведение, потенциально угрожающее групповой гармонии, не приветствуются, в то время как большое уважение к родительскому авторитету высоко ценится (Fuligni, 1998). Более того, некоторые исследования показали, что убеждения подростков в автономии и авторитете по-разному зависят от особенностей семейных отношений в зависимости от культурного контекста. Например, в одном исследовании сообщалось, что интенсивность конфликта с матерями была выше для подростков с меньшим уважением к родительской власти в семьях афроамериканцев и латиноамериканцев, но не американцев европейского происхождения (Dixon et al., 2008). Таким образом, существует потребность в расширении разнообразия выборок в этой литературе, чтобы лучше понять, какие аспекты соответствующих семейных процессов действуют сходно или по-разному в различных культурных контекстах.
В целом, настоящее исследование направлено на три цели в выборке семей из материкового Китая: (1) изучить связи между четырьмя стилями воспитания и конфликтом в отношениях между родителями и подростками (частота и интенсивность) и сплоченностью, включая проверку гипотезы о том, что конфликт будет быть наивысшим, а сплоченность низшей для авторитарных родителей, наименьшей конфликтностью и высшей сплоченностью для авторитарных родителей; (2) проверить гипотезу о том, что связи между стилем воспитания и особенностями отношений между родителями и подростками будут статистически опосредованы ожиданиями подростков и их убеждениями относительно родительского авторитета; и (3) проверить гипотезу о том, что связь между стилем воспитания и особенностями взаимоотношений (рассмотренная в Цели 1) будет сильнее для девочек, чем для мальчиков, а также изучить гендерные различия в опосредующих эффектах (гипотеза в Цели 2).
Материалы и методы
Участники и процедура
Всего 633 студента (48,5% женщин, что соответствует доле в китайском населении) в 7-м ( M возраст = 13,50 ± 0,62 года), 9-м ( M возраст = 15,45 ± 0,67 года) и 11-й ( M возраст = 17,30 ± 0,75 года) классы четырех школ в Цзинане, столице провинции Шаньдун на Ближнем Востоке Китая, заполнили анкеты самооценки.Из-за реализации политики одного ребенка в материковом Китае 90 процентов из них были только детьми.
Опросы проводились в классе посредством группового администрирования; студентов попросили не общаться друг с другом при заполнении анкеты. Члены исследовательского персонала проводили опросы в классе, рассказывая о цели этого исследования и добровольном характере участия, читая инструкции и отвечая на любые вопросы, возникшие в период сбора данных.Все участники дали письменное информированное согласие. Кроме того, все родители участников были уведомлены об исследовании и получили возможность отозвать своих детей от участия в исследовании. Все родители дали письменное информированное согласие на участие своих детей в этом исследовании. Институциональный наблюдательный совет Шаньдунского педагогического университета одобрил эти процедуры исследования.
Меры
Стили воспитания
Стили воспитания оценивались с использованием китайской версии Steinberg et al.Анкета по стилям воспитания (1994) (Long et al., 2012). Две подшкалы включают меру воспитания: принятие / участие и строгость / надзор. Подшкала принятия / участия (α = 0,84) представляла собой среднее значение из 15 пунктов, которые использовались для оценки отзывчивого, любящего и вовлеченного воспитания (например, «Я могу рассчитывать на своих родителей, которые помогут мне, если у меня возникнут какие-то проблемы». ). Подшкала строгости / надзора (α = 0,78) представляла собой среднее значение из 12 пунктов, которые использовались для оценки мониторинга и надзора (например,g., «Как сильно ваши родители пытаются узнать, где вы выходите ночью»). Подростки должны были указать силу поддержки с использованием 5-балльной шкалы в диапазоне от 1 ( полностью не согласен, ) до 5 ( полностью согласен, ) по каждому пункту. Подтверждающий факторный анализ показал, что измерение стилей воспитания (а также подтверждение родительского авторитета, ожиданий в отношении поведенческой автономии и конфликта и сплоченности между родителями и подростками) имело приемлемую конструктивную валидность и сильную измерительную инвариантность в зависимости от пола (см. Дополнительные материалы в Интернете и дополнительную таблицу S1. ).
Подтверждение родительских прав
Убеждения подростков о законности родительской власти были оценены с использованием китайской версии анкеты Сметаны (1988) (Zhang and Fuligni, 2006). Студентам был представлен список из 13 тем в виде отдельных пунктов, таких как комендантский час, выбор одежды и выбор друзей, и их спросили, могут ли отец или мать сформулировать правило по каждой теме. Ответы на каждую тему / вопрос были закодированы по 4-балльной шкале от 1 ( Это не нормально, ) до 4 ( Это совершенно нормально, ).Они были усреднены отдельно для матери (α = 0,84) и отца (α = 0,86).
Ожидания поведенческой автономии
Ожидание подростками поведенческой автономии было измерено на основе анкеты Fuligni (1998). Студентам был предложен список из 12 моделей поведения (например, «смотрите телевизор столько, сколько хотите»). Затем подростки указали степень ожидания по каждому пункту, используя 4-балльную шкалу в диапазоне от 1 ( ожидают сильно, ) и 4 (, совсем не ожидают, ) (α = 0.86). Чтобы достичь согласованности по всем инструментам, чтобы высокий балл отражал высокий уровень измеряемой переменной, эти записи были перевернуты, так что 1 был перекодирован как 4, 2 как 3, 3 как 2 и 4 как 1.
Конфликт родителей и подростков
Восприятие подростками частоты и интенсивности конфликтов со своими матерями и отцами было измерено с помощью китайской версии Контрольного списка проблем (Prinz et al., 1979; Zhang and Fuligni, 2006). Студенты указали, были ли 16 конкретных тем (e.g., работа по дому, ругательства) обсуждались или нет с их родителями в течение последних 2 недель (по бинарной шкале: да или нет ). Затем для каждой одобренной темы обсуждения подростки сообщали об интенсивности конфликта при обсуждении каждой темы, используя 5-балльную шкалу, которая варьировалась от 1 ( очень спокойный ) до 5 ( очень сердитый ). Чтобы соответствовать предыдущим исследованиям (например, Fuligni, 1998), частота конфликтов вычислялась путем суммирования количества дискуссий, оцененных как содержащие гнев (2 или больше по 5-балльной шкале).Интенсивность конфликта определялась путем усреднения оценок подростков по тем вопросам, которые обсуждались (мать: α = 0,72, отец: α = 0,73).
Сплоченность родителей и подростков
Подростки заполнили подшкалу сплоченности китайской версии шкалы оценки семейной адаптации и сплоченности (FACES) II отдельно для каждого родителя (Olson et al., 1979; Zhang and Fuligni, 2006). Эта шкала включала 10 пунктов (например, «Мы с мамой [отцом] очень близки»).Восприятие учащимися сплоченности с родителями оценивалось по 5-балльной шкале от 1 ( почти никогда ) до 5 ( почти всегда ) отдельно для матери (α = 0,82) и отца (α = 0,79).
Управляемые переменные
Оценка и социально-экономический статус (SES) контролировались в этом исследовании. Оценка SES была рассчитана путем усреднения стандартизированного образования и профессии обоих родителей. Образование родителей кодировалось следующим образом: 1 = уровень начальной школы или ниже, 2 = неполная средняя школа, 3 = средняя школа, 4 = колледж или выше.Занятие кодировалось как 1 = крестьянин или безработный, 2 = рабочий, 3 = профессиональный или полупрофессиональный. Что касается уровня образования родителей, то примерно 0,8% матерей и 0,3% отцов имели законченное начальное образование или меньше, а 38,5% матерей и 57,1% отцов имели высшее или высшее образование. Остальные имели среднее образование (7,6% матерей и 5,5% отцов) или старшее среднее образование (48,2% матерей и 31,5% отцов). Профессиональный статус матери и отца соответственно был следующим: 6.2 и 2,7% были крестьянами или безработными, 28,4 и 23,4% имели рабочие должности, а 64,9 и 73,6% имели профессиональную или полупрофессиональную деятельность.
Результаты
Описательная статистика
Мы использовали однофакторный тест Хармана, чтобы проверить систематическую ошибку обычного метода. Результаты показали, что возникло 30 факторов с собственными значениями больше 1,0, а на первый фактор приходилось только 16,53% общей дисперсии. Поскольку появилось более одного фактора, и первый фактор не учитывал большую часть дисперсии (Podsakoff and Organ, 1986), систематическая ошибка метода не вызывала серьезного беспокойства в настоящем исследовании.
Кластерный анализ с методом K-средних был использован для определения четырех стилей воспитания. Вместо определения стилей воспитания a priori , основанных на субъективных пороговых значениях (Steinberg et al., 1994), в кластерном анализе семьи группируются в соответствии с их оценками по различным характеристикам воспитания (Henry et al., 2005). Чтобы проверить кластерное решение, мы повторно проанализировали данные с помощью другого кластерного метода — иерархического кластерного анализа (Henry et al., 2005; Hoeve et al., 2007). Мы повторили иерархический кластерный анализ десять раз, применяя стандартизированный метод евклидова расстояния в качестве меры расстояния и используя алгоритм Уорда. Процедура перекрестной проверки (Mandara, 2003) приводит к умеренным соглашениям ( k = 0,71, диапазон: 0,67–0,75).
Чтобы обозначить четыре группы, мы исследовали стили воспитания, вычислив односторонний дисперсионный анализ стандартизированных оценок параметров воспитания с кластерами, выступающими в качестве факторов. Результат показал, что переменные кластеризации значительно различались между параметрами воспитания [принятие / участие: F (3608) = 472.58, p <0,001, η 2 = 0,70; строгость / надзор: F (3,608) = 280,35, p <0,001, η 2 = 0,58]. Авторитетные родители получили высокие баллы по обоим параметрам (принятие / участие: z = 0,95, строгость / надзор: z = 0,76), тогда как пренебрежительные родители получили низкие баллы по обоим параметрам (принятие / участие: z = — 1,45, строгость / надзор: z = -1,06). Авторитарные родители получили низкий балл по принятию / вовлечению ( z = -0.61), но высокие по параметру строгость / надзор ( z = 0,50), тогда как снисходительные родители получили высокие баллы по принятию / вовлечению ( z = 0,15), но низкие по параметру строгость / надзор ( z = -0,77).
Описательная статистика для переменных исследования представлена в Таблице 1, а двумерные корреляции представлены в Таблице 2. Что касается описательных характеристик, для четырех стилей воспитания были обнаружены следующие частоты: 152 (24,0% от общей выборки) авторитарный; 200 (31.6%) авторитетные; 83 (13,1%) нерадивые; и 177 (28,0%) снисходительных. Средний балл веры в авторитет родителей и ожиданий поведенческой автономии варьировался от 2 до 3, что означает, что подростки сообщили о среднем уровне поддержки родительского авторитета и ожиданий автономии. Средние баллы частоты конфликтов варьировались от 2 до 4, а средние баллы интенсивности конфликтов — от 1 до 2, что позволяет предположить, что подростки сообщили о низком уровне частоты и интенсивности конфликтов.Поскольку сплоченность составила более 3 баллов (за исключением девочек с пренебрежительными родителями), подростки сообщили о среднем или высоком уровне сплоченности с родителями.
ТАБЛИЦА 1. Средние значения и стандартные отклонения всех переменных исследования, кроме стилей воспитания.
ТАБЛИЦА 2. Корреляции для всех переменных исследования, кроме стилей воспитания.
Обращаясь к корреляциям, хотя за некоторыми исключениями, в целом более высокие ожидания подростков в отношении поведенческой автономии были связаны с большей частотой и интенсивностью конфликтов и меньшей сплоченностью.Более сильное одобрение подростками законности родительской власти было связано с большей сплоченностью, но менее частыми и интенсивными конфликтами.
Ссылки со стилями воспитания
Для изучения связей между четырьмя стилями воспитания и отношениями между родителями и подростками была проведена серия анализов ковариантности 4 (стили воспитания) × 2 (пол ребенка). В то же время мы также исследовали, различается ли ожидание подростков автономного поведения и одобрения родительского авторитета в зависимости от пола и стиля воспитания подростков.SES и оценка служили в качестве переменных.
Для ожидания подростками автономного поведения главный эффект стилей воспитания был значительным [ F (3,597) = 8,74, p <0,001]. Бонферрони post hoc t -тесты показали, что подростки авторитетных родителей сообщили о более низком уровне ожидания поведенческой автономии ( M = 2,18, SD = 0,60), чем подростки из группы пренебрежения [ M = 2,70, SD = 0.64, t (278) = 4,66, p <0,001], снисходительный [ M = 2,48, SD = 0,62, t (371) = 3,75, p <0,01] и авторитарные родители [ M = 2,43, SD = 0,66, t (344) = 2,79, p <0,05].
Для легитимности родительской власти главное влияние стилей воспитания было значительным [мать: F (3,597) = 30,26, отец: F (3,597) = 29,62, p s <0.001]. Подростки от авторитетных родителей сообщили о самой высокой поддержке родительского авторитета (мать: M = 2,73, SD = 0,53; отец: M = 2,71, SD = 0,56), тогда как подростки от небрежных родителей сообщили о самой низкой поддержке. родительских полномочий (мать: M = 2,06, SD = 0,47; отец: M = 1,98, SD = 0,54). Подростки, воспитанные авторитарными методами (мать: M = 2,42, SD = 0.59; отец: M = 2,38, SD = 0,62) и снисходительные родители (мать: M = 2,26, SD = 0,51; отец: M = 2,25, SD = 0,55) сообщили о поддержке родителей. между двумя другими группами (мать: t > 2,86, p <0,05; отец: t > 3,52, p <0,01). Взаимодействие между полом и стилем воспитания также было значительным [мать: F (3,597) = 2.53, p = 0,056; отец: F (3,597) = 3,03, p <0,05]. Post hoc зондирование не выявило гендерных различий для молодежи с авторитарными, авторитарными и пренебрежительными родителями. Напротив, для молодежи с снисходительными родителями мальчики сообщали о большей поддержке родительского авторитета (мать: M = 2,37, SD = 0,56; отец: M = 2,39, SD = 0,60), чем девочки [мать : M = 2,16, SD = 0.44, t (171) = 2,62, p <0,01; отец: M = 2,12, SD = 0,46, t (171) = 3,52, p <0,01].
Что касается интенсивности конфликта с родителями, то основной эффект стилей воспитания был значительным [мать: F (3,595) = 7,49, p <0,001; отец: F (3,583) = 3,90, p <0,01]. Подростки безнадзорных [мать: M = 1,74, SD = 0.62, t (253) = 3,99, p <0,001; отец: M = 1,73, SD = 0,81, t (245) = 2,58, p = 0,06] и авторитарные родители [мать: M = 1,63, SD = 0,54, t (320) = 3,01, p <0,05; отец: M = 1,63, SD = 0,75, t (313) = 2,49, p = 0,08] сообщил о более интенсивном конфликте, чем у снисходительных родителей (мать: M = 1.46, SD = 0,43; отец: M = 1,45, SD = 0,46). Кроме того, подростки с пренебрежительным воспитанием также сообщили о более интенсивном конфликте с матерями, чем при авторитетном воспитании [ M = 1,49, SD = 0,47, t (276) = 3,61, p <0,01]. Что касается частоты конфликтов с родителями, то ни один из эффектов не был значительным.
Что касается сплоченности, то пол в значительной степени связан со сплоченностью матери и ребенка [ F (1,597) = 9.07, p <0,01], с большей сплоченностью, обнаруженной для дочерей, чем для сыновей (девочки: M = 3,70, SD = 0,66; мальчики: M = 3,42, SD = 0,59). И для матерей, и для отцов основное влияние оказали стили воспитания [мать: F (3,597) = 37,53, отец: F (3,597) = 26,49, p s <0,001]. Подростки авторитетных родителей сообщили о самом высоком уровне сплоченности (мать: M = 3,85, SD = 0.58; отец: M = 3,77, SD = 0,63), затем снисходительный [мать: M = 3,59, SD = 0,52, t (371) = 4,20, p <0,001; отец: M = 3,55, SD = 0,63, t (371) = 3,15, p <0,05], авторитарный [мать: M = 3,41, SD = 0,60, t ( 320) = 2,62, p = 0,05; отец: M = 3,29, SD = 0,72, t (320) = 3.33, p <0,01] и нерадивые родители [мать: M = 3,05, SD = 0,67, t (227) = 4,78, p <0,001; отец: M = 3,02, SD = 0,75, t (227) = 2,94, p <0,05]. Наконец, основной эффект стиля воспитания для матерей был обусловлен полом ребенка [ F (3,597) = 1,34, p <0,01]. Сплоченность была выше у девочек, чем у мальчиков, только у авторитетных [девочки: M = 4.03, SD = 0,55; мальчики: M = 3,64, SD = 0,56, t (195) = 4,77, p <0,001] и дома отдыха [девочки: M = 3,70, SD = 0,50; мальчики: M = 3,48, SD = 0,50, t (171) = 2,61, p <0,01].
Посреднические эффекты
Чтобы проверить нашу вторую гипотезу о том, что ожидания поведенческой автономии и убеждения в законности родительской власти будут опосредовать связи между стилем воспитания и конфликтом и сплоченностью между родителями и подростками, мы использовали моделирование структурных уравнений в Mplus 7.4 (Рисунки 1–3 для анализа частоты конфликтов, интенсивности конфликтов и сплоченности, соответственно). SES и оценка были включены в качестве переменных. Переменная категориального стиля воспитания была представлена в виде трех фиктивных переменных с авторитетным родителем в качестве эталонной категории. Поскольку в шкале ожиданий автономии было много пунктов, мы использовали общую технику разделения, чтобы оценить высоконадежную скрытую конструкцию для этой переменной путем случайного распределения пунктов по четырем почти одинаковым наборам показателей (Little et al., 2002). Наконец, латентные переменные были сконструированы (с использованием шкал матери и отца в качестве индикаторов) для переменных конфликта и сплоченности, а также отношения к законной переменной родительского авторитета. Все модели показали хорошее соответствие данным [частота конфликтов: χ 2 = 160,99, df = 56, CFI = 0,96, TLI = 0,95, RMSEA = 0,055; интенсивность конфликта: χ 2 = 167,23, df = 56, CFI = 0,96, TLI = 0,94, RMSEA = 0,058; сплоченность: χ 2 = 192.55, df = 56, CFI = 0,95, TLI = 0,93, RMSEA = 0,063).
РИСУНОК 1. Ожидание подростками автономии и убеждения о родительской власти как посредниках между стилями воспитания и частотой конфликтов между родителями и подростками. В модели представлены стандартизованные путевые коэффициенты. ∗ p <0,05; ∗∗ p <0,01; ∗∗∗ p <0,001.
Во всех трех моделях подростки, выросшие в небрежных, снисходительных и авторитарных семьях (по сравнению с авторитарными), сообщали о более низком уровне убеждений в отношении родительского авторитета и более высоких ожиданиях в отношении автономии поведения.Что касается частоты (Рисунок 1) и интенсивности (Рисунок 2) конфликта, большее ожидание автономии было связано с более частым и интенсивным конфликтом, тогда как в отношении сплоченности родителей и подростков (Рисунок 3) большее одобрение власти было связано с большей сплоченностью отношений. Кроме того, интенсивность конфликта была ниже для молодежи с снисходительными родителями, а сплоченность была ниже для молодежи с небрежными, снисходительными или авторитарными (по сравнению с авторитарными) родителями.
РИСУНОК 2. Ожидание подростками автономии и убеждения об авторитете родителей как посредниках между стилями воспитания и интенсивностью конфликта между родителями и подростками. В модели представлены стандартизованные путевые коэффициенты. ∗ p <0,05; ∗∗ p <0,01; ∗∗∗ p <0,001.
РИСУНОК 3. Ожидание подростками автономии и убеждения о родительской власти как посредниках между стилями воспитания и сплоченностью родителей и подростков.В модели представлены стандартизованные путевые коэффициенты. ∗ p <0,05; ∗∗ p <0,01; ∗∗∗ p <0,001.
Значимость косвенных эффектов была рассчитана с использованием бутстрэппинга с 1000 повторных выборок. 95% -ный доверительный интервал (ДИ), скорректированный на предвзятость, показал значительные косвенные эффекты от небрежного, снисходительного и авторитарного стиля воспитания до частоты и интенсивности конфликта между родителями и подростками через ожидания подростками автономного поведения.Для частоты конфликтов 95% доверительные интервалы были [0,033,0,126], [0,022,0,102] и [0,014,092] для пренебрежительных, снисходительных и авторитарных родителей соответственно. Для интенсивности конфликта 95% доверительных интервалов были [0,042,0,131] [0,027,0,105] и [0,019,0,097] для пренебрежительных, снисходительных и авторитарных родителей соответственно. Также имелись значительные косвенные последствия для сплоченности через веру подростков в законность родительской власти. 95% доверительных интервалов составили [-0,202, -0,081], [-0,185, -0,071] и [-0,128, -0,0341] для пренебрежительных, снисходительных и авторитарных родителей соответственно.
Сдерживающее влияние пола подростков
Учитывая возможные гендерные различия в путях, мы провели анализ в нескольких группах. Мы предположили, что связь между стилем воспитания и конфликтом и сплоченностью родителей и подростков будет сильнее у девочек, чем у мальчиков; Однако у нас не было гипотез относительно посредников. Статистические данные разности хи-квадрат (Δχ 2 ) использовались для сравнения соответствия между моделями. Все структурные пути были ограничены, чтобы быть равными для мальчиков и девочек, и общая подгонка модели сравнивалась с моделью без каких-либо ограничений.Что касается частоты и интенсивности конфликтов, модели без ограничений и с полным ограничением существенно не различались, что свидетельствует об отсутствии гендерной модерации [Δχ 2 (11) = 14,88, Δχ 2 (11) = 14,96, p s > 0,05 ]. Напротив, для сплоченности модель без ограничений обеспечила значительно лучшее соответствие, чем модель с ограничениями [Δχ 2 (11) = 23,45, p <0,05]. Чтобы интерпретировать это, мы сравнили коэффициенты пути для мальчиков и девочек один за другим (см. Рисунок 4).Негативный прогноз сплоченности от пренебрежительного и авторитарного воспитания (по сравнению с авторитарным воспитанием) был сильнее для девочек, чем для мальчиков; это соответствовало нашей гипотезе. Что касается исследования гендерных различий в путях медиации, мы обнаружили, что отрицательная связь между снисходительным стилем воспитания и родительским авторитетом была сильнее для девочек, чем для мальчиков, тогда как положительная связь между одобрением родительского авторитета и сплоченностью была сильнее для мальчиков, чем для девочек.
РИСУНОК 4. Результаты модели структурного уравнения с несколькими группами, оценивающей отношения ожиданий подростков в отношении поведенческой автономии, их одобрения родительского авторитета и сплоченности родителей и подростков по полу. В модели представлены стандартизованные путевые коэффициенты. Ковариации, корреляции и остатки не показаны. Сплошные линии показывают, что параметры пути различаются в мужской и женской выборках. Пунктирные линии показывают, что параметры пути сходны для мужской и женской выборок. ∗ p <0,05; ∗∗ p <0,01; ∗∗∗ p <0,001.
Обсуждение
В текущем исследовании мы проверили связи между стилями воспитания и отношениями между родителями и подростками (цель 1), изучили опосредующие эффекты ожидания подростками автономного поведения и их одобрения родительского авторитета в отношении этих ассоциаций (цель 2), а также исследовали сдерживающий эффект пола подростков (цель 3) на выборке подростков из материкового Китая.
Стиль воспитания и отношения с подростками
В исследованиях западных семей, стили воспитания признаны имеющими предсказуемые ассоциации с конфликтом и сплоченностью родителей и подростков. Предыдущие исследования показали, что подростки авторитарных родителей имеют меньшую частоту и интенсивность конфликтов и более высокую сплоченность, чем подростки авторитарных родителей (Smetana, 1995; Assadi et al., 2011; Nelson et al., 2011; Sorkhabi and Middaugh, 2014). В отличие от предыдущих исследований, настоящее исследование показало, что подростки сообщали об аналогичных уровнях родительско-подросткового конфликта частота независимо от стиля воспитания.Этот результат можно отнести к традиционной китайской культуре, которая делает упор на поддержание гармоничных отношений и избегание конфронтации (Peterson et al., 2005). Этот уникальный культурный контекст может смягчить любую связь между воспитанием детей и частотой конфликтов, поскольку китайские подростки могут избегать конфликтов со своими родителями.
Однако интенсивность конфликта действительно показывала ассоциации со стилем воспитания. По сравнению с снисходительным стилем воспитания подростки из пренебрежительных и авторитарных родителей испытывали большую интенсивность конфликта.Снисходительные родители предъявляют относительно мало требований к поведению подростков, давая им высокую степень свободы действовать так, как они хотят. Напротив, пренебрежительные родители характеризуются отсутствием теплоты и руководства, в то время как авторитарные родители высоко ценят послушание и подчинение и допускают меньше словесных уступок и уступок. Конфликт может быть более интенсивным при небрежном родительском стиле, потому что подросток предъявляет требования к родителю, который в противном случае замкнут, и минимизирует потребности молодежи.Кроме того, подростки могут быть недовольны тем, что авторитарные родители устанавливают общие правила без эмоциональной поддержки, что приводит к более интенсивному конфликту, когда он возникает. Другие переменные также могут объяснить эффект. Например, подростки с пренебрежительными родителями более склонны к преступному поведению (You and Lim, 2015), что само по себе может привести к более интенсивному конфликту.
Кроме того, текущее исследование показало, что подростки, воспитанные в авторитарном и авторитарном стиле воспитания, сообщали об аналогичном уровне интенсивности конфликта с родителями.Это не согласуется с предыдущими выводами, которые показали, что западные подростки, выросшие в авторитарных родительских домах, сообщали о более интенсивных конфликтах между родителями и подростками, чем те, кто вырос в авторитетных родительских домах (Smetana, 1995). Одно из объяснений этой разницы в результатах может заключаться в том, что в китайской культуре, подобно обучению и воспитанию тигров, мотивация и намерение авторитарного воспитания состоит в том, чтобы присматривать за детьми и способствовать их оптимальному развитию, а не просто контролировать их (Chao, 1994; Kim et al. ., 2013). Китайские подростки могут положительно воспринимать намерение родителей контролировать их развитие, что не приводит к прямой связи между уровнем родительского контроля и интенсивностью конфликта.
Что касается сплоченности отношений между родителями и подростками, то текущее исследование показало, что подростки с авторитетными родителями сообщили о самом высоком уровне сплоченности. Этот результат расширяет ранее опубликованные работы в различных культурных группах, демонстрируя большую сплоченность для авторитетного воспитания (например,г., Нельсон и др., 2011). Авторитетное воспитание характеризуется высокой степенью теплоты и принятия, а также надзором, но также включает предоставление подросткам автономии (Baumrind, 2005). Сегодня в китайской и западной культурах подростки стремятся к большей независимости и поддержке (по сравнению с детьми) — балансу молодежных и родительских целей, который лучше всего достигается в авторитетных семьях, способствующих установлению близких отношений. Напротив, отсутствие теплоты и надзора у небрежных родителей, что может быть истолковано как безответственность, может препятствовать установлению сплоченных отношений.Снисходительные и авторитарные родители предоставляли своим детям либо ограниченные инструкции, либо ограниченную поддержку. Все эти характеристики, вероятно, снижали сплоченность родителей и подростков.
Ожидание поведенческой автономии
Нашей второй целью было, отчасти, выявить потенциальные опосредующие эффекты ожиданий подростков в отношении автономии. Результаты показали, что ожидания подростков в отношении автономии опосредуют связи между стилями воспитания, а также частотой и интенсивностью конфликтов между родителями и подростками.В частности, по сравнению с подростками в авторитетных семьях, те, кто в безнадзорных, снисходительных и авторитарных семьях, сообщали о более сильных ожиданиях автономии, что, в свою очередь, было связано с более частыми и интенсивными конфликтами между родителями и подростками. Этот результат согласуется с другими исследованиями, в которых изучалась взаимосвязь между стилями воспитания, ожиданием подростков в отношении поведенческой автономии и конфликтом между родителями и подростками (Baumrind, 1991; Bush and Peterson, 2013).
Подростки из авторитетных семей сообщили о самом низком ожидании поведенческой автономии.Такой результат может быть связан с тем, что подростки с авторитетными родителями достигли соответствующей автономии, поэтому их желание обрести большую автономию не так сильно. Благотворное влияние авторитарного стиля воспитания на поведенческую автономию подростков, вероятно, отражает успешное достижение авторитетными родителями цели социализации: способствовать автономии и поощрять самостоятельность. Эта цель социализации достигается за счет уважения потребностей их детей и признания того, что подростки законно имеют право контролировать некоторые аспекты своей жизни (Bush and Peterson, 2013).
По сравнению с авторитетным стилем воспитания, неавторитарный стиль воспитания имеет некоторые характеристики, которые, как считается, препятствуют развитию поведенческой автономии подростков. Авторитарные родители характеризуются тем, что они произвольно используют враждебный контроль или суровые наказания, чтобы добиться послушания и подчинения (Bush and Peterson, 2013). В то же время авторитарные родители проявляют ограниченную теплоту и отзывчивость. В этом контексте подростки с большей вероятностью будут стремиться к большей поведенческой автономии, потому что она им недоступна.Кроме того, снисходительные и пренебрежительные родители практически не предусматривают правил или дисциплины. Без достаточного жесткого контроля в виде родительского контроля и руководства подростки, воспитанные в снисходительных семьях, где родители пренебрегают, с большей вероятностью испытают высокий уровень независимости, прежде чем смогут справиться с ней самостоятельно (Bush and Peterson, 2013). Кроме того, подростки из неблагополучных семей лишены родительской поддержки, а те, кто живет в неблагополучных семьях, просто испорчены. Такие подростки могут иметь высокий уровень автономии, но вряд ли они были развиты в процессе здорового развития вместе с родителями таким образом, чтобы уравновешивать их растущее самоопределение и связь с родителями.
В соответствии с предыдущим исследованием (Laursen and Collins, 2009), текущие результаты показали, что ожидание подростками поведенческой автономии статистически предсказывало усиление конфликта между родителями и подростками — возможно, потому, что родители предпочитают меньшую автономию, чем их дети-подростки. Это несоответствие между родителями и молодежью было обнаружено в индивидуалистических и коллективистских культурных группах в Соединенных Штатах и в других странах (Smetana, 1988; Pérez et al., 2016). Исследователи интерпретировали это несоответствие как феномен развития, при котором потребность подростков в автономии превышает родительские заботы о поддержании порядка и защите своих детей от вреда (Jensen and Dost-Gözkan, 2015).
Законность родительской власти
Второй опосредованный эффект, который был протестирован, касался веры подростков в законность родительской власти; результаты предложили некоторые доказательства этого эффекта. По сравнению с авторитетным воспитанием, неавторитетное воспитание отрицательно ассоциировалось с убеждениями подростков в законности родительского авторитета, что, в свою очередь, положительно относилось к сплоченности родителей и подростков. Этот вывод согласуется с предыдущими исследованиями (Fuligni, 1998; Darling et al., 2005; Ассади и др., 2011; Trinkner et al., 2012). Наша интерпретация заключается в том, что с ростом социальных познаний и отношений, которые становятся все более похожими на взрослые, подростки все чаще подвергают сомнению родительский авторитет, переходя от беспрекословного подчинения к рациональной оценке с условным подчинением. По сравнению с другими типами родителей авторитетные родители более успешны в постоянном пересмотре родительского авторитета по мере «взросления» их детей, потому что они используют рассуждения и объяснения и реагируют на точку зрения подростков.Эти продолжающиеся переговоры предоставляют родителям и детям контекст, в котором они могут сформулировать и обсудить различные точки зрения, что помогает узаконить авторитет родителей, рационально обосновывая границы личной юрисдикции подростков.
Напротив, авторитарные родители применяют строгое, а иногда и произвольное наказание без объяснения причин. Кроме того, они строят границы родительского авторитета гораздо шире, чем авторитетные родители, что способствует сопротивлению в подростковом возрасте (Smetana, 1995; Baumrind, 2005).В этом контексте подростки пытаются усвоить легитимность родительской власти. Кроме того, в отличие от авторитетных родителей, снисходительные и пренебрежительные родители предоставляют мало информации о границах или надлежащем поведении. Такой слабый контроль может подорвать родительский авторитет, так что молодежь все больше считает родителей не играющими авторитетную роль.
Родители, пользующиеся своим авторитетом, довольны, когда их дети-подростки уважают их, что помогает поддерживать гармоничные отношения в семье (Zhang et al., 2006; Йенсен и Дост-Гёзкан, 2015). Как агенты по воспитанию детей, поставщики информации и правил, а также основные источники поддержки для своих детей, родители должны утвердить свой авторитет, чтобы лучше играть свои родительские роли. Однако это происходит в контексте отношений с подростком, и одобрение подростком авторитета родителей помогает взрослым удовлетворить и их психологические потребности. В таких семьях родители и молодежь рассматривают границы и сферы контроля друг друга посредством переговоров и взаимного уважения, что способствует построению более сплоченных отношений.
В данном исследовании, хотя ожидания подростков в отношении поведенческой автономии и убеждения в законности родительской власти являются областями критического отношения, их опосредующие эффекты были разными: ожидания автономии опосредовали влияние стиля воспитания на конфликт между родителями и подростками, но легитимность власти опосредовано влияние стиля воспитания на сплоченность родителей и подростков. Конечно, несмотря на то, что они взаимосвязаны, конфликт и сплоченность определяют различные аспекты отношений между родителями и подростками (Zhang et al., 2006), и на каждый из них по-разному влияют уровни родительского авторитета и подростковой автономии. Это различие может быть особенно сильным в китайской культуре, которая подчеркивает соответствие и послушание (Peterson et al., 2005). Конфликт родителей и подростков с большей вероятностью был связан с более высокими ожиданиями подростков в отношении поведенческой автономии, которая противоречит культурным нормам, но сплоченность, скорее всего, была связана с большей поддержкой подростками родительского авторитета, что согласуется с культурными нормами.
Пол подростка
Нашей конечной целью было проверить гипотезу о том, что прямая связь между стилем воспитания и качествами взаимоотношений будет более сильной для девочек, чем для мальчиков, а также изучить, существуют ли гендерные различия в опосредующих эффектах через подростковая автономия и авторитетное отношение. Результаты показали лишь несколько таких эффектов. Вкратце, девочки в авторитетных и снисходительных семьях сообщали о большей сплоченности с матерями, чем мальчики, а девочки, оставшиеся без внимания и авторитарное воспитание, сообщали о более низком уровне сплоченности родителей и подростков, чем мальчики.Это может быть связано с тем, что девочки более отзывчивы и чувствительны к социальным связям, чем мальчики, и что сплоченность и стиль воспитания отражают эмоциональную атмосферу. Таким образом, связь между стилями воспитания и сплоченностью у девочек была сильнее. Кроме того, девочки снисходительных родителей реже поддерживали родительский авторитет, чем мальчики, в то время как поддержка родительского авторитета оказывала большее влияние на сплоченность родителей и подростков для мальчиков, чем для девочек. В той степени, в которой родители обычно устанавливают больше правил и ожидают большего подчинения родительской власти для девочек, чем для мальчиков (Darling et al., 2005; Zhang and Fuligni, 2006), и, следовательно, девочки снисходительных родителей могут с большей вероятностью почувствовать, что их родители не взяли на себя ответственность за их воспитание или установление авторитета, учитывая, что снисходительные родители не обеспечивали достаточного контроля и правил. Поэтому девушки снисходительных родителей одобряли более низкий уровень родительского авторитета. В то же время, поскольку родители ожидали меньшего подчинения и послушания от мальчиков, их поддержка родительского авторитета с большей вероятностью оправдала ожидания родителей, что может улучшить отношения с родителями.
Хотя гендер модерировал несколько путей в прямой и опосредующей моделях, в целом большинство путей не различались существенно для мальчиков и девочек во всех протестированных моделях. Это может быть связано с тем, что с реализацией политики одного ребенка китайские стили воспитания и практики социализации становятся все более похожими для их единственных детей (Lu and Chang, 2013), что приводит к более схожим ассоциациям между стилями воспитания и родительско-подростковым отношения, а также опосредующие эффекты автономии и авторитета для этих отношений для мальчиков и девочек.
Ограничения и выводы
Следует отметить несколько ограничений этого исследования. Во-первых, участниками были городские подростки из материкового Китая, который характеризуется как коллективистская культура, поэтому обобщать результаты на другие культуры или группы следует с осторожностью. Во-вторых, корреляционный дизайн не допускает причинных выводов. Для определения причинно-следственных связей между переменными необходимы продольные экспериментальные данные. Наконец, мы полагались на самооценки подростков.Предыдущее исследование показало, что существуют расхождения между восприятием этих переменных родителями и молодежью (например, Jensen and Dost-Gözkan, 2015), поэтому наши результаты могут не отражать то, что было бы обнаружено с использованием отчетов родителей или оценок наблюдателей.
Несмотря на эти ограничения, текущее исследование имеет важные последствия. Насколько нам известно, это первое исследование, в котором изучаются опосредующие эффекты ожиданий подростков в отношении поведенческой автономии и убеждений в законности родительской власти, связи между стилями воспитания и конфликтами и сплоченностью между родителями и подростками.Результаты этого исследования расширяют существующие исследования и предполагают, что усилия по профилактике и вмешательству необходимы, прежде всего, для сокращения неавторитетных стилей воспитания, а также для содействия достижению соответствующего уровня ожиданий автономии и поддержки родительского авторитета. В будущих исследованиях следует изучить другие возможные пути посредничества и выбрать более широкий спектр культурных контекстов для изучения развития подростков и функционирования семьи.
Заявление об этике
Это исследование было проведено в соответствии с рекомендациями Институционального наблюдательного совета Шаньдунского педагогического университета.Все субъекты дали письменное информированное согласие в соответствии с Хельсинкской декларацией. Протокол был одобрен институциональным наблюдательным советом Шаньдунского педагогического университета.
Авторские взносы
XB провел анализ и подготовил рукопись. YY и HL помогли провести статистический анализ. MW координировал сбор данных и помогал в статистическом анализе. WZ задумал и координировал исследование и помог написать рукопись. KD-D помог составить рукопись.Все авторы прочитали и утвердили окончательную рукопись и список авторов.
Финансирование
Это исследование было поддержано Национальным фондом естественных наук Китая (31671156).
Заявление о конфликте интересов
Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.
Дополнительные материалы
Дополнительные материалы к этой статье можно найти в Интернете по адресу: https: // www.frontiersin.org/articles/10.3389/fpsyg.2018.02187/full#supplementary-material
Список литературы
Ассади, С. М., Сметана, Дж., Шахмансури, Н., и Мохаммади, М. (2011). Убеждения об авторитете родителей, стилях воспитания и конфликте между родителями и подростками среди иранских матерей среднего подросткового возраста. Внутр. J. Behav. Dev. 35, 424–431. DOI: 10.1177 / 0165025411409121
CrossRef Полный текст | Google Scholar
Баумринд Д. (1991). Влияние стиля воспитания на компетентность подростков и употребление психоактивных веществ. J. Early Adolesc. 11, 56–95. DOI: 10.1177 / 02724316
004CrossRef Полный текст | Google Scholar
Баумринд, Д. (2005). Паттерны родительского авторитета и подростковой автономии. Новый реж. Ребенок-подростокc. Dev. 2005, 61–69. DOI: 10.1002 / cd.128
CrossRef Полный текст | Google Scholar
Буш, К. Р., Петерсон, Г. У. (2013). «Отношения между родителями и детьми в различных контекстах», Справочник по браку и семье , 3-е изд.Редакторы Г. В. Петерсон и К. Р. Буш (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Springer), 275–302. DOI: 10.1007 / 978-1-4614-3987-5_13
CrossRef Полный текст | Google Scholar
Чан, К. В., и Чан, С. М. (2009). Эмоциональная автономия и воспринимаемые стили воспитания: анализ отношений в культурном контексте Гонконга. Asia Pac. Educ. Ред. 10, 433–443. DOI: 10.1007 / s12564-009-9050-z
CrossRef Полный текст | Google Scholar
Чао, Р. К. (1994). За пределами родительского контроля и авторитарного стиля воспитания: понимание китайского воспитания через культурное понятие обучения. Child Dev. 65, 1111–1119. DOI: 10.1111 / j.1467-8624.1994.tb00806.x
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Чен Б., Ванстенкисте М., Бейерс В., Соененс Б. и Петегем С. В. (2013). Автономия в принятии семейных решений для китайских подростков: распутывание двойного значения автономии. J. Cross Cult. Psychol. 44, 1184–1209. DOI: 10.1177 / 0022022113480038
CrossRef Полный текст | Google Scholar
Дарлинг, Н., Камсилль П. и Мартинес М. Л. (2007). Подростки как активные участники процесса социализации: легитимность родительского авторитета и обязанность подчиняться как предикторы послушания. J. Adolesc. 30, 297–311. DOI: 10.1016 / j.adolescence.2006.03.003
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Дарлинг, Н., Камсилль, П., и Мартинес, М. Л. (2008). Индивидуальные различия во взглядах подростков на законность родительской власти и их собственное обязательство подчиняться: продольное исследование. Child Dev. 79, 1103–1118. DOI: 10.1111 / j.1467-8624.2008.01178.x
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Дарлинг, Н., Камсилль, П., и Пенья-Алампай, Л. (2005). Правила, законность родительской власти и обязанность подчиняться в Чили, на Филиппинах и в США. Новый реж. Ребенок-подростокc. Dev. 2005, 47–60. DOI: 10.1002 / cd.127
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Дарлинг, Н.И Steinberg, Л. (1993). Стиль воспитания как контекст: интегративная модель. Psychol. Bull. 113, 487-496. DOI: 10.1037 / 0033-2909.113.3.487
CrossRef Полный текст | Google Scholar
Dixon, С. В., Грабер, J. А., и Брукс-Ганн, J. (2008). Роль уважения родительских прав и родительские практики в родитель-ребенок конфликт между афро-американским, Latino и европейской американские семьями. Дж Фам. Psychol. 22, 1-10. DOI: 10.1037 / 0893-3200.22.1,1
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Фулиньи, А. Дж. (1998). Авторитет, автономия, конфликт между родителями и подростками и сплоченность: исследование подростков из Мексики, Китая, Филиппин и Европы. Dev. Psychol. 34, 782–792. DOI: 10.1037 / 0012-1649.34.4.782
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Хув, М., Блокланд, А.А.Дж., Семон-Дубас, Дж., Лобер, Р., Геррис, Дж. Р. М., и Ван дер Лаан, П.(2007). Траектории правонарушений и стили воспитания. J. Abnorm. Child Psychol. 36, 223–235. DOI: 10.1007 / s10802-007-9172-x
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Йенсен, Л. А., Дост-Гёзкан, А. (2015). Отношения между подростками и родителями в семьях иммигрантов из Азии, Индии и Сальвадора: анализ культурного развития автономии, власти, конфликта и сплоченности. J. Res. Adolesc. 25, 340–351. DOI: 10.1111 / jora.12116
CrossRef Полный текст | Google Scholar
Ким, С.Ю., Ван Ю., Ороско-Lapray, Д., Shen, Y., и Муртуза, М. (2013). Существует ли «тигр воспитание»? Воспитания профилей китайских американцев и подростки результатов развития. Asian Am. J. Psychol. 4, 7-18. DOI: 10,1037 / a0030612
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Ларсен, Б., и Коллинз, У. А. (2009). «Родитель-ребенок в подростковом возрасте» в Справочник по психологии подростков , ред Р. М. Лернера и Л. Steinberg (Hoboken, NJ: Wiley).
Google Scholar
Маленький, Т. Д., Cunningham, В. А., Шахар, Г. и Widaman, К. Ф. (2002). Для того, чтобы разбазаривать или нет участка: изучение вопроса, взвешивая достоинства. Struct. Equ. Модель. 9, 151-173. DOI: 10,1207 / S15328007SEM0902-1
CrossRef Полный текст | Google Scholar
Длинные, Р. Х., Хуан, Д. и Чжан. J. X. (2012). Оценка надежности и валидности шкалы Штейнберг, китайской версии. Chin. J. Public Health 28, 439-441.
Лу, Х. Дж, и Чанг, Л. (2013). Воспитание и социализация только детей в городах Китая: пример авторитетного воспитания детей. Дж Жене. Psychol. 174, 335-343. DOI: 10.1080 / 00221325.2012.681325
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Маккоби, Е., и Мартин, Дж (1983). «Социализация в контексте семьи: родитель-ребенок взаимодействия», в Справочник по детской психологии социализация личности и социального развития , Vol.4, ред. Е. М. Хейрингтон и П. Н. Mussen (Нью-Йорк, Нью-Йорк: Wiley), 1-101
Mandara, J. (2003). Типологический подход в детской и семейной психологии: обзор теории, методы и исследования. Clin. Ребенок Fam. Psychol. Ред. 6, 129–146. DOI: 10,1023 / A: 1023734627624
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
МакКинни, К., и Ренк, К. (2011). Многомерная модель переменных отношений родитель-подросток в раннем подростковом возрасте. Детский психиатр. Гм. Dev. 42, 442–462. DOI: 10.1007 / s10578-011-0228-3
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Нельсон, Л. Дж., Падилла-Уокер, Л. М., Кристенсен, К. Дж., Эванс, К. А., и Кэрролл, Дж. С. (2011). Воспитание в зарождающейся взрослой жизни: изучение родительских кластеров и коррелятов. J. Youth Adolesc. 40, 730–743. DOI: 10.1007 / s10964-010-9584-8
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Олсон, Д.Х., Спренкл Д. Х. и Рассел С. С. (1979). Комплексная модель брачно-семейной системы: i. Размеры сплоченности и адаптируемости, типы семей и клинические применения. Fam. Процесс 18, 3–28. DOI: 10.1111 / j.1545-5300.1979.00003.x
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Перес, Дж. К., Камсилль, П., и Мартинес, М. Л. (2016). Краткий отчет: согласие между ожиданиями родителей и подростков в отношении автономии и его связь с адаптацией подростков. J. Adolesc. 53, 10–15. DOI: 10.1016 / j.adolescence.2016.08.010
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Петерсон, Г. В., Стейнмец, С. К., и Уилсон, С. М. (ред.). (2005). Отношения между родителями и молодежью: культурные и межкультурные перспективы . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Hawthorn Press.
Google Scholar
Принц Р. Дж., Фостер С., Кент Р. Н. и О’Лири К. Д. (1979). Многовариантная оценка конфликта в проблемных и не подвергающихся стрессу диадах мать-подросток. J. Appl. Behav. Анальный. 12, 691–700. DOI: 10.1901 / jaba.1979.12-691
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Шек, Д. Т. (2002). Характеристики воспитания и конфликт между родителями и подростками: лонгитюдное исследование в китайской культуре. J. Fam. Выпуски 23, 189–208. DOI: 10.1177 / 0192513X02023002002
CrossRef Полный текст | Google Scholar
Сметана, Дж. Г. (1988). Представления подростков и родителей о родительской власти. Child Dev. 59, 321–335. DOI: 10.2307 / 1130313
CrossRef Полный текст | Google Scholar
Смит, Д. К., и Холл, Дж. А. (2008). Стиль воспитания и клиническая тяжесть подростков: результаты двух исследований по лечению злоупотребления психоактивными веществами. J. Soc. Практик. Наркоман. 8, 440–463. DOI: 10.1080 / 15332560802341073
CrossRef Полный текст | Google Scholar
Сорхаби, Н., Миддо, Э. (2014). Как различия в использовании родителями конфронтационного и принудительного контроля соотносятся с вариациями в конфликте родителей и подростков, раскрытием подростками и родительскими знаниями: точка зрения подростков. J. Child Fam. Stud. 23, 1227–1241. DOI: 10.1007 / s10826-013-9783-5
CrossRef Полный текст | Google Scholar
Стейнберг, Л., Ламборн, С. Д., Дарлинг, Н., Маунтс, Н. С., и Дорнбуш, С. М. (1994). Со временем изменения в адаптации и компетентности подростков из авторитарных, авторитарных, снисходительных и пренебрежительных семей. Child Dev. 65, 754–770.
PubMed Аннотация | Google Scholar
Тринкнер, Р., Кон, Э.С., Ребеллон, К.Дж., И Ван Ганди, К. (2012). Не доверяйте никому старше 30 лет: легитимность родителей как посредник между стилем воспитания и изменениями в преступном поведении с течением времени. J. Adolesc. 35, 119–132. DOI: 10.1016 / j.adolescence.2011.05.003
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Ю, С., Лим, С. А. (2015). Пути развития от жестокого воспитания к преступности: опосредующая роль депрессии и агрессии. Жестокое обращение с детьми Negl. 46, 152–162.DOI: 10.1016 / j.chiabu.2015.05.009
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Чжан В. X., Фулиньи А. Дж. (2006). Авторитет, автономия и семейные отношения среди подростков в городских и сельских районах Китая. J. Res. Adolesc. 16, 527–537. DOI: 10.1111 / j.1532-7795.2006.00506.x
CrossRef Полный текст | Google Scholar
Чжан В. X., Ван М. П. и Фулиньи А. Дж. (2006). Ожидания автономии, убеждения о родительском авторитете, конфликт и сплоченность между родителями и подростками. Acta Psychol. Грех. 38, 868–876.
PubMed Аннотация | Google Scholar
Чжан В., Вэй, X., Цзи, Л., Чен, Л., и Дитер-Декард, К. (2017). Пересмотр воспитания в китайской культуре: подтипы, стабильность и изменение материнского стиля воспитания в раннем подростковом возрасте. J. Youth Adolesc. 46, 1117–1136. DOI: 10.1007 / s10964-017-0664-x
PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar
Упадок и падение родительской власти
Американские родители сегодня сталкиваются с идеальным штормом культурных и социальных обстоятельств, которые подрывают сами основы родительского авторитета.В ответ матери и отцы начинают считать терапевтов неуместными и бросают вызов всему социальному, образовательному и экономическому контексту воспитания детей.
За день до того, как началось движение «Захвати Уолл-стрит», я встретился с большой группой специалистов по работе с детьми 21-го века, которые оплакивали многочисленные недостатки сегодняшних отцов и матерей. Искры возмущения по поводу неспособности или отказа родителей взять на себя ответственность за своих детей — создать какую-либо соответствующую иерархию в семье — осветили зал.«Они боятся собственных детей!» один провозгласил все вокруг кивками согласия. «Если бы я когда-либо сказал своим родителям только одну вещь так, как они позволяют своим детям разговаривать с ними каждый божий день, я точно знаю, что случилось бы со мной!» сказал другой. «Они отреклись от престола, передав нам детей на воспитание!» крикнул третий. По общему мнению, сегодняшние родители стали «поколением тряпок» для своих детей и что они сопротивляются всем усилиям профессионалов из лучших побуждений помочь им вырастить родительский хребет.Этого было достаточно, чтобы голова закружилась.
Ну, пока позже. В тот вечер я встретился с сотнями родителей из той же общины. В странной антифонной реакции на то, что я слышал ранее, они потрясли школьную аудиторию своими жалобами на то, как тяжело — нет, невозможно — сегодня им быть родителем. Школа была бюрократической, неустанно требовательной социальной и академической крысиной гонкой, которая даже не готовила своих детей к будущему. Огромная и пугающая Интернет-культура угоняла их детей, и они были бессильны что-либо сделать с этим.Эти родители сказали, что они так старались сводить концы с концами, что у них оставалось мало времени только на то, чтобы побыть со своими детьми, не говоря уже о том, чтобы поддерживать постоянную власть над своей жизнью.
Помимо более привычных жалоб, эти родители выступали против обвинений в том, что они не пытались взять на себя ответственность за своих детей и подростков, даже несмотря на то, что они признали, насколько тяжело это стало. Как будто прослушали предыдущую встречу со школьной администрацией и учителями. Фактически, родители ясно дали понять, что хотят быть более эффективными и вовлеченными, но им мешали не только социальные силы, но и сама система воспитания детей, которая должна была подготовить их детей к взрослой жизни.Все более и более коллективный вердикт становился однозначным: конвейерная лента воспитания детей в 21-м веке перебивалась, а академические и терапевтические специалисты, работающие с детьми, «просто не понимали этого».
Не так давно я, возможно, слышал, как родители говорят, будто проблемы их детей — наркотики, школьная неуспеваемость или непослушание — это вопросы, которые должны решать отдельные семьи, иногда с помощью терапевта. Теперь я вижу, как матери и отцы бросают вызов всему социальному, образовательному, профессиональному и экономическому контексту воспитания детей — системе, которая, как они все чаще верят, делает эффективное воспитание почти недостижимым.
Не случайно, что после экономического кризиса 2008 года, последовавшего за десятилетиями стагнации или снижения доходов во всем социально-экономическом спектре (кроме самого верхнего), тон моих разговоров с родителями резко изменился. Взрослые уже находились в осаде, пытаясь справиться с непостижимой новизной того, что, казалось, возникало каждую неделю в детской вселенной. За этим последовал финансовый стресс, хроническая безработица, подводные ипотечные кредиты, а сбережения колледжей были украдены, чтобы покрыть расходы на жизнь семьи.Неудивительно, что я начал регистрировать нетерпение и негодование родителей по отношению к детским «экспертам».
Кажется, есть еще одна, неэкономическая причина неудовлетворенности родителей нынешней ситуацией с воспитанием детей: склонность экспертов по детям, в том числе слишком часто меня, обвинять родителей в том, что происходит. Фактически, когда я разговариваю с детьми-клиницистами и педагогами по всей стране, обвинение родителей сбивает меня с толку. Я не могу не думать: Как мы можем помочь тем самым родителям, к которым мы, кажется, относимся с таким пренебрежением? Кажется особенно ироничным, что, как терапевты, мы, кажется, не сочувствуем родителям, которые пытаются преодолеть идеальный шторм взаимосвязанных культурных и социальных обстоятельств, которые подрывают основы родительской уверенности в себе и целостности, даже семьи. сама жизнь.В конце концов, родители «пост-бумеров», большинство из которых родились после 1964 года, наблюдают, как неявный социальный договор, с которым они выросли: «Если вы достаточно постараетесь, вы добьетесь успеха», — исчезает прямо у них на глазах. Родители всего экономического спектра, остальные 99 процентов, являются первым поколением после Второй мировой войны, которому сказали, что их дети будут менее обеспеченными, чем они есть, возможно, намного менее обеспеченными.
Наш терапевтический взгляд часто, кажется, пропускает более широкие социальные и экономические силы, подрывающие родителей, которые формируют нашу терапевтическую работу, чтобы сосредоточиться почти исключительно на том, что отдельные родители делают неправильно.Конечно, терапия носит индивидуальный характер. Мы не можем изменить экономику или отменить пагубные последствия кибер-технологий или в одностороннем порядке очеловечить школьную культуру. Однако мы можем пристально взглянуть на взгляд отцов и матерей на мир, более эффективно взаимодействовать с ними и — кто знает? — даже начать помогать им преодолевать серьезные проблемы, с которыми они сталкиваются в контексте воспитания детей. дикий.
Родительская неопределенность
«Как я могу заставить своего ребенка не ходить на концерты в середине недели, когда почти все в школе идут?» «Одно дело — сказать моим детям, чтобы они не водили машину, но как я могу запретить им писать текстовые сообщения, пока они едут?» «Вы говорите нам, что мы должны ограничить экранное время, но как мы можем это сделать, когда половина домашних заданий в начальной школе выполняется онлайн?» «Когда мой малолетний сын звонит мне из любого места по своему телефону, как я могу быть уверен, что он действительно там, где он говорит?»
Это лишь некоторые из вопросов, которые я все чаще слышу от родителей и групп по всей стране.Помимо потери веры в безопасное будущее, матери и отцы сталкиваются с повседневными дилеммами, которые шутят над традиционными правилами и практиками воспитания детей. К сожалению, многие терапевты все еще верят, что надежные решения проблем, с которыми сталкиваются семьи, можно легко найти с помощью наших психодинамических, семейных или стандартных протоколов, основанных на доказательствах. Безудержная «медикализация детства» — наша попытка помочь детям получить помощь, в которой они нуждаются, чтобы расти в сегодняшнем неспокойном мире, путем выставления все большего и большего числа диагнозов по шкале DSM — — также не вселяет уверенности родителей.«Скольким из вас знакомы следующие диагнозы?» Спрашиваю родителей. Еще пять лет назад большинство из них лишь смутно представляло себе аббревиатуры, которые используются каждый день в нашей работе. Теперь ADD (синдром дефицита внимания), AD / HD (синдром дефицита внимания / гиперактивности), PDD (всепроникающее расстройство развития), ODD (оппозиционно-вызывающее расстройство), расстройства спектра, синдром Аспергера, биполярное расстройство I и II так легко срываются с губ родителей. Я бы подумал, что вы попали на грандиозную атаку в учебном госпитале.
К 18 годам не менее половины из них уже получили психологический диагноз.В то время как многие матери и отцы стали психологами-сыщиками, исследуя поведение своего ребенка на предмет каких-либо признаков расстройства, другие продолжают считать, что единственное, что не так с детьми, — это отсутствие дисциплины. При этом становится все труднее отличить психологические отклонения от специфического контекста 21-го века, в котором растут дети.
Пятнадцатилетняя Серена не может остепениться ночью. Ее разум мечется между тревогой, возбуждением и необузданным энтузиазмом — можно сказать, она быстро ходит по велосипеду.Наряду с неспособностью оторваться от своего онлайн-мира, она сильно отстает в школе. В отличие от обычного режима сна и бодрствования, она бодрствует всю ночь, спит до полудня и пропускает целые дни. У нее было так много диагнозов, что кажется неизбежным, что она в конечном итоге получит ярлык биполярного расстройства II типа и несколько испытаний лекарств. Но все сложнее — она также гипертекстовая, как и многие дети с уязвимыми вниманием и настроением, и была объектом пристального внимания сверстников, заставляя ее участвовать в текстовых взаимодействиях, которые никогда не прекращаются.Она не может перестать реагировать физически или эмоционально на свой телефон, который, по ее словам, «с таким же успехом может быть приклеен к моей голове, он так важен для меня». Является ли это истинным биполярным расстройством, приобретенной трудностью в регуляции аффекта, вызванной высокоскоростным электронным миром, в котором она живет, или и тем и другим?
Родители Серены скептически относились к диагнозу биполярного расстройства; это была просто последняя метка от длинной череды экспертов, которые не имели ни малейшего представления о том, что беспокоило их дочь.
Им надоело осуждающее отношение клиницистов, которые намекали, что проблемы Серены были вызваны «плохой иерархией» в семье, а также их ожиданием, что ей могут просто приказать отказаться от технических средств спасения, холодная индейка.Как и другие люди, которым довелось столкнуться с такой распространенной сегодня диагностической каруселью с обвинениями родителей, отец и мать Серены решили взять дело в свои руки. Насытившись стандартными вмешательствами в области психического здоровья, они решили изучить альтернативные подходы к диагностике и лечению — анализ кожи и волос, медитацию, биологическую обратную связь, гомеопатию, йогу, черепно-сакральную терапию, режимы физических упражнений и диеты, органическую фармакологию. Эта комбинация немного успокоила Серену и укрепила уверенность ее родителей в том, что они могут терпеть мое руководство.Их дочь, с которой я никогда не встречался, начала переходить на альтернативную школьную программу, которая выдвигала все более медленно растущие требования. Вскоре я научился уважать скептицизм ее мамы и папы по поводу того, что могли предложить школьная система и обычная терапия.
Растущие страхи
Сегодня почти ничто не вызывает у родителей большего страха и ужаса, чем вездесущий призрак социальной жестокости и запугивания. Школьные издевательства в сочетании с, казалось бы, неизбежной онлайн-вселенной обиды, стали частью сегодняшней жизни детей и их родителей.По крайней мере, треть детей сообщают о том, что в последнее время подвергались издевательствам — ежегодно регистрируется 2,7 миллиона инцидентов. Буллинг не знает возрастных, половых, экономических или этнических границ, хотя жертвы ЛГБТК в четыре раза чаще других становятся жертвами. Как все чаще сообщают СМИ, кибер-издевательства приводят к громким самоубийствам детей на всех уровнях, от начальной до средней. Были инциденты, когда семьи переезжали в другие города, чтобы спастись бегством, но затем снова начинались остракизм и даже угрозы убийством.О социальной жестокости сообщают на каждом собрании профессионалов, которых я обучаю. К 4 годам дети из детских садов образуют исключительные группы — «классные детские сады», как я это называю. Группа старшеклассников недавно вышла в интернет, чтобы побудить унылого сверстника «уже покончить с этим» и, наконец, спрыгнуть с крыши, как он угрожал сделать в течение нескольких недель.
Социальная жестокость и издевательства всегда вызывали бурную реакцию в моей аудитории, но раньше издевательства вызывали ожесточенные баталии между родителями предполагаемых преступников и их предполагаемых жертв.Однако в последнее время я заметил, что большинство родителей идентифицируют себя друг с другом, признавая, что с циклом сплетен 24/7 никто из них не имеет никакого реального контроля над тем, что делают их дети или что с ними делают. Из-за этой общей уязвимости родители реже обращаются с резкими словами друг к другу и больше в адрес школьного персонала и специалистов по работе с детьми из-за их кажущейся неспособности справиться с проблемой издевательств. Поскольку большинство исследований показывают, что дети обращаются к нам, взрослым, за помощью и в конечном итоге чувствуют, что мы тоже не знаем, что делать, поразительно, как мало формального обучения мы получаем в этой области.Понятно, что родители ищут помощи в другом месте.
Недавно я консультировался о Яне, обычном семикласснике пригородной государственной школы на Тихоокеанском северо-западе. Из детских рюкзаков пропали вещи, и, поскольку кражи продолжались, Ян опасался, что он может стать следующей целью. Обсудив это со своей мачехой, которая хотела, чтобы он «поступал правильно», он сказал консультанту. Тогда консультант совершил классическую ошибку: каким-то образом он сказал, что Ян был тем человеком, который «сдал».«Почти год все мальчики в его классе издевались над ним. Что было поразительным и пост-бумерским, так это то, что девочки были столь же безжалостны, уверяя Йена, на случай, если он думает иначе, что никому в школе он не нравится. «Почему бы тебе просто не умереть?» один за другим заметил.
Когда я проконсультировался со школьными властями, ни у кого не было никаких ответов, кроме как ненадолго отстранить преступников, осуществить заранее подготовленные социально-эмоциональные вмешательства, выступить посредником и надеяться на лучшее. Фактически, директор школы и консультанты сказали, что будут признательны за любую помощь, которую могут получить.Напротив, родители Яна, разъяренные этой неумелостью, рассказали мне о многочисленных «хулиганских сайтах», которые помогают отцам и матерям помогать друг другу. Я был ошеломлен, когда узнал, в каком объеме практические предложения и конкретные шаги предлагали родители (и все большее число специалистов), которыми я затем поделился с руководителями школы. В конце концов, поиск одного ключевого «популярного» мальчика, который дружелюбно подошел к Яну, изменил ситуацию и позволил ему медленно выбраться из ада остракизма в средней школе.
В той степени, в которой дети чувствуют себя оскорбленными в социальном и академическом плане, их родители чувствуют себя обиженными и взятыми в заложники из-за страха перед тем, что может случиться с их детьми.Честность почти каждого родителя, с которым я работаю, подрывается катастрофическими сценариями того, как его или ее ребенок будет утащен. Один папа боится, что, если он не похвалит плохие усилия на курсовой работе, его сын перестанет учиться и не успеет в школе. Мама опасается, что рассказ консультанту о чрезмерном употреблении алкоголя лучшим другом ее дочери навсегда разрушит социальное положение ее ребенка. Отец считает, что, если он попытается научить ценности «умеренности», его подросток станет еще более оппозиционным и откажется возвращаться домой ночью.Мама боится, что, если она откажется от участия в вечеринке по случаю дня рождения своего 11-летнего ребенка, девочка может быть исключена из игры на выходных.
Хотя все это может показаться абсурдным, хроническое ощущение того, что дети и культура в целом держат в заложниках, помогает объяснить, почему родители так часто появляются в наших офисах, выглядя и выглядя как бесхребетные слабаки. Имея так мало времени для связи со своими детьми, родители боятся сделать даже один шаг, который мог бы их оттолкнуть, подорвать их и без того шаткую успеваемость в школе и разрушить их шансы на социальный успех, когда кажется, что мало что еще имеет значение.Неудивительно, что многомиллиардное государственное и частное предприятие монетизирует эту ненадежность, продавая множество социальных модулей и услуг по исправлению положения, в том числе репетиторов и помощников по домашнему заданию для богатых и дополнительных учебных материалов, предназначенных для поднятия оценок по чтению и математике. Проблема не только в отречении родителей, но в том, что я называю «мерчендайзингом детства», основанным на глубоко укоренившемся страхе неудачи.
Циники и отказники
В условиях ужесточающейся экономики, переполненных детских садов и неопределенного будущего легко понять, почему дети не в восторге от школы.Колледж настолько непомерно дорогой, что студенты часто бросают учебу, не имея возможности платить по счетам. И даже если им удастся получить высшее образование, молодые люди по-прежнему столкнутся с высоким уровнем безработицы и стремительно растущими расходами на жизнь, которые часто заставляют их возвращаться домой, по-прежнему имея тысячи долларов в виде студенческих ссуд. Неудивительно, что многие дети, которых я встречаю, мысленно подсчитывают все деньги и усилия и решают не убивать себя, пытаясь. «Это действительно того стоит?» они спрашивают. Кроме того, вместо этой потенциально неблагодарной работы многие из них питают новую техно-фэнтези 21-го века.Когда я спрашиваю их надежды на будущее, я часто слышу, как они искренне озвучивают ожидания того, что один-единственный YouTube, ставший вирусным, или приложение для мобильного телефона, или часть реалити-шоу, мгновенно «взорвет» их и превратит их в буйную жизнь.
Дети замечают, что многие школы были вынуждены отказаться от программ и помещений (музыка, искусство, физкультура, библиотеки) из-за массовых увольнений и недофинансирования, тогда как более расположенные, более «конкурентоспособные» школы в более богатых районах превратились в смертельно опасные школы. , четырехлетние курсы повышения квалификации, ориентированные на стандартные тесты.В любом случае, как показывают многочисленные исследования, игры, воображение и простои были вытеснены, а вместе с ними пришло время для молодого мозга синтезировать и фактически выучить того, чему учили. Будь то «Ни одного отстающего ребенка» или «Гонка к вершине», родители чувствуют, что они и их дети являются жертвами своего рода образовательной и социальной аферы, и глубоко цинично относятся к системе, которая обращается с детьми как с товаром. . Они видят, что от 5 до 10 процентов лучших, в основном из самых богатых семей, поступают в элитные колледжи благодаря частному обучению и «наследственному» поступлению, а также многомиллиардной инфраструктуре репетиторов, специальных курсов и возможностей обучения за границей. и пункты «общественных работ», финансируемые родителями.Между тем, родители из низшего и среднего класса не имеют или имеют ограниченный доступ к таким «рукам помощи», так легко доступным для привилегированных.
Этот цинизм подпитывается признанием широко распространенного обмана. На самом деле, с учетом капризов и трудно отслеживаемых источников, доступных через Интернет-исследования, многие группы преподавателей, с которыми я разговаривал, описывают, как трудно провести четкую грань между правдой и плагиатом. Для многих детей — при неявном сговоре родителей — измена больше не считается моральной проблемой, а скорее необходимостью.Некоторые семьи занимаются обманом с полным оправданием; в конце концов, по их собственному опыту, система уже отработана до неузнаваемости. Недавние обвинения в том, что детей нанимают для сдачи чужих экзаменов, наряду с широко распространенным систематическим вмешательством со стороны взрослых педагогов в повышение успеваемости на тестах, только усиливают неуважительное отношение родителей к школьной системе.
Кэсси появилась в офисе моего куратора, так как она не ходила в школу в течение года. Конечно, ее мать была глубоко недовольна ее непримиримостью к посещению школы, но после нескольких безуспешных курсов психотерапии, посвященных этой проблеме, она почти согласилась с решением дочери остаться дома.Кэсси была злобной, как многие подростки, но в основном уважала ограничения, установленные ее матерью. За исключением той досадной мелочи, что она не ходила в школу, ее жизнь казалась нормальной. С помощью текстовых сообщений, электронной почты, Facebook и личных контактов она не отставала от своих друзей и продолжала оставаться уважающим себя гражданином мира поп-культуры своей группы сверстников, проводя большую часть дня в Интернете или смотря телевизор.
Когда я услышал отчеты ее терапевта, я понял, что выбор Кэсси был сделан не в первую очередь из-за какой-то патологии, а из желания вырваться из тисков своей средней школы в пригороде.Было слишком много сплетен, и все, «запертые на гриле», замечали мельчайшие детали, большинство из которых в любом случае в конечном итоге окажется в сети. Кроме того, она столкнулась с процессом подготовки к колледжу, настолько безжалостным, подрывая самооценку, что она решила не участвовать в нем. Терапевт, наконец, понял, что Кэсси приняла решение идти своим путем, и что ее мать, борясь с глубоким разочарованием, в конечном итоге поддерживает этот выбор. Проведя много времени в борьбе с самообвинением, мама Кэсси научилась поддерживать альтернативный путь: ее дочь будет работать над получением онлайн-диплома в коммерческой школе.
Xavier — еще один хороший пример. В 9-м классе он начал тусоваться со своими единомышленниками, курил и пил каждый день, терялся в видеоиграх «World of Warcraft» или «Call of Duty» и постепенно пропускал одно за другим. Его родители из рабочего класса, полные надежд, что он пойдет в жизни дальше, чем они, часто взрывали и пытались установить границы. Но как бы они ни злились на него, они злились еще больше в школе. Ксавье накопил более 40 отсутствий и опозданий, прежде чем кто-либо удосужился их уведомить.На конференциях родителей и учителей декан выражал некоторую тревогу, но никогда не предлагал план действий и не принимал никаких мер. Действительно, у матери и отца Ксавьера создалось впечатление, что школа думала, что проблема была каким-то образом , их ошибкой , и что они, , должны что-то с этим сделать.
А кто может целиком винить школьный персонал? Переполненные общегосударственными и национальными требованиями, наряду с перенаселенностью, сколько времени они реально могли уделить еще одному мальчику, который предпочел курить травку и играть в видеоигры? После нескольких курсов стимуляторов, обследований и терапевтов, которые предупредили их о том, что они недостаточно сильны, родители Ксавьера закончили терапию и отправили его в недавно созданную государственную чартерную школу, которую он в конце концов окончил.
Не только семьи Кэсси и Ксавьера не доверяют школьной системе. Всего за пять лет количество детей, обучающихся на дому, выросло почти в три раза. Также становятся все более популярными более экстремальные альтернативы — например, программы по изучению дикой природы. Несколько лет назад было 30 возможностей для дикой природы; сегодня их более 300. Каждый терапевт, которого я знаю, отправлял несколько пациентов на такую программу. Мысль об отсылке детей раньше шла мне вразрез, но теперь я вижу это по-другому.В некоторых случаях, удаляя детей из безвыходных ситуаций, программы по защите дикой природы могут быть успешными там, где другие меры не помогают.
Пол, плохо учившийся в школе, немотивированный, обиженный и получивший список диагнозов от полдюжины терапевтов и психиатров, включая AD / HD, депрессию, ODD и социальное тревожное расстройство, начал курить свои печали. . Фактически, травка успокаивала его, структурировала его мышление и маскировала его серьезные социальные переживания. Чем больше он курил, тем круче становился, что привлекало других стоунеров в школе.В конце концов, устав от бесконечных диагнозов, многочисленных испытаний лекарств и безуспешных попыток индивидуальной и семейной терапии, мама Пола решила, что возьмет дело в свои руки и попробует применить подход жесткой любви.
С помощью брата она посадила сына на три месяца по выходным, прекратила тратить деньги и насильно отлучила его от большей части его техники. Однако, будучи находчивым подростком 21-го века, Пол сопротивлялся, используя широкий спектр современных тактик: он общался с помощью текстовых сообщений в 3 часа ночи.м., заплатил за свой наркотик, выполняя домашнее задание других детей, и улизнул ночью, вернувшись до рассвета. Взрослые согласовывали каждое движение с более строгими правилами, но, наконец, стало ясно, что необходимы более решительные действия. После того, как все пожнули руки, однажды ночью к дому прилетели два крепких эскорта, чтобы сопроводить Пола на ранчо в горах Юты, чтобы он побывал с мальчиками в аналогичных обстоятельствах и группой суррогатных родителей. Через некоторое время он вернулся домой, окончил среднюю школу и поступил в общественный колледж — не то, на что изначально надеялись, но, учитывая альтернативы, тем не менее, предпочтительный результат.
Хореография изменений сообщества
Я провел свои первые годы в качестве терапевта в местных клиниках, где весь мой рабочий день проходил в пределах офиса. Ортодоксы того времени требовали, чтобы только те терапевтические методы, которые мы предпочитали, могли быть полезны людям, которые обращались к нам за помощью. Все остальное было бы просто «пластырем», а не «настоящим» лечением — недостаточно глубоким или строгим. Затем, однажды вечером, мать и отец подростка, которого я встречал на терапии, пригласили меня в группу для обсуждения родителей для всего класса.Пока я слушал, как разворачивается разговор — разрешить ли 14-летнему подростку пойти на насыщенный наркотиками ночной рейв, как справиться с воздействием секса на экране у детей младшего возраста и, конечно же, как (и нужно ли) установить ограничения для детей, которые не знают границ — скоординированное нападение детей на авторитет взрослых было трудно игнорировать. На следующем сеансе кто-то сказал: «Теперь вы знаете, с чем мы имеем дело».
С тех пор я хорошо провел более тысячи бесед и консультаций за пределами процедурной комнаты. Этот опыт изменил мое представление о трудностях, с которыми родители сталкиваются каждый день, и о том, чего я, как терапевт, могу реально ожидать от них.Он убедил меня в том, что больше всего ошеломленным родителям неконтролируемых детей нужно — так же, как и психотерапия — сильное, динамичное сообщество, в которое входят других родителей . Родители нуждаются в помощи и поддержке в укреплении авторитета, и у нас есть навыки, чтобы помочь им, но, к сожалению, для нашей профессии это профессиональный риск — сидеть в офисе, агентстве или больнице, ожидая, что люди придут к нам, потому что это нас уводит. откуда настоящее действие. Как терапевты, я считаю, что мы уникально приспособлены к тому, чтобы расширить наши терапевтические рамки на более широкий мир и помочь родителям создавать между собой жизнеспособные, поддерживающие сообщества 21-го века.В конце концов, мы знаем и работаем с ключевыми фигурами и основными заинтересованными сторонами — детьми, родителями и школьным персоналом — и у нас есть навыки, чтобы наводить прочные мосты между этими частями системы, которые слишком часто изолированы и враждебны друг другу. Возникает вопрос: с чего начать?
Сообщество учащихся
Я обнаружил, что первым шагом в хореографии перемен является признание важности того, что профессор Гарвардской медицинской школы Алвин Пуссен называет естественной болтовней.По словам Пуссента, работники психиатрической службы недооценивают важность того, чтобы люди обсуждали обычные проблемы на их собственной территории — в церквях, синагогах и общественных центрах. Однако чем легче родители начинают разговаривать с другими родителями, а также со школьным персоналом, тем увереннее они становятся и тем более личным авторитетом они смогут пользоваться со своими детьми. Нет ничего лучше, чем осознать, что вы не одиноки, чтобы поднять настроение и укрепить позвоночник.
Я консультировалась с Дейрдрой, матерью-одиночкой двух девочек-подростков, чье соперничество братьев и сестер резко ухудшилось, взорвавшись от зверской мерзости. Она боялась, что физически потеряет его во время их безжалостных унижений и сражений. Мы были в тупике, пока Дейрдра не пригласила меня на обед в ее начальной школе с родителями из нескольких классов. Мы оба были ошеломлены, когда матери и отцы в классе ее старшей дочери жаловались на внезапный всплеск такого же агрессивного поведения.Никто не мог понять, почему это происходит, до тех пор, пока дальнейшее обсуждение не выявило жестокого социального соперничества, которое имело место, поощряемое несколькими новичками в школе, и грубой популярной видеоигрой, которая усилила гадость в иерархии школы. Услышав эту информацию, Дейдра сразу же уменьшила резкую самооценку, которую я безуспешно пытался смягчить. Услышав «нормализующие» истории от других родителей, Дейрдра начала возвращать себе более спокойный и авторитетный голос, вместо того, чтобы дико мучиться при каждом проступке.Лечение закончилось в течение нескольких недель, но она оставалась связанной с группой сверстников своих родителей, которая продолжала проводить ежемесячные встречи до конца года.
Родительские группы сверстников могут служить сообществами «скамейки в парке», которые являются противоядием от фрагментации современной жизни в районе. В одной большой пригородной государственной школе на северо-востоке, где я консультировался, консультант организовал родительскую группу, которая стала настолько популярной, что почти мгновенно она выделила пять других групп — по одной почти на каждый класс.Слушая их рассказы, консультант не только слышал доморощенные стратегии родителей: пусть она выключит будильник, когда она вернется домой ночью, потому что, если она этого не сделает, вы поймете, что она опоздала; провести две минуты в тишине с ребенком, который не может уйти утром; выгнать 3-летнего ребенка ночью из постели и позволить ему плакать — но он также смог выявить скрытые расстройства пищевого поведения и невыявленные проблемы с обучением.
Простой и легкий разговор важен, но это только начало борьбы с неуверенностью, страхом и цинизмом 21 века.В какой-то момент диалога на скамейке в парке недостаточно: взрослые по соседству должны сотрудничать, чтобы построить новую городскую площадь, если дети будут чувствовать, что они их обнимают. Таким образом, родители все чаще обращаются к школьной администрации с просьбой о налаживании партнерских отношений между родителями и школой. Ключевым моментом трансформации в таких партнерских отношениях часто бывает, когда вместо того, чтобы сосредотачиваться на детях, взрослые начинают сосредотачиваться на изменении самих себя. В этот момент эти группы становятся тем, что я называю «сообществом учащихся», поскольку участники решают исследовать темы, которые затрагивают всю их жизнь — осознание разнообразия, программы запугивания или ослабление визуального давления жизни 21-го века — и извлекать уроки из друг с другом.
Эдди, 14-летний клиент, подвергался насмешкам со стороны одноклассников за то, что он выглядел «геем». Его родители восприняли это легко, критикуя его за то, что он усугублял ситуацию тем, что расстраивался каждый раз, когда кто-то дразнил его. «Просто не обращай на это внимания», — мягко сказала его мать. У Эдди действительно была довольно тонкая кожа, поэтому насмешки становились все хуже; Одно время некоторые мальчики даже отказывались переодеваться рядом с ним в раздевалке. По мере того, как настроение Эдди ухудшалось, его оценки начали падать. Однако в это время партнерство родителей и школы, которое я помог организовать, положило начало инициативе разнообразия.Плакаты студенческого альянса гомосексуалистов и гетеросексуалов появлялись по всей школе, объявляя о собраниях, листовки по этой теме рассылались домой, и учителя чувствовали себя более непринужденно, поднимая темы, имеющие отношение к преследованиям, как личные, так и исторические.
На протяжении всей борьбы Эдди в школе его отец всю жизнь цеплялся за свою мантру «Что не убивает, делает тебя сильнее», которая скрывала его собственную детскую боль от того, что ему так часто говорили «тонуть или плавать». Но из-за изменившегося отношения к терпимости, порожденного партнерством, отец Эдди сначала попросил, а затем потребовал, чтобы школа приняла меры, чтобы остановить насмешки над его сыном.Спустя несколько недель (еще столько времени потребовалось, чтобы школа сменила мышление «мальчики будут мальчиками») администрация наконец пригрозила мучителям Эдди отстранением. Прежде чем это могло произойти, произошла замечательная вещь: Эдди, который сам впитал эти новые голоса и так яростно увидел своего некогда критически настроенного отца, внезапно столкнулся с одним из мальчиков, крича в столовой: «Вы говорите, что я гей. Так что, если я? Эта школа должна быть для всех. Если ты не можешь с этим справиться, , тебе, , здесь не место, не мне! »
Воцарилась тишина.Когда все замерли, ошеломленные силой вспышки Эдди, что-то изменилось. Мальчики так и не полюбили Эдди, но ему было все равно; они оставили его одного, и он пошел своей дорогой. Связь между Эдди и его отцом росла, как и участие его родителей в школьном партнерстве. Эта семья теперь была вовлечена в сообщество учеников, которые чувствовали себя более осведомленными и более реалистичными в отношении того, чего они ожидали от своего сына. Их новая смекалка принесла дополнительные дивиденды, когда его социальная жизнь резко пошла вверх после того, как он присоединился к команде по плаванию, и он стал полноправным участником мира вечеринок на выходных 21-го века.
Как терапевты, мы должны внести важный вклад в партнерство с учителями и родителями. В одном городе несколько терапевтов рано поняли, как Facebook побуждает студентов сплетничать и угрожать друг другу каждую ночь. Некоторые просили партнерство привлечь экспертов по безопасному проживанию в мире Интернета, переключив внимание родителей с их единственного внимания на взрослых хищников на большее внимание к множеству способов, которыми детей преследуют друг друга. Это привело к одному из самых масштабных школьных семинаров, о которых я когда-либо слышал, с участием выдающихся документалистов с беспрецедентным опытом в цифровой сфере.Поскольку терапевты хранят тайны города, мы можем своевременно обсуждать важные темы для сообщества, не нарушая конфиденциальности. Поскольку терапевты так хорошо знают, что на самом деле происходит в детском мире 21-го века, мы являемся естественным активом для формирующихся сообществ учащихся, будь то в качестве членов руководящего комитета партнерства, в качестве оплачиваемых и бесплатных консультантов или в качестве экспертов, приглашенных в школу. встречи с нашими клиентами.
События, созданные на основе взаимной информации, могут значительно способствовать обучению сообщества по конкретным вопросам.Например, Мона, глава партнерства на Среднем Западе, рассказала, как ученики собрались вместе со школьной администрацией, учителями и родителями, чтобы обсудить, что их больше всего беспокоит. Академический стресс был, несомненно, самой острой проблемой. Уровень тревожности среди учеников был настолько высок, что сын Моны, Гарри, решил провести опрос среди детей. Он обнаружил, что их больше всего беспокоило: количество домашних заданий и несовпадение заданий, выполняемых в один и тот же день, наряду с властными и напуганными родителями, которые редко переставали напоминать им, чтобы они взламывали, или сравнивая их со своими предположительно более рьяными братьями и сестрами.Затем группа подростков, ставших экспертами, организовала групповые дискуссии для родителей, подготовила доски для плакатов, которые позволили им с уважением высказывать свое мнение о деликатных вопросах, и собрала конкретные советы, предназначенные в основном для взрослых.
В их число входили такие советы, как: «Мама, пожалуйста, найди что-нибудь еще, на чем можно сосредоточиться, кроме меня — займись хобби». «Вернувшись с работы, не задавайте нам сразу миллион вопросов о том, как прошел наш день — нам нужно время простоя». «Попытайтесь понять, что я другой человек, чем мой брат.«Я ничего тебе не говорю не потому, что ненавижу тебя, а потому, что ты спрашиваешь о моих друзьях». Эти общественные собрания, организованные учащимися, были настолько успешными, что родители и школьный персонал организовали регулярно запланированные дискуссионные группы, приглашая экспертов сосредоточиться на темах, которые вызывали у многих родителей и их детей терапию.
Сообщество учащихся состоит из всех, кто занимается повседневной жизнью детей — учителей, родителей и специалистов, — и теперь дети тоже участвуют в этом процессе.Примечательно, что руководитель одного из партнерств сказал мне: «Когда родители и учителя могут сидеть рядом и учиться вместе, они начинают говорить на одном языке. Наконец они начинают понимать друг друга ».Укрепление родительского мужества
Очевидно, что терапевты, желающие выйти за пределы своего кабинета, могут внести большой вклад в эти партнерские отношения. Гордон посоветовался со мной по поводу своего разыгрывающегося подростка: мальчик заперся в своей комнате, ежедневно курил травку и, по сути, перестал быть частью семьи.Гордон чувствовал себя одиноким и загнанным в тупик. Поскольку он видел мою презентацию о создании сообщества, он пригласил меня, чтобы помочь наладить партнерство в школе его сына. Моя работа заключалась в том, чтобы помочь разработать мероприятие, которое привлекло бы достаточно родителей, чтобы начать заполнять городскую площадь учениками.
Вместе с учителями мы разработали вечернюю программу, в которой детей просили написать сценарии ситуаций, в которых родителям будет сложно решить. Дети с радостью соглашались, создавая ситуации, которые бросили бы в глаза самому уверенному в себе родителю: «Что бы вы сделали, если бы зашли в комнату своего ребенка и застали его или ее обнаженным в постели с парнем или девушкой?» «Как бы вы справились, если бы ваш ребенок вернулся однажды вечером совершенно потерянный после ночи« перед игрой »[курение и питье до концерта] после того, как он или она пообещали не баловать во время концерта?» «Что, если бы ваш ребенок брал материалы из Интернета для отчета, но честно объяснил, что у него не было бы времени закончить его, если бы он этого не сделал?»
После этого 200 родителей разбились на 10 дискуссионных групп, которыми руководили врачи и родители.Имея письменные инструкции по уважительному общению, фасилитаторы, которые посещали тренинги под руководством групповых терапевтов, помогали родителям разобраться в этих пугающих сценариях. Видя, как многие другие родители борются с теми же проблемами, Гордон, наконец, набрался смелости и потребовал , чтобы его сын обратился к врачу для тщательного обследования на наркотики, что он должен был сделать гораздо раньше. Как выяснилось, мальчик употреблял марихуану как средство самолечения от недиагностированного гипертиреоза; горшок сделал его менее взволнованным.Хотя он не бросил курить совсем, медицинская помощь достаточно его успокоила, чтобы сделать небольшую домашнюю работу и воссоединиться с семьей, по крайней мере, иногда. Гордон почувствовал огромное облегчение; однако после вечера со страшным сценарием другие родители в школе почувствовали меньшее облегчение, что только усилило их желание начать партнерство в непрерывном образовании.
Недавно я выступал с докладом в пригородной школе, чтобы подчеркнуть важность диалога с общественностью. Это было частью многолетней инициативы по социальной жестокости с участием администраторов, учителей, консультантов, детей, родителей и врачей.Более дюжины терапевтов руководили четырьмя группами матерей и отцов с детьми на всех уровнях обучения, которым предлагалось выразить свои опасения. Ряд родителей с детьми начальной школы были особенно возмущены тем, что школьный персонал не мешал группе хулиганов безжалостно насмехаться и словесно оскорблять младших детей в автобусе. Одна мама сообщила, что ее старший сын сидел рядом со своим братом или сестрой, но был еще слишком молод и боялся знать, как защитить свою сестру от насмешек.Что случилось со школой, резко спросила она, что они оставили защиту ее 5-летней дочери 7-летнему сыну? Другие говорили, что это длилось так долго, что школа уже должна была вмешаться.
Услышав новую, небезопасную информацию от присутствующих профессионалов, был предложен мини-курс для школьных и местных консультантов, который предложит ролевые ответы на вопросы — именно то, что родители могут сказать своим детям о том, как отвечать на издевательства.Взаимное нетерпение сменилось уважением типа «посмотрим». Позже организатор партнерства сказал мне: «Эти родители не могут чувствовать себя смелыми в одиночестве и буквально не знают, что сказать своим детям, чтобы помочь им, когда они столкнутся с этой ситуацией. Им нужны слова ».
В другой группе школ несколько форумов «дети – родители – учителя» выявили способы, которыми домашние задания удерживают семьи в заложниках. В том году в городских школах было совершено несколько самоубийств среди подростков и подростков, поэтому опасения были очень серьезными. После консультаций с родителями и терапевтами, лично пострадавшими от трагедии, директор школы сделала беспрецедентный шаг: она решила выполнить домашнее задание, которое просили сделать ученики.Я предложил включить онлайн-время, поскольку ни один уважающий себя ребенок 21-го века не может работать, не участвуя сразу в нескольких беседах. К ее удивлению, то, что было рассчитано на три часа домашней работы, на самом деле превратилось в пять часов. Это приводит к «переоценке оценок», как называется оценка академических требований по всей стране. Учителей просят согласовать работы и тесты, чтобы не проводить больше одного экзамена в один день и ни одного сразу после каникул — это благо для семей.
Я работаю много часов на лечение, чтобы снизить родительский страх 21 века, но партнерские отношения могут создать безопасную основу, на которой родители могут выйти вперед и принять меры. Четырнадцатилетний ди-джей только что рассказал матери секрет: ее лучшая подруга порезала себя. Но Диджей, как обычно, угрожал детям: если одна из двух ее матерей когда-нибудь кому-нибудь скажет об этом, она никогда больше им ничего не расскажет, что ставит мам в классическую неразбериху. Они хорошо знали других родителей, чувствовали себя ответственными за сохранение этой тайны, и их мучила мысль, что девочка может оказаться в реальной опасности.Я пытался избавить их от страха подвергнуться остракизму со стороны других семей после того, как они так усердно работали, чтобы их приняли как лесбийскую пару, и, что еще хуже, их дочь-подросток никогда больше не будет говорить с ними честно о своей жизни. Но ничего не изменилось.
Тем временем школьный и родительский «альянс», как называлось это партнерство, учредил программу, определяющую «новичков» как отважных граждан, которых школа поддерживает и которые могут выбрать конфиденциальность их информации. .Это неоднократно выражалось на родительских собраниях, в листовках и в обсуждениях в классе. Обрадовавшись тому, что школа переосмыслила выступление вперед как нечто смелое, а не как «бред», мамы решили сообщить Диджею, что они звонят школьному консультанту. DJ сразу же сказал другу, что подростковая стена молчания была нарушена, и дома разгорелась ожесточенная битва. Но так как школа так явно отстала от родителей ди-джея, они не извинились и не отступили; они спокойно слушали, не проповедуя, и тупиковая ситуация, подпитываемая страхом, разрешилась.В бесчисленных переписках и сообщениях той ночью DJ и ее друзья выражали свое облегчение от того, что им больше не нужно быть опекунами, а позже подтолкнули своего друга-самореза к школьному психологу, что произошло в течение двух дней.
——
Как мы знаем, не только родители пытаются справиться с трудными социальными и экономическими реалиями нашего времени. В то время как некоторые читатели-терапевты могут сразу же быть вдохновлены на участие в создании партнерских отношений между родителями и школой, многие другие могут задаться вопросом, могут ли они теперь найти время, чтобы стать добровольными организаторами сообщества, несмотря на все трудности своей практики и напряженной жизни.Тем не менее, некоторых может вдохновить задуматься о том, как творчески адаптировать выдвигаемую здесь перспективу как еще одно измерение их существующих практик. (См. Статью Дэвида Флора «Родительский круг».) Но какие бы конкретные действия ни следовали из понимания обстоятельств воспитания детей в 21 веке, первым, наиболее важным шагом, несомненно, является начало понимания проблемы в целом.
Приведет ли нынешнее брожение в школах и общинах по всей стране к новому типу родительского движения, подобному «Захвати Уолл-стрит», урок для терапевтов очевиден.Чтобы помочь родителям вырастить здоровых детей в нашем недружелюбном к семье мире, нам нужно убедиться, что мы действительно получаем полную картину проблем, с которыми сталкиваются сегодняшние родители. Для этого нам необходимо выйти за рамки наших знаний о клинических теориях и навыках, которые долгое время были сферой нашего особого профессионального авторитета, и расширить наши возможности в качестве наблюдателей за тем, что происходит в наших сообществах и в современной молодежной культуре. Давно прошли те времена, когда мы могли полагаться исключительно на традиционные клинические модели, если хотим выявить лучшее в родителях и их детях.Первым шагом к тому, чтобы сделать то, что мы предлагаем, более подходящим для нужд семей, является признание того, что проблема номер один, с которой сталкиваются родители — гораздо больше, чем любая категория или клинический синдром DSM , — это отчуждение и изоляция, которые доминируют в их опыте воспитания детей в современном мире.
Помочь мамам и отцам справиться с почти невыполнимой задачей — воспитывать детей 21 века — это непростая задача.